32. Капитуляция
Вэнь Янь, будучи молодым, не смог долго выдерживать подобную стимуляцию. В мгновение ока он сдался и уступил.
Жун Сяо встал и пошел в ванную, чтобы прополоскать рот. Он выглядел безразличным, как будто в том, что только что произошло, не было ничего страшного. Тем временем Вэнь Янь, оставшийся на кровати, едва не сошел с ума.
После освобождения к Вэнь Яню вернулся на мгновение утраченный рассудок. По мере того как действие духовного вина ослабевало, он приходил в себя.
Он живо вспомнил, как прижимался к Жун Сяо и как Жун Сяо на это реагировал...
"А-а-а-а-а-а!"
Одного воспоминания об этой сцене было достаточно, чтобы ошеломить даже самого невинного юношу. Вэнь Янь, вцепившись в одеяло, катался по кровати.
"Неужели вы, демоны, все так играете?! Неужели вы не можете быть такими же чистыми, как мы, люди?!"
Вэнь Янь зарылся в одеяло, его лицо было красным, как спелая вишня.
Тем временем Жун Сяо вернулся как ни в чем не бывало. Сев у кровати, он спокойно спросил: "Тебе все еще где-то некомфортно?"
Вэнь Янь уставился на его губы, чувствуя, что его душа вот-вот покинет тело. Сейчас ему было комфортно везде, кроме того, что он находился на грани взрыва.
Задыхаясь, он высунул голову из-под одеяла и спросил Жун Сяо приглушенным голосом:
"Что ты только что... почему ты не нашел это... грязным?"
Он чувствовал себя неловко и пытался скрыть это заикающимися словами.
Однако Жун Сяо спокойно ответил: "Разве ты не просил меня не уходить? Я собирался за лекарем, а ты держался за меня и не отпускал".
"Но ты также не мог..." Вэнь Янь был встревожен и взволнован, заикаясь и протестуя сиплым голосом: "Ты просто мог, мог использовать свои руки?"
Жун Сяо взглянул на него и спросил, не очень довольный: "Ты намекаешь на то, что, по твоему мнению, тобой воспользовались?"
Вэнь Янь энергично покачал головой.
Абсолютно нет. Было ясно, что именно Жун Сяо понес большие потери.
После того как Жун Сяо задал этот вопрос, в комнате внезапно воцарилась тишина.
Казалось, оба только что осознали всю неловкость ситуации. Один сел на кровать, другой сжался в одеяле, и ни один из них не заговорил.
Жун Сяо вспомнил, что только что произошло, и почувствовал себя так, словно сошел с ума.
Со своей личностью и таким сложным характером он совершал один импульсивный поступок за другим ради Вэнь Яня, слабого человека. Он больше не был самим собой.
Насмехаясь над собой, Жун Сяо думал, что, возможно, он становится слишком старым, поэтому действовал, не задумываясь о последствиях.
Тем временем Вэнь Янь, преодолев первоначальное смущение, постепенно приходил в себя.
Он снова выглянул из-под одеяла и посмотрел на Жун Сяо.
Он вспомнил свое признание Жун Сяо под деревом пару дней назад, полное энтузиазма. Однако выражение лица Жун Сяо в тот момент оставило его озадаченным и обиженным. Жун Сяо ничего не ответил, из-за чего он долгое время грустил, и даже тот мужественный дух угас.
Но теперь... его утраченное мужество вернулось.
Оно даже раздулось.
Он снова потянулся из-под одеяла, схватил Жун Сяо за рукав и осторожно потряс.
"Что ты делаешь?" - спросил Жун Сяо.
Не в силах сдержать улыбку, Вэнь Янь с красным лицом стал похож на маленького хитрого лисенка.
С ноткой триумфа в тоне он мягко спросил:
"Жун Сяо, я тебе тоже тайно нравлюсь, но ты стесняешься в этом признаться?"
Его голос был мягким, но в тихой осенней ночи он прозвучал как гром.
Глаза Жун Сяо слегка замерцали.
Но Вэнь Янь не дал ему шанса заговорить.
"Не спеши отрицать и не пытайся избежать этого", - Вэнь Янь ухватил Жун Сяо за рукав, перечисляя доказательства одно за другим: "Послушай, ты пришел, чтобы спасти меня, поцеловал меня после спасения. Хотя это была моя просьба, я не просил тебя высовывать язык. Вечером ты подарил мне защитный браслет, что можно считать знаком привязанности. А только что... ты помог мне с этой вещью. Ты знаешь, что в твоем сердце; ты охотно помог, верно?"
Вэнь Янь один за другим сводил счеты с Жун Сяо, говоря все увереннее и увереннее, глядя на Жун Сяо горящими глазами.
На его лице читалась нескрываемая радость, и еще до того, как Жун Сяо успел что-то сказать, он поставил печать одобрения на их с Жун Сяо отношениях.
"Не пытайся снова отрицать это. Я могу понять, если ты чувствуешь себя неловко, но если ты снова попытаешься избежать этого, я действительно съеду".
