113
Легендарный маршал, известный как "Бог звездных войн", Мэн Цзиньхуай оттачивал навыки управления меха в битве за битвой на протяжении десятилетий.
Даже сейчас, пересев в Наньвэй, его навыки пилотирования ничуть не ухудшились, а даже наоборот продолжили совершенствоваться.
Дуань Хэнъе заметил, что хотя на световом экране было много темно-красных точек, если нажать на них, то окажется, что ни одна из этих "травм" не была серьезной.
Большинство из них даже не нуждались в личном внимании Дуань Хэнъе, с ними могли справиться автоматические роботы по обслуживанию.
Посмотрев на них, Дуань Хэнъе не мог не вздохнуть с облегчением - не столько из-за собственной загруженности, сколько из-за безопасности Мэн Цзиньхуая на поле боя.
Хотя он мог считывать работу мехи и ее внутренних систем, он все же испытал облегчение, увидев, что мехи находится в состоянии более чем хорошем.
После того как Дуань Хэнъе вручную использовал инструменты для устранения нескольких простых и ярко выраженных повреждений на мехе, он, наконец, последовал указаниям светового экрана для того, чтобы заняться более серьезной проблемой.
Хотя на 3D-карте царапина выглядела как небольшое повреждение, размер нового мехи был настолько велик, что небольшой участок повреждения на смоделированной карте в реальности оказался пугающего огромной площадью.
Несмотря на то, что Дуань Хэнъе уже привык к маленькой парящей стойке, когда она снова поднялось, мужчина снова испуганно и крепко ухватился за стеклянную переборку.
Только после того, как парящий аппарат стабилизировался на царапине, Дуань Хэнъе отпустил его руку.
Только что, когда он был далеко, он понятия не имел о повреждении, но теперь, оказавшись рядом, он понял, что царапина действительно была довольно глубокой на совершенно новом мехе.
Дуань Хэнъе неосознанно протянул руку и нежно погладил огромный шрам.
Невзирая на то, что с момента той самой битвы, которая оставила этот порез на металлической поверхности стального гиганта прошло много времени, воображение Дуань Хэнъе вынудило его чувствовать, что остаточное тепло на «шраме» еще не рассеялось, когда он прикоснулся к металлу.
Для Дуань Хэнъе мех был похож на великолепный чанпао*, а порез - это след от шипа, внезапно вонзившегося в чанпао. Стоит его одеть и он всегда был уродлив и отвратителен.
[*chángpáo - традиционный мужской китайский наряд, халат]
Хотя Дуань Хэнъе не был перфекционистом, такой шрам все равно был слишком резким для его глаз. Это было похоже на то, как если бы на хорошую картину попали пятна от воды, очень возмутительно.
Посмотрев на него некоторое время, Дуань Хэнъе опустил взгляд.
Затем он протянул руку к внешнему устройству левитатора, расположенному рядом с ним, и достал инструмент, отвечающий за ремонт таких шрамов.
По мнению Дуань Хэнъе, исправление таких шрамов было очень похоже на работу скульптора.
Хотя это был самый простой шаг в обслуживании мехов, Дуань Хэнъе понимал, что он все равно требует большого терпения.
Теперь, когда Дуань Хэнъе поднялся в верхнюю часть мехи на небольшом воздушном шаре, чуть дальше внизу была "пропасть".
Хотя Дуань Хэнъе не боялся высоты, он все же немного нервничал, стоя на таком маленьком полуоткрытом судне на воздушной подушке.
Поэтому, когда он достал инструмент и приблизился к мехе, Дуань Хэнъе глубоко вздохнул, а затем медленно начал работать.
Пока Дуань Хэнъе, борясь с дискомфортом, щепетильно справлялся с эстетическим вызовом, все остальные исподволь наблюдали за ним. Как люди, удостоившиеся чести и права работать в Министерстве Военных дел, все они обладали огромным опытом и достижениями в своих областях.
Все присутствующие знали, насколько сильным психологическим испытанием для человека было впервые прокатиться на этом полуоткрытом маленьком судне на воздушной подушке.
Хотя все могли убедиться по нескольким предыдущим инцидентам, что профессор Дуань был очень сильным психологически человеком и не боялся опасности, но они не ожидали, что Дуань Хэнъе сможет так хорошо приспособиться к этому мини-лифту, когда впервые встанет на него.
Эти люди и так восхищались Дуань Хэнъе, а теперь, увидев, как спокойно он выглядит, они восхищались им еще больше.
Через некоторое время работа была закончена, и как раз в тот момент, когда Дуань Хэнъе опустил руку, боковой люк в верхней части мехи в нескольких метрах над его головой внезапно открылся.
Дуань Хэнъе посмотрел на инструкции на своем световом экране, затем понял, что роботы уже позаботились о других мелких повреждениях, и что ему придется пройти через более сложные этапы обслуживания.
Но для Дуань Хэнъе работа по обслуживанию вступала в более легкую фазу.
Теперь, вместо того чтобы работать над внешней частью мехи, балансируя на листе кувшинки, парящем в десятках метров над землей, он наконец-то мог переместиться во внутреннюю кабину мехи.
Хотя сложность операции возрастала в геометрической прогрессии, по крайней мере, его ноги могли ступать по ровной земле.
Дуань Хэнъе, как конструктор этого мехи, уже много раз заходил во внутреннюю кабину.
Но на этот раз, после того как он был официально объявлен военным, повторный визит внутрь отличался от предыдущего опыта.
