𝓡𝓮𝓪𝓬𝓽𝓲𝓸𝓷 𝓼𝓽𝓻𝓪𝔂 𝓴𝓲𝓭𝓼

[Внимание! В данной истории присутствуют сцены насилия со
стороны второстепенных героев,
попытки сексуального насилия, а также жестокие действия и кровь.
Прошу серьёзно отнестись к этому предупреждению впечатлительным
людям и помнить о том, что история
не имеет совершенно ничего общего с реальной жизнью.

Спасибо за внимания, приятного прочтения]

Пронизывающий нежную кожу
холод, проходящий словно тысяча
игл, пускающий в кровь леденящий
яд, высасывая из организма остатки всего живого. Омерзительная сухость, накрывшая разбитые губах, на каких запечатались следы от остатка крови. Чужие холодные пальцы убирающие с бледных щек девушки без сознания упавшие пряди её платиновых волос.
Пока сама блондинка билась в дикой агонии, содрагаясь в судороге, какую
пробуждала кипящая кровь, проходя
через вены с невообразимой силой и
поражая внутренние органы, словно  смертоносный вирус, распространяя яд до последней капли.

Бледная, будто фарфоровая кукла,
лишённая ранее существовавших
в ней признаков жизни, Юн Хаюль
тратила все оставшиеся силы на то,
чтобы выпускать из окровавленных уст болезненное кряхтение и совсем тихие мольбы о помощи. Пока перед глазами мелькали огни хищных глаз, один из которых был тёмным, словно ночь, а второй светлый, будто полная луна, захватывающая в собственный
плен погибающее сердце блондинки.

«Ты уверен в том, что ты делаешь, Чан? Уверен, что она достойна этого дара?» - звучал незнакомый мужской голос, который был настолько сладок, подобно искушающему греху, по вине которого Юн остаточно закрыла глаза
и пыталась держаться в создании для того, чтобы выяснить, в какой чёртов ад она попала.

«У этой девушки было не так
много вариантов, Чанбин: либо верная гибель, либо бессмертие и месть за то, что у неё отняли жизнь. Но, увы, всё было предрешено за неё.
И её участи не изменить. - прозвучал второй незнакомый Хаюль голос, что
напомнил светловолосой ангельскую песню, способную вознести любого до губительных небес. - Эта бессмертная  определённо проявит себя. В ней есть нечто таинственное, и вскоре узнаем, что именно.»

Последнее, что смогла услышать
Юн, перед тем, как окончательно
отпустить собственное сознание в
небытие, о которого светловолосая
искренне мечтала, испытав на себе по истине не человеческие муки, от
каких было единственное спасение:
предначертанная ей судьбой гибель, при этом не осознавая, что спасение
таилось в совершенно других вещах.

И именно они так издевались
над ней, словно требовали от Юн определённую цену за подаренную жизнь, которую своими мучаниями,
несчастна девушка сплатила сполна,
как при смерти, так и после неё.

***

Исполинский зал, окружённый
мрачной тьмой, не допускающей
проникновение солнечных лучей.
Приглушенное освещение, которое
исходило от внушительный люстры, изготовленной из чёрного обсидиана.
Каменный пол, накрытый ворсистым ковром, лежавшим рядом с кроватью с алым постельным бельём, на каком  умиротворенно лежало женское тело, что внезапно содрогнулось в крупной дрожи, стоило стоило яду достигнуть кульминационной точки, от которой  блондинка открыла глаза, мгновенно почувствовав вкус новой реальности.

Своей реальности.

Железный вкус, запечатавшийся
на пересохших устах, пробуждая в
блондинке отвратительное чувство тошноты, но и одновременно дикую жажду, которая напоминала светлой настоящий животный инстинкт, так как прекрасно осознавала, что готова убить каждого, кто только встанет на её пути и не позволит уталить жажду
крови.

Лихорадочно пробежавшись
алым взглядом по неизвестной
спальне, блондинка напряжённо сглотнула вязкую слюну и плавно
поднялась с подушку, а после вовсе кровати, словно не она изнывала от бессилия, неторопливо приближаясь к зеркалу в полный рост, шокировано воспринимая собственные перемены, которым младшая не могла найти ни одного логического объяснения.

Блондинистые, запутанные пряди
волос, на которых осел приличный слой пыли. Светлое личико, которое  также было испачкано пылью, будто на протяжении долгого время Хаюль тащили по земле, что было жестокой, но далеко неполной правдой, так как всё было намного хуже. Разорванная, дорогая одежда, которая напоминала сплошные тряпки, от каких хотелось поскорее избавиться, а затем сжечь с 
с омерзительными воспоминаниями о пережитых блондинкой кошмарах.

Однако больше всего девушку
напугало наличие алого оттенка
глаз, которые раньше вовсе были голубыми, а также отсутствие при ней телесных повреждений, с чего
и начались мучения светловолосой.

- Какого... - хрипло прохрипела
девушка, непроизвольно проходясь
поверх кровавых губ, в последствии чего быстрым взглядом пробежалась
по всей спальне в поисках ванной, и обнаружив необходимо Юн комнату, блондинка молниеносно рынулась в её сторону, очищая ноющий от боли желудок, из-за сильнейшего порыва тошноты.

После чего дрожавшая девушка
медленно встала на ватных ногах,
начиная нервно протирать личико холодной водой, которая постепенно приводила в чувство, позволяя Хаюль
снова посмотреть в зеркало, детально
разглядывая в нём новую себя.

- Это невозможно... - прошептала
светловолосая, проводя пальцами
поверх холодной щеки, на которой
отсутствовал привычный здоровый румянец.

Медленно подняв изучающий
взгляд на собственную макушку,
девушка с отвращением прошлась рукой поверх осевшей пыли, на что
Юн недовольно фыркнула и спешно скинула одежду, проходя в душевую  кабинку, в которой усердно смывала с хрупкого тела следы случившегося,
избегая устрашающих мыслей о том, что с ней могли сделать.

Но несмотря на отсутствие
желания, голова неумышленно
копалась во всех воспоминаниях,
в конечном итоге не обнаружив ни
одного, связанного с последним днём её жизни.

- Я не помню, - в расстерянности
промолвила блондинка, смывая с волос остатки шампуня, после чего
выключила воду, и обернув нежное тело в полотенце, покинула ванную комнату, перепуганно натыкаясь на незнакомку, что свободно сидела на кровати, самодовольно разглядывая свой маникюр.

