Экстра. Обычная жизнь главных героев
Список героев задействованных в истории:
Алекс - главный герой
Рослинна - очень важный второстепенный персонаж
Брэда- очень важный второстепенный персонаж
Дженна- очень важный второстепенный персонаж
Длила - подруга Ринны. Встречается в первой главе
Ринна - встречается в первой главе
"Т"- пока что о нем шлось только в экстре
Джульян- встречается в началах истории
Тир- о нем пока еще ничего не было сказано. Известно только, что он прошлый парень Дженны
Брук - недавно появился в истории
Келли- она же, как выяснилось недавно, Накима.
Джонатан - он же, в прошлом, Армелит.
***
Рослинна
***
Привет, я Рослинна. Сегодня речь пойдет именно обо мне. Что же я хочу сказать? У меня нет ( по крайней мере не было) никаких секретов в шкафу, чтобы попытаться их както раскрыть. Я обычная восемнадцатилетняя девушка. Учусь на психолога. Мечтаю побывать в Турции и иметь престижный бизнес. Наверное слишком банально.
Обычно, когда подростки или люди моего возраста, получает из неоткуда дар видеть мертвых они клянутся спасать мир, бегать по кладбищам в поисках не успокоившихся усопших или, по крайней мере, как то его развивать. Я пытаюсь вести обычную жизнь, которую можно поделить на "до" и "после".
Раскажу немножко о себе.
Моя мать растила меня одна. Отец погиб в автокатастрофе когда мне было два года. Его похоронили в его родном городе, который совершено в другом штате, около своих пожилых родителей. Моя бабушка, по отцовской линии, поддерживала с нами связь до смерти своего сына. После этого она обвинила мою мать в халатном отношении к нему и решила перенести могилу туда, куда ни я, ни моя мама, добраться не смогут. Поэтому я никогда не была на могиле.
С действа я получала все, что только хотела. Моя мать, которая явно была при среднем достатке, легко могла позволить купить мне любую, только что вышедшую, игрушку, брендовую одежду или сводить меня на аттракционы. Но, как это всегда бывает с детьми, я не испортилась. Деньги никогда ничего для меня не значили. Наоборот, я охотно со всеми играла и смеялась.
Обычное детство.
Обычная средняя школа.
Приход старших классов.
До момента, когда я могла считаться старшеклассницей, я ничего не помню. Нет, это связано не с плохой памятью или травмами. Нет. Это связано с тем, что мне нет чего вспомнить. Мое детство было хорошим. В каком плане хорошем? В плане социума. Что еще нужно ребенку? Обычные друзья, типичные шутки, обычное развитие. Ничего интересного.
Да, многие могут сказать, что я должна быть благодарна. Да, это правда. Но мне чего-то не хватало. Я не чувствовала себя. Меня просто не было.
У меня не было своих интересов, не было своих друзей, не было своего мнения. Поэтому и вспомнить чего-то со своего детства я не могу.
Мои глаза открылись когда мне исполнилось пятнадцать. Все слишком быстро закрутилось. Я и не заметила как мое лицо с каждым днем становилось все красивее и красивее. Парни сходили с ума от восхищения, девушки- от зависти. Красота, с которой мне просто повезло, стала моим главным козырем просто потому, что за ней ничего не было. Красота- вот что я имела настоящее.
Многие думают, что я вижу в зеркале тоже, что и они: симпатичное лицо, большие глаза, потрясающие губы. Но я видела другое. На меня, с того самого холодного зеркала, смотрела девушка, как будто слепленная с пустой оболочки. Бледная кожа, холодный отдельный взгляд. Красивая картинка. Не более.
И чем больше я смотрелась в зеркало, тем больше мне становилось хуже на душе. Парадокс. Чем больше мое лицо становилось красивей, тем больше моя душа пустела. Будто-бы моя красота съедала меня изнутри.
Я увлеклась этим.
