Глава 5
Обычно в выходные Пхайю спал до полудня, все слуги и домочадцы знали об этом. Никто в такие дни не беспокоил его, но сегодня он проснулся сам. Правильно говорят: когда сердце влюбленно, невозможно держать это чувство под контролем. Желание поскорее увидеть объект своего желания, настолько сильно, что он с трудом дождался утра. Пхайю удивлялся сам себе, как же давно он не испытывал ничего подобного. Вспоминая вчерашний вечер, он все еще слышал звонкий смех Рейна.
"- Давай завтра прогуляемся? - спросил он, когда они оба успокоились.
- Кстати о прогулках! - воскликнул Рейн, широко улыбаясь, - Кто-то обещал мне предоставить услуги гида!"
Пхайю накрылся с головой, и оттуда послышалось приглушенное хихиканье.
Дверь в комнату тихо открылась. Аон неслышно подошел к кровати:
- Кхун Пхайю?
Тишина. Парень на кровати замер.
- Кхун Пхайю! - чуть громче позвал слуга.
- Что? - невнятно промычал Пхайю, и вынырнул из-под одеяла - Кхм-кхм... Что такое?
- Простите, кхун Пхайю, но ваш отец, ждет вас в своем кабинете.
- Прямо сейчас?
- Простите, хозяин знает, что в такие дни, вы спите дольше обычного, - сказал Аон протягивая ему халат, - Но это срочно.
Пхайю кивнул и последовал за Аоном, на ходу завязывая пояс халата.
Сидя в кабинете отца, Пхайю безуспешно боролся с зевотой. Он решил сосредоточиться на лице родителя, чтобы хотя бы из уважения не зевать. На него нахлынули воспоминания из детства, которые были связаны с этим кабинетом.
Еще учась в школе, многие его одноклассники побаивались приходить к нему домой. Кто-то даже распускал слухи в школе, что кхун Пакин Праттанут - вампир. Пхайю всегда удивлялся, и не понимал почему его друзья так реагировали на него. Да, у отца строгий, возможно даже грозный вид, но он вполне добродушный человек.
Требовательное отношение к сыну отец всегда искупал поощрительными подарками: к примеру, в пятнадцать лет, Пхайю нравилась верховая езда, и на день рожденье отец подарил - породистую лошадь, серой масти. И Пхайю очень дорожит ею до сих пор. В восемнадцать лет отец впервые выпил с ним алкоголь, празднуя совершеннолетие сына. А в двадцать купил машину. Так что, Пхайю не жаловался, сейчас Сайфа живет в свое удовольствие, но он не знает, что это лишь на время. Настанет день и Сайфа станет верным ему помощником, в конце концов они оба - Праттанут.
- Пхайю? - позвал его отец, наконец отложив все отчеты.
- Да, отец, - Пхайю выпрямился, готовый внимательно слушать.
Отец отложил очки, и внимательно посмотрел на сына.
"Все-таки, каким же взрослым стал мой мальчик", с теплом в сердце, подумал старший Праттанут.
- Чему вы улыбаетесь? - спросил Пхайю, заметив полуулыбку отца.
- Да так, - покачал мужчина головой, - Просто, понял, что ты совсем уже взрослый. Кажется, только вчера тут бегал пухлый карапуз, а теперь...
- Что?! - шутя, возмутился Пхайю, - Этот карапуз, окончил универ, о чем вы вообще?
Отец и сын, вместе рассмеялись.
Немного успокоившись, старший Праттанут, сказал:
- Я по поводу Варейна...
- Хм? - удивился Пхайю, - А что с ним?
- Я заметил, что вы с ним очень сблизились.
"Вы даже не представляете, насколько", пронеслось у него в голове.
- Мгм, - кивнул Пхайю, и в ожидании посмотрел на него.
- Ты уже достаточно взрослый, сын, - голос отца изменился, и парень нахмурился. - Поэтому я буду честен с тобой! Скорее всего, очень скоро Варейн унаследует все состояние своей семьи. За годы сотрудничества с нашей семьей, и доверительных отношений, нашей семье так и не удалась, стать к ним еще ближе.
- Что вы имеете в виду? - все еще хмурясь, отозвался он.