- Уже очнулась, прелесть?! - задала
риторический вопрос гостья, держа
на лице харизматичную улыбку, что на удивление не пугала блондинку, а наоборот располагала и притягивала к себе.

Поскольку сама незнакомка
напоминала до жути пленительное пламя греха, от которого так хотелось быть зависимым, даже если придётся
заплатить цену жизни, которую и без того хотелось отдать ей до последней капли.

Роскошные длинные волосы
с ровным пробором и приятным
тёмным оттенком, очаровывающие  естественныи блеском, подчёркивая силу и уверенность, которые таились
в хрупкой, но только на вид, девушке.

Плотно облегающий подтянутое тело, чёрный корсет на тонких бретельках,
верх какого украшен миниатюрными
розами из ткани, а низ кружевом, что открывало вид на живот, пока корсет  соединяла плотная шнуровка, конец какого заканчивался рядом с пупком, придавая образу гламур.

Кожаные чёрные штаны в
вставками из полупрозрачного кружева в области бёдер и самом
низу ног, где свободная ткань вовсе уходила в лёгкий клёш, какой в свою очередь эффектно подчеркнул линии тела.

Фатиновые перчатки, доходящие
до элегантно выступающей кости запястья, и на пару с брутальными  ботинками на небольшой платформе, построили баланс между дерзостью и
элегантностью.

Незнакомка по истине казалась
невероятно обворожительной и
чертовски сексуальной до такой степени, что с запросто могла бы свести с ума любого собственным очарованием, которое не упустила
из виду и сама Хаюль.

- Кто вы? - словно в трансе спросила
блондинка, прислонившись спиной
к каменной стене, из-за чего тёмная
просмеялась подобно хитрой кошке,
и игриво откинула длинные волосы
за спину.

- Ну, мой статус здесь тебе всё
равно ни о чём не скажет, милая.
Поэтому моего имени будет более чем достаточно, - свободно бросила 
тёмноволосая, грациозно закидывая одну ногу на другую, оглядывя Хаюль с ног до головы. - Меня зовут Ниннин.
А ты у нас?

Любопытно задержав паузу,
Ниннин намеривалась также
выяснить имя девушки, чтобы
знать, как к ней обращаться

- Хаюль, - немногословно ответила светлая с пустым взглядом, который удивил брюнетку, которая прежде не видела такого отчаяния.

- Что ж... Приятно познакомиться,
Хаюль, - мягко промолвила тёмная,
демонстрируя перед светлой стопку аккуратно сложенных вещей. - Мне
сказали купить для тебя одежду, так что надеюсь тебе придётся по вкусу.

Нерешительно оглядев стопку,
блондинка неуверенно подошла
к незнакомке, начиная выбирать
подходящий образ. Пока брюнетка  таинственно наблюдала за каждым движением Хаюль, теряясь догадках
о том, что всё таки могло произойти
с этой девушкой.

А потому решила пойти на хитрость. Словив взглядом алые глаза девушки,
перед глазами Ниннин моментально
всплыли фрагменты произошедшего ужаса, от которого кровь застыла бы в жилах любого.

Некоторое время назад

Безжалостные удары мужскими
стопами, ломающие хрупки ребра.
Кровавые сгустки, выходящие через уста девушки, вместе с болезненным
хныканием и просьбами прекратить мучения. Переломанные руки и ноги,
парализовав блондинку. Судорожные вздохи, чть с каждым разом давались всё тяжелее и тяжелее, ведь младшая
буквально ощущала осколки каждого рёбра.

- Мы получили всё, что нам
нужно. Развлекайтесь с этой сукой как хотите. - гнилой мужской голос,
в каком так и чувствовалось радость от полученного желаемого.

Похабные смешки. Пожирающие женское тело взгляды. Разрывания одежды. Отвратные прикосновения,
которые убивали светлую морально,
пока физическая оболочка доживала отведённое время. Горькие слезы, что скатывались по щекам, обжигая кожу и смешиваясь с каплями крови.

Хаюль приняла свою судьбу,
молясь лишь о том, что всё это наконец-то прекратилось. И она
была услышена, ведь последним,
что она запомнила, были те глаза неизвестного, после чего настигла фатальная тьма.

Настоящее время

С ужасом опомнившись после
увиденного кошмара, брюнетка шокированно взглянула на Хаюль, которая выбрав подходящий наряд,
перевела взгляд на Ниннин.

- Спасибо большое за одежду.
У тебя прекрасный вкус. - сделала комплимент светловолосая, на что
Ниннин кивнула и мило улыбнулась.

- Спасибо. Рада, что тебе понравилось. - доброжелательно кинула в ответ тёмная, на что Юн дружелюбно поджала губы, а после удалилась в ванной комнате, чтобы переодеться.

И когда тёмноволосая осталась
наедине с собой, она мгновенно поникла в печальных раздумиях.
Ей искренне было жаль младшую,
ведь она побывала настоящем аду,
в который её отправили трусливые сопляки, каким Ниннин с радостью свернула шею.

Однако поток мыслей девушки
прервал тихий стук в дверь, вслед
за чем в спальне возник ещё один силует, что принадлежал мужчине.

Шёлковистые волосы средней
длины мягкого баклажанового оттенка, чёлка которых немного прикрывала светлое лицо, придавая аристократичности мужскому образу.

Пронизывающий взгляд алых
глаз, под одним из которых была
метка красоты в виде маленькой родинки. Соблазнительные пухлые губы, являющиеся творением самого ада, так как эти губы по истине были искушающей бездной, совращающей всех без разбору.

Накаченное тело, прикрытое
чёрной рубашкой и удлинённым,
пальто, изготовленное в утончённом стиле милитари, с парочкой золотых, декоративных пуговиц. Но основным  украшением загадочного образа была
изящная осанка, которая фактически кричала о уверенности мужчины.

Чёрные классические брюки,
обвивающие бедра, тем самым
делая акцент на длинных ногах,
восхищая своим высоким ростом
и изысканный силуэт.

Тёмные лаковые туфли
и схожего оттенка галстук, выделяющиеся утончённость
по истине вампирского образа.

