Жажда в любви [РЕД.]

Я понятия не имела, где нахожусь и как долго. Да и, честно говоря, меня это не беспокоило. Щебетание птиц убаюкивало моё сознание. Я будто находилась в очень приятном сне.

— Мы её теряем! — Пронзительный женский вопль проник в безмятежное пространство, затмевающий шелест листвы и журчание ручья. В кристально чистом сознании внезапно начали рождаться мысли. Кого теряют? И к чему эта информация мне? Я помотала головой и продолжила свой путь, словно ничего не произошло.

— Amore, приди в себя, — снова послышался из ниоткуда грубый мужской голос. Я тревожно оглянулась и, не заметив ничего странного, продолжила идти по тропе. Почему эти голоса заставляют меня беспокоиться?

— Амелия, вернись, прошу, — этот голос снова и снова проносился по зелёным лугам. Чем дальше я шла, тем громче он казался. Та умиротворённость и гармония, что были в моём сердце, улетучились. Белый свет, заботливо обнимающий меня, испарился. Я снова оказалась во тьме. Бессильно рухнув на колени, я схватилась за голову.

— Амелия, ты должна уходить отсюда, — снова женский голос? Но этот почему-то до боли знакомый...

***

— Mia gioia, — прошло 24 года как я вновь услышала этот ласковый с небольшой хрипотцой голос. — Piccola mia, ты выросла невероятной красавицей.

— М-мама?

— Тебя здесь быть не должно, — глаза всё ещё застилала глубокая тьма. Я чувствовала чьё-то присутствие, но никак не могла посмотреть этому человеку в лицо. Вдруг чья-то рука едва коснулась моих волос и мягко погладила по голове.

— Мама, я так скучала, — жгучие слёзы тут же брызнули из глаз, однако ледяные пальцы ловко вытирали каждую капельку.

— Я знаю, mia cara, но тебе пора. Тебя ждут, — женщина обняла меня за плечи и поцеловала в лоб. — Береги Антонио и позаботься о Чиате. Сейчас ей особенно недостаёт твоей поддержки, — сердечно промолвила мама и отпрянула.

— Нет, не уходи. Не бросай меня снова! Я не выдержу! — Ответом на мои крики была тишина. И тут я осознала, что это была наша последняя встреча...

***

После пробуждения я ощутила болезненное опустошение. Было такое чувство, что в забытом мною сне было что-то очень важное и ценное. Как бы я ни пыталась вспомнить, всё пошло прахом...

Распахнув глаза, первым, что я увидела, была кислородная маска, которая была намертво прижата к области рта. Я кое-как стянула маску с лица и бегло оглянулась. По правую сторону от моей койки мирно сопел Рональдо, крепко держа меня за руку.

Мои попытки вырваться из его цепкой хватки не увенчались успехом. Он неосознанно сильнее сжимал ладонь, будто это было самое ценное, что у него пытались украсть. От резкого движения он дернулся и испуганно осмотрел моё тело. Растрёпанные волосы небрежно спадали на лоб. На белоснежном, словно лист бумаги, лице особенно выделялись чёрные круги под глазами.

— Амелия, — облегчённо вымолвил он и слабо улыбнулся. Он бережно обхватил моё лицо своими горячими ладонями и едва касаясь поцеловал в губы.

— Привет, — глупо взболтнула я и растерянно улыбнулась. Мой осипший голос было едва слышно, но Рональдо опознал сказанное по губам.

— Как я счастлив, что ты цела, — устало вымолвил Рон и рухнул на живот, трепетно обнимая меня. — Ты была без сознания трое суток после операции. Пулю вынимали с особой осторожностью, поскольку она застряла вблизи сердца, — он ласково гладил меня по руке и безотрывно глядел в глаза.

— Кто? — Снова прохрипела я.

— Наёмник. Этот coglione[1] воспользовался ситуацией и тихо смылся с места происшествия. Не беспокойся, мои пешки уже усиленно разыскивают его по всему острову. А как только он попадёт в мои руки, ему крышка, — я чувствовала его беспокойное сердцебиение и успокаивалась сама. Я не могла сдержать улыбки, пока гладила его по голове, теребя шелковистые кудряшки. — Одно ясно точно: он сначала планировал избавиться от Виттора, а после от тебя.

— Чиата беременна от Виттора, — неожиданно для Рона изрекла я. — Наблюдая за мной, она сразу же поняла, что вскоре вспыхнет потасовка, поэтому своим телом заслонила Виттора. Заметив её безрассудство, я инстинктивно оттолкнула её и приняла эту пулю.