Старший Праттанут помрачнел:
- Как жаль, что Варейн родился мальчиком, - задумчиво произнес отец, - Иначе я бы вас поженил.
- Чего...? - неуместное замечание ввело его в ступор.
- Хотя я человек без каких-либо предрассудков. Если тебе удастся стать ему больше, чем другом, я готов вписать его в наш семейный реестр как члена семьи.
- Но...?
Старший Праттанут, снова его перебил:
- С твоей мамой я сам поговорю, думаю она поймет.
- Подождите...? - взволновано Пхайю вскочил на ноги.
- Ты должен уговорить его, сделать то же самое. При чем не просто вписать твое имя в свой реестр, но и дать тебе право наследования...
- Достаточно!! - вскрикнул Пхайю.
Они долго смотрели друг другу в лицо, и такого разочарования отец еще никогда не видел в глазах своего сына.
- Я сделаю вид, - тихо произнес он, - Что не слышал этого. Надеюсь, в будущем, больше не услышу никогда.
Пхайю покидал кабинет в крайне смешанных чувствах. Никогда бы не подумал, что тот, кого он безгранично любил и уважал, мог такое сказать ему. Жажда власти, алчность, зависть - Пхайю всегда верил, что подобные чувства чужды его отцу. Игривое настроение, что было у него с утра, было безнадежно испорчено. Как в таком состоянии встретиться с Рейном. Уже в комнате, подошел к своей экипировке для конной езды, решил выкинуть из головы все, что ему сказали. Он высказал свою точку зрения, и ничто не заставит изменить его.
Решительно кивнув, Пхайю надел экипировку, и покинул комнату. Он не стал заходить к Рейну, думая, что тот еще спит. Хотелось заранее все подготовить, возможно стоит выбрать лошадей по спокойнее. Вроде Рейн говорил, что умеет ездить верхом. И хотя Пхайю любил проноситься по полям и лугам галопом, на своей любимой кобыле, сегодня хотелось иного. Погода была такой ясной, и утренний воздух очень свежим. Неспешно прогуляться по пышным зеленым полям, разве не романтично? Он мечтательно улыбнулся, и направился к конюшням.
У ворот конюшен стояли конюх, который держал под узды Манилу, и рядом - Рейн. Нежно теребил за холку кобылу, и что-то ласково шептал ей.
"Какая ранняя пташка", удивился Пхайю.
Тем не менее картина, что сейчас он наблюдал, удивляла и умиляла одновременно.
Манилу - крайне капризная лошадь, кроме Пхайю, к ней может подходить разве что - конюх. При этом лошадь знала не только, своего наездника, но и того, кто ее кормит. Поэтому посторонних она к себе и близко не подпускала.
А тут Рейн, который с момента приезда ни разу не был на этой конюшне. И уж тем более не катался на этой лошади. Стоял и тискал его любимицу за мордаху. Пхайю призадумался, стоит ли ревновать? Но как? Кобыла - конечно в любимицах, уже давно, но она питомец так сказать. В кроватку не уложишь.
А от того, что рядом стоит, прям крышу сносит. Дыхание сбивается, и сердце бешено стучит. Пхайю, тихо рассмеялся: "К черту ревность, они оба мои!"
Пользуясь, тем что виновник развратных мыслей, его не замечает, Пхайю бесстыдно ласкал взглядом фигуру юноши.
Рейн в экипировке был прекрасен: длинный до ягодиц, спортивный пиджак, соблазнительно облегал фигуру юноши, а черный цвет, визуально делал его талию еще тоньше. Белые бриджи, идеально обтягивали аппетитные ляжки, и весь ансамбль дополняли краги до колен, черного цвета. Экипировка смотрелась на нем так соблазнительно, что Пхайю подумал, завалится на какой-нибудь сеновал, и медленно стягивать всю эту крышесносную амуницию с парнишки.
Отвернувшись, от столь прекрасной картины, "Пхайю держи себя в руках", от напряжения, даже ладони вспотели. Похлопав себя по груди, он попытался себя успокоить. Образ нереального ангела, что спустился с небес, в лучах ослепительного солнца. Как и тогда в первый день своего приезда, так и сейчас - Пхайю снова просто стоял в ступоре, боясь издать малейший звук, чтобы не спугнуть прекрасное наваждение. Наконец выдохнув, он направился к нему.