Незнакомец бы хорош собой,
запоминаясь не только роскшным внешним видом, но и шикарнейшим парфюмом, доводящий до настоящего головокружения, затуманивая разум сладостными иллюзиями.

Даже не оборачиваясь в сторону двери, брюнетка соблазнительно прикусила нижнюю губу, понимая, кто именно вошёл в комнату Хаюль.

- Нин Ичжо, - бархатно промурчал
Хван, отчего женское тело сразу же покрылось табуном мурашек.

- Хван Хёнджин, - не отводя взгляда от пустой стены, произнесла тёмная,  и игриво двинув оголенным плечом, повернулась в сторону мужчины.

Удовлетворённо засмеявшись,
мужчина, со всей присущей его искусительной личности, грацией сделал несколько незначительных шагов в её сторону, остановившись
в нескольких метрах от вампирши,
после чего сложил руки на грудной клетке, в открытую разглядывая её.

- Что ты здесь делаешь, Ниннин? -
любопытно поинтересовался у неё совратитель с кошачьими глазами,
мило улыбаясь брюнетке.

Усмехнувшись, тёмноволосая
грациозно поднялась с кровати
и также сделала несколько шагов
в сторону старшего.

- Не поверишь, но у меня к тебе
тот же вопрос, - с вызовом бросила 
девушка, пока в её глазах откровенно плесали чертята.

Нежно рассмеявшись на острые
слова младшей, Хёнджин невольно опустил взгляд на её манящие губы, изогнутые в победной ухмылке, что была до такой степени сексуальной
и гипнотической, что ему хотелось  стереть эту улыбочку, а ещё лучше собственным поцелуем.

- Но первым задал его я, -
напомнил вампир, проводя языком по нижней губе.

- Там, где интриги, скандалы и сплетни, всегда буду я, Хёнджин. Разве забыл?! - подобно коварной лисице произнесла тёмноволосая, сделав ещё один шаг к Хёнджину.

- Не поверишь, красавица,
но по этой самой причине я здесь, - артистично промолвил мужчина и тоже сделал шаг, благодаря которому оказался рядом с младшей вплотную, смотря на Нин сверху вниз. - Я всегда  появляюсь там, где интересно, милая. А ты, удивительно интересная особа.

- На твоём месте, Хван, я была бы
поосторожнее с такой женщиной,
как я, - понизив тон предупредила
младшая, сначала проводя поверх
галстука воодушевлённого данной выходкой вампира, а через секунду   принимаясь накручивать ткань на  свой палец с безупречным красным маникюром, продолжая бессовестно играть с разумом Хвана. - Ведь я могу оказаться довольно опасной.

- Я и не сомневаюсь в твоей силе,
милая, - внезапно приблизившись
к лицу брюнетки, остановившись в
опасной близости от её губ, старший
искренне улыбнуться и чутко провел
по щеке вампирши, которая попросту не сумела совладать с собой, а потому ответила на его ласку дрожью в теле.

- Ты ведь в курсе, что ядовитее
меня можеть быть египетская кобра, которую запросто могу подбросить в твою кровать. - шепнула Нин, на что  Хван слегка сжал её шею, вынуждая тёмноволосую закинуть голову.

- Только если в моей кровати,
помимо неё будешь и ты, прелесть, - тихо просмеялся мужчина и ласково прикусил губу девушки, что ответила
едва слышным стоном, который Хван
словил страстным поцелуев, неспеша
опуская руки на талию излюбленной
искусительницы, пока женские руки
горячо зарылись в его волосы, нежно пропуская сквозь пальцы. - Я говорил тебе, что обожаю тебя? - пролепетал в поцелуй он, усилив хватку на талии.

- Каждый день, Хван, -
самоуверенно ответила вампирша, вызвав у любимого лукавую усмешку.

- И это чертовски мало, -
надув губы в фальшивой обиде
кинул Хван, потёршись носом об
нос возлюбленной. - Но у меня есть целая вечность, что говорить об этом. Это куда достойней.

Нежно рассмеявшись на
внезапный романтический порыв вампира, девушка довольно кивнула
и робко чмокнула его в губы, пока он  был намерен заключить губы тёмной в распаляющий поцелуй, однако Нин
слегка хлопнула Хвана по лбу, стоило
услышав приближающиеся шаги Юн.

Светлые пряди с роскошной
укладкой, сделанной с помощью  фена, найденного в тумбочке ванной
команты. Облегающее, миниатюрное, чёрное платье с золотыми вставками на бретельках от Versace, какое было живым воплощением цитаты Коко Шанель:

«Маленькое чёрное платье должно быть у каждой женщины».

Брутальная кожаная куртка,
что была на несколько размеров
больше, открывая прелестный вид
на острые ключицы Хаюль и детали
её платья. Грубые ботинки, идеально подчеркнувшие ровные ноги Юн.

Видя перед собой такую красивую
девушку, вампирша было безумно больно вспоминать то, что над ней совершили, чувствуя болезненный укол несправедливости и желания мести за обиду женщины, какую та никогда не прощала, расправлялясь
с обидчиками намного кровожаднее обычного, при этом понимая, что ей ничего не будет за порыв чувств, так как знала, что Хёнджин оправдает её перед старшими вампирами.

И сейчас Ниннин была готова
поклясться перед светловолосой,
что месть обидчикам будет такой
страшной, что невозможно увидеть даже в самой кошмарном сне.

Правда сначала Хаюль имела
право на то, чтобы узнать правду
о той судьбоносной ночи, ради чего
Хван и прибыл в комнату блондинки.

- О, новообращенная, - приветливо
промолвил вампир, заметив лёгкое сметение, вызванное присутствием ещё одного незнакомого человека. -
Рад знакомству. И раз уж ты пришла в себя, позволь нам проводить тебя к
господину Бану. Вам двоим явно есть, что обсудить.

Стоило мужчине заговорить о
грядущей разговора Юн и Бана,
как его настой вмиг стал намного серьёзнее прежнего, словно также знал больше, чем она. Что не далеко ушло от истины.

И осознание того факта, что
незнакомые люди знают о ней
больше, чем она сама, не на шутку
пугало блондинку, которая попросту хотела знать правду, какой жестокой она бы не оказалась.

- Господин Бан? - поинтересовалась
блондинка, на что Ниннии кивнула,
а Хван подошёл к двери, открывая её
и любезно выставив руку, пропуская  девушек вперёд.