— Подожди, они с Виттором... Ma che pirla[2]! — Он подскочил с места и одарил меня шокированным взглядом, от чего я неловко рассмеялась.

— Верно, многоуважаемый сеньор Феветти. Мы с твоим братом планировали раскрыть беременность Чиаты на торжестве, однако... Ты безрассудно вклинился в наши планы и перевернул всё с ног на голову, — я ехидно улыбнулась и заправила за ухо небрежно торчащую прядь. — Только вот я хотела бы уточнить... То предложение ещё в силе? Или ты уже передумал?

— Вы что-то планировали вместе? — Рон словно не расслышал то, что я сказала. Я ожидающе на него посмотрела и, не получив внятного ответа, нахмурилась. — Что? Что такое?

— У меня такое чувство, что ты намеренно меня игнорируешь, — я демонстративно надула нижнюю губу и отвернулась к окну. Однако парень взял меня за плечи и насильно повернул к себе, заставляя посмотреть ему в лицо. Он искренне не понимал, почему я так себя веду. Я удручённо вздохнула и серьёзно посмотрела на Рона. — Разве не ты предлагал мне выйти за тебя? Я согласна, придурок, если ты ещё не передумал, — уверенно высказалась я и скрестила руки на груди. По закону всемирного тяготения, челюсть парня рухнула на пол.

— Я в самом деле придурок, — обескураженно пробормотал он и заключил в свои объятия. — Самый счастливый придурок на свете, — он ещё сильнее прижал меня к себе и проложил дорожку из поцелуев от плеча до шеи, в итоге мягко уткнувшись в неё носом.

Этот человек в самом деле очень заботится обо мне и моих чувствах. Я знаю, что он страшится ненароком навредить мне. Он с трудом сдерживает эмоциональные порывы и тщательно следит за каждой моей реакцией на его действия. Достойна ли я такой любви? Такой чувственной, вызывающей трепет в сердце... В итоге я поддалась Рональдо и растворилась в его объятиях. Возможно мне этого изначально не хватало?

Настойчивый стук в дверь прервал наши безмолвные признания. Едва мы смогли оторваться друг от друга, как нежданный гость показался перед нами и недовольно нахмурился.

— Я рад, что тебе лучше, дочь, — строго молвил отец и подошёл к больничной койке. — Я, конечно, признателен младшему сыну моего дорогого друга за спасение дочери, однако тебе больше незачем здесь находиться. Амелия обещана другому. Из-за тебя честь моей дочери может пострадать, — пренебрежительный тон отца с каждым словом всё больше превращался в не скрытую агрессию.

— Сеньор Мантини, я не понимаю, о чём вы. Я нахожусь именно там, где и должен быть. Там, где находится моя возлюбленная и будущая жена, — Рональдо, намеренно игнорируя моего отца, бережно уложил мою голову на подушку и уверенно взял меня за руку.

— Ах, задницей чую скандал, — себе под нос пробурчала я и закатила глаза. — Отец, для начала ты должен узнать некоторые вещи. Например, Чиата в данный момент ждёт ребёнка от старшего сына Феветти. К слову, они уже давно в отношениях. Даже забавно то, что я сама об этом узнала совсем недавно лично от Виттора, — я горько усмехнулась и пожала плечами. — Да и вообще, какая разница, за какого из братьев Феветти мне выходить замуж? Вы хотели объединить две семьи! Так в чём проблема, я не пойму, — со психом выпалила я.

— Какого чёрта? — Спустя длинной паузы ошеломлённо вымолвил отец, запустил свою руку в посеребрённые сединой волосы и тяжело вздохнул.

— А мне кажется, что всё обернулось как нельзя лучше, — я невинно улыбнулась отцу, от чего Рональдо прыснул от смеха.

— Дети, вы сводите меня с ума! — Рявкнул отец и вылетел из палаты.

— Кажется, он в бешенстве, — засмеялась я.

— О-о, да-а, — протянул Рон и расплылся в улыбке.

***

Каким бы тяжёлым ни было моё ранение, я больше не могу прохлаждаться здесь. За стенами больницы всё ещё ходят на свободе ублюдки, покусившиеся на наши с Виттором жизни. Пока я лично не разберусь с этим, не успокоюсь.

Только я начала сгребать своё барахло в одну кучу, как в палату заглянула Чиата.

— Я так и знала, что ты здесь не задержишься, — девушка усмехнулась и удобно развалилась на стуле, стоящем рядом с койкой.