- Рейн! - окликнул его Пхайю.
- О, Пхайю? - мило улыбаясь, отозвался Рейн.
- Утречка, как спалось? - подходя ближе, поприветствовал его.
Варейн, прищурив глаза и вскинув брови, оглядел того с ног до головы. Весь его вид так и кричал: "А то ты не знаешь?"
- Прекрасно, - но в ответ решил подыграть, - Спал как младенец.
- Ха-ха, главное, чтобы и в самом деле не появился младенец, - смеясь поддразнил его Пхайю.
- Эй! - возмущенно воскликнул он.
Пхайю увернулся, от прицельно летящего в него кусочка яблока, которым тот кормил Манилу.
- А ты? - переключил свое внимание на кобылу, Пхайю подошел к лошади, - Неужто изменяешь мне, а?
В ответ та фыркнула, и уткнулась мордой в ладонь в поисках лакомства. В ладони действительно был кусочек сахара, которое она с удовольствием слизала.
Глядя на то, как Пхайю милуется с кобылой, Рейн улыбался.
- В смысле изменяет? - шутя, спросил он, - Со мной что ли?
- А ты видишь тут кого-то еще? - в ответ, спросил Пхайю.
Брови Рейна еще больше поползли вверх.
- Хозяин прав, - неожиданно подал голос стоящий рядом конюх, про которого все забыли, - Наша Манилу, никого кроме хозяина к себе не подпускает.
В голосе конюха слышалось и гордость, и зависть.
- Хозяина? - удивленно переспросил Варейн.
- Так оно и есть, кхун Варейн, это лошадь принадлежит кхуну Пхайю, - энергично, закивал конюх. - Удивительно, что Манилу позволяет вам гладить ее, и кормить.
Варейн ошарашенно, улыбаясь посмотрел на Пхайю, ища подтверждение словам конюха:
- Это правда?
- Истинная правда! - чуть наклонив в бок голову, ответил он
- Ха! - рассмеялся Варейн, - Ничего себе.
За разговорами молодые люди умело оседлали лошадей. И вывели животных стойла. Пхайю пришлось взять другого коня, потому что Рейн приглянулась Манилу, да и сама кобылка похоже желала прокатить нового друга своего хозяина.
Пхайю подошел к Рейну, пока тот методично проверял безопасность седла. Невольно задержав взгляд на изящной фигуре, и серьезном выражении лица, ему в голову пришла мысль. Возможно только Пхайю дана привилегия, видеть его другим: хрупким, нежным и абсолютно беспомощным, в некоторых моментах. Такие тонкие и правильные черты лица, мягкое выражение глаз, и алые губы, просто глаз не оторвать.
- Пхайю? Эй, Пхайю! - тот даже не заметил, как глубоко задумался, из мира грез его вернул громкий оклик Рейна.
Пхайю моргнул, и смущённо рассмеялся.
- Что с тобой сегодня? - подразнил его Рейн, - В облаках летаешь?
Пхайю подошёл к "Сверчку", - Считаешь у меня нет причин для этого?
- И какова же причина, кхун Пхайю? - притворяясь, что не понимает, спросил он.
Пхайю запрыгнул в седло, удобнее взялся за поводья, и игриво глядя на юношу сверху вниз, ответил:
- За последние 3-4 года, я впервые на свидании, - и пришпорил коня, не дав Рейну возможность ответить ему.
Тому лишь осталось пораженно выдохнуть, "Свидание?"
Рейн тоже изящно опустился в седло и последовал за Пхайю. Но та, будто только ждала всадника, и самовольно двинулась в другую сторону.
- Ой! - удивленно воскликнул он, поняв, что кобыла не слушается его.
Пхайю обернулся на возглас Рейна, и последовал за ним.
- Расслабься, - успокоил его Пхайю, - Это владения Манилу. Только она тут хозяйка.
- Хах-ха, ну хорошо, - со смехом ответил Рейн.
Пара лошадей не спеша направилась к алее, ведущей вглубь владений семьи Праттанат.
