Сделай мне одолжение.

Я продолжал держать руку Дженнифер, когда внезапно  её веки слегка дрогнули. Она медленно открыла глаза, и в тот миг мир вокруг меня словно остановился.

Её взгляд был растерянным, но я увидел искру надежды, когда она сосредоточилась на мне.

С кислородной маской, закрывающей половину её лица, Дженнифер попыталась произнести что-то, но звуки, которые она издавала, были едва слышны. Она крепко схватила меня за руку, её пальцы обвились вокруг моих.

Я чувствовал, как в её хватке просыпается сила — это было невероятно важно для меня.

— Дженнифер, всё будет хорошо, — выдохнул я, стараясь успокоить её, но она не успела ничего ответить.

Сирена скорой помощи на фоне затихла, и мы подъехали к больнице. Двери машины распахнулись на ходу.

Медики быстро начали действовать, аккуратно перенося Дженнифер на каталку. Я не отпускал её руки, продолжая быть рядом на каждом этапе этого хаоса. «Нет, я не уйду», — успокаивал я себя и её, когда они начали торопливо катить её в коридор. Я шагал следом за ними, чувствуя, как в груди зреет смесь страха и надежды.

Мы пересекали ярко освещённые коридоры и проходили мимо других пациентов и медиков, но весь мир для меня сужался до одной единственной девушки, которая лежала прямо передо мной. Я ни на мгновение не отпустил её руку. Я не могу предать её именно в этот момент, когда она была так уязвима.

Каждый раз, когда медики пытались аккуратно вырвать мои пальцы из её руки, внутри меня поднималось ощущение паники.

— Мы должны обеспечить ей необходимую медицинскую помощь, — возразил один из врачей, пытаясь успокоить меня.

Но я не мог слышать эти слова. Дженнифер была так слаба, и моя рука была единственной связью между нами.

— Я не оставлю её! — кричал я.

И тут вмешался Билл.

— Слушай, Том, — произнёс он, — Я понимаю, что ты переживаешь. Но если ты продолжишь держаться за её руку, ты не сможешь помочь. Отпусти ее, дай врачам сделать свое дело.

Я посмотрел на Дженнифер, её лицо было бледным под кислородной маской. Меньше всего на этом свете я хотел ее отпускать. Но мне пришлось это сделать. Разделить наши руки, которые так отчаянно держались друг за друга.

Взгляд Дженнифер, перед тем как ее завезли в операционную, наверное навсегда врезалось в мою память. Ее глаза отражали ту мольбу не отпускать ее, ей было страшно.

Я возненавидел себя да то, что ей приходится боятся.

Когда врачи закрыли дверь за собой, утащив Дженнифер в операционную, земля словно уходила из-под ног. Я остался один за закрытой дверью, и все мои страхи обрушились на меня, как тяжёлый груз. Без сил я упёрся ладонью в холодную стену, пытаясь найти опору. Медленно, не в силах сдерживать поток переживаний, я скатился по ней вниз, усаживаясь на пол.

Моё сердце забилось в бешеном ритме.

Я чувствовал, что на грани распада, и единственным утешением оставался звук собственных рук, сжимающих колени.

— Том, все будет хорошо, — сказал Билл, присев на корточки.

Он продолжал говорить, стараясь отвлечь меня от мрачных мыслей, напоминал о том, как Дженнифер всегда была сильной.

Но внутри меня кипела ярость на себя, и если ее не выплеснуть наружу, то я просто сломаюсь. Я сильнее прижимал руками колени, и вытирал об рукав футболки предательски намокшие глаза.

Единственное, что сейчас меня успокоит, это слова врача о том, что Дженнифер жива и невредима.

Мне так хотелось обнять ее, прижать к себе, зацеловать до смерти... Защитить от всего мира. И я ненавидел себя за то, что не смог этого сделать. Ненавидел себя за то, что сейчас, кроме ожидания мне ничего не остается.

Каждый звук в коридоре заставлял меня вздрагивать, я чувствовал себя беспомощным.

Билл бросив на меня взгляд, полный понимания. Он обнял меня, и в этом простом жесте было столько поддержки, что я не смог удержаться.

Ком в горле нарастал. Сквозь силу, которую я пытался сохранить, пробивалась моя слабость.

Обняв его в ответ, не сдержавшись я разразился слезами, уткнувшись лицом в его плечо.

— Я не могу, Билл... — вырвалось у меня, и я сжал его крепче, словно в его руках находилась единственная надежда. — Я не могу больше это терпеть.

— Я знаю, — тихо ответил он, поглаживая меня по спине. — Но ты не один.

В душе всё ещё бушевала буря, я не знал, смогу ли справиться.

— Что, если... — начал я, но Билл снова прервал меня.

— Не думай о "что если". Давай просто надеяться на лучшее.

Я посмотрел на него и увидел в его глазах уверенность, которая помогала мне.

— Я просто... боюсь, — признался я, и слёзы снова заполнили мои глаза. — Боюсь, что всё плохо кончится.

— И это нормально, — ответил Билл, наклонившись, чтобы встретиться со мной взглядом. — Но мы не можем контролировать всё. Я с тобой, Том.

Слезы текли по моим глазам, оставляя мокрые следы на щеках. Я обнимал Билла крепче, и в этот момент был готов на все, лишь бы не остаться в одиночестве.

Один я просто не вынесу все это.