Академия оборотней [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Март 2015 год

Большие черные крылья с огромной мощью ударяются об землю и птица взлетает к небу.

Я стою посреди белого холла, моя правая рука наполовину закрывает лицо,  а вторая с силой сжимает поддоконник.

— Ты как? — миниатюрная ручка ложится ко мне на плечо.

Смотрю за птицами. Глаза словно в тумане, не могу даже ответить, лишь тяжело вздыхаю.

— Не трогай его,  — тихо шепчет Аарон за моей спиной.

— Но ведь... — девушка не успевает договорить, как я её перебиваю.

— Всё нормально, просто немного устал,  — оборачиваю к ним лицом и замечают ту же гримасу, что и у всех нас. Гримаса боли и сердечной муки, отчаяния и безысходности,  к сожалению её никуда нельзя запрятать или деть, нам приходится держать эту боль в себе, либо искать поддержки в друг друге.

Преодолеваю расстояние между длинными коридорами и подхожу к палате, через большое окно которого можно увидеть бездыханно лежащее тело девушки.
Меня сразу бросает в дрожь, «Как же так произошло, как я мог это допустить!?»  - в очередной раз спрашиваю я себя и прислоняюсь лбом к стеклу.

— Прошу,  только не умирай — умоляюще стону я.

— Грегор.

Мать девушки стоит за моей спиной и уставши подаёт голос. Я не могу на неё смотреть,  ведь это именно я не уберег её дочь, именно я.

Что случается с человеком, когда он беспомощен? Почему мы становимся слабыми, когда перед нами постает угроза? Как я могу спасти кого-то, если не могу спасти даже себя?  Я чертовски слаб. Во мне больше нет той силы и уверенности, которая была раньше. Я жалкий человек, у меня больше нет права называться оборотнем, альфой. Как я мог?  Боже, как?
Больше так не могу,  не могу.

Бросаю последний взгляд на девушку, её исхудавшее до предела тело, на пикающие приборы, которые еле как поддерживают торчащую на волоске жизнь, на бинты,  царапины, шрамы и гладкие шолковистые волосы.
И бегу, как последний трус, словно побитая шавка, выбегаю из больницы, и лишь на улице, прислонившись к стене, даю волю чувствам.
Как же это ужасно, когда твой любимый человек лежит там, в реанимации, ни живой, ни мертвый, а ты смотришь на это и молишься, чтобы следующий день не стал последним в её жизни.

Столько времени прошло, а улучшений нет, никаких, совсем.
Черт бы побрал всех тех, кто стал причиной этого бедствия!

Еще и погода словно насмехаясь надо мной испортилась в худшую сторону, дождь, его тяжелые капли падают на мое лицо, волосы и одежду. Я стою под крышей и делаю шаг вперед на встречу дождю. Пусть он смоет с меня всю боль, весь этот ужас, пусть его капли, заберут с собой частичку печали с нас всех. Я лишь об этом молю. Поднимаю голову к верху, дождь безжалостно бьет меня по лицу, преводя в чувства,  словно говоря: « возьми себя в руки, тряпка! », Но я покорно готов принять все удары, это моя заслуга.

— Грег, поднимайся. — чьи-то руки смыкаются вокруг моего локтя и поднимают, как мешок с картошкой.

— Я не могу там находится, все становится ещё хуже, когда я вижу её такой! — пытаюсь вырваться, но тщетно.

— Послушай, — парню все таки удается завести меня в здание — посмотри на Лолу! — он насильно поворачивает мою голову в сторону палаты реанимации,  и мои глаза уже наполняются слезами. — Ей тоже не легко, знаешь ли!  — в полтона говорит Аарон, — А теперь возьми себя в руки и перестань ныть,  потому что ты нам нужен, ты нужен Лолите!

— Нет,  я не могу, — шепчу и получаю сильную пощечину.

— Можешь! Ты все можешь, нужно лишь постараться, — хлопает меня по плечу.

С какой-то стороны он прав, я не должен показывать насколько слаб, мне нужно держать себя в колии и стараться не выйти из неё.

Прижимаюсь к другу и говорю тихое «спасибо».