И если вампирша без колебаний приблизилась к двери, намереваясь покинуть комнату, то светловолосая  напротив, сомневалась и в какой-то
степени боялась покидать спальню,
не представляя, что можеть увидеть
за ней. Поскольку за такой короткий срок, но эта комната внушала Хаюль доверие и чувство безопасности.

Но светловолосая понимала, что
ответы на интересующие вопросы, таяться за этой дверью. И как бы ей не было страшно, она обязана взять себя в руки, чтобы узнать, что с ней произошло.

Набрав в лёгкие как можно больше воздуха, Хаюль сделала первые шаги
к необходимым ответам, оказавшись в мрачном коридоре, в котором веяло приятным холодом. В то время как по  обе стороны шли вампиры, словно её личные проводники к истине.

Пока мысли девушки были
забиты навязчивыми мыслями
о том, что нужно быть осторожной,
поскольку нельзя исключать угрозы
для её безопасности, ведь блондинка по прежнему не понимала, как могла оказаться в столь пугающем месте.

- Я понимаю, что тебе пугает отсутствие какой либо информации
о том, как ты здесь оказалась. Однако ты можешь быть уверенной, что тебе ничего не угрожает. - будто прочитав её мысли проговорил Хван, указывая взглядом на Ниннин. - Тем более твоя
новая подруга довольно кровожадная особа, так что тебе нечего бояться.

Просмеявшись тёмноволосый
намекнул на огненный характер
своей возлюбленной, на что лишь недовольно фыркнула и бросила в
ответ:

- Поговори мне ещё тут, - грозно
проговорила девушка, из-за чего
Ян искренне улыбнулась, смотря
на этих двоих.

- Вы ведь вместе? - уточнила Хаюль,
на что пара дала ответ практически одновременно.

- Думаешь я могу быть вместе
с таким идиотом?

- Думаешь она может быть вместе
с таким идиотом?

Стоило старшему продублировать
её, как вампирша одарила мужчину
испепеляющим взглядом, раззадорив этим младшую до такой степени, что из её уст вырвался милый смех, из-за которого души вампиров мгновенно наполнились светом, ведь в нем так
и чувствовалась внутренняя доброта,
сохранившаяся в сердце Хаюль.

- Это так заметно? - неуверенно
поинтересовалась у неё Ниннин,
смотря в глаза младшей.

- Он тебя любит, - искренне
промолвила Хаюль, вследствие
чего влюблённая пара встретилась
взглядами и довольно усмехнулась. -
И ты его очень любишь.

- Пойдёмте уже, - искусно перевела тему искусительница, с очевидным смущением на лице, на что Хёнджин самодовольно ухмыльнулся.

- Эта девушка действительно  влюблёна в меня по уши, - хихикнул мужчина, на что вампирша закатила глаза.

- Гадёныш, - огрызнулась Нин. -
Заканчивайте с разговорами. Мы
почти на месте.

Вмиг став серьёзными, спустя
несколько преодоленных метров
молодые люди оказались рядом с
внушительной дверью с мелкими частичками кровавого рубина.

- Ты ведь услышала Хёнджина?
Ты можешь быть уверенной, что
тебе ничего не угрожает, - тёмная повторила слова возлюбленного, на
что блондинка понимающе кивнула
и вампиры открыли перед ней дверь, пропуская в просторный зал.

Каменный, устрашающий зал,
высокий потолок которого был украшен рубиновыми люстрами,
накрывая помещение интимным, приглушённым освещением. Алые  занавеси, уместно подчёркивающие большие оконные рамы, закованные  решётками, что намертво ограждали
от внешнего мира. Пробивающийся в помещение свет, который смешался с ветающими клубками мутного дыма, дерзко сливаясь с крупным силуэтом  незнакомца, который стоял спиной к прибывшим гостям.

Кожаный плащ фиолетового
оттенка с элегантным воротником, длина которого достигала крупных лодыжек. Гладкая ткань безупречно   подчёркивала масштабные рельефы мужской спины, поражая блондинку тем, насколько этот незнакомец был огромным и высоким. Белая рубашка,
на пару с галстуком скрывающаяся за грубой тканью плаща. Строгие брюки
и официальные тёмные туфли, какие
дополняли высший статус вампира и придавали столь леденящему облику невообразимую аристократичность и
совершенно непререкаемую власть, в свою очередь вынуждающа думать о том, сколько же смертоносный веков прожил этот вампир. Венистые руки, прикрытые кожаными перчатками в тон плаща, одна из каких держалась за трость с круглым наконечником.

Незнакомец безмолвно смотрел
в окно, сжимая и слегка опираясь
на рукоять металлической трости, словно испытывал ужасную боль в ноге, из-за которой не мог стоять без  подручной помощи, что совершенно не вязалось с столь сильным образом тёмноволосого.

- Господин, новообращённая
прибыла на аудиенцию с Вами, -
сдержанно сообщил Хван, вместе
с вампиршей учтиво поклонившись перед старшим вампиром, в то время
Хаюль не могла оторвать свой взгляд  от мужественного силуета, не в силах противостоять наваждению.

- Прекрасно. Вы можете быть
свободны, - прозвучал знакомый
нежный голос, который пробудил дискомфортное чувство дежавю.

Повторно поклонившись
вампиру, влюблённые медленно покинули зал, оставляя растерянную  младшую в самом сердце помещения, где атмосфера неизвестности давила на сознание больше всего, хоть и не желала этого делать.

- Кто вы? - едва слышным шёпотом
пролепетала Хаюль, на что старший тихо хмыкнул и наконец повернулся к ней лицом, увидев которое девушка вновь была готова потерять сознание и добровольно не просыпаться.

Поскольку перед блондинкой
стоял владелец тех самых хищных глаз, которые видела в кошмарной  агонии, ошибочно посчитав взгляд  незнакомца предсмертным бредом, который оказался явью.

Тёмные волосы, чёлка которых
небрежно зачесана назад, слегка спадая по бокам, открывая безумно сексуальный вид на лоб. Идеальная
фарфоровая кожа и выразительные черты лица, что делали незнакомца   подобием творению греческих богов. Пухлые губы и крупный нос, которые  придавали гармоничности бледному лицу, восхищая исходящим потоком мужественности и строгости.