— Как узнала, что я в сознании? — Ненароком спросила я, одновременно переодеваясь в повседневную одежду.

— Рональдо написал мне об этом. Удивлена? — Чиата ехидно улыбнулась и наклонила голову. — А, кстати, где он?

— Если мне не изменяет память, он уехал на допрос стрелка, — безмятежно отозвалась я и вдруг меня осенило. Я внимательно посмотрела на Чиату, пытаясь считать её мысли. — Когда вы успели спеться?

— С того момента, как он сделал тебе предложение, дурочка, — девушка тяжело встала со стула и помогла мне уложить оставшиеся вещи в сумку. — Ты бы видела его лицо, когда тебя пристрелили. А как он романтично подхватил тебя на руки и побежал восвояси... М-м, сказка, — Чиата мечтательно протянула и тут же получила лёгкий подзатыльник.

— Вместо того, чтобы нести чушь, лучше помоги с побегом, — Чиата закатила глаза и покорно кивнула.

— Из-за твоей выходки Феветти младший с меня шкуру сдерёт, — устало пробормотала она.

— Пусть только попробует, — ухмыльнулась я.

Пока я сваливаю через чёрный выход, Чиата должна будет следить за обстановкой, чтобы новость о моём исчезновении не возникла сразу. Поэтому она стремительно вышла из палаты и направилась в сторону регистратуры. Схватив свою сумку, я бесшумно открыла дверь и осмотрелась. Пока Чиата отвлекает моих охранников, мне легко удастся свалить из больницы. Закрыв за собой дверь, я поспешно пересекла коридор и завернула за угол.

— Куда намылилась, крошка? — От неожиданности я резко обернулась и увидела перед собой трёх головорезов в балаклавах. Не успев предпринять какие-либо действия, меня тут же окружили и подхватили за руки.

— Ты слишком слаба, даже не пытайся улизнуть, — едва приблизившись к моему лицу, прошептал их главарь. Собрав все последние силы, я оттолкнула ногами впереди стоящего громилу. Едва мне удалось вырваться из клешней оставшихся двух похитителей, как острая боль в груди заставила меня съёжиться и рухнуть на колени. — Угомонись, сука, — главный звонко огрел меня по щеке, за что моментально получил кровавый плевок в лицо. Весь красный от злости, он накинулся на меня с кулаками.

***

— Очнулась, стерва? — Стоило мне только прийти в себя, как через порог промозглой комнатёнки перешагнула группа раздражающих личностей.

Не дожидаясь ответа, меня сразу же окатили ледяной водой. Хотя для моего ослабшего тела это стало запредельным испытанием, мой разум моментально прояснился и начал анализировать обстановку. Я сидела на металлическом стуле посреди мрачного облезшего помещения, мои руки и ноги были крепко связаны тугим канатом. Попытки незаметно ослабить узлы не увенчались успехом.

Я была слишком слаба, и любое действие причиняло мне невыносимую острую боль. Кажется, пока я была в отключке, над моим телом хорошо поработали. Неужели я позволила этим придуркам так легко себя поймать? Амелия, теряешь хватку...

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл полный невысокий мужчина со своей свитой. Его солдаты расступились, выказывая ему почтение, и подпустили ближе к заложнице, то бишь ко мне. Мужик еле волочил ноги из-за своей массы.

— Амелия Мантини, — протянул старикашка, словно пробуя моё имя на вкус. Голос этого ублюдка я узнаю из тысячи. Даже смотреть на жирную физиономию сеньора Бернучи нет никакого смысла. Я никогда не рассматривала его клан как серьёзную угрозу нашему бизнесу. Хотя порой и приходилось разбираться с их детскими проказами.

— Дядюшка Тай, какими судьбами? — Прохрипела я и криво улыбнулась. — Давно не виделись.

— Не знаю как ты, но я постоянно натыкаюсь на твою самодовольную мордашку, что суёт свой нос, куда не просят, — злобно прорычал старик и бросил в меня недокуренную сигару. — Что ни сделка, то Мантини тут как тут.

— Ничего личного, сеньор Бернучи. Бизнес есть бизнес. Однако итогом наших конфликтов может стать либо кровавая бойня, либо мирно урегулированный союз, — в какой бы ситуации я ни была, моя задача выпутаться из неё как можно скорее. От безостановочных жестикуляций руками, мне удалось таки немного ослабить узлы. Благодаря монотонному хриплому голосу, мне удалось скрыть звуки моих мельтешений.

— Кому нахрен сдался твой союз? — Мужчина раздражённо всплеснул руками и с отвращением посмотрел на меня исподлобья.

