Жажда...

Мы идем в кафетерий через помещения, забитые народом, – до первого урока остается тридцать пять минут, и, похоже, все обитатели школы хотят позавтракать именно в эти полчаса. Что вполне понятно – если бы я не беспокоилась по поводу следов клыков на моей шее, мне бы тоже не захотелось встать ни секундой раньше, чем это совершенно необходимо.

Теперь, когда я знаю, что к чему, все в Кэтмире кажется мне еще более странным. Люди проходят мимо, одни толкают меня и Авани, другие обходят нас стороной. Я смотрю на них и гадаю: вампир? Человековолк? Ведьма? Дракон? Это как оказаться в романе, написанном в жанре фэнтези... или в фильме ужасов.

Я пытаюсь угадать, кто из учеников есть кто, исходя из их отличительных признаков, но я понятия не имею, правильны ли мои догадки или нет. К примеру, мускулистые парни, стремительно несущиеся по вестибюлю, – это, наверное, человековолки, думаю я. Но ведь когда Джейден того хочет, он тоже движется с чертовской быстротой, так что я могу быть совершенно не права.

Вот бы узнать у Авани, верны ли мои догадки, но было бы невежливо на виду у всех шептаться с ней о том, к какому виду принадлежит тот или иной индивид или какова его идентичность, или как это у них там положено называть.

К тому же тут, в вестибюле, нас могут услышать.

Но ведь, с другой стороны, мне просто необходимо знать, кто есть кто. Потому что, если я порежу палец в присутствии дракона, ему от этого будет ни тепло ни холодно, однако что случится, если это увидит вампир? Надо ли мне сразу бежать прочь или же беспокоиться не о чем и все будет нормально?
И зачем вампиры вообще ходят в кафетерий, если они пьют кровь? Да, я видела, как на вечеринке Джейден съел ту клубнику, но вчера за завтраком он так и не притронулся к еде. И теперь, думая о том завтраке, я вспоминаю, что остальные члены Ордена тоже ничего не ели.

И вот еще что – если Джейден в самом деле пьет кровь, то где он ее берет? И где ее берут остальные здешние вампиры? Если они каждый день не угоняют по передвижной установке для сбора крови с донорских пунктов – что было бы немыслимо и в обжитой местности, не говоря уже о здешней аляскинской глуши, – то где же они достают кровь?
И что еще важнее, действительно ли мне так уж хочется узнать ответ на этот вопрос?

Кроме того, я видела Джейдена и Лию на открытом воздухе в дневное время суток – нельзя сказать, что тогда было так уж солнечно, но ведь не было и темно. Значит ли это, что вся эта теория про то, что вампиры не могут находиться на солнце, – миф? Если да, то во множестве книг и фильмов, написанных и снятых про них за столько лет, вампиры показаны превратно.

Это так обескураживает – тем более что иногда мне до сих пор кажется, что Авани и Брайс просто разыгрывают меня. Да, я видела, как она приготовила ту чашку чая, но все же... Ведьмы? Драконы? Вампиры?
Я начинаю жалеть, что моя теория об инопланетянах не подтвердилась.

Особенно когда мы входим в кафетерий и все – кто бы мог подумать! – опять смотрят на меня. Раньше я думала, что это потому, что я новенькая. Теперь же я не могу не думать, что причина не в этом, а в том, что я человек. Что ведет меня к мысли о том, не подумывает ли кто-то из них меня съесть.

Интересно, человековолки едят людей? Или это делают только вампиры? А как насчет драконов? Чем питаются они?
Очень надеюсь, что они не считают людей деликатесом. Но в последний месяц все мои желания и надежды были тщетны. И вряд ли стоит рассчитывать, что здесь все будет не так.
– Знаешь что? – говорю я Авани, когда мы подходим к расположенному в передней части кафетерия шведскому столу. – Наверное, мне лучше вернуться в нашу комнату уже сейчас.
– Это почему? Что не так? – Она, хмурясь, всматривается в мое лицо. – У тебя кружится голова? Или ты чувствуешь слабость?

– Я чувствую себя здесь... чужой.

– Ах вот оно что! Но ведь это те же самые ребята, с которыми ты вчера вместе сидела на уроках. А до того играла в снежки.
– Это те же самые ребята, которые не перестают пялиться на меня с тех пор, как я приехала в Кэтмир. Я думала, что эти взгляды прекратятся, что они уже привыкли ко мне, но они никогда не привыкнут к тому, что среди них находится человек.
– Я не хочу тебя расстраивать, Ханна, но все эти пристальные взоры куда более относятся к Джейдену, чем к тебе.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что Джейден тут весьма важная персона и он проявляет к тебе интерес. Что делает и тебя важной персоной, а также вызывает у восьмидесяти процентов здешних учениц острое желание тебя убить.

– Потому что они ревнуют, да? А не потому, что...

– Да, Ханна. Потому что они ревнуют. Им хочется оказаться на твоем месте.