Глаза этого мужчины были единственным, что отпечаталось
в её памяти. В последствии чего было  не так трудно догадаться, что именно он сыграл свою роль произошедшем.

- А ты как считаешь? - искренне поинтересовался старший, на что
Хаюль раздражённо сцепила зубы
и, через мгновение, приблизившись к нему, выдала пощёчину, отчего его  голова резко повернулась в сторону, а глаза сразу же потемнели от злости.

- Это ведь ты? Верно? Из-за тебя
я стала такой. Верно? - словно не
в себе кричала девушка, чувствуя
как в глазах застыла обжигающая пелена кровавых слез, что плавно
скатывались по её бледным щеках. -
За что? За что ты лишил меня моей жизни? За что чёрт возьми?

- Снесу это на то, что ты не в себе после пережитого… - протянул Бан, возвращая взгляд на светловолосую, поражённо наблюдая за кровавыми дорожками слёз. - Однако больше не смей использовать силу, которую ты получила от меня. Ведь в противном случае встретишься в последствиями  своих необдуманных поступков.

- Дай ответ на мой вопрос! - стояла
на своём девушка, отчего мужчина
напряжённо вздохнул, будто совсем не желал говорить правду. Дело было далеко не чувстве вины. И блондинка прекрасно понимала этого, из-за чего вопросов становилось только больше.

- Ты действительно хочешь
знать это именно сейчас? - холодно
промолвил незнакомец, так как ему
было попросту всё равно.

Чертовски иронично, но вампир пытался проявить недопустимую
для вампира человечность, однако
увидев положительный кивок, Бан  мгновенно избавился от настолько
бессмысленного желание, понимая,
что ему незачем жалеть блондинку,
так как светлая не нуждалась в этом. Хаюль нужны были ответы, и он без препятствий даст каждый из них.

- В таком случае – не вини меня
в жестокости. Я предупредил тебя. -
прохрипел мужчина, и несмотря на  травму ноги, быстро оказался рядом
с девушкой, грубо беря за подбородок и заглядывая в глаза.

Толком не успев сообразить,
что произошло, как внезапно Юн захватил захватил мощный поток
неизведанной силы, который будто перенёс через пространство в самый день, ставший для неё последним.

Некоторое время назад

Чёрный Mercedes-Maybach
S-Class, наполненный ароматом шикарного салона дорогой машины,
в перемешку с запахом крови. Тихие всхлипы избитой блондинки, которая едва не теряла сознания, но ей просто не позволяли это сделать, болезненно
сжимая пряди. Пока перед ней мирно сидел мужчина, который длительное время был партнёром её отца, однако после его смерти, даже без угрызений совести совершил то, чего блондинка не могла ожидать человека, которому
они верили всей семьёй.

- Хаюль, ты должна понимать,
что ты слишком юная и неопытная девушка, чтобы взять на себя бизнес отца, - свободно произнёс Кан Юджо
и пробарабанил пальцами по папке
с документами. - И если ты не хочешь подохнуть на обочине, как последняя мразь, добровольно подпиши отказ и  эти милые молодые люди больше не поднимут на тебя руку.

Подняв на Кана разочарованный взгляд, девушка не смогла сдержать
слёзы, которые смешались с кровью,
вспоминая как этот человек провел с ней большую часть детства, а сейчас не имел никаких отличий с обликом безжалостного демона.

- Дядя Кан, за что? - проплакала
девушка, поскольку ей было больно  от  того, что она потеряла ещё одного близкого человека, который оказался  чёртовым монстром.

- За что твой отец допустил ошибку, милая. Ведь вместо того, чтобы дать половину акций своему преданному партнёру, он передал их соплячке без  опыта. - с фальшивой печалью кинул Юнджо. - Однако сейчас мы исправим его ошибку. И раз ты не идёшь на мои условия, мы вынуждены продолжить это, Хаюль.

Усмехнувшись, старший двинул
пальцами, приказывая громадным наёмникам вытащить блондинку из автомобиля на улицу, где мгновенно бросили на асфальт, который светлая
испачкала кровью. Удары кровавыми мужскими ботинками, что намерено
наступали на женские ноги, жестоко ломая их, вырывая из светловолосой
оглушающий крик, за который Хаюль получала ещё больше.

Каждая секунда, проведённая на
обочине, казалась Юн настоящим адом, который приближал к своему финалу, который никак не настигал
её.

- Подписывай, дрянь, - прокричал
Юнджо, отчего захлёбывающаяся в своей кровью дернула пальцем, чем
показала, что поставит подпись для того, чтобы это прекратилось.

Вследствие чего тот уверенно
усмехнулся и опустил папку на
уровне лежавшей руки, взяв Юн
за руку, помогая подписать. После
чего, озаренный гадской ухмылкой Кан, забрал документ, наслаждаясь моментом своего триумфа.

- Я получил всё, что мне было
нужно. Можете делать с ней всё,
что захотите. - дал свободу на любые действия старший, медленно уходя в другом направлении, оставляя Хаюль
с разгоревшимися из-за возбуждения наёмникам, которые начали срывать одежду, что с каждый грубым рывком ставала подобием половой тряпки.

- Какая малышка, - похабно
проговорил один из наёмников,
едва ли не облизываясь от обильно выступающей слюны.

- Не переживай, малышка.
Мы отлично развлечемся с тобой. -
поддержал коллегу второй парень,
расстегивая штаны и протягивая к
ней руки, чтобы коснуться пышной груди.

Что стало последним, что он
попытался совершить в своей
жизни. Ведь возникший силуэт,
который принадлежал Бану, грубо схватил его за шею, поднимая вверх
и мгновенно впиваясь в шею, лишая организм даже грамма крови, какой мог бы дать надежду на жизнь, ведь
по мнению вампира – это последнее,
на что он заслуживал.

После чего тело бездыханное
тело молодого человека небрежно отбросил на землю, пока его друзья безмолвно смотрели то на вампира,
то на лежавшего парня.

- Знаете ли... Больше всего меня выводит из себя несправедливость, господа, - прохрипел тёмноволосый, агрессивно двинув шеей, из-за чего послышался тихий хруст. - И то, что вы совершили с девушкой,  одно из
её проявлений. Следовательно, вас ждёт участь вашего приятеля.

