Шанс| Трудные подростки

Актовый зал был полупустой, как всегда на "психологии". Несколько прожекторов освещали помещение, флипчарт у стены, и Эдуард Валентинович , в устарелой рубашке и с уставшим, но терпеливым лицом, как у человека, который уже сто раз объяснял одно и то же, и сейчас будет сто первый.

— Итак, ребята, сегодня мы поговорим про личные границы. Что это вообще такое и почему, если их нарушают, хочется ударить в лицо... — начал он, привычно облокачиваясь на сцену.

Кто-то слушал в пол-уха. Кто-то крутил в руках ручку или листок. Никита тихо стукал пальцами по спинке сидения перед собой. Платон листал что-то в телефоне. Фил сидел с вытянутыми ногами, капюшон на глазах.

Вдруг двери скрипнули — вошла Полина. Поздно, конечно. Но хотя бы пришла.

На полпути к сидению её перехватил Даня. Подскочил быстро, встал прямо перед ней, выставив руку, упёршись в стену, как в плохом сериале.

— Не хочешь вечером ко мне? — сказал с флиртующей улыбочкой. — Ты прям секси.

Он наклонился чуть ближе, выпрямляя плечи и подмигивая.

Полина посмотрела на него, спокойно, с лёгкой улыбкой. Мягко коснулась его кофты, поправляя её у плеча.
— Думаешь, ты весь такой красивый и сексуальный мачо, да? Что все девчонки здесь тебя хотят?

Он приподнял бровь, довольный.
Но она продолжила, всё с той же улыбкой — ровной, спокойной, холодной:
— Велком ту реальная жизнь. — она приблизилась к его уху.—На тебя всем насрать. И ты на*ер никому не нужен.

Раз — и обошла его, будто он и не стоял там. Села на место, даже не обернувшись.
На секунду — тишина. А потом кто-то сдержанно хрюкнул от смеха. Потом ещё. И понеслось.

Никита, не упустив момент, развернулся к Дане:
— Брат, ну не расстраивайся . Хочешь я вечером приеду?
— Пошёл ты, — буркнул Даня, отходя обратно на своё место, не смотря ,на уже покрасневшего от смеха ,Никиту.

Эдуард Валентинович поднял глаза от своих заметок, немного оторопев.

— Я, конечно, просил быть честными... Но без оскорблений .

Смех стих, но атмосфера стала бодрее. Полина сидела, не реагируя. Фил — с интересом покосился на неё из-под капюшона. Улыбнулся почти незаметно. Не потому что Даню опустили. А потому что понял — она тут не просто так.

Она умела держать удар.

В углу зала, чуть в стороне от общей толпы, устроилась тройка — Яна, Лена и Женя. Они, как обычно, сидели плотным клином: Яна по центру, Лена справа, Женя слева. Занятие шло фоном. Эдуард что-то рассказывал про личные границы и важность самоуважения, но у девчонок был свой, куда более живой интерес — Полина.
— Я вам говорю, — тихо прошептала Женя, склонившись ближе к подругам, — такими темпами она Фила уведёт. Вы видели, как он на неё смотрит?

Яна резко толкнула её локтем в бок, чуть слишком сильно, чтобы это было просто "тише будь".
— Женя, закройся, — прошипела она. — С ума сошла?

Лена при этом не повела  бровью. Смотрела на Полину, которая, как ни в чём не бывало, делала вид, что слушает преподавателя . Сквозь эту маску "мне пофиг" проскакивало другое — уверенность. Слишком спокойная, слишком наглая.

— Это мы ещё посмотрим, — сказала Лена спокойно, но жёстко, как нож в мягкое масло.

Она не повысила голос. Не изменила выражения лица. Но в её голосе был металл. Не истерика. Угроза. Тонкая.

Полина, будто почувствовав взгляд, чуть повернулась. Не глядя прямо, но достаточно, чтобы дать понять: она знает, что о ней говорят. И ей — всё равно.

Слова не прозвучали. Но между девчонками уже завязалось молчаливое напряжение.

Пока Эдуард Валентинович продолжал лекцию о границах, в зале как раз начинались те самые — невидимые, но ощутимые. Между стульев, между фраз, между ними.

И никто не хотел уступать.

Психолог, как будто только сейчас заметив движение в зале и общее внимание, сосредоточенное вовсе не на теме занятия, неожиданно вскинул голову.
— Полина, — сказал он улыбаясь, с ноткой вызова, — а ты бы что сделала, если бы твои границы нарушили?

Все притихли. Даже Платон отлип от телефона.
Полина чуть приподняла бровь, с безразличием посмотрела на препода.

— А че, незаметно было? — лениво отозвалась она, бросив короткий взгляд в сторону Дани.

По залу прошёл смешок, кто-то хлопнул рукой по коленке. Никита сдержанно хохотнул:

— 2:0...
— Да через неделю ее уже завалю.— тихо, с вызовом произнес Даня, обращаясь к Никите .
— Не завалишь.
— Спорим?— он протянул руку ,не смотря на друга.
Никита пожал руку. Но улыбнулся и сказал:
— Слабо верится , но ладно. На что спорим?
— Да потом придумаем.

Эдуард Валентинович, сдерживаясь, кивнул в сторону сцены.

— Подойди ко мне, пожалуйста.

Полина закатила глаза, но всё-таки встала. Медленно, с видом "ладно, только потому что мне скучно". Подошла. Встала напротив него — расслабленная, руки скрестила на груди.

— Представим, — начал он, — что я — человек, который к тебе пристаёт. Говорит что-то лишнее. Нарушает твои личные границы. Какие твои действия?

Полина, не моргнув, посмотрела ему прямо в глаза. Губы дрогнули в лёгкой усмешке.

— Я не привыкла преподов пи*дить.

Фил склонил голову, закрыл лицо рукой, скрывая полуулыбку. Платон едва не захлебнулся смехом.

Эдуард Валентинович вздохнул и устало потер переносицу.
— Вот в этом и проблема, — произнёс он медленно, уже привычным тоном. — Вы всё пытаетесь решить силой. Унизить, ударить, обесценить. Потому что сами не умеете по-другому. Потому что вам так проще. Не думать, не чувствовать, просто ударить первым, чтобы не ударили тебя.

Полина стояла спокойно. Ни укола, ни стыда. Просто слушала, будто по радио играло что-то фоновое.

— Может быть, — спокойно ответила она, — но иногда "по-другому" не работает.

Она развернулась и пошла обратно на своё место. А в зале, среди сдержанных смешков и переглядок, нарастало то самое чувство: что бы ни говорил Эдуард Валентинович, это уже не лекция.

Это игра. Где все давно выбрали свои стороны.

Когда занятие снова превратилось в скучный монолог психолога — дверь открылась. Ковалев зашел со стороны улицы.
— Уважаемые уголовники!— начал он обращаясь к ребятам.— Так как вы выиграли матч...
— Антон Вадимович, — осторожно перебил его психолог.— У нас занятие . Может вы скажите им все позже?
— Эдик , бл*ть! Че ты такой душный? Я быстро. — он повернулся обратно и продолжил.— Короче, вы закончили матч 4:2 , поэтому я достал вам проходки на одно очень интересное мероприятие!

Раздался радостный вой. Кто-то даже захлопал.
— Красава , Ковалев!— Платон откинулся назад.— Тусовка — то , что нам как раз надо.
— А телки будут?— спросил Гена.
— Если будут , то Дрочера лучше не звать.— пошутила Женя.
— Позову специально для тебя! — Антон пафосно надел черные очки.— Короче сбор в 8. Адрес скину.

Ковалев ушел, а в зале посыпались обсуждения.