– Им хочется, чтобы их посекли стеклом, обклеили пластырями и покусали? – шучу я.
– Вот именно, – невозмутимо ответствует моя двоюродная сестра. – А теперь давай встанем в очередь, хорошо? Сегодня день шоколадных круассанов, которые быстро разбирают.

– Само собой. – Я делаю ей знак встать впереди. – Какое право я имею встревать между девушкой и ее шоколадным круассаном?
– По средам каждый парень в нашей школе задает себе этот вопрос по меньшей мере один раз, – слышится знакомый голос из-за моей спины.

– Привет, Роб. – Я поворачиваюсь к нему с натянутой улыбкой. Не потому, что из-за того, что он дракон, он стал нравиться мне меньше, а потому, что ЭТО МЕНЯ ПУГАЕТ.

– Привет, Новенькая. – Он окидывает меня взглядом. – Не сказал бы, что твой новый вид вызывает у меня такой уж восторг.
Я неловко касаюсь пластыря на своей щеке:

– У меня тоже.

– Кто бы сомневался. – Он ободряюще проводит ладонью по моей руке.
– Знаешь, давай садись за стол, и я принесу тебе еду.

– Ты вовсе не обязан это делать.

– Знаю, что не обязан. Но я все еще чувствую себя виноватым из-за твоего падения с дерева. Это поможет мне загладить мою вину. – Он устремляет на меня молящий взгляд.

– С какой стати тебе чувствовать себя виноватым? Ведь ты спас меня от куда более серьезных травм. – Может быть, Роб не пострадал при падении именно потому, что он дракон? Если да, то я рада, что он не человек, рада, что из-за меня он не попал под удар.

Я смотрю на его невероятно красивое лицо, блестящие янтарные глаза, очаровательную улыбку и гадаю, кого я вижу сейчас: человека или дракона. Или их обоих?
Но тут он поднимает брови, и я думаю: а не все ли равно, если Роб мой друг?

– Кстати, я хочу еще раз поблагодарить тебя за это. Спасибо.

– Прекрати, Ханна. Ты бы вообще не оказалась на том дереве, если бы тебя туда не затащил я.

– Я с тобой не согласна, но давай закончим этот спор.
– Хорошо, давай закончим... как только ты позволишь мне принести тебе завтрак. – Он опять смотрит с очаровательной улыбкой, которая, наверное, сразила бы меня наповал, если бы сначала я не увидела Джейдена.

Но я увидела его и теперь понимаю, что мне все равно, вампир он или нет.
Мне хочется дать Робу отпор – ведь мне до смерти надоело, что со мной обращаются как с беспомощным инвалидом, – но мы продолжаем стоять в очереди, и я совсем не хочу привлекать к себе еще большее внимание, а потому решаю уступить:

– Хорошо. Я бы съела шоколадный круассан, если ты сможешь его раздобыть.

– Конечно смогу, – заверяет он меня.

– Не сомневаюсь. И фрукты, если они есть.
– Само собой. А что ты будешь пить?

Я ухмыляюсь:
– Удиви меня.

На мгновение его глаза темнеют, в них что-то мелькает – но тут же исчезает, прежде чем я успеваю понять, что это, и он, говоря тем же поддразнивающим тоном, отвечает:
– Поверь, именно это я и сделаю.
Затем хватает меня за плечи и разворачивает.
– Я сижу вон там. – Он показывает на конец центрального стола. – У нас есть несколько свободных мест. Сядь там, и я принесу наши тарелки, хорошо?

– Хорошо. – И я иду туда, куда показывал он, остановившись лишь затем, чтобы сказать Авани, где мы сядем.

Роб все это время продолжает следить за мной, но это, наверное, потому, что он не уверен в том, что я действительно куда-то сяду. Но ему, видимо, невдомек, что поскольку альтернатива заключается в том, чтобы торчать, ожидая его, в середине зала под взглядами всех присутствующих, меня так и подмывает ринуться прочь и забиться в самый дальний угол.

Особенно когда я вижу направляющихся ко мне Брайса  и Луку, на лицах которых обычное для них расслабленное выражение сменилось мрачным и хмурым. Может, стоит их подождать? – думаю я.

Но мне не очень-то хочется выслушивать то, что они скажут, как не хочется и объяснять им, почему мы с Авани решили все же явиться в кафетерий, – во всяком случае, не хочется делать это на глазах у всех остальных.

И вместо того чтобы дождаться, когда они подойдут ко мне, я делаю то, что обычно делает девушка, которая не хочет иметь дело с тем или иным парнем, – направляюсь в сторону территории другого парня. В данном случае к тому столу, за которым сидят Роб и его друзья.

Может, это не самое мудрое решение, но это определенно путь наименьшего сопротивления. И мне совсем не стыдно признать, что я вообще предпочла бы встречать куда меньше сопротивления и препятствий. Особенно сегодня.

И это бы наверняка прокатило – ведь члены Ордена и компания Роба не выносят друг друга, – но тут прямо над моей головой слышится какой-то жуткий раздирающий звук, как раз тогда, когда я приближаюсь к тому концу стола, где сидят друзья Роба...

_____________________________

🖤🖤🖤