Любовники

Никакой реакции. Что ж, несокрушимая сила мысли утвердила свою власть: по ангелининому велению и по ее же хотению Вишневич испарилась из зоны доступа. Анж разочаровано вздохнула и собралась убраться подобру-поздорову в свои апартаменты, но что-то ее остановило. Еле слышимые шаги, монотонный скрип старых, плохо смазанных дверных петель, и вот уже, сканируя незваную гостью напряженными синими радужками, на пороге выросла Яна. Несколько секунд длилось молчаливое изучение.

– Привет! – подала голос Анж, не выдержав такой всепоглощающей серьезности.

– Привет, – и не подумав улыбнуться, ровным тоном ответила Вишневич. – У тебя сегодня всего один коктейль? – очевидно, это был сарказм, но ниодин мускул на янином лице не шевельнулся, когда она произносила данную фразу.

– Можем, сгонять вместе до пляжного бара, – тут же нашлась, как завязать беседу Анж. – Возможно, мы еще успеем до того момента, как все разойдутся. Но на крайняк у нас всегда есть бар в лобби, там наливают круглосуточно...

– Откуда у меня стойкое ощущение, что ты сегодня не просыхаешь? – Яна подозрительно сощурилась.

– Пффф! Тоже мне мисс Марпл! – госпожа Белова уже догадалась, что не стоит ждать вежливого приглашения заглянуть в гости, а потому она живо перетянула инициативу в свои руки, оттолкнув плечом мешающую ей войти Вишневич; она свободно заплыла в номер, слегка пошатываясь, плюхнулась на кровать и расплылась в торжественной улыбке. – А я смотрю, ты перестановку затеяла? – Анж кивнула на стоявшую возле окна тумбочку, которая прежде находилась рядом с кроватью. – Порядок наводишь... – продолжала она свои наблюдения, разглядывая накиданные повсюду личные вещи; некоторые из них – футболки и рубашки – были аккуратно сложены стопочкой на той самой тумбе, а несколько джинсов и еще влажные шорты лежали с краю кровати. – Молодец, хозяйюшка! – подытожила Ангелина. – Уют в личном пространстве – прежде всего!

Даже призрачного намека на улыбку не показалось на лице Вишневич. Словно и не обратив внимания, что в номере появился еще кто-то, помимо нее, Яна вытянула из-под кровати пустой чемодан, расположила его по центру комнаты.

– А знаешь, – непринужденно вещала Анж, – я хотела тебя кое-куда пригласить! – молчание. – Это мне Диего рассказал, он вообще такой милый. Ты знала, что он гей? – Яна не отвечала. – Ой, ну, конечно, знала! Это до меня, как до жирафа вечно... Я даже видела фотку его парня, прикинь?! Забавные такие... И мне сразу стало интересно, как вот они находят друг друга? Я-то вначале вообще ни сном, ни духом, думала, простой парень, просто очень приветливый...

– Так куда ты хотела меня пригласить? – перебила ее Вишневич, попутно проверяя содержимое карманов чемодана и сдирая багажные бирки.

– А, да! На вечеринку! Вроде бы тут, в отеле будет в эту субботу. Танцы до утра... Предрассветная текила... – Ангелина мечтательно закатила глаза и хлебнула свой коктейль, дополняя фантазию реальными ощущениями. – Вечеринка на пляже, мексиканский кураж...

– Я подумаю.

Яна подошла к шкафу и тщательно изучила полки, ощупала их рукой. Она провела пальцами по лбу, наверное, сосредотачиваясь на чем-то важном, и вдруг нырнула в самый большой отсек, что-то явно разыскивая там.

– Ты что-то потеряла? – снова попыталась привлечь к себе внимание госпожа Белова.

– Уже нашла. Штатив.

В пару ловких движений каких-то пластиковых клемм Вишневич уменьшила размер штатива в руках почти вдвое. Он стал похож на складной дамский зонтик. Яна утрамбовала его в чехол и положила в чемодан, затем она взяла джинсы и тщательно окутала ими штатив, фиксируя в одном положении. Анж задумчиво наблюдала за этими действиями, пока с трудом понимая, что тут происходит.

– Слушай, – неуверенно начала она, – я много думала и... пришла к выводу... – Анж остановилась, снова пригубила свой коктейль. – Я думаю, нам стоит попробовать, – выдала она и замолчала, ожидая реакции.

