Жажда...

Я понятия не имею, что ему ответить, и это, наверное, хорошо, поскольку в горле у меня так пересохло, что я все равно не могу ничего произнести.

И это не потому, что мне хочется, чтобы Роб ко мне подкатил. И не потому, что меня обидели его слова, поскольку это не так. А потому, что, когда я смотрю в его смеющиеся янтарные глаза, вижу его заразительную улыбку, мне кажется, что, не будь Джейдена, я была бы не прочь.

Но Джейден есть, и теперь мне становится неловко.
Я пью воду, чтобы промочить горло... и дать себе время придумать, что сказать, чтобы разрядить ситуацию. Но прежде чем мне это удается, телефон Роб гудит от целой серии сообщений.

Он берет телефон, смотрит на сообщения – и все его поведение вдруг резко меняется.

– Кое-что произошло, – говорит он.
Я сразу же думаю о Джейдене.

– Что? В чем дело?

Роб не отвечает, только подбирает свой рюкзак и начинает собираться. Сложенная записка Амки разворачивается, и я читаю ее:

«Чтобы добраться до цели, есть тысяча путей, но не все они верны».

Я не успеваю подумать о том, что это может означать, потому что Роб хватает листок и рявкает:

– Пошли.

Я хватаю мою сумочку и иду за ним, чувствуя холодный ужас. Откуда такая реакция, что же произошло?

– В чем дело? – повторяю я.

– Еще не знаю. Но Орден пришел в движение.

– Пришел в движение? Что это значит?

Я почти бегу, пытаясь не отстать от длинноногого Роба.
– Это значит, что будут проблемы. –

Он выплевывает эти слова так, будто у них скверный вкус.
И Бог свидетель, я его не виню. За последние несколько дней этих самых проблем у меня было столько, что хватило бы на целую жизнь.

– Что за проблемы? Какого рода? – Он открывает дверь библиотеки и идет по коридору, а я следую за ним.

– Это я и пытаюсь выяснить.

Я достаю из кармана телефон, желая добиться ответа от Джейдена. Но когда мы добираемся до лестницы, надобность в этом отпадает. Потому что по площадке верхнего этажа гуськом в суровом молчании шествуют члены Ордена.

Они движутся быстро, и, хотя мы видим их со спины, я убеждаюсь, что Роб прав. Проблема есть – и большая. Это видно по тому, какое в них всех чувствуется напряжение – они похожи на провода под током.

Я зову Джейдена, но он либо игнорирует меня, либо не слышит. И в том и в другом случае это еще один дурной знак, если учесть, что обычно он точно знает, что происходит вокруг него, притом знает всегда.

От одной только мысли о том, что у него какие-то проблемы, я бросаюсь бежать вверх по лестнице вслед за Робом, желая догнать членов Ордена до того, как произойдет нечто ужасное.

Но Джейден тоже движется быстро, и, взбежав по лестнице, мы спешим вслед за ним по коридору. Он проходит мимо кабинета физики, мимо нескольких классов. Затем останавливается возле двери помещения, где я еще не была – кажется, это один из залов для самоподготовки учеников, – и я зову его опять. Но нас разделяет длинный коридор, так что меня не удивляет, что он и теперь не слышит мой зов.

Однако меня слышит Байрон. Он оборачивается и смотрит прямо на меня. До него слишком далеко, чтобы я могла разглядеть его глаза, но выражение лица у него весьма пугающее, когда он смотрит то на Роба, то на меня. Затем качает головой.

Ясно, что он хочет, чтобы я их не беспокоила, но у него ничего не выйдет – по крайней мере, пока я не выясню, в чем тут дело. А потому я просто ускоряю шаг, стараясь добраться до Джейдена до того, как он сделает... то, что собирается сделать.

Но ни я, ни Роб не успеваем его догнать. Джейден входит в зал, за ним заходят остальные пять членов Ордена, включая Байрона, который больше не глядит на меня.

Меня охватывает паника, я пускаюсь бежать – быстро, как никогда, – не обращая внимания на боль в шее и руке, на то, как сильно кружится моя голова. Помня только о том, что мне необходимо добраться до Джейдена, нужно помешать ему совершить из-за меня нечто такое, чего он не сможет исправить.

Не знаю, откуда мне известно, что это из-за меня, но я уверена, что так оно и есть.
Я распахиваю дверь и вижу, как Джейден расшвыривает мебель. Ее предметы летят во все стороны.
Роб чертыхается, но не вмешивается, даже когда Джейден отшвыривает какого-то парня – по-моему, это Карл – и тот врезается в перевернутые стол и стул.

У меня вырывается сдавленный вскрик. Я знала, что он силен, знала, что он опасен, – об этом мне говорили все, – но до сих пор я понятия не имела, что это значит. Однако, когда Джейден легким движением пальцев швыряет этого парня – да, это точно Карл – в стену, а затем подвешивает его в воздухе футах в десяти-двенадцати над полом, я начинаю все понимать.

Однако затем случается нечто такое, чего я даже представить себе не могла, поскольку ничего подобного не было ни в книгах, ни в фильмах про вампиров, и никто никогда мне об этом не говорил.

К нему бросаются несколько других учеников – надо полагать, человековолков, поскольку в их числе я вижу Майкла и ещё одного парня, – но, как и в кафетерии,Брайс, Байрон и остальные образуют вокруг него периметр. Но человековолкам, похоже, плевать – они все равно рвутся вперед, пытаясь выручить своего собрата, которого Джейдена подвесил над полом. И тут начинается настоящее светопреставление – пятеро членов Ордена вступают в жестокую схватку с полутора или двумя десятками человековолков.