Элегантно сложив руки позади
предупредил вампир, вследствие чего друзья переглянулись, после
рынулись в бег в безумном темпе, наивно думая, что у них есть шанс
нв спасения. Однако ни у одного из подонков не было шанса на жизнь.

Сверхсущество с лёгкостью ловило одного за другим, с удовольствием высасывая каждый грамм жизни и
упиваясь тем, как каждый ублюдок молил о пощаде, словно забывали о
том, что сделали с девушкой своими же руками.

Получив последнюю каплю
мужчина откинул тело юноши
в грязь, которая по мнению Бана
была для него привычной средой.

Влажно скользнув языком по окровавленным губам, вампир
удовлетворённо вздохнул, а затем
медленно повернулся в сторону Юн, около которой оказался спустя долю секунды, вставая на колени, бережно укладывая светлую макушку на свои бедра.

- Совсем юная... - с сожалением
прошептал вампир, всматриваясь
на окровавленное лицо, внутренне
прекрасно осознавая, что не сможет её оставить.

Юная. Пережившая двойную
потерю. Предательство. И сейчас находящаяся на грани, способная
в одно мгновение лишить Хаюль  обретённого дара – драгоценной жизни

Тёмноволосый принял для себя
решение ещё с первых мгновений.
И был готов к любой реакции Хаюль,
ведь не мог допустить, чтобы светлая душа ушла из-за отвратной алчности.

Плавно опустившись над шеей блондинки, Бан вдохнул сладкую
для сверхъестественного обаяния
кровь, и не желая терять времени, коснулся зубами бархатистой кожи,
осторожно вонзая клыки, какие тут
же пустили яд, который мгновенно распространился по венам девушки, после чего вампир сразу отстранился, поднимая хрупкое тело на руки, дабы  унести младшую подальше от чертой обочины, поставившей на ней крест.

Но перед тем как уйти оглянулся
в сторону, куда ушёл сам виновник организованного «торжества».

- Месть этой девушки будет
намного страшнее того, что я
сделал с твоими наёмниками.

Проговорил в пустоту старший,
перед так как скрыться в глубине
леса, немедленно доставляя Хаюль
в внушительную обитель вампиров.

Однако старший вампир видел,
что несмотря на сильнешую дозу
яда, с блондинкой творилось что-то необъяснимое. С чем мог обратиться только к одному человеку – Чанбину,
который ни один раз выручал самого
Чана, который творил много ошибок из-за юношеской дурости, что могли стоить ему жизни, если бы не Бин.

- Чан, девушка слишком слабая,
чтобы выдержать это. Яд буквально сжигает её изнутри. - вынес не особо приятный вердикт мужчина, отчего 
Крис напряжённо пожал плечами, с сожалением смотря на Хаюль.

- Что я могу сделать, чтобы
помочь? - уточнил старший и
Чанбин поднял на него строгий
взгляд.

- Если отпьёт кровь старшего вампира, сможет справиться и побороть лихорадку, но ты ведь
знаешь, что никто из вампиров
не... - хотел договорить младший,
но Бан перебил его.

- Я согласен.

- С ума сошёл? Ты понимаешь,
что она новообращенная? Часть
силы автоматически перейдёт ей.
Можешь себя представить, сколько уйдёт времени на восстановление? - пытался переубедить его друг, отчего Бан откровенно отрёкся.

- Неважно, - легкомысленно
кинул вампир, на что Чанбин
понимающе кивнул, зная, что
его не переубедить.

Приблизившись к кровати
девушки тёмноволосый слабо прокусил собственное запястье,
подставляя его к губам девушки,
что хоть и погибла из-за мощного
яда, но успела получить инстинкт,
с которым она вонзилась в мужское запястье, начиная пить вампирскую кровь, под наблюдением Со, который знал, когда стоит остановиться.

Но спустя несколько минут
манипуляций, Чанбин заметил
выступившую на накачанном бедре
кровь, пропитавшую чёрные брюки.

- Что с ногой? - спросил друг,
понимая, что следствие вампирских манипуляций уже дают о себе знать.

- Один из её обидчиков пытался
отбиться и вонзил нож в ногу. Всё
затянется, как только восстановлюсь.

С каждой пролитой каплей
тёмноволосому становилось всё больнее и больнее, что усугубляла
и ужасная слабость, которая стала менее значительной, когда вампир убрал запястье, замечая, что светлая стала более спокойной и не билась в такой сильной агонии, как казалось прежде. Что дало надежду на то, что придёт в себя.

И она действительно пришла.

Настоящее время

Вздрогнув, словно ощутив мощнейший удар током, блондинка вернулась в реальность, шокировано
смотря мужчину, который осторожно отпустил её подбородок, продолжая с силой сжимать трость, так как жутко  страдал от невыносимых болей, из-за чего девушка испытала чудовищный укол вину за то, что ударила его, хоть и понимала, что её реакция не была чем-то странным после пережитого.

- А теперь послушать меня сюда... -
сделал паузу Бан, в ожидании имени девушки.

- Хаюль, - тихо ответила светлая,
опустив взгляд.

- Хаюль, - продублировал Чан. -
У людей есть идиотская привычка:
ждать ножа в спину от кого угодно, но не от «своих». Но в итоге именно они так поступают с теми, кому они дороги. Ты пострадала из-за близких тебе людей, а поэтому запомни одну вещь: здесь не стоит искать врагов и предательство, особенно во мне, ведь для чего я тогда спасал тебя? - устало говорил старший и мягко коснулся её щеки, чтобы убрать кровавую слезу. - 
В данный момент у тебя есть только  два варианта: либо стать полностью независимой вампиршей, в чём я не буду мешать, если ты беспокоишься об этом, либо преданно служить мне,
как остальные вампиры, и получить
особенные привилегии, касательные защиты нашего ордена. Выбор только за тобой, Хаюль. Поступай так, как ты считаешь нужным.

Внимательно выслушав мужчину,
блондинка знала и принимала тот факт, что она обязана ему жизнью и сделает всё, чтобы отплатить ему за это безоговорочной преданностью и верностью.

И чтобы доказать собственные
слова на деле, девушка, несмотря
на обнажённые колени, встала на
колени и склонила голову.

- Господи Бан, в первую очередь
я хочу попросить прощение за то,
подняла на Вас руку. Я благодарна
за то, что Вы сделали для меня, и я отплачу за это верной службой Вам. -
искренне дала клятву Хаюль, на что вампир нежно усмехнулся и поднял
её лицо на себя за подбородок.