Он уловил слабое место Жун Сяо.
Он был уверен, что нравится Жун Сяо. Неважно, что говорил Жун Сяо, он знал, что Жун Сяо держит его в своем сердце. Поэтому он одержал верх, уверенно раскрыв свои карты.
Однако Жун Сяо продолжал молчать.
Он спокойно смотрел на Вэнь Яня, гадая, чувствует ли тот себя беспомощным или насмехается над ним.
Он действительно был не таким, как раньше; его сердце смягчилось. Он позволил человеческому детенышу схватить его за руку и угрожать ему.
Действительно, сейчас он поступил безрассудно, передав столь важные улики прямо в руки Вэнь Яня.
Вэнь Янь был прав. Если ему это не нравилось, то как он мог снисходительно отнестись к такому поступку Вэнь Яня?
Тем не менее он по-прежнему молчал, в его глазах читалась сложность, которую было трудно расшифровать.
Он протянул руку и коснулся век Вэнь Яня, его пальцы нежно провели по бровям Вэнь Яня.
Он наблюдал, как веки Вэнь Яня тяжелеют, не в силах сопротивляться засыпанию.
На этот раз не он действовал тайно. После того как действие духовного вина вышло, Вэнь Янь входил в состояние прострации.
"Не молчи... тебе не избежать этого..."
Вэнь Янь продолжал расспрашивать его, прежде чем заснуть.
Но в следующую секунду он не смог побороть сонливость и упал.
Жун Сяо накрыл его одеялом, но вместо того, чтобы вернуться обратно в кровать, он открыл дверь и вышел посидеть под карнизом.
Ночь на улице была тихой, а мир - безмолвным. Даже звуки насекомых утихли, сменившись тихими шумами в траве.
Внезапно с неба начал падать дождь. Сначала он был моросящим, но вскоре превратился в проливной дождь.
Под этим дождем по деревянным канавкам в полу стекали капли крови, той самой крови, которая текла из Жун Сяо. Капая на почву, она смывалась дождем.
Сначала это была просто тонкая струйка, но вскоре цвет крови усилился, образовав небольшую лужу крови.
Жун Сяо даже не взглянул на собственную рану.
Он знал, что его старая травма даст о себе знать еще несколько дней назад. Когда он спасал Вэнь Яня от клана Жуянь, он применил силу. Лекарь предупредил его, что чрезмерное использование демонической силы ухудшит его состояние.
Теперь эту рану уже невозможно было скрыть. Кровь пропитала его одежду, окрасив его простой верхний халат в глубокий красный цвет.
Тем не менее он казался невосприимчивым к боли, спокойно наблюдая за осенним дождем.
Он вспомнил тот день, когда впервые увидел Вэнь Яня.
Семнадцатилетний юноша угрюмо сидел на диване, явно кем-то расстроенный. Было лето, и у Вэнь Яня, в освежающей белой рубашке, был чистый и красивый профиль. Услышав шаги, он повернулся, чтобы посмотреть на Жун Сяо. Глаза, которые еще несколько мгновений назад были сердитыми, вдруг превратились в шок, а затем, словно звезды, зажглись.
Позже Вэнь Янь спросил его, влюбился ли он в него во время их первой встречи.
Он ответил, что нет, но это была ложь.
Когда он впервые увидел Вэнь Яня, его сердцебиение необъяснимо ускорилось, сопровождаясь легкой болью, которая быстро исчезла.
Жун Сяо закрыл глаза, впервые в жизни ощутив чувство бессилия.
Он должен был признать, что явно влюбился в человека, спящего в комнате.
Он впервые понял, что значит быть тронутым, но это произошло в такой неподходящий момент.
Жун Сяо посмотрел вниз, на свою жуткую рану на талии и животе - ужасное, кровавое зрелище, на которое было тошно смотреть.
Вэнь Янь, будучи человеком, все еще не понимал значения этой раны.
Она была получена во времена великого хаоса три тысячи лет назад, когда он был ранен противостоя миазмам, - рана, совершенно несравнимая с обычными повреждениями. С годами эта рана так и не зажила, и то, что он смог продержаться до сих пор, уже было счастьем. Во время последнего осмотра лекарь вынужден был объявить, что если он не будет лечиться, то срок его жизни может составить менее десяти лет...
Жун Сяо не знал, сколько времени он просидел во дворе. Кровь из его раны продолжала свободно течь. Запах крови во дворе становился все более сильным, пересиливая даже дождь.
Наконец он позвал Ю Бу Вэня, который оставался в соседнем дворе.
Ю Бу Вэнь перемахнул через стену двора и с первого взгляда увидел Жун Сяо под карнизом. Он нахмурил брови.
"Я знал, что здесь пахнет кровью. Я подумал, что напал монстр. Я не ожидал, что это будете вы, ищущий смерти".
Ю Бу Вэнь стоял перед Жун Сяо, понимая всю серьезность травмы. К счастью, он всегда носил с собой лекарства и тут же опустился на колени, чтобы помочь Жун Сяо обработать рану.
