Часть 2. Глава 16
Хёнджин
Я посмотрел на Арин, на Оникса с Мэри, на мягкий беспорядок нашего утра - и понимал, что хотелось бы полежать вот так ещё хотя бы минут десять. Но будильники у родителей обычно выглядят иначе: школа, колледж, расписания, обязательства.
- Полторы минуты отдыха, - пробормотал я, закрывая глаза ровно на девяносто секунд.
Ровно через полторы минуты мы одновременно выдохнули и поднялись. Реальность позвала.
Суджин уже не было дома. Когда мы вошли в кухню, я увидел на холодильнике записку, прикреплённую магнитом с котёнком: «Пап, мам, я ушла. Сегодня я переночую у Кэтти. Люблю вас очень, очень сильно».
Я улыбнулся. Почерк Суджин был таким же красивым, как и всё, чего она касалась.
- Наша старшая птичка уже улетела, - сказал я вслух.
Арин стояла у плиты, аккуратно раскладывая еду в контейнеры: один - для Сыльги, с любимыми рисовыми шариками и овощами; второй - для Джихана, третий - для Джихо. Я подошёл, поцеловал её в висок, ощутив привычное тепло.
- Я пойду будить нашу вторую принцессу, - сказал я. Она кивнула, не отвлекаясь от готовки.
Поднимаясь по лестнице, я уже заранее знал, что услышу. Тишину. И слабое, еле слышное сопение.
Открыв дверь в комнату Сыльги, я увидел картину, которая всегда заставляла меня смягчаться: она свернулась клубочком под одеялом, её волосы разметались по подушке, а в руках - огромный плюшевый осьминог, которого я подарил ей на прошлый день рождения.
- Сыльги, солнышко, пора вставать, - сказал я тихо, присев рядом на кровать. Ответа не последовало. Только лёгкое движение плеча. - Давай, принцесса, иначе мне придётся применять тяжёлую артиллерию, - добавил я шутливо.
Она чуть приоткрыла один глаз.
- Папа... ещё пять минут...
- А я говорил тебе вчера, чтобы ты не засиживалась а ложись во время спать, - усмехнулся я, аккуратно убирая волосы с её лица. - Встаём, принцесса. У тебя сегодня важный тест, к которому ты готовилась всю неделю.
Сыльги простонала, но всё же села, зевая и протирая глаза.
- Ладно-ладно, я встаю.
Я поцеловал её в макушку и направился к комнате близнецов.
Первым делом - Джихо. Конечно, он всё ещё спал. Он мог проспать землетрясение, пожар и концерт рок-группы под окном.
- Джихо. Подъём, - сказал я, слегка тронув его за плечо. Он что-то пробормотал, свернувшись глубже в одеяло. - Джихо, не заставляй меня повторять.
- Ммм... пап... пять минут...
Я вздохнул.
- Вы с Сыльги будто сговорились, - пробормотал я, затем потянул одеяло вниз.
Джихо моментально распахнул глаза.
- Пап! Холодно!
- Тогда вставай.
Он резко сел, взъерошенный, сонный, но хоть проснулся.
Я покачал головой, улыбаясь краем губ. Дальше - Джихан. Когда я открыл дверь, он уже стоял у кровати, аккуратно заправляя покрывало. Комната была почти идеальной - постеры ровно, книги по порядку, телефон заряжается.
Он поднял взгляд:
- Доброе утро, пап. Я давно встал.
- Молодец, - сказал я, не скрывая гордости. - Скажи своему брату, что он должен быть готов через десять минут, - добавил я.
- Он уже орёт «пять минут», значит, всё по графику, - спокойно ответил Джихан.
Я рассмеялся. Вот она, наша жизнь: шумная, быстрая, иногда хаотичная - но родная. И каждый новый день начинался именно так.
Спустя через тридцать минут, мы уже ехали в машине, завезли Сыльги в школу, а близнецов в колледж. Честно говоря, что-то я сомневаюсь в том, что эти парни пробудут там хоть час, потому что зная своих сыновей они по-любому свалят на свои гонки. Вот кто, кто, а парни реально пошли в меня. И этого я боялся больше всего. Суджин, хоть и копия меня но вот характером вся мамочка, также как и Сыльги. Смотря на своих детей, я понимаю то, насколько быстро летит время, ещё словно вчера я держал свою маленькую Суджин на руках, а сейчас вместо одной дочери у меня четверо детей. И я подумываю об пятом ребёнке. Но пока Арин знать не обязательно.
Моя жена сидела рядом со мной, копошась что-то в телефоне и подключившись к колонкам, она выбрала «Tate McRae - I know love (feat. The Kid LAROI)» и салон наполнился тихой музыкой, и я, будто автоматически, начал отбивать ритм пальцами по рулю. Арин чуть повернувшись к окну, и терпеливо ловила удачные кадры - ветви с едва раскрутившимися бутонами, солнечные пятна на асфальте, небо, будто вымытое ночным дождём. В такие моменты она выглядела по-особенному спокойной, почти сияющей.
Я поймал себя на том, что смотрю на неё чаще чем на дорогу. Также, как и всегда, когда мы едем на работу. Сколько лет прошло? А ощущение будто мы всё ещё стоим под первым весенним дождём в свой отпуск, она смеялась, пряча лицо в ладонях, когда я невзначай вспомнил самое первое знакомство, которое на всю жизнь осталась в моей голове и сердце, такой удар тяжело не забыть. И вот сейчас - годы спустя - ничего не изменилось. Или изменилось, но только к лучшему: чувства стали глубже, сильнее, крепче. Но каждый раз, когда моя любимая улыбается или слегка прикусывает губу, сосредоточенно выбирая наряды с моей новой коллекции или как сейчас, настраивая камеру, - всё внутри переворачивается также, как тогда.
Я снова влюбляюсь в неё. Каждый грёбаный день. Незаметно, но неизбежно. И если честно говорить, то я не жалею о том, что я пошёл против слов Кристофера: не прикасаться к его сестре и даже глазом на неё не смотреть. И сделал всё по своему, но как оказалось Арин была влюблена в меня задолго до того, как я осознал все свои чувства к ней. И мне это льстило, и сейчас льстит то, с каким удовольствием она сама льнёт ко мне, даже не смотря на свой возраст, как Арин говорит «взрослой женщины».
- Смотри, какое дерево, - сказала Арин, тронув меня за рукав рубашки, чтобы показать экран телефона, когда мы остановились на светофоре.
Я улыбнулся и на секунду задержал взгляд на ней, а не на дереве. Она была красивее любого цветущего дерева или цветка. Смотря на неё и на её фигуру, хрен скажешь, что она моя любимая рожала. После каждой беременности Арин ухаживала за своим телом, хотя я говорил что этого и не нужно вовсе, она и так прекрасно выглядит. Но она была упрямая, в принципе как и сейчас. Годы идут, а в ней так ничего и не поменялось.
- Красиво, - честно ответил я, не отрывая взгляда от неё.
Заметив мой взгляд на себе, Арин слегка хихикнула и ткнула меня рукой в бок, смущённо отворачиваясь к окну и продолжая свою съёмку. Музыка продолжала играть, дорога ведущая к кафе была свободной.
- Смотри на дорогу, - поправляя воротник своей шелковистой бежевой блузки, буркнула жена.
- Котёнок, тяжело смотреть на дорогу, когда рядом со мной сидит моя красавица жена, - беру её руку в свою и целую тыльную сторону ладони, а затем переплетаю наши пальцы.
Арин улыбнувшись покачала головой и наклонилась ко мне, губы её коснулись моей щеки, а затем она положила голову мне на плечо, смотря прямо на дорогу.