Выглядит она ужасающе: одни человековолки дерутся в обличье людей, другие – в обличье волков. Зубы и когти раздирают спину Луки, предплечье Энтони, а они и другие вампиры хватают волков за шерсть и с силой впечатывают в пол. Но из всех вампиров, похоже, один только Джейдег владеет телекинезом, поскольку остальные члены Ордена сражаются, используя только кулаки, ноги и, кажется, клыки.

Я поворачиваюсь к Робу, надеясь, что он вмешается в эту битву, но он просто стоит и наблюдает, сжав кулаки и прищурив глаза.

Но другие ученики не так сдержанны, как он, и присоединяются к схватке – в нее вступают все новые и новые человековолки и вампиры, и я не знаю, какой у нее будет конец. Пол уже залит кровью и усеян клочьями шерсти. Если кто-то в ближайшее же время не положит этому конец, будут жертвы.

Должно быть, эта же самая мысль приходит на ум и Джейдену, ибо он вдруг роняет Карла на пол. Тот падает и ударяется задом. А Джейден тем временем взмахивает второй рукой, и все застывают. Иные даже не удерживаются на ногах и опрокидываются на пол.

Я по-прежнему стою на противоположном конце зала, в дверях, но сила, с которой он бьет по человековолкам, задевает и меня. И Роба. Нас обоих отбрасывает назад, и мы хватаемся за косяк, чтобы не упасть.

Да, я знаю, что сама я всего лишь человек, но Роб не человек, а его отбросило тоже. Каково же тогда тем, кто находился рядом? Неудивительно, что столько их лежит сейчас на полу.
Наверное, все уже закончилось, думаю я – и схватка, и то, что Джейден намеревался сделать с этим человековолком, – и делаю шаг вперед.
– Джейден! – зову я, надеясь привлечь его внимание и заставить опять мыслить здраво.

Он смотрит на меня – одну секунду, две, – и его глаза сейчас не похожи ни на что из того, что я когда-либо видела прежде. В них нет пустоты. Нет льда. А есть только неистовый, бушующий огонь.

– Джейден, – повторяю я, на сей раз немного тише, и на мгновение мне кажется, что он меня услышал.

Но тут он отворачивается и отгораживается от меня. Начисто выбрасывает меня из головы.
Затем простирает руку, и Карл вновь оказывается на ногах. На сей раз у всех собравшихся, кажется, перехватывает дух. Что же произойдет теперь?

Ждем мы недолго.
Карл начинает корчиться, его глаза округляются, пальцы царапают горло. Джейден медленно подтягивает его все ближе и ближе к себе, пока Карл не оказывается прямо перед ним.

Глаза Карла выпучены, на горле краснеют царапины, в глазах застыл ужас.

Хватит, думаю я, хватит. Какой бы урок Джейден ни хотел ему преподать, он уже достиг своей цели. Все в этом зале знают, на что он способен.

– Джейден, пожалуйста. – Я говорю это тихо, не зная, сможет ли он расслышать меня, но я просто не могу молчать, ведь еще немного – и он убьет этого парня. Из-за своей слепой, безрассудной ярости погубит и этого человековолка, и себя.

Надо подойти к нему, думаю я, встать между ним и этим человековолком, пока он не натворил чего-то такого, что нельзя будет исправить, но когда я пытаюсь двинуться вперед, предо мною словно встает стена.
Я не могу сделать ни единого шага.
И дело тут не во мне – я не потеряла способности двигаться, – а в некоем барьере, крепком и непроходимом, как каменная стена.

Немудрено, что Роб даже не попытался остановить этот кошмар. Он явно знал о существовании этой стены.

Ее создал Джейден – кто же еще? – и меня бесит, что он творит такое, что он отсек меня от того, что происходит.
– Хватит, Джейден! – кричу я, молотя по стене, поскольку не могу сделать ничего другого. – Перестань! Перестань!

Он продолжает игнорировать меня. Он не может убить его. Не может...
Внезапно я подаюсь вперед, и моя рука до самого плеча пробивает невидимый барьер.

– Ничего себе! Что за хрень? – шепчет стоящий рядом со мною Роб, но я слишком сосредоточена на Джейдене, чтобы ответить. Или сдать назад.

– Джейден! – ору я. – Перестань. Пожалуйста.

Не знаю, что изменилось – в том ли дело, что я пробила барьер, или в том, что он пришел к тому же выводу, что и я. Но, как бы то ни было, он отпускает Карла и перестает сжимать его горло.

Человековолк едва не падает на колени и тяжело дышит, пытаясь набрать в легкие воздух.

Меня переполняет огромное облегчение, как и всех остальных. Все живы. Да, некоторые изрядно потрепаны, но все же...

Джейден атакует так быстро, что я едва успеваю разглядеть, как он хватает Карла за плечи и вонзает в левую сторону его горла свои клыки.
Кто-то истошно вопит – не я ли? Но тут я осознаю, что у меня так перехватило горло, что я не могу издать ни звука.

Текут секунды – сколько, я не знаю, – и Джейден пьет, пьет и пьет. Наконец человековолк перестает трепыхаться, его тело обмякает.

Только теперь Джейден отпускает его, и он мешком оседает на пол.
Его лицо пугающе бледно, но Карл жив, в его округлившихся глазах застыл ужас, по горлу бежит кровь.
Джейден окидывает всех присутствующих взглядом и шипит:

– Больше предупреждений не будет.

Затем поворачивается и, не
оглядываясь, идет ко мне.

И когда он берет меня за локоть, мягко, но непреклонно, я иду с ним. Ведь что еще мне остается делать?

_____________________________

🖤🖤🖤