No name.
Очень легко управлять хорошими людьми. Очень легко. А плохими бесполезно и пытаться. Я что-то не слышал, чтоб было по-другому.
©Кормак Маккарти.
* Ко́рмак Макка́рти (20 июля 1933, Провиденс, Род-Айленд, США) — американский писатель-романист и драматург.Автор ряда романов, пьес и киносценариев. Основные жанры: южная готика, вестерн, постапокалиптика. Получил Пулитцеровскую премию и Премию памяти Джеймса Тэйта за роман «Дорога». В 1992 году Кормак Маккарти получил Национальную книжную премию и Национальную книжную премию критиков за роман «Кони, кони». В 2005 году вышел его роман «Старикам тут не место», а в 2007-м по нему был снят одноимённый фильм, который получил четыре премии «Оскар» Академии кинематографических искусств, в том числе в номинации «Лучший фильм».Его роман 1985 года «Кровавый меридиан» был внесён в список «100 лучших книг на английском языке, изданных в период с 1923 по 2005 год» по версии журнала Time. В 2006 году The New York Times поместила этот роман на второе место в списке лучших американских романов, опубликованных за последние 25 лет. Литературный критик Харольд Блум назвал Маккарти одним из четырёх крупнейших американских писателей своего времени, в одном ряду с Доном Делилло, Томасом Пинчоном и Филиппом Ротом. В 2010 году The Times поставила роман «Дорога» на первое место в своем списке «100 лучших художественных и научно-популярных книг за последних 10 лет». Кормака Маккарти часто называют современным Фолкнером. Также Маккарти всё чаще упоминается в качестве кандидата на Нобелевскую премию по литературе.
Люди всегда готовятся к будущему. Я же об этом никогда не заботился. Будущее их не ждет. Оно даже не подозревает об их существовании.
Потом они с мальчиком сидели у костра и доедали последние крекеры с сосисками из алюминиевой банки. В кармане своего рюкзака он обнаружил ополовиненный пакетик с порошком какао, развел его для сына, а себе налил кипятку, сел и стал дуть на край кружки. - Ты ведь обещал так не делать, пап. - Чего не делать? - Сам знаешь. Вылил кипяток обратно в кастрюлю, забрал у сына кружку, отлил себе чуть-чуть какао и вернул кружку. - Все время приходится за тобой следить. - Да, нехорошо. - Если ты не держишь слово в мелочах, то обязательно нарушишь в главном. Ты сам так сказал. - Знаю, знаю.
Больше не буду.
Женщинам снятся сны про несчастья, грозящие их близким, а мужчинам - про несчастья, грозящие им самим.
— Если ты останешься один, у тебя пропадет желание жить. Я по собственному опыту знаю. Тому, кто совсем одинок, можно только посоветовать придумать себе кого-нибудь. Вдохнуть в него жизнь, задобрить словами любви. Отдать последнюю крошку хлеба, защитить от опасности собственным телом. Что касается меня, то я ищу только вечного небытия. Это — моя последняя надежда.
Есть два рода людей, которые не задают много вопросов. Одни слишком тупые, другим же не надо спрашивать, чтобы все понять.
- Если тебе снится мир, которого раньше не было или которого никогда не будет, и тебя переполняет радость, то это как раз и означает, что ты сдался. Понимаешь? Но ты не имеешь права сдаваться. Я тебе не позволю.
С ним и раньше бывало такое. Не просто чувство безысходности и пустоты, нет. Ощущение, что мир сокращается до размеров ядра атома. Названия предметов медленно испаряются из памяти вслед за самими предметами. Исчезают цвета. Породы птиц. Продукты. Последними ушли в небытие названия вещей, казавшихся незыблемыми. Он и предположить не мог, что они окажутся такими хрупкими. Сколько их уже безвозвратно исчезло? Даже неизреченные вечные истины лишаются смысла. Силятся сохранить тепло, мерцают недолго и исчезают. Навсегда.
Лежал и слушал стук капель в лесу. Голые скалы вокруг. Холод и тишина. В пустоте унылый переменчивый ветер гоняет туда-сюда прах погибшего мира. Перенесет, рассыплет, опять перенесет. Все в этом мире вырвано с корнем, зависло в безжизненно-сером воздухе, все держится на одном дыхании, коротком и слабом. Почему мое сердце не из камня?
Ты думаешь, что когда просыпаешься утром, то вчерашний день не считается. Но только он и считается. Что у тебя есть кроме него? Твоя жизнь состоит из дней, создана из них. Ни из чего больше. Ты воображаешь, что можно убежать, сменить имя и уж не знаю что еще. Начать все заново. А потом однажды утром просыпаешься, смотришь в потолок и гадаешь, кто это лежит в постели, ты или не ты.
Год или два назад мы с Лореттой ездили на конференцию в Корпус-Кристи, штат Техас, и рядом со мной сидела та женщина, супруга какой-то там шишки. И она все повторяла что консерваторы мол такие да консерваторы сякие. Даже не уверен что она имела в виду. Люди с которыми я общаюсь люди самые что ни на есть обыкновенные. Как говорится простонародье. Я сказал ей это и она странно посмотрела на меня. Решила что я их осуждаю. Но конечно в моих краях считается похвалой если назвать человека простым. Она болтала без умолку. Наконец говорит: Не нравится мне куда катится эта страна. Я хочу чтобы моя внучка могла сделать аборт. А я в ответ: Можете мэм не волноваться о том куда катится страна. У меня на этот счет нет особых сомнений но ваша внучка сможет сделать аборт. Я хочу сказать что она не только сможет сделать аборт но еще и усыпить вас. Ну тут она и замолкла.