– Попробовать что? – не поднимая головы, поинтересовалась Яна.

– Ну как, что?.. – Ангелина так по-дестски, обижено посопела носом, будто и впрямь ее слова не могли быть чем-то неясным, а природа их прозрачна и очевидна. – Я имею ввиду... секс.

Вишневич все-таки оторвалась от чемодана и уставилась на блондинку. Должно быть, она пребывала в шоке, хотя на первый взгляд сохраняла абсолютное спокойствие. Яна встала на ноги, подошла на два шага ближе к Ангелине.

– Что?.. – как будто стараясь убедиться в том, что ей не послышалось, она быстро-быстро поморгала, окончательно выдав свои истинные чувства. – Что?.. Ты предлагаешь нам переспать?..

– Я просто хочу попробовать... Мне даже НАДО попробовать, понимаешь?

– Пока нет.

– Я хочу узнать, как это... Обещаю, это ничего не будет значить! Я Вике под угрозой адских пыток ничего не скажу! Просто вдруг секс с девушкой – это то, что мне по-настоящему понравится? Я же не могу быть до конца уверенной, пока сама лично не попробую, верно?..

Она жалостливо глядела на Вишневич, но оправдывалась отнюдь не перед ней, а перед самой собой. Говорила Анж вроде бы убедительно и честно, и открыто, она волновалась. Да что уж там волновалась! Ее всю насквозь продирало мелкой дрожью, и не будь сейчас в ее крови такого количества спиртного, тщательно накопленного за весь беспробудно пьяный день, она бы и рта не посмела раскрыть, чтобы произнести такое вслух. Подумать только, она только что сама предложила другой девушке заняться сексом! И самое ужасное в том, что Анж даже в фантазиях своих настолько далеко не заходила, чтобы представить ответную реакцию на это предложение.

Яна опустилась на кровать по левую руку от госпожи Беловой, не спуская с нее глаз.

– Анж, ты хочешь устроить эксперимент? – та как-то неуверенно кивнула. – Угу, а я, значит, буду в качестве подопытного кролика?

– Нет! Нет! Не кролика!

– Анж, это, наверное, было бы лестным предложением, если бы я была мужчиной. Но я не мужчина. Так что, увы, тебе придется подобрать для своего эксперимента другой образец, – она печально улыбнулась одними уголками губ, прошлась по комнате, сгребла стопку одежды с тумбочки и уложила в чемодан.

– Да нет! Ты все неправильно поняла! Ты сама сказала, что девушка имеет право удовлетворять свои желания с любовью и без любви, с мужчиной или с женщиной, просто ради удовольствия!

– По-твоему, Вика спала со мной тоже только ради удовольствия? – спросила Вишневич, и голос ее как-то неприятно задрожал. – Она тоже экспериментировала?

– Я не знаю... – прошептала Анж и с ужасом подумала о том, что ложь ее сейчас слишком явна и неприкрыта. – Я правда не знаю...

– И, разумеется, ты не знала, что Вика выходит замуж?

– Нет... В смысле... В смысле, знала! Но я не хотела вмешиваться...

– Да ну? – Яна сделала глубокий вдох.

– Прости, я...

– Можешь ничего не объяснять, – подытожила Вишневич; она забрала остатки вещей с кровати, кое-как воткнула их в оставшееся свободное пространство чемодана. – Слушай, чтоб ты знала, в мире так не бывает. Не так все устроено. Я не поборник морали и чистоты, но даже я немного разделяю границы дозволенного. Тебе не кажется, что ты уже все карты попутала? Ладно еще, что ты полюбила сразу двух мужчин, я могу в это поверить. Но то, что ты решила поиграться в розовую любовь – это, по-моему, уже чересчур.

– Я не играюсь! – рассердилась Анж и нахмурила белесые брови. – Чтобы ты знала, я серьезно! Я... правда...

– Правда состоит в том, – не дав ей договорить, решительно заговорила Яна, – что взаимоотношения между людьми строятся всего по трем типам: любовники, любимые и друзья. Любовники спять друг с другом, но любят кого-то другого. Любимые любят и как минимум стремиться к тому, чтобы спать друг с другом. А друзья любят, но спят с другими, – она сделала паузу, подчеркивая важность своих слов. – Я готова была бы стать твоим другом, но ты предпочла испортить даже это.

– А я не согласна, – Анж встала с кровати и подошла вплотную к собеседнице, почти упираясь грудью ей в живот.