Увлеклась попытками стать еще красивее. Вот я уже самая красивая девушка в школе, вот победитель на конкурсе красоты в городе, вот за мной бегают все парни, которые мне нравятся, вот... я одна.
А потом, почти под конец школы, я сильно сдружилась со своими прошлыми друзьями. оказалось, что они думали что наша дружба не прекращалась. В мою коллекцию души пришло пополнение: дружба.
Это были самые счастливые моменты в моей жизни. Они видели меня настоящую. Видели не оболочку, а душу. Они помогли мне увлечься татуировками и рисованием. Я проколола губу, как хотела, сделала татуировку на спине. И только тогда я почувствовала, что мое тело принадлежит только мне.
Вот моя история "до". Интересует ли вас историю "после"?
Моя новая жизнь началась, когда мы провели ритуал вызывания. Да, да, именно с него.
Не знаю верите ли вы в мистику или такие вот печати, но именно после этого все в моей жизни пошло наперекосяк. Именно тогда, в тот вечер, когда мы ночевали у Брэды, я поранила руку, когда споткнулась о угли. И как бы это глупо не звучало, но именно тогда во мне что-то щелкнуло.
Я стала легко себя чувствовать, легко ощущать пространство. Во мне будто что-то проснулось от длинной спячки. Это ощущение легкости, которая всегда была мне недоступна, сделало решающий шаг на полное изменение моей морали и психологии.
Я отвлеклась.
Общаясь с мертвыми я будто получала прекрасную дозу долгожданного наркотика. С ними было легко. Они видели не только глазами, а душой. Их мысли, их чистые домыслы, манеры- все это вызывало во мне какую то эйфорию. И чем дальше я общалась с ними, чем больше пропитывалась их энергией, тем больше я отдалялась от людей.
Я будто-бы стала находиться в мире духов живя на Земле.
Но в отличи от людей, который заставили меня скитаться в поисках себя, духи принимали меня такой какой я была. Им не нужно было слышать меня чтобы понимать, не нужно было прикасаться чтобы дарить тепло. С ними было спокойно.
В те моменты мне казалось, что Бог дал мне второй шанс прожить свои года.
И в один прекрасный день я перешла черту. Я отказалась от людей. Вы спросите: как можно отказаться от людей? Просто. Это оказалась слишком легко. Мертвые дали понять мне, что это не я не имею себя, это социум заставил меня думать будто-бы моя душа давно потеряна.
Забавно. Но факт.
***
Дженна
***
Восемь лет до всех событий
Холодные стены. Сырые облезшие обои. Запах смерти.
Стоны матерей. Обреченные взгляды больных. Безразличие докторов.
Пропащие надежды. Попытки суицида. Психические расстройства.
Боль. Страх. Смерть.
Больница.
Онкологическая клиника.
Детское отделение.
Несколько слов которые могут вводить каждого в дрожь. И эта дрожь не обязательно должна быть от страха или жалости, хватит только одного отвращения. Все мы ненавидим друг друга. Все мы рано или поздно умрем. Живая психология. Диагноз каждого человека.
Онкологическая больница- конечный пункт многих.
А детское отделение- остановка, где светлую детскую энергию забирают фальшивые медикаменты. В попытке выжить многие готовы верить в чудеса. Как жаль, что они в них не верят. Или просто не хотят верить. Хотя...
- Дженна.
К маленько девочке пригнулось знакомое лицо.
Это была женщина с очень румяной смуглой кожей. Казалось, что зайдя в это пропащее место она принесла с собой калю свежего воздуха. Последнее здесь было дороже золота. Желтое платье противного цвета всегда вгоняло её в тошноту. Те самые туфли, украшения и улыбка. К боли знакомое лицо с легкими прорезами морщин. Вот такой был её мать. Добрая и светлая женщина.
А какой была она?
Темная кожа, никогда не выдающая её мысли или переживания. Стеклянные серые глаза, пропитанные усталостью и болью. Сцепленные искусанные губы. Ссадины от вечных драк, царапины из-за недавнего инцидента с деревом, и большой синяк под правым глазом- следствие "любви" прошлых друзей. Друзья. Противное слово...