— Раз притащили меня сюда, значит вам от меня всё-таки что-то нужно, не так ли? — Я заёрзала на стуле, всячески демонстрируя свою неудобную позу. Пока они отвлечённо посмеивались над моим положением, я незаметно потёрлась щиколотками друг о друга, дабы нащупать неприметный браслет с маячком.

Удивительно, что такой опытный мафиози проигнорировал осмотр заложника на наличие чего-то подобного. А это значит, что: либо он в самом деле недоразвитый, либо это было сделано намеренно, чтобы я стала наживкой для рыбёшки покрупнее. Тогда возникает вопрос: кого они хотят поймать?

В любом случае благодаря маячку я могу рассчитывать на помощь моих людей. Альто, заметив мою пропажу, наверняка уже бы начал отслеживать моё местоположение. А это значит, что мне нужно как можно больше информации вытянуть из похитителей.

— Мне нужна твоя подпись, — невозмутимо промолвил он. Наблюдая за его самоуверенным поведением, я неосознанно ухмыльнулась, но тут же поплатилась за это. Получив удар в челюсть, я сплюнула перед собой сгусток крови и криво улыбнулась.

— Значит хочешь прибрать мой бизнес, — безмятежно заключила я и горько рассмеялась. Едва успокоившись, я наклонила голову и с любопытством осмотрелась. Комната, в которой меня удерживали, была чьим-то кабинетом лет так 20 назад. Краска уже давно облупилась, а от мебели мало что осталось. В помещении было достаточно прохладно и сыро. Не удивительно, почему люди Бернучи были так тепло одеты. После небольшой паузы, я продолжила. — А что будет, если я откажусь ставить свою подпись?

— Тогда за каждый час задержки ты будешь получать Чиату Манзури по частям. Если я не ошибаюсь, это твоя двоюродная сестра, верно? — Услышав о кузине, я необдуманно вспылила. Резко прикусив язык, мне удалось кое-как привести себя в чувства. Неужели они похитили не только меня? Если это так, то остаётся молиться всем богам на свете, лишь они не узнали о её беременности...

— Ого, вы умеете удивлять. Думаете, я так просто поверю в ваши пустые речи? — Моё каменное лицо не выдавало волнения. Сердце дрожало от страха, но выражение лица я с особым усердием поддерживала непробиваемым.

— Не вопрос. Это не так сложно доказать, — старик махнул рукой одному из своих ближайших подчинённых, и тот запустил видеозвонок. На небольшом экране мобильного телефона можно было разглядеть подобное этому помещению место со связанной девушкой в углу. Это точно была Чиата, у меня нет сомнений по этому поводу.

— Знаешь, мне кое-что любопытно. Ты ли тот ублюдок, что заказал наше с Виттором убийство? — Я всеми оставшимися силами старалась сохранить свою невозмутимость. Но с каждой секундой мне становилось всё сложнее сдерживать вырывающиеся наружу эмоции. Я сильно сжала кулаки, до боли впиваясь в ладони ногтями.

— А ты как думаешь, figlia di puttana[3]?

— Хорошо, тогда я пойду вас навстречу. Но при одном условии: вы отпустите Чиату живой и невредимой, — как ни в чём ни бывало перевела тему я. — Что думаешь, Тай Бернучи?

— Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия. Что мне мешает прикончить её сию же минуту? — Услышал ключевую фразу, солдат Бернучи по ту сторону экрана поднял Чиату за волосы и приставил нож к её горлу.

— Если она умрёт, то у вас больше не будет рычагов давления на меня, — я наигранно вздохнула и пожала плечами. — К тому же в ваших планах было дождаться рыбку покрупнее. Не зря же проигнорировали мой браслет с микрочипом на лодыжке, — я ухмыльнулась и вытянула перед собой ноги. — Думаю, в этом курятнике достаточно людей, чтобы положить моих солдат и взять на мушку Виттора. Как-никак он по сравнению со мной наиболее выгодная цель.

— Ты умна не по годам. Антонио в самом деле удалось взрастить грамотного главу. Даже жаль, что такому человеку уготована нелепая смерть, — крепкий мужчина с отмашки босса пронзил клинком бедро Чиаты, от чего она сильнее съёжилась от боли, но не издала ни звука. Моя девочка... — Однако, в отличие от тебя, у этой девушки времени значительно меньше, — рослый мужчина не прикладывая особых усилий ударил меня ногой по голове, от чего стул, потеряв равновесие, с грохотом свалился с моим обмякшим от бессилия телом. — Но если тебе принципиально, я могу помочь вам подохнуть в одно и то же время, — в тот же момент меня начали запинывать солдаты Бернучи. — Если повезёт, то свидимся, piccola cagna[4].