- Я благодарен тебе за такую
преданность, Хаюль, и принимаю твой выбор. Но, прошу, никогда не  становись передо мной на колени.
То, что ты будешь служить мне, не значит, что ты ниже меня. Я не тот,
перед кем девушка должна склонять голову и становится на колени.

Аккуратно взявшись за женскую
руку, мужчина помог ей подняться
на ноги, из-за чего светлая немного сжала его руку, словно запечатывая
построенный на клятве союз одним касанием, обещая не подвести того, кто сумел вернуть её к жизни, когда  другие несправедливо отняли то, что по праву им не принадлежало.

И Хаюль дала себе слово, что
Кан Юнджо ещё пожелеет о том,
что пролил её кровь, но увы, она не вспомнит о малейшем милосердии, так как она стала другой. Поскольку 
прежнюю Хаюль уничтожили на той  самой обочине, и теперь она жаждит того же, пока не удовлетворит жажду собственной мести до последней капли.

***

Несмотря на то, что периодически
месть затуманивала глаза Светлой,
она также становилась прелестным катализатором, ускорявшим процесс
обучения новообращённой. А потому, каждый день Хаюль достигала новых вершин, какие впечатляли не только таких, как Хаюль, прислужников, но и самого Чана, который разглядел её потенциал при их первой встрече и теперь пожинал плоды сделанного
выбора.

Девушка была по настоящему
способным вампиром, которая
успела проявить себя не только
в интеллектуальном плане, но и
в охоте, находя самые простые и несколько хитроумные способы заполучить выбранную добычу.

Однако вместе и обретёнными
знаниями, а также проживании
в вампирской обители, менялись
и их взаимоотношения со старшим вампиром. Они с Баном достаточно
часто читали книги друг другу, сидя
в зале старшего вампира, усаживаясь поверх пушистого ковра, с интересом  обсуждая сюжетные линии и разных персонажей произведений. Обожали заниматься музыкой, поскольку, как выяснилось позже, оба вампира, при жизни являлись музыкантами, каких отличала друг друга лишь временной промежуток, в котором они жили.

И в такие моменты тёмноволосый
искренне задумывался над тем, что
в ту ночь он спас не просто девушку, а сердцем чувствовал, что перед ним  ним его родственная душа, какую он
мог потерять, не оказавшись рядом с ней нужном месте и времени.

Сама Хаюль также разделяла его
чувства, так как ей была приятной компанией такого проницательного
и зрелого вампира, который мог дать мудрый совет, уместно поддержать в моменты сомнения и отчаяния, когда никто не мог понять её так, как Крис.

Со временем они стали больше,
чем просто друзья, ведь вампиры
не могли противостоять мощному потоку притяжения друг к дружке, 
которое попросту устали отрицать, принимая чувства, ставшие Крису чрезмерно чужими, ведь Бан давно  отвык от подобного. Однако светлая напоминала старшему, каково это – любить.

Правда время совсем не лечило
и не избавляло девушку от желания мести. А потому она просто ждала и подбирала нужный момент, когда её появление станет сокрушительным ударом для наивных мечтаний Кана о том, что он давно избавился о своей главной проблемы.

И дождавшись момента, когда
Юнджо добился желаемого успеха
в бизнесе, вместе с Ниннин, которая  дала ей обещание помочь отомстить вместе как можно более безжалостно и кровожадней, они весьма эффектно ворвались в пентхаус партнёра, что в
свою очередь подавился алкоголем и поспешно вылез из джакузи, которое фактически приобрел за её кровь, не зная, как реагировать на то, что она осталась живой после случившегося.

- Хаюль, но как ты... - заикаясь
проговорил мужчина, накидывая
халат, испытывая страх при виде её довольной ухмылки, которая, словно подпитывалась этих чувством страха своей жертвы.

- Рассчитывал, что больше не
увидишь меня, да? И будешь без
угрызений совести тратить деньги моего отца, верно, Юнджо? Или я не права? - со смешком в голосе кинула вампирша, в то время как Ниннин в свою очередь засмеялась, и взял себе бокал шампанского, присел на диван, с огромным удовольствием наблюдая
за столь сладкой картиной мести. 

- Хаюль, милая, ты всё не так
восприняла. Я ведь совсем не враг
тебе, - мягко лепетал Юнджо, отходя назад, чем насмешил светловолосую, ведь более жалкого вида мужчины ей не доводилось видеть прежде.

- Да ладно? - с фальшивым любопытством спросила светлая,
и воспользовавшись сладостным
эффектом неожиданности, ударила Кана головой об стену, отчего он тут же потерял равновесие, нелепо упав
на пол, смотря на Юн расширенными до предела зрачками от шока. - Ну-ну, не нужно лишать меня удовольствия посмотреть на твои мучения, Юнджо.
Тем более сейчас мы кое куда поедем "поностальгировать".

Снова засмеявшись девушка 
схватила его окровавленный затылок, начиная практически
тащить Кана по полу, все вместе
покидая его дом, уходя к машине,
из-за чего в голове Юнджо всплыло
дежавю того вечера, когда он убил её.

И данное зловонное чувство
закрепилось ещё сильнее, стоило
автомобилю остановиться на той самой обочине, после чего светлая
вытащила его за шею, бросая Кана
на землю, с искрой в глазах смотря
на то, как он полз по земле, словно безхребетное существо.

- Какой же ты, жалкий, Юнджо, -
с презрением кинула блондинка и
с ноги ударила по рёбрам, сразу же  сломах их, вырывая из уст громкий всхлип.

- Хаюль, разве ты забыла как
мы гуляли, когда была маленькой?
Я ведь твой дядя Юнджо. Я умоляю тебя, помилуй, - умолял он, вызывая
у неё ещё более заливистых смешок,
ломая рёбра из другой стороны.

- А ты помиловал меня, когда
я просила прекратить мучения? -
слегка приподнял брови уточнила
она, довольно смотря на то, как он поджал губы, не находя оправдания.
своему поступку. - Верно. Ты мерзкая подлая тварь, которая получит всё то,
что заслужила.