Цокот копыт по гравию разносился по округе и прохладный ветерок ласкал лицо. Кобыла по кличке Манилу лёгкой трусцой бежала чуть впереди, второй конь по кличке Сверчок, позволял быть ей ведущей. Пхайю не пытался обогнать Рейна, наслаждаясь видом идущего впереди юноши. Манилу хорошо обученная лошадь, хоть и обладала самовольным характером, была очень покладистой. Другое дело всадник на ней, его невинная внешность была обманчивой. Столь нежная натура не присущая молодому мужчине, окружающих она не отталкивала, а наоборот притягивала. Хотелось узнать его получше, и понять глубину его глаз. "Просто глаз не оторвать", в который раз подумал Пхайю, и не приятный утренний разговор с отцом, был благополучно забыт.
В этот момент юноша обернулся, в его глазах загорелся огонёк озорства:
- Мы что так и будем плестись? - спросил он.
- Хм? - непонимающе, хмыкнул Пхайю, и улыбаясь отметил, - Мы вроде как оцениваем просторы моего имения.
- Просторы, говоришь, - задумчиво повторил Рейн, - Знаешь, есть другой способ, оценить масштабы твоих владений...
Оглянувшись в очередной раз, он по-мальчишески улыбнулся пришпорив лошадь, понесся в сторону бескрайнего зеленого луга.
Сверчок, увидев что кобылица умчалась вперёд, резво бросился вдогонку, Пхайю даже не пришлось подгонять его. Два всадника сломя голову неслись вперёд, в лицо сразу ударил сильные порывы ветра, и адреналин вскипел в крови.
- Хахаха, - громко рассмеялся Варейн, - Пхайю!! Попробуй догнать меня!! Йи-хаа!!!
- Когда я поймаю тебя, ты об этом пожалеешь, негодник! - крикнул ему вслед Пхайю, широко улыбаясь.
В ответ Варейн ещё громче рассмеялся.
Пхайю просто ловил кайф, вид раскрасневшегося от быстрой скачки юноши, невозможно было описать. Его громкий смех ветер уносил вдаль.
Некоторое время спустя, Пхайю бросился на перерез к Варейну, так что тому пришлось приостановить кобылу. И теперь Сверчок победоносно пританцовывал вокруг Манилу. Пхайю широко улыбался, смотря на свою добычу. Взмахнув ладонью как веером, Варейн сказал:
- Я запыхался, хочу пить, - тяжело дыша, сказал он.
Пхайю огляделся вокруг, пытаясь понять, где они находились и заметив вдалеке мельницу, сказал:
- К востоку отсюда есть летний домик. Давай поскачем туда, там можно будет передохнуть и позавтракать.
Варейн кивнул, но едва молодые двинулись как услышали вдалеке грохот молнии. Они оглянулись.
- Ого, кажется скорее начнётся дождь, - быстро проговорил Варейн, - Какие чёрные тучи...
- Скорее, давай поспешим к домику.
- А как далеко, этот домик?
- Где-то минут двадцать галопом.
- Кажись мы не успеем, вот-вот хлынет.
- Тогда поспешим, чем ближе мы будем на пути к дому, тем лучше.
Молодые люди, больше не говоря ни слова пришпорили коней, спеша в укрытие от грядущей непогоды.
В мгновение ока, ясное голубое небо затянуло тёмными, почти чёрными тучами. Вокруг резко потемнело, и от прежнего ясного утра не осталось и следа. Доселе легкий прохладный ветерок, стал порывистым и пронизывающим. Всадники мчались во весь опор, как могли, учитывая гравий под копытами и ветви деревьев, что угрожающе раскачивались над тропой, норовя сбить невнимательного наездника.
Пхайю уже видел очертания дома впереди, и громко прокричал Варейну:
- Вон там! Видишь?
Варейн кивнул давая понять, что увидел.
Но погода их опередила. Хлынул проливной дождь, будто трубу прорвало, парни в миг промокли насквозь. Лошади испуганно заржали от близко прозвучавших звуков грома.
- Рейн! - махая руками, Пхайю пытался перекричать шум дождя, - Сюда! Нужно спрятать лошадей.
- Хорошо, - прокричал в ответ Варейн, и добавил, - Проклятье, да это не дождь, это настоящий шторм.