— мы ведь друзья, — он улыбается,  а я киваю.

*********
Декабрь 2015

Солнце светит. Впервые за много месяцев лучи порадовали нас своим присутствием.

— Я все, можешь проходить. — Лима становится напротив меня,  поспешно стирая слезы с щёк.

— Хорошо, — я вздыхаю и прохожу в палату.

Так тихо, ни единого звука, лишь слышно наше дыхание.

— привет, дорогая, — сажусь напротив койки и беру руку Лолиты в свою. — Как ты себя чувствуешь?  Ничего не болит?

Как жаль, что она не может ответить.

— Мы все скучаем по тебе, по твоему радостному лику, широкой улыбки, а я скучаю по твоим поцелуям,  — улыбаюсь. — Но пока мне хватит и того, что ты жива и дышишь.

Я сильнее сжимаю её руку и опускаю голову вниз, стараясь подавить слёзы.

— Знаешь, я всё таки сдержу своё обещание, и ты должна, ведь обещала.

Лучи солнца достигают её лица,  — Какая же ты красивая.

— Лолита, я так больше не могу, — слёзы жгут мои щёки, а на губах чувствуется солёный привкус.

Склоняюсь к её лицу и целую лоб, губы, щёки, нос, глаза, руки.

— Вернись к нам!  — повторяю движения. — Молю тебя, вернись!

*******
Pov Lolita

— смотри ка кто пришёл, — мои губы расплываются в улыбке, когда на пороге показывается Грегор.

Парень делает несколько шагов в мою сторону, он всё также улыбается и протягивает ко мне руку.

— Любимая, мы все ждём тебя, — говорит он. — Вернись к нам...

— Одну секунду, — поворачиваюсь к женщине лицом и обнимаю её. — Спасибо, что были со мной, пока я была сама.

— Не за что, дитя, пришло время спускаться к родным, — я киваю, а она ещё крепче меня обнимает.

Протягиваю руку к Грегору и мы выходим за порог...

*******
Резкий свет ослепляет меня, я делаю вдох, но что-то мешает мне свободно дышать. Где я?

— Лолита? — зовёт меня родной голос.
Я поворачиваю голову и еле как могу различить силуэт человека.

— О боже!  Врача! — кричит он.

Что происходит?

Pov Gregor

Это реальность или я сплю? Мои ноги несут меня в неизвестном направлении.

— Врача, — кричу я. — Врача!

— Что-то случилось? — мужчина в белом халате выскакивает из палаты и с перепуганными глазами смотрит на меня.

Я стою и не знаю, что мне сказать. В жилах бурлит кровь, не могу сказать ни слова. Черт, черт!  Она открыла глаза. Во всю рыдаю и хватая мужчину под руку, начинаю лететь в палату к Лолите.

— Грегор? — Аарон и Лима с негодованием смотрят на меня, а мать Лолиты вскакивает, и прикрывает руками рот. Все бегут за мной.

В палате тихо, но это правда, я смотрю на Лолиту,  а она с неким испугом осматривает палату.

— Лолита! — кричит мисс Грейс.

— Выйдите все с палаты! — просит врач, и я, взяв мать Лолиты за плечи вывожу их с палаты.

Неужели, я не верю в это, вернее не могу поверить, мне всё кажется, что это сон, просто моё воображение, я вот-вот проснусь и всё будет также.

— Это правда? — Лима плачет и кладёт голову на плечо Аарону.

Я снова замолкаю и хожу от одной стены к другой, Господи, пусть всё будет хорошо.

— Мисс Грейс, — врач оповещает нас о своем выходе. Мы с трепетом ждем его слов. — Девушка вышла из комы, её жизнь вне угрозы, но после долгого пребывания в коме, ей предстоит сложное восстановление, вернее ей бы предстояло сложное восстановление, если бы не клетки оборотня, которые уже начали восстанавливать её организм.

— Слава Богу, — вздыхаю я и опускаюсь по стенке, а позади ещё слышатся всхлипы.

«Её жизнь вне угрозы» - это самые сладкие слова, которые мне приходилось слышать.

Всё позади.