Часть 2. Глава 14
Арин
Прошли годы, и наш дом стал ещё шумнее, взрослее, сложнее - и теплее. Детей стало больше, а их жизни разошлись в такие разные стороны, что иногда я, чувствовала себя хроникёром большой, немного сумасшедшей, но безумно любимой семьи. Суджин уже двадцать три. Она работала в сфере моды - как же иначе, с таким отцом? - и часто приезжала ко мне с толстенными папками проектов, чтобы я помогла ей «осознать сюжет коллекции».
Близнецам, Джихо и Джихану, исполнилось двадцать один. Они выросли быстро, стремительно, как ветер. И, конечно, принесли с собой проблемы, которые я не могла предугадать. Нелегальные гонки... пусть и без подробностей, но сама мысль об их опасных увлечениях вызывала у меня холод в груди. Хёнджин тогда долго молчал. Его взгляд был тяжелее любого выговора. А потом, после паузы, сказал:
- Я был не лучше. Но если уж вы выбрали этот путь... вы будете держать себя в рамках. Никаких экстремальных рисков, никаких попыток доказать кому-то, что вы бессмертны. Поняли? - он говорил строго, но без тени злости.
Скорее - забота, смесь понимания и взрослой ответственности.
Близнецы кивнули. Пусть их упрямство было от него, но и рассудительность они унаследовали тоже. А нашей последней дочери Сыльги, уже семнадцать, золотой возраст. Её отличия от братьев и сестры были изумительными. Она училась в лучшей школе города, приносила домой грамоты и медали, как будто это просто её хобби. Она любила химию, искусство и, к удивлению всех, фехтование. Иногда я наблюдала, как она читает учебник, параллельно объясняя Ониксу, что такое «кислотно-основное равновесие».
Поскольку кот был огромен, пушист и спокоен, он выглядел как идеальный слушатель. Мэри сидела рядом, моргая так, будто пыталась понять хотя бы одно слово.
Сыльги ласково гладила их, а потом снова уходила в учёбу - уверенная, сконцентрированная, сосредоточенная, как в детстве.
Хёнджин тем временем, по-прежнему был креативным директором Versace, только теперь с повышением, огромной командой под его руководством и собственными линиями, которые обсуждали по всему миру. Иногда я видела, как он сидит в своём кабинете дома, с чашкой кофе, над которой поднимается лёгкий пар, и смотрит в окно - тихо, задумчиво, будто ищет вдохновение, которое потом превращает в образы, покоряющие подиумы.
Я же - всё также осталась главным лицом бренда, и всё также продолжала писала. Моё имя уже узнавали, книги расходились большими тиражами, а поклонники ждали новых историй. Но когда меня спрашивали о вдохновении... я всегда отвечала:
- Его полно дома. У нас каждый день - целый роман.
И это было чистой правдой.
Однажды вечером мы все собрались в гостиной – редкость для такой разной и занятой семьи. Суджин листала альбом с эскизами. Близнецы спорили, кто из них лучше водит – в безопасных рамках, конечно. Сыльги как всегда читала какую-то книгу, про тёмный роман, попутно поправляя свои волосы:
- Мам, ты целый день работаешь, дай глазам отдохнуть!
Хёнджин прошёл мимо, поцеловал меня в макушку и улыбнулся:
- Писательница никогда не отдыхает.
- Зато у креативного директора отпуск раз в год, - поддела я его.
- Это ложь и клевета, - усмехнулся он, приобнимая меня. - Но знаешь что? Наша семья - лучший проект, который у нас когда-либо был.
Я посмотрела на детей - таких разных, таких необычных, таких «наших». И улыбнулась. Может, я и правда писательница. Но лучшую историю мне подарила жизнь сама.