- Ха-ха, ну тут такое бывает частенько, - рассмеялся Пхайю, - Зато прокатились с ветерком...
- И промокли, - закончил он.
Они быстро стреножили коней, Пхайю подкинул им овсы, и проверил наличие воды. Убедившись, что лошадям будет тут комфортно, Пхайю скинул с себя верхнюю часть экипировки, и приобняв Рейна, побежал к дому, сказав на ходу: - Ну, вперёд!
Они вбежали на широкое крыльцо, и начали стряхивать с себя капли дождя.
- Уф, ну и ливень, - прокомментировал Варейн.
Пхайю оглядевшись, подошёл к цветочным горшкам у входа, отсчитав третий горшок слева выудил оттуда массивный старого образца ключ.
- Ого, давненько, Я не видел таких ключей.
Пхайю рассмеялся: - Этот довольно старый, даже не знаю точно сколько ему лет, - сказал Пхайю, открывая дверь, - Вообще у этого дома есть романтичная история.
В ответ Пхайю не услышал ожидаемого вопроса, обернулся и рассмеялся. Потому, что этот вопрос читался на лице юноши, что остался стоять позади.
- Что тебя рассмешило? - удивился Варейн.
- Ничего, давай переоденемся, а то подхватим простуду.
Пхайю направился на второй этаж, когда услышал в спину:
- Так, что за история? - не удержался он.
- Ха-ха, расскажу, когда переоденемся.
Парень вздохнул и пошёл следом за хозяином дома.
Вскоре Варейн переодевшись в сухую одежду спустился в небольшую гостиную, тут у стены он увидел большой кирпичный камин, и подле него огромную медвежью шкуру. Голова этого животного угрожающе разинула пасть, казалось, вот-вот нападёт и вонзит свои острые клыки, а сквозь панорамные окна, сделанные на современный лад, бушевала буря.
- Ничего себе, - восхитился Варейн, - Оно, настоящее?
Пхайю который в этот момент разжигал камин, обернулся и проследил восхищенный взгляд юноши.
- Что? Шкура?
Парень, просушивая полотенце волосы, кивнул.
- Конечно.
Варейн присвистнул, и озираясь вокруг, заметил на столе, нарезанные пластами вяленое мясо, хлеб и виноград, в корзине со льдом лежала бутылка вина, и бокалы, немного нервно сглотнул. Обстановка была крайне знакомой, кажется что-то подобное он устраивал для Меган. И тот вечер окончился не за распитием вина у камина.
- Камин, вино, а за окном буря, - медленно проговорил Варейн, ты что подговорил погоду, и загнал меня в ловушку?
Пхайю выпрямился и со смехом ответил:
- Ох, если бы я мог, то ты бы тут навечно застрял, - с чувством, рассмеялся Пхайю, - А что? Чувствуешь опасность?
Рейн решил, что лучше будто промолчать.
- Слушай, я не нашёл фен...
Ба-бах!!
Свет в комнате погас, и комната освещалась только пламенем камина.
Парни переглянулись:
- Похоже тебе придётся довольствоваться полотенцем, - иронично заметил Пхайю.
- Похоже, на то...
- Могу помочь, если что, - шутя, заметил Пхайю.
- Хм, нет спасибо, - отказался Варейн, подобная просьба, прозвучала двусмысленно.
Рейн, чтобы быстрее высушить волосы подошёл ближе к камину. Пхайю молча проследив за ним, решил, что пока не будет давить на него. Нужно было найти свечи, и он отправился на их поиски. Хоть камин и давал свет, но его было недостаточно. Так что, подсвечивая себе телефоном, Пхайю решил поискать их в боковом шкафу на кухне, где обычно держали инструменты на всякий случай.
- Ага, нашел, - наконец-то схватив пару подсвечников, обрадовался он.
Вернувшись в гостиную, он поставил их на камин. Затем вытащив с огня, тоненькую щепку зажег их. Бросив щепку обратно в камин. Пхайю обратил внимание на парня сидящем на полу. Рейн сидел к нему спиной, и прикрыв глаза, потряхивал волосы, чтобы те быстрее высохли. И вновь, это снова с ним происходит, сказочное наваждение волнами накатывали на него. Почему каждый раз, когда его взгляд задерживался на этом юноше дольше обычного, ему казалось: Этот юноша просто нереален. Неожиданно на ум пришли слова, которые он однажды услышал от своего деда, а тот в свою очередь от своего деда:
- Прекрасное создание, отчего ты терзаешь мою душу. Смилуйся над рабом своим,- неожиданно сказал Пхайю.
