Глава 51. Артём
Он вынул свой телефон, нажал несколько кнопок и протянул мне устройство. На экране была фотография, где из окон четвёртого этажа дома, в котором мы сегодня были, полыхало пламя. Дым поднимался к небу чёрным столбом.
– Квартиру взорвали.
– Где Маркус?
Феликс лишь покачал головой, губы плотно сжаты, взгляд устремлён в пол. Но я понял всё без слов.
– Блядь! – взревел я, с силой ударив кулаком по столу. Хрусталь на полках жалобно звякнул. – Как это, чёрт возьми, произошло?!
– Мы искали снайпера, обыскивали всё вокруг... – Феликс говорил сдавленно, избегая моего взгляда. – ...и услышали взрыв. Когда прибежали, там уже всё полыхало. Приехали пожарные, полиция. Они нашли четыре тела.
Меня как будто током ударило. Четыре. Маркус, Олег и Сергей, которых Петров послал избавиться от трупа итальянца.
Феликс продолжил, но его голос доносился до меня словно издалека:
– ...Нам пришлось сразу убраться оттуда, чтобы не засветиться.
Я медленно кивнул, взгляд невидяще устремлён в одну точку на стене. Да, они поступили правильно. И хотя у нас были свои люди в полиции, лишний раз привлекать к себе внимание было ни к чему. Особенно сейчас, с учётом моей должности в сенате. Любой скандал мог стоить мне карьеры и разрушить все наши тщательно выстроенные планы. Но потеря моих людей, и Маркуса... Горький ком подкатил к горлу.
Амати не был для меня просто шпионом. Он был верным другом, кому я действительно доверял. И вот теперь его нет.
Я сжал кулаки так сильно, что ногти больно впились в ладони. Под кожей пульсировал гнев и требовал немедленного выхода. Хотелось крушить всё вокруг, выплеснуть эту ярость наружу. Но я сдержался и разжал кулаки, заставляя мышцы расслабиться. Сейчас гнев – плохой советчик. Мне нужна холодная голова и чёткий план. Мои люди погибли. И я в ответе за них и за тех, кого они оставили.
– У Маркус есть жена и маленький ребёнок. У Олега больная мать, у Сергея – младшая сестра.
Феликс вздохнул, устало проведя рукой по лицу.
– Я займусь этим вопросом, как только мы закончим. И организую похороны. Всё будет как положено
Я благодарно кивнул, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Хорошо, что рядом есть тот, на кого можно положиться. И сейчас, видя мрачное лицо Феликса, я понимал, что он разделяет мою ответственность и гнев.
– Но чьих это рук дело? Если мы правильно думаем, что за всем этим стоит Денар, как он узнал об этом так быстро?
Я потёр висок, пытаясь сосредоточиться. Голова была тяжёлой, как чугунный шар, мысли путались, отказываясь выстраиваться в логическую цепочку.
Прослушки или жучков у Джузеппе точно не было, – произнёс я медленно. – Я лично проверял.
Взгляд невольно упал на пепельницу, полную окурков. Когда Феликс успел столько выкурить?
– Значит, следили, – закончил я, поднимая взгляд на друга. – Либо за мной, либо за Ботичелли. Других вариантов нет.
Тяжесть в груди нарастала, предчувствуя недоброе. Линия огня неумолимо сжималась вокруг меня и всех, кто мне дорог. И мне нужно было что-то сделать, чтобы разорвать этот круг, прежде чем он превратится в удавку. Я уже чувствовал всем своим существом приближение жестокой, кровавой битвы.
Мне нужно защитить Братву и Лиану.
– Что будем делать? – тихо спросил Феликс.
Хотел бы я знать ответ на этот вопрос. Чёткий, конкретный план. Но пока в голове был только хаос.
– Готовимся к войне. – мрачно ответил я, сжимая руки до хруста в костяшках.
Внезапно раздался звонок моего мобильного. Я посмотрел на экран и заметил незнакомый номер. Подняв телефон, показал его Феликсу. Мы обменялись коротким, напряжённым взглядом. Он коротко кивнул, и я принял вызов, включив громкую связь.
– Сенатор Викторов? – раздался в динамике уверенный мужской голос. – Или к вам лучше обращаться... Пахан Викторов?
– Кто это?
– Доброжелатель. – произнёс незнакомец всё тем же спокойным, почти вкрадчивым тоном.
– Что-то я сомневаюсь. – хмыкнул я, не веря ни единому его слову.
– Мы можем встретиться? У меня есть информация о заказчике трёх нападений на вас, в одном из которых погибла ваша сестра, Ева.
Я напрягся, каждый мускул окаменел, гнев и адреналин хлынули в кровь, застилая глаза красной пеленой. Разум отчётливо подсказывал: отступить нельзя. Я собрал волю в кулак и спросил сквозь зубы:
– Где и когда?
– Приятно иметь с вами дело, Артём, – незнакомец, казалось, совершенно не обратил внимания на мою реакцию. – Я сейчас отправлю информацию по смс.
На этом мужчина завершил звонок. Я отложил телефон, чувствуя, как внутри всё кипит.
– Что скажешь?
Феликс, склонив голову набок и нахмурив брови, задумчиво потёр подбородок.
– Подозрительно всё это, – произнёс он, наконец, озвучивая то, что и мне не давало покоя. – Но, зная тебя, ты уже принял решение и встретишься с ним.
– Да, – я коротко кивнул, подтверждая его слова. – И ты останешься здесь защищать Лиану.
– Что? Нет! – вспыхнул Феликс, вскакивая со стула так резко, что тот с грохотом опрокинулся. Лицо его исказила гримаса возмущения. – Ты уже поступил по-своему, без поддержки... К чему это привело?!
– А ты решил меня учить жизни?! – рявкнул я на него, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. – Как быть Паханом?! Или, может, хочешь занять моё место и сам отдавать приказы?!
Я знал, что Феликс прав, но не мог показать слабость.
– Лиана ранена из-за нападения на тебя! – его голос дрожал от сдерживаемой ярости и беспокойства. – Что ещё должно случиться, чтобы ты, наконец, задумался?! Или ждёшь, пока будет слишком поздно?!
– Феликс, отвали! – отрезал я жёстко, не желая признавать свои ошибки. – Ей я усилю охрану, а себя могу сам защитить! И если ты, блядь, не заметил... – я с язвительной усмешкой вскинул брови, – ...позволь указать очевидное – я до сих пор ещё жив!
– Зато Ева, блядь, мертва! – выкрикнул Феликс и, развернувшись на каблуках, устремился на выход из кабинета. Дверь с грохотом захлопнулась за ним, сотрясая стены.
– Сука! – выругался я, с размаху сметая всё со стола. Руки дрожали от переполнявшей меня ярости. Хотелось крушить, ломать, уничтожать... А ещё лучше – убить кого-нибудь.
Я подошёл к окну, распахнул его настежь и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять бушующую внутри бурю.
Враги близко, а опасность угрожает мне и тем, кто мне дорог. Я должен действовать. Но прежде всего мне нужно взять себя в руки и найти способ справиться с гневом.