Он приложил лекарство к ране и без сочувствия протянул ему таблетку из своего кармана.
"Пожалуйста, сделайте это сами. Я не буду баловать вас, как молодого господина".
Жун Сяо ничего не оставалось, как принять лекарство, выглядя при этом усталым.
Чем больше Ю Бу Вэнь обрабатывал рану, тем больше он был потрясен. Он намеревался сказать несколько слов Жун Сяо, который посреди ночи без сна наблюдал за дождем, не принимая лекарств. Что это было за психическое заболевание? Однако, взглянув на разочарованное лицо Жун Сяо, он проглотил слова.
Забудь об этом. Скорее всего, этот старый демон не так уж сильно хотел жить.
Он вздохнул и сказал: "Ваша травма действительно опасна для жизни. К счастью, у вас есть молодой господин. Все будет хорошо, когда ему исполнится восемнадцать".
Он сделал паузу и не удержался, чтобы не сказать за Вэнь Яня: "Я действительно не понимаю вас. Молодой господин и вы - пара, созданная на небесах. У вас есть недуг, а у него есть лекарство. Вы заботитесь о нем, но тянете время. Я знаю, вы считаете, что прожили достаточно долго, но разве вы не хотите провести еще несколько лет с молодым господином?"
С тех пор как он узнал о Вэнь Яне, он с нетерпением надеялся, что Жун Сяо скоро женится на нем, особенно учитывая, насколько симпатичным был Вэнь Янь.
Услышав последние слова Ю Бу Вэня, Жун Сяо саркастически усмехнулся.
Все монстры ждали, что он женится на Вэнь Яне. Даже те, кому не нравилось, что он женится на человеке, должны были учитывать его статус. Все они надеялись, что Вэнь Янь скоро исполнится восемнадцать лет.
Кроме него, который этого не хотел всеми силами.
Он опустил голову и спросил Ю Бу Вэня: "Ты только что сказал, что все будет хорошо, когда Вэнь Яню исполнится восемнадцать. Ты действительно так думаешь?"
Ю Бу Вэнь на мгновение заколебался и кивнул. Он остро почувствовал, что настроение у Жун Сяо какое-то не такое.
Жун Сяо снова рассмеялся, его глаза были холодными. "Это то, что сказал тебе Ци Кун? Разве он не сказал тебе, что будет с Вэнь Янем после того, как он исцелит мои раны?"
"Что вы имеете в виду..."
Плохое предчувствие возникло в сердце Ю Бу Вэня.
Жун Сяо и Ю Бу Вэнь встретились взглядом.
Во внутреннем дворе шел сильный дождь, и шум дождя стал довольно громким. В этом шуме голос Жун Сяо звучал четко и холодно.
"Когда Вэнь Янь станет моим, это произойдет через обмен жизненной энергией во время консумации брака. Но это не взаимное культивирование; это больше похоже на использование его в качестве топлива. Я в одностороннем порядке извлекаю его духовную энергию. Когда его духовная энергия истощится по моей вине..."
Жун Сяо закрыл глаза, наконец-то почувствовав прохладу в этот осенний день.
Он прожил десятки тысяч лет, и наконец-то у него появился человек, которого он хотел лелеять и с которым хотел остаться. Раньше он никогда не ценил собственную жизнь; он жил так долго, что устал от всего, не желая далее существовать в этом мире.
Но судьба подарила ему Вэнь Яня.
Дала ему желание жить.
А потом толкнула его в безвыходную ситуацию.
Он сделал небольшую паузу, прежде чем найти в себе силы произнести второе предложение, раскрывающее судьбу Вэнь Яня.
"Когда его духовная энергия будет истощена мной, у него останется только один путь - угаснуть и умереть. Лучший исход - смерть от истощения, а худший - рассеивание его души, и полное исчезновение из этого мира".
Как только Жун Сяо закончил говорить, небо огласил раскат грома, нарушив мирное течение ночи.
Рана Жун Сяо перестала кровоточить, но запах крови во дворе еще держался. Воздух был полностью пропитан дождем и пробирал до костей.
Услышав это, Ю Бу Вэнь был уже ошарашен и стоял на коленях, как застывшая статуя.
Он действительно не знал, что исцеление через кого-то с духом Кости может иметь такие последствия.
Под дождем Жун Сяо снова спросил его.
"Ю Бу Вэнь, даже зная это, ты все еще хочешь, чтобы я женился на Вэнь Яне?"
Ю Бу Вэнь не мог найти слов, чтобы ответить.
Через бумажную дверь за Жун Сяо он смутно видел обстановку внутри. На кровати безмятежно спал Вэнь Янь. Он не обращал внимания на все, что происходило снаружи.
"Иногда я думаю, что если бы я не позволил Вэнь Яню переехать к нам, то все могло бы быть лучше", - сожалел Жун Сяо, но в его тоне не было сожаления. "Если бы я не позволил ему переехать, возможно, я бы не влюбился в него".
Он наконец-то признался в своей симпатии к Вэнь Яню в таком непринужденно сдержанном тоне.
Он действительно проиграл Вэнь Яню.