Часть 10
Я не знаю, что они там обсудили, но я не согласна! Ни на переезд сегодня, ни вот с такими наглыми посягательствами на меня
со стороны кареглазого нахала. Чонгук очень заметно злится. Его серые глаза приобретают холодный стальной оттенок, сильные руки напрягаются, губы поджаты.
Мужчина разворачивается и размашистым шагом уходит от нас в комнату, где мы ночевали с его младшим братом.
- Ну что, девчонки, - подмигивает Ансар, кто из вас умеет готовить завтрак?
- Никто, - тяну Роза за собой к выходу.
- Стой, - шипит подруга, - надо хотя бы расчесаться.
- Ты и так красивая. Поехали отсюда, пожалуйста, - умоляю ее.
- И далеко вы собрались? - все так же обманчиво лениво интересуется Ансар. -
Ты мне должна, между прочим. Я твою попку перед папой прикрыл, иначе тебе бы здорово по ней прилетело за побег. Хватит дуться, Джен. Что изменят два дня? Ты же понимаешь, что мы уже встряли в этот брак.
- А ты и рад! - обиженно складываю руки на груди.
- Да не особо, - признается он. - Меня, знаешь ли, вполне устраивала моя свобода.
- Что же изменилось? - цепляюсь за формулировку в прошедшем времени.
- Тебя увидел, - улыбается шире.
- Угу. И сразу влюбился так, что захотелось жениться? - фыркаю в ответ.
- Интересно стало, - проходится по мне изучающим взглядом. - Люблю сложные задачки разгадывать. Давайте я сам соображу завтрак, а вы прекратите заниматься хренью. Очухаемся после ночи и поедем за вещами. У меня нет желания с похмелья бегать за тобой по всему городу.
- А ты не бегай! - топаю ногой.
- А ты не беси меня с утра! - рявкает в ответ.
- Такая, блин, тихая, скромная там была, - ворчит себе под нос. - Сейчас мозг выносишь, как большая.
Обиженно плюхаюсь на диван. Не видит Ансар, как у меня руки дрожат. Прячу их под бедра и делаю вид, что в окне ну очень интересно. От волнения все тело покалывает. Зато адреналин выжег из меня весь вчерашний алкоголь и в отличие от Ансара, голова у меня теперь болит совсем по другому поводу.
Вздрагиваю от прикосновения. На мой лоб ложится прохладная ладонь. Пульсация в висках становится меньше.
- Ты очень бледная, - передо мной присаживается Чонгук. - Точно нормально себя чувствуешь?
- Голова опять болит, - признаюсь ему.
- Пить не надо было, если не умеешь, - раздается издевательское от Ансара.
- Отвали, - отшивает его брат. - Дай руку, - вытягивает мою. - Пальчики холодные, - расправляет их прикосновением, считает пульс на запястье. - Боишься? - говорит тише, чтобы Ансар не слышал. - Он придурок, но не беспредельщик. Не бойся его, - старается успокоить.
- Чонгук, ты бы руки убрал от моей невесты,
- недовольно хлопает его по плечу Ансар, неожиданно оказавшийся за спиной брата.
- Завтрак готов.
- Найди невесте пару таблеток от головы, а лучше легкое успокоительное и включи уже голову! - поднявшись, рычит Чонгук, толкая брата ладонью в затылок. - Не со своими девочками на тусовке общаешь.
Интересные у них отношения. Вроде дружат, но в тоже время, Чонгук явно имеет на брата влияние. С Ансара слетает немного спеси, и мы можем спокойно поесть. Нехитрые бутерброды, чай и таблетки от головы - такой вот скромный завтрак под перекрестными взглядами братьев Чонов.
- Не говори никому про эту квартиру, просит Чонгук, пока мы собираемся.
- Не буду, - улыбаюсь ему.
От мужчины веет надежностью и спокойствием. Он намного старше меня.