С силой ударив его лицом об
асфальт, светловолосая упивалась
каждой нотой страданий мужчины,
нанося один удар за другим, пока он
продолжал молить о пощаде. И когда
Кан также захлебывался кровью, как она в тот вечер, младшая обернулась за спину, ощутив присутствие бродяг.
В последствии чего Ниннин взглядом уточнила у Юн нужно ли спровадить
бродяг, чтобы не мешали. Однако она отрицально мотнула головой, потому как внезапно придумала прекрасный
способ отомстить Юнджо за то, что он хотел позволить сделать с её телом.

- Эй, я получила от него всё,
что мне было нужно, так что вы можете делать с этим козлом, что захотите. - сверкнув алыми глазами, блондинка фактически внушила тем, что им сделать.

Отчего бродяги стали подходить
к испуганному Юнджо, который
стал отползать назад, посмотрел
на хищную улыбку светловолосой,
которая вместе с подругой присела
в шикарныы автомобиль, перед тем как уехать получая различного рода проклёны, на которые светлой было попросту наплевать, уезжая дальше
от места, где она наконец отомстила, получая душевное спокойствие.

На протяжении целой ночи
счастливые девушки разьёжали
по ночному городу, наслаждаясь
его невообразимыми пейзажами,
испытывая будоражущее чувство  свободы и лёгкости, о которой Юн
грезила чрезмерно долго, наконец  вкушая заветный плод расплаты.

***

Утренний рассвет, напоминающий
безмятежный океан, сквозь который
пробивались чистые облака. Чёрный, мерцающий «Bugatti La Voiture Noire»,
блистательно остановившийся перед
мрачной обителью, из какого вышли вампирши, идя к каменной лестнице, не прекращая хихикать, входя внутрь тёмного помещения.

- Ты видела лицо этого идиота?! -
просмеялась Ниннин, взяв лучшую
подругу под ручку, на что блондинка положительно закивала головой.

- Давно мы так не веселились, -
подтвердила слова Нин девушка,
внезапно натыкаясь на возникшего
перед ними вампира, который имел статус помощника Чана.

- Господин Бан хочет вас видеть, -
сообщил молодой человек, прежде вежливо поклонившись вампиршам.

- Я поняла. Спасибо, - улыбчиво поблагодарила девушка, на что
парень снова поклонился Хаюль,
уходя дальше по личным делам, а девушки, переглянувшись между собой повторно рассмеялись.

- Ладно, пойду к своему страдальцу. Со вчерашнего дня работает. - мягко пролепетала Ниннин и на прощание поцеловала светлую щёку, что также проделала и светлая, после расходясь
по разным сторонам.

Соблазнительно отбросив волосы,
девушка пошла по направлению к
зала старшего вампира, не забывая
о намерено громком стуке длинных каблуков, говоря о своём присутвии,
находясь всего в нескольких метрах
от мужчины.

Постучав несколько раз в дверь,
Юн по-собственнически открыла
её, заходя в зад, в итоге натыкаясь
беседующий Чана и Хёнджина, что
при виде светловолосой поклонился
ей, после чего слабо похлопал Криса
по плечу.

- Потом договорим, - усмехнулся
Хван и двинулся на выход, но перед тем как покинуть зал, посмотрел на Хаюль, дабы получить необходимую информацию.

- Ниннин пошла к тебе, - смеясь сообщила светлая, за что Хёнджин   поблагодарил Юн и вышел из зала, оставляя пару наедине.

Строгий, но чертовски жадный
взгляд, которым вампир пробегался
по женскому телу, которое роскошно обвивало обтягивающее платье. Пока девушка, словно кошка, неторопливо
шла прямо к мужчине, оказавшись с которым встала впритык к мощному телу, отчего его кадык дернулся из-за  напряжения.

- Ты хотел меня видеть? -
маняще прошептала младшая,
проводя ногтиком по воротнику
чёрного пиджака.

- Верно, - подтвердил мужчина
и перевёл руки с крепкой хваткой
на женскую талию, поглаживая её. -
Мне доложили то, что вы сделали с
этим... - Бан прикрыл глаза, чтобы не позволить ругани сорваться с его уст в присутствии любимой. - Человеком.

- Хочешь сделать мне выговор? -
подобно искусительной демонице
пролепетала младшая, на что Крис
хитро усмехнулся и приблизлся к её личику.

- Лишь за то, что такая способная
вампирша, как ты, оставила следы,
что не могло быть очень понравиться вампирскому совету, - объяснил Бан и
чмокнул её в кончик носа, на что Юн сверкнула глазами, подключив свое обаяние.

- Нам с Ниннин придётся не сладко? -
без особых переживаний уточнила Хаюль, ведь совершенно не боялась
и не переживала.

А всё по одной простой причине:
она знала, что Чан оторвёт голову каждому, кто только подумает о том,
чтобы навредить ей.

- Конечно нет. Минхо предугадал
данный исход событий, так что об этом уже позаботились. Но больше
не допускайте таких ошибок, чтобы
мы не беспокоились, - более серьёзно промолвил старший и светловолосая внимательно выслушала его, а после
обняла Криса за талию, прижавшись  головой к крепкой груди, испытав от этого приятное чувство защиты.

- Больше и не нужно, - прошептала
Юн, блаженно прикрыв глаза, когда брюнет оставил поцелуй на светлой макушке, вдыхая чарующий аромат.

Правда умиляющая нежность
влюблённых закончилась на том
моменте, когда женская рука мягко погладила рельефную спину, дерзко
царапая сквозь плотный пиджак.

Опустив взгляд на возлюбленную,
мужчина усилив хватку на хрупкой талии, из-за чего светловолосая тихо воскинула, наоборот подняв хищный взгляд на вампира, замечая, что алые глаза вовсе стали безумо чёрными от возбуждения.

- Смелость и по сей день одно из
твоих главных качеств, принцесса, - маняще прохрипел тёмноволосый и
воспользовавшись её затуманенным
разум, в одном мгновение прислонил к каменной стене, заводя руки наверх и держа их одной собственной. - И это сводит с ума.

Медленно опустив пальцы на
женское бедро, вампир ласково погладил его сквозь ткань платья,
эротично приподнимая его, чтобы
заполучить больше доступа к телу
любимую, каждая частичка какого  излучала чертовскую сексуальность, что впечатляла до головокружения.

Заметив дрожь и мурашками
поверх бархатистой кожи, Крис
довольно усмехнулся и