Женщина еще раз посмотрела на меня проверяя: готова ли я к этому?
Мой усталый взгляд попытался измениться. Его нужно было увидеть. Хоть глазом. Хотя-бы так..
И мы пошли.
Темный коридор от которого за километр было слышно сыростью. Да, врачи бороться с этим. Пытаются побороть это. Но все зря. Это место слишком сильно стало связано со смертью. Его не вычистишь.
Тусклый свет. Мигающие лампочки. Зря этот электрик пытается что то там исправить. Я была уверенна: это души погибших играются. Ведь куда они еще могут возвращаться? Это место давно стало единственным их домом.
Палаты с двух сторон. Около низ стоят родители. Некоторые улыбаются, другие плачут. Ничего. Вскоре они все равно поменяются местами. Я уверенна в этом. Я уже таких видела.
Открылись двери одной палаты. Вышла медсестра, а в её руках инвалидное кресло. На нем сидит ребенок. Сложно понять мальчик это или девочка. У них здесь всех одинаковые серые лица. Умные и наученные если быть точнее. Они, попадая сюда, становились умнее своих родителей, учителей и друзей. Они просто видели правду. И принимали её. Редкие таланты. Как жаль, что люди этого не ценили. Волос на теле нет. Совсем. Видно она уже много времени здесь. Интересно... если бы её попросили нарисовать окружающий мир, она бы смогла нарисовать рисунок без оконной рамы?
Медсестра куда то увезла её.
Куда?
Врятли мне об этом скажут. Я еще маленькая. Я еще глупая. Я еще невинный ребенок. Ребенок с бурной фантазией. Кажется так моя мать говорила мне, когда вела к детскому психологу? А ведь я просто сказала правду: смерть имеет красивую фантазию. Столько видов смертей. Интересно: скоро ли пополниться колекция? Сарказм? Нет. Мои мысли.
А вот и она.
Я, вместе с женщиной в желтом платье, остановились около одной из таких клеток. Палатой, если быть точнее. Мне всегда кажется, что именно эти палаты и мешают выздоровлению детей. Будто-бы они закрывают собой душу в теплой клетке. Вот только клетка не золотая. У неё даже стен нет. Настолько она бедна.
Сто девятая палата.
В этом числе есть цифра ноль. Моя любимая. Бесконечное начало, бесконечный конец. Жизнь и смерть в одном русле. Истинная гармония. Ничего лишнего. Чистый девственный минимализм.
Что же скрывается за этими цифрами? Наверное то, что я так боюсь увидеть.
Я не плачу.
Не плакала.
Сейчас слезы предали меня. Они издеваются надо мной. Я должна улыбаться. Я умная. Я должна быть умной. Слезы сделают ему больно. А я не хочу этого.
Уйдите.
ПРОЧЬ.
Помогло?
Кажется.
Ты помнишь его? Да, помнишь.
Истинный источник радости. Чистый, нетронутый ребенок грязного города. Тебе казалось, в некоторых мгновениях, что он как ангел. Такой же белый. Он играл с тобой. Он улыбался тебе искриной улыбкой. Только ему принадлежат твои чувства.
Детская симпатия? Нет. Детская солидарность.
Он умирает. Но смеется. Сможешь ли ты быть настолько сильной как он? Нет. Он смотрит смерти в глаза и умирает... с улыбкой.
Ручейки слез высохли на щеках. Улыбка возвращена обратно.
Молодец, Дженна.
Ты не будешь запоминать его сейчас. Ты сотрешь это из памяти. Но сотрешь только для того, чтобы запомнить его другим. Ты не испортишь его образ этим теперешним видом. Нет.
Моя мать посмотрела меня и открыла двери в палату.
В нос просочился запах дешевых медикаментов. И сладкий осадок. Трупный запах.
Да, все правильно Дженна.
Он умер.