***
Постепенно мир шёл своим чередом, когда в нашу семью вошли перемены, о которых никто не говорил вслух, но все знали: они были неизбежны. Хёнджин давно ушёл из мира, где решения принимались тихими жестами, а последствия отзываются эхом во всём городе. Но влияние, которое он оставил, - осталось навсегда. И именно это влияние теперь окружало Сэма. Неожиданно для всех - а, может быть, и ожидаемо - занял место в мире, где прежде стоял Хёнджин. Он стал доном клана «Рыцари смерти». Название всё такое же жесткое, но сама организация изменилась. Под руководством Сэма она перестала быть тем, что люди привыкли себе представлять. Он сделал её чем-то более дисциплинированным, закрытым, стратегическим - структурой, где решали не силой, а головой.
И Хёнджин гордился им. Гордился так, как может гордиться только старший брат, который прошёл этот путь до конца и смог уйти.
- Ты не повторяешь мои ошибки, - сказал он однажды Сэму, когда они сидели на террасе нашего дома поздним вечером.
- Я учусь на твоём опыте, - спокойно ответил Сэм.
Иногда Сэм приходил к Хёнджину за советами. Не о том, как давить или угрожать - наоборот: как сохранять контроль, как не поддаваться импульсам, как вести людей так, чтобы они верили. Хёнджин никогда не давал советов, которые могли бы привести к чему-то опасному. Он говорил о логике, стратегии, точности и сдержанности. И Сэм слушал. Клан Сэма стал выглядеть иначе не только благодаря ему.
К нему присоединились люди, которые были нам почти семьёй.
Кастиэль - он обладал спокойной силой и невероятным хладнокровием. Он стал правой рукой Сэма - человеком, который понимал, когда стоит говорить, а когда просто быть рядом. Феликс присоединился к Сэму не ради силы, а чтобы защищать тех, кого любит. Авея, которая совсем недавно стала «Миссис Ли», биолог по профессии, была невероятно спокойной и мудрой. Сейчас она была беременна, и каждый в семье относился к ней как к хрустальному сосуду - особенно Феликс, который мог приподнимать её сумку и говорить: «Это тяжело. Я понесу».
Даже если сумка весила грамм пятьсот.
Минхо и Хан, тоже стали частью команды Сэма. Минхо был строг, но честен; Хан - наблюдателен, рассудителен и умел успокоить любую ситуацию одним словом.
Все они образовывали не криминальную силу, а сеть людей, которые держались друг за друга, помогали, решали проблемы и поддерживали порядок там, где он был нужен.
А вот Кристофер отказался от этого, он вместе с Ынджу и Ханной уехал в Сидней, Австралия и уже как год там, даже из далека мой любимый Крис заботится обо мне. Родители тоже не стали отставать от счастливой жизни, и поехали путешествовать в Египет, присылая много фотографий и видео, а также подарков. Но оставался один человек, который решил вычеркнуть всех нас из своей жизни и это никто иная, как Юна. После всего что мы пережили, через что мы вместе прошли она вот так поступила, в принце я её не осуждаю, и никогда не буду. А вот разочарование имеется, но больше всего в разочаровании Хёнджин и Сэм, после всех выходок Юны они были первыми кто оборвал связи с сестрой.
Однажды вечером мы сидели в саду - я, Хёнджин, Суджин и Сыльги. Солнце уже садилось, воздух был мягким, а листья на ветру шуршали вполголоса. Сэм вышел к нам через калитку, проходя мимо Феликса, который что-то быстро объяснял Минхо жестами.
- Как прошёл день? - спросил Хёнджин, поднимаясь к брату.
Сэм улыбнулся - спокойной, уверенной улыбкой человека, который знает своё место в мире.
- Нормально. Мы держим всё под контролем.
Хёнджин смотрел на него чуть дольше, чем обычно, и я уловила в его взгляде гордость, спокойствие и уверенность.
- Ты справляешься лучше, чем я когда-то, - сказал он тихо.
- Потому что у меня было с кого брать пример, брат, - ответил Сэм и подмигнул мне.
А я сидела рядом и думала, что странно - жизнь так переплетает судьбы. У одного из братьев - подиумы, искусство и креативные решения. У другого - ответственность, структура и влияние, требующее холодной головы. А между ними стояла семья. Связь, которая держала всех нас - шумных, разных, упрямых - вместе.
И я знала: каким бы ни был мир вокруг, внутри нашей семьи всегда будет свет.