Когда Дуань Хэнъе вошел в кабину, внутри мехи загорелись всевозможные огни.
Дуань Хэнъе осторожно коснулся компьютера, который висел у него на боку, излучая жуткий синий свет, а затем шаг за шагом направился внутрь мехи.
Мех был настолько огромен, что его внутренняя часть была почти как небольшое здание, с замысловатыми отсеками внутри. Дуань Хэнъе направлялся не в комнату пилота, а в одно из помещений, где находились важные устройства.
После нескольких сражений Дуань Хэнъе теперь нужно было проверить их рабочее состояние и заменить некоторые приборы.
Кто-то пошутил ранее, что, возможно, сложность конструкции высококлассного мехи может быть показана сложностью его внутренней структуры.
Было возможно, что кроме конструктора и владельца мехи, любой другой, кому выпадет шанс войти внутрь, потеряется в нем надолго.
Это не было ошибкой, даже сам Дуань Хэнъе, который уже некоторое время не был внутри, немного колебался после того, как снова оказался там.
Только когда он убедился в правильности своего маршрута, он направился к комнате, как он ее помнил.
По мере приближения шагов Дуань Хэнъе в коридоре один за другим загорались огни.
Хотя при включении этих ламп не было слышно никаких звуков, Дуань Хэнъе чувствовал, что в ушах у него уже звенит от внезапно загоревшегося фонаря.
Через некоторое время, после трех или четырех уровней проверки личности, Дуань Хэнъе наконец вошел в предназначенную ему комнату.
На первый взгляд он оказался в системе «внутренних сосудов» - повсюду проходили жгуты разноцветных проводов и кабелей, сплетаясь, поднимаясь или уходя вниз. Все выглядело одновременно хаотично и упорядоченно.
Однако для Дуань Хэнъе это было то, с чем он был хорошо знаком.
Он медленно присел, а затем поместил свой портативный компьютер, который висел сбоку, за спину. Когда обычный механик обслуживал этот отсек, ему пришлось бы шаг за шагом сверять все действия со схемой на световом экране. Но Дуань Хэнъе, как конструктор, явно не нуждался в таких хлопотах.
Дуань Хэнъе спокойно надел пару белых перчаток, затем наклонился, чтобы приняться за работу. Выражение его лица было очень серьезным, но движения рук не замедлялись ни на секунду.
На самом деле, Дуань Хэнъе тоже мог шаг за шагом следовать инструкциям на световом экране, но в действительности, операция, которую он выполнял своими руками, была упрощенной версией многих процедур.
Это не значит, что Дуань Хэнъе халатно торопится или ведет себя беспечно, но он понимает, что сейчас военное время, и каждая секунда времени не должна быть потрачена впустую.
Если бы он тратил время на замену деталей, то в случае нападения врага нанесенный ущерб был бы огромен.
На самом деле, все ремонтники мехи знали об этом, но существовало всего несколько человек, которые действительно могли сделать это в реальности.
Хотя Дуань Хэнъе был новичком в этой роли, он смог выполнить столь рискованное задание на своей первой работе благодаря глубоким знаниям основ.
Пока Дуань Хэнъе в перчатках работал со сложной проводкой, на различных приборах и проводах, соединяющих системы вокруг него, загорались светлые огоньки.
Это был эффект, который Дуань Хэнъе ранее подготовил специально для обслуживания проводки, эти огоньки могли гарантировать, что даже в темноте внутри мехи, обслуживающий персонал сможет с первого взгляда обнаружить проблемы с основной проводкой, или определить по свету, если что-то пойдет не так с приборами.
Как он мог видеть, эти линии, а также структура сейчас работают очень гладко.
Свет все еще работал, но после того, как Дуань Хэнъе пригнулся, освещение этой стороны здания полностью зависело от освещения на линиях.
Холодный белый свет падал на лицо Дуань Хэнъе с боковой стороны, а затем еще больше подчеркивал его черты, в то время как текстура его кожи выглядела еще более холодной.
В этот момент выражение лица Дуань Хэнъе было сосредоточенным, и с таким выражением и непрерывными движениями его рук, он был похож на невероятно точную машину или высококвалифицированного хирурга.
Звукоизоляция внутри меха настолько хороша, что единственным звуком в ушах Дуань Хэнъе в этот момент было его собственное неглубокое дыхание.
Хотя внутри мехи была постоянная температура, пространство, в котором находился Дуань Хэнъе, было немного тесным, и он не двигался слишком долго.
Через некоторое время со лба Дуань Хэнъе стекли капельки пота, а затем они с сильным стуком упали на пол.
Обстановка была слишком тихой, и даже сам Дуань Хэнъе услышал звук разбивающейся жидкости. Неизвестно, как это произошло, но когда этот звук раздался в его ушах, сердце Дуань Хэнъе внезапно охватила волна необъяснимой паники.
В этот момент внутреннее освещение мехи позади Дуань Хэнъе, внезапно замерцало. Почти одновременно с этим движения рук Дуань Хэнъе приостановились.
В одно мгновение первоначальное холодное белое освещение сменилось ярко-красным и постоянно мигающим сигнальным светом.
Дуань Хэнъе медленно встал и повернулся назад, затем он услышал звук шагов, доносящийся издалека.
Еще через мгновение позади Дуань Хэнъе появилась подсвеченная алым фигура...
________
[Music: 2WEI "Mission Zero"]