Это всё пустяки, по сравнению с пережитым мною в детстве. Несмотря на побои, моя голова всё ещё способна мыслить рационально. Толпа во главе с сеньором Бернучи вскоре удалилась, оставив моё едва живое тело посреди промозглого мрака. Дождавшись момента, я лёгким движением освободила руки и с трудом развязала ноги. Из-за запредельного уровня адреналина в крови, я больше не чувствовала боли. Желание спасти дорогих моему сердцу людей — единственное, что побуждало меня действовать.

Времени мало. Надо что-то предпринять. Я прислушалась к звукам за дверью и медленно повернула ручку двери. Как и предполагалось, закрыто. С помощью тонкого гвоздика и паркетной щепки мне удалось кое-как вскрыть замок.

Комната, в которой держат Чиату полностью идентична моей, начиная от расположения дверей заканчивая видом из окна. Однако её вряд ли разместили бы недалеко от меня, а это значит, что комната либо на другом этаже, либо в противоположной части коридора. Учитывая наше плачевное состояние, Бернучи пренебрёг слежкой за нами. К тому же, учитывая скорое наступление моих людей, Таю понадобится как можно больше солдат.

Я беззвучно шла вдоль стены коридора, периодически оглядываясь по сторонам и вслушиваясь в посторонние звуки. Стоило хоть кому-то появиться на моём пути, я не раздумывая пряталась в ближайшие укромные места. Проверив несколько этажей, мне таки удалось расслышать тяжёлый женский хрип за одной из дверей.

С трудом проникнув в комнату, я обомлела от увиденного. Фарфоровая кожа Чиаты сливалась с настенной побелкой, контрастные губы обрели сине-фиолетовый оттенок, но, к счастью, она всё ещё подавала признаки жизни. Я подбежала к девушке и туго перемотала клочком из рукава своей рубашки раненое бедро, огибая лезвие клинка.

— Не трогайте меня, отпустите, — сквозь туман забвения вторила Чиата.

— Всё хорошо, mia cara. Я рядом. Я спасу тебя, — я ласково гладила её растрёпанные волосы и осторожно прижимала к себе. — Мы должны выбраться отсюда. Если ты не поможешь мне, то мы окажемся в большой беде.

— Ами, мой ребёнок... Я так боюсь, — словно проснувшись от дурманящего сна, пробормотала Чиата, пытаясь сфокусировать на мне стеклянный взгляд. На бледном лице безостановочно скатывались крупные слёзы. — Они что-то вкололи мне. Ами, что будет с моим малышом? — Чиата судорожно хваталась за меня, стараясь как можно дольше оставаться в сознании.

В этот же момент на улице началась потасовка. Это говорило о том, что мы должны покинуть комнату и спрятаться как можно дальше от эпицентра разборок. Однако чем дальше зайдут солдаты Мантини, тем с большей вероятностью подчинённые Бернучи начнут нас искать, чтобы манипулировать обстановкой.

Я посадила Чиату на спину, заставив её обхватить меня руками и ногами, и побрела на выход. Изначально было тяжело передвигаться, но из-за звуков приближающихся выстрелов возрастала мотивация укрыться в самом неприметном месте, какое только возможно. Всячески избегая людей, мы кое-как добрели до одной из каморок для швабр.

Кладовое помещение было заставлено высоченными металлическими стеллажами с нагромождённым хламом на полках. Самым укромным местом для нас станет именно то, что будет на виду. Я посадила Чиату у входной двери, заслонив её тело самым минимальным количеством коробок. В дальнем углу я соорудила гору побольше, чтобы всё внимание было приковано именно этому месту. Чтобы сбить людей Тая со следа, мне пришлось раскромсать нашу одежду на лоскуты и хаотично раскидать их по помещениям.

— Ами, мне страшно. Вдруг с нами что-то случится, — дрожащим от боли голосом прошептала сестра.

— Не волнуйся, за нами уже приехали. Нам нужно немного потерпеть, — я прижала девушку к груди и прислушалась к внешнему шуму.

__________

[1] Coglione (с итал.) — мудак, хуй.

[2] Ma che pirla — ну, что за жопа (обычно, употребляется в ироничной форме).

[3] Figlia di puttana — сукина дочь (мужской аналог — сукин сын), дочь проститутки.

[4] Piccola cagna — маленькая сука (сучка или стерва).