Рука Варейна замерла, он резко обернулся:
- Что?! - ошарашенно, переспросил он. - Что ты сейчас сказал?
Пхайю рассмеялся:
- Эти слова когда-то мой предок сказал девушке, что в последствии стала ему женой, - ответил Пхайю, - Ты чего так испугался?
- Да ты..,- Рейн даже не знал, как объяснить ему, - Ты так неожиданно сказал это!
Парень от смущения отвернулся.
-Пха-ха, боже, ты бы видел себя, - продолжал смеяться Пхайю.
Он подошел к месту, сел напротив него, в сумраке комнаты, Рейн действительно напоминал прекрасное создание.
- По правде говоря, я могу понять своего предка, - тихо произнес Пхайю, - Знаешь в моей семье все мужчины однолюбы.
- К чему ты это? - удивленно спросил Рейн.
- Ну я ж тебе говорил, что у этого дома есть своя история.
- Ах, ты об этом, - отозвался он, и присел поближе.
Пхайю пододвинул столик с едой поближе, и налив вина в бокалы, предложил один из них Рейну. Тот, взяв бокал, отложил его в сторону, и на удивлённый взгляд ответил:
- Не люблю пить на голодный желудок, - и отломив кусочек вяленого мяса отправил его в рот.
Пхайю улыбнулся, сделав глоток, тоже приступил к трапезе.
- Мой предок стал сиротой во время "Третьей Англо-Бирманской войны". Ему тогда едва исполнилось 2 года. Его селению не повезло, тогда много было осиротевших детей. Народ Таиланда сплотился пред единым горем, и многие семьи забирали себе таких детей. Поэтому мой предок оказался в семье одного фермера с фамилией Праттанут. Тот научил его как обращаться с землей, дал ему хорошее воспитание и образование. В семье этого фермера была единственная дочь. Супруга фермера умерла во время родов, приемный отец был так убит горем, что не захотел жениться во второй раз. Так что он один воспитывал двоих детей.
- Наверно нелегко было, - тихо произнес Рейн, при этом увлеченно поедая хрустящий хлебец, - Ух ты, как вкусно...
- Мне продолжать? - слегка улыбаясь спросил Пхайю.
- Ох прости, да... пожалуйста продолжай, - спохватился он, и умолк.
- Мой предок не помнил своей фамилии, так как был слишком мал. Так что очень скоро он стал носить фамилию Праттанут. Когда он и дочь фермера подросли, старший Праттанут заметил, что приемный сын относится к его дочери совсем не так как к сестре. Он разозлился, и отослал его в город. А спустя несколько месяцев, предок вернулся с приданным, и выкупил мою прабабушку. Привез сюда, и построил этот дом.
- Как мило, - произнес Рейн.
- Поэтому я и говорю, что в моей семье все однолюбы, спасибо крови Праттанут.
Рейн налил себе и Пхайю еще вина.
- Круто, когда у семьи есть история, такая редкость, - сказал Рейн.
- Хочешь сказать, что у твоей семьи такого нет?
- Нет. В моей семье все произошло просто. Папу и маму свели, и насильно поженили. Потом родился я...
Тут он замолчал. Пхайю вдруг осознал, что не преднамеренно задел больную тему. И лихорадочно пытался придумать как сменить тему.
- Знаешь... рецепт этого хлеба еще от моей прабабушки, - неожиданно сказал Пхайю.
- Правда? - тут же отозвался он.
Рейн в душе был ему благодарен. Ему нечего было рассказать о своей семье. Родителей он не помнил, даже когда они были живы, их почти никогда не было рядом. Всю любовь и заботу, он получил от дяди. Сидя в наступившей тишине, Рейн задумчиво крутил бокал. Он понял, что у него почти нет никаких воспоминаний о родителях. Дни рождения, семейные праздники... Где он был? Где были они? Рейн поднес к губам бокал, и выпил содержимое залпом.