Думаю, именно поэтому рядом с Чонгуком мне не так страшно, как с отмороженным Ансаром.
В машине сидим тихо, как мышки. Сначала везем Розэ домой. Возле ее подъезда долго обнимаемся. Я не знаю, когда еще у меня будет возможность встретиться с подругой. До начала занятий в университете еще целое лето, а правил нового дома я совсем не знаю. Можно ли мне будет выбираться и гулять с подругой?
Или это все, конец. Можно будет проводить время только с будущим мужем.
Опять становится очень тоскливо. Всю дорогу до особняка отца я тоже молчу.
В дом мы входим втроем. Нас тут же встречает взволнованная мама.
- Я ее не трогал, - с порога заявляет Ансар.
И мамочка едва заметно с облегчением выдыхает.
Решаю, что жаловаться ей на ночь в одной постели с пьяным Чоном не стоит. Тут он прав. Не было ведь ничего, а значит и жаловаться не на что.
Поднимаемся на второй этаж.
- Можно не ходить за мной в комнату? - торможу Ансара у двери.
- Почему? - мурлычет он, прикасаясь пальцами к моей щеке. Тут же получает по ним.
Делаю шаг назад и оказываюсь прижата к стене. Ищу пальчиками дверную ручку, чтобы сбежать. Замечает, ловит, подносит к губам и замирает в миллиметре от прикосновения.
- У тебя зрачки пульсируют, когда ты боишься, - тихо произносит он. - Скажи, когда можно будет забрать вещи. Я буду
внизу, - все же целует мои пальцы и быстро уходит.
- Уффф... - выдохнув, сползаю по стене на корточки.
- Дочка, ты чего? - ко мне подбегает обеспокоенная мама.
- Ты чего от нас отстала? - обиженно смотрю на нее.
- Да я распорядилась, чтобы мальчиков напоили чаем. Расскажешь мне, как погуляли? - мама помогает подняться.
- Пожалуй, лучше не буду, - обнимаю ее.
В комнате все тот же бардак, который я оставила, убегая. Что брать с собой попрежнему непонятно. Растерянно оглядываю хаос из вещей и начинаю разбирать, складывая в сумку все самое для себя ценное. Хочется задать маме миллион вопросов. Об одном спрашивать стыдно, на другие она все равно не ответит. Придется разбираться самостоятельно.
- Ну что у вас тут? - в комнату без стука
входит отец.
- Я не успею за сегодня, пап, - виновато опускаю перед ним взгляд. Авторитет родителя слишком на меня давит, я пока не умею с этим справляться.
- Ты переезжаешь не в соседнюю страну,
Дженни. И не в бедную семью, где тебе тряпки купить не смогут. Вообще не понимаю, для чего вот эти все сумки? - оглядывает он сложенные в углу вещи.
- Она же девочка, Дорогой. Да и должно же быть что-то родное в чужом доме у ребенка! - всхлипывает мамочка.
- Прекрати! Ребенком она была в десять лет. А сейчас взрослая, совершеннолетняя практически женщина! А ты все носишься с ней, повзрослеть не даешь
- Зато ты...
- Мама, папа, - влезаю между ними. - Не ссорьтесь, пожалуйста. Я попробую повзрослеть, если так нужно для твоего бизнеса, отец.
- Вот это совсем другой разговор. Вот эти
все платья с неба не падают! Все это стоит денег!
- Давайте хоть пообедаем вместе, - просит мамочка. - А то заберут они сейчас мою девочку, - на ее ресницах опять слезы.
- Если Чоны не против задержаться еще немного, можно и пообедать, - соглашается отец. - Правда, - смотрит на часы, - это уже скорее ранний ужин. Распорядись, чтобы накрыли. Я сам приглашу Чонгука и Ансара к столу.
- Не плач, - обнимаю маму за шею, как только мы остаемся вдвоем. - Все будет нормально. Я справлюсь. Честно - честно.