38
- Если ты еще раз, сука, окажешься с ней рядом!.. – Папаишвили замахнулся кулаком, целясь аккурат по центру белеющего лица напротив.
- А в чем проблема-то?!.. – Диего на всякий случай попятился в сторону, уже всецело понимая, что с этим гостем спорить себе дороже.
Молниеносным резким движением Гоша ухватил аниматора за ворот футболки, не давая тому увернуться, и почти в ту же секунду правая занесенная рука его устремилась в нос Диего. Тот было метнулся прочь, уходя от удара. Кулак со свистом пронесся в миллиметре от щеки, слегка зацепив ее, и почти мгновенно на джигита напрыгнула Анж. Она словно клещами вонзилась в его левую кисть, что есть сил отдирая от ни в чем не повинного человека. Гоша среагировал немедленно: Диего поймал пинок локтем под дых, а девушка тут же была схвачена за растрепавшиеся волосы. Она взвизгнула от острой боли и отпустила атакованную руку. По толпе пронесся недовольный гул. Какая-то дама лет тридцати пяти с двумя увесистыми подбородками что-то громко выкрикнула по-испански. Многие одобрительно закивали, согласные с ее высказыванием, и секунду спустя в круг драки выдвинулись трое мексиканцев. Они не сговариваясь разом схватили грузина и стали оттаскивать от Беловой, с которой он только что едва не содрал скальп.
Гоша, прежде говоривший с исключительно благородным акцентом, теперь матерился на весь пляж на чистом русском языке, пока трио пыталось его скрутить и обездвижить. К этому времени к Анж подоспел Диего, дабы убедиться, что она в порядке.
- Я тебя убью, тварь! – не замолкал Папаишвили, копошась в компании латинских мачо, которые вот-вот могли сломать ему руку. – Я тебе ноги повыдираю и затолкаю в задницу!!!
- Да что с ним? – Диего опасливо покосился на орущего гражданина, затем посмотрел на кровоточащий палец Ангелины, которая в запале сломала один ноготь. – Хочешь, я с ним поговорю?
- Да ты поговорил уже… - Анж шмыгнула носом и, вся дрожа от непонимания, что еще можно ожидать, двинулась к образовавшейся свалке. – Отпустите его, пожалуйста! – обратилась она к мексиканцам.
- Liberarlo! («Отпустите!» - исп.) – крикнул им Дима.
- Гош, что произошло? – девушка приблизилась к заломанному и все еще агрессирующему джигиту, осторожно потянулась к нему ладонью. – Гош, успокойся. Какая муха тебя укусила? - он с остервенением выдернул свою руку из лап одного самого настойчивого поборника справедливости и, рыча от злости, уставился на Анж. – Гоша, что с тобой?..
- Какого хрена он тебя лапал?! – наконец сгенерировал основную мысль Папаишвили.
- Мы просто танцевали. Ты же сам не захотел пойти со мной… - искренне не понимая, что тут вообще можно обсуждать, ответила Ангелина. Она сделала еще полшага вперед и мягко коснулась его щеки, стараясь быть предельно аккуратной. – Гошенька, все же хорошо… - в неубедительной попытке выдавить из себя доброжелательную и правдоподобную улыбку, Анж состроила такое лицо, будто она вот-вот расплачется.
- Пойдем в номер, - Гоша отвел глаза, больше не в силах выдерживать этот мучительно-безвинный голубой взгляд.
Всю дорогу до номера они шли молча. Анж вошла первой, Папаишвили следом. Он захлопнул дверь и зачем-то запер ее на два оборота замка. У Ангелины аж сердце замерло от звука засова, входящего в паз.
- Сядь, пожалуйста, - Гоша указал на кровать, и девушка послушно опустилась на край заправленной постели. – А теперь расскажи мне, кто такой Артем Белов.
- Кто?.. – Анж внутренне сгруппировалась, готовая в любую секунду хоть из окна выпрыгнуть.
- Ты плохо слышишь? – вроде бы совсем спокойно осведомился мужчина, но в то же время глаза его говорили об обратном, прожигая злостью недоумевающую девушку. – Я спросил, кто такой Артем Белов?
- Я… я не знаю… - не нашлась что умнее ответить Ангелина.
- Не ври мне! – заорал Гоша, потеряв всякое терпение. – Он прислал тебе сообщение утром! Кто это?!
- Ты что, шарился по моим сообщениям?! – ринулась в атаку Анж, быстро подскочила с кровати, попутно ища, где она оставила телефон, которого нигде не было видно. – И часто ты этим промышляешь?!
- Нигде я не шарился! – Папаишвили толкул ее в плечо, и она снова рухнула на покрывало, не удержавшись на ногах. – Да даже если и так! Я имею право знать, с кем ты общаешься, и почему какие-то мужики тебе пишут!
- Знаешь что, - язвительно выпалила Анж, - я за тобой не слежу! И понятия не имею, где и с кем ты пропадаешь! Я даже не спрашиваю об этом, потому что доверяю тебе! А ты, как выясняется, устраиваешь мне истерики на ровном месте, не разбираясь в том, что вообще происходит! Ты только что Диего чуть не покалечил!
- Я даже не дотронулся до него!
Анж в панике пыталась понять, где находится злополучный гаджет. В конце концов она вспомнила, что все ценные вещи Гоша складывал в сейф, код к которому она придумала сама. В отчаянии она бросилась к шкафу за спиной Папаишвили, но он успел схватить ее за руку, больно вцепившись в запястье.
- Что такое? – хищно прищурился Гоша. – Тебе телефон нужен? Может, вместе посмотрим?!
- Отстань от меня!
Ангелина дернулась вбок, чтобы вырваться, однако это произвело лишь обратный эффект: усилив хватку, Гоша резко швырнул ее в противоположную сторону. Нога Анж неловко подвернулась, приняв на себя вес всего тела, и она с криком полетела в коридор. Уже падая, врезалась головой в торчавший угол ванной и, как мешок, плашмя рухнула на пол. Еще не до конца понимая, что наделал, Папаишвили с ужасом глядел на неподвижное тело, так же крепко держа больше не сопротивляющуюся руку. Он упал на колени рядом с ней, приподнял ее голову.
- Солнышко… Любимая… Что с тобой?.. Анж?.. Анж! – дребезжащим голосом позвал он. – Прости меня, Анж, прости! Слышишь?.. - она слабо приоткрыла веки. Картинка в глазах была расплывчатой, а гошины воззвания гудели где-то на подкорке мозга смазанным эхом. – Любимая, прости меня… Я не хотел…
- Почему ты мне не веришь?.. – еле слышно прошептала Ангелина, снова потихоньку начиная дышать.
- Потому что ты говоришь, что не знаешь человека, который есть в твоей записной книжке! Анж, что за нахрен?.. – он сам был готов уже расплакаться, ощущая, что был, возможно, слишком суров и обидел того, кто заведомо слабее. Совершенно унизительное чувство…
- Это осветитель…
- Что?
- Артем Белов - осветитель, он замещал Олега на съемках один раз, взял мой номер. Мало ли, еще когда-нибудь понадобится подмена. Я уже забыла об этом…
- А откуда же он знает, что ты отдыхаешь?.. – никак не мог сообразить Гоша, окончательно потерявший нить здравого смысла.
- Гош, я же в последней передаче всем об этом объявила. Весь интернет в курсе, что Анж из «Ангельской кухни» в отпуске, - она попыталась медленно перевернуться на бок, но Гоша в этот момент поднял ее на руки и унес в кровать.
Стирая с робких дрожащих ресничек своей маленькой девочки крохотные бусинки слез, прежде свирепый джигит снова входил в ставшее привычным состояние доброго домашнего котенка. Ангелина обнимала его одной рукой, уткнувшись носиком в подмышку, и тихо плакала, пока он, в очередной раз, в полной мере ощутив себя последним кретином, успокаивал ее и шептал в миниатюрное ушко, что она самая лучшая в мире.
- Прости меня… - снова попросил он прощения, когда Анж немного расслабилась и перестала плакать. – Просто при одной мысли, что кто-то там рядом с тобой, я готов разорвать всех, тебя в том числе. Я и так очень сдерживаюсь и лишний раз стараюсь не ревновать тебя, но мне это очень тяжело. Характер такой…
- Я понимаю, - вновь заулыбавшись, кивнула госпожа Белова и примирительно чмокнула его в щечку. – Ведь главное, что мы сейчас вместе, так ведь?
Гоша притянул ее ближе к себе, полностью охватывая обеими большими ручищами, словно пытаясь укрыть свою драгоценность от всего злого мира.
- Я тебя люблю, Анж. Обещай, что никогда не обманешь меня.
- Если ты продолжишь меня так же обнимать, я задохнусь и уже никого при всем желании обмануть не смогу, - неразборчиво ответила она, на ходу сплевывая попавшие в рот волоски с его груди. – Я ужасно устала за сегодняшний день, давай уже спать.
Когда свет погас, а белоснежный ангел погрузился в томные объятия Морфея, сладко посапывая сквозь сон, Папаишвили все никак не мог глаз сомкнуть. Ко всей веренице мыслей теперь пристроилась и головная боль от выпитого пива. Наверное, и впрямь не стоит ему так много пить… Он принял решение, что больше не станет поддаваться на ревностные провокации. В конце концов, Анж действительно рядом, что само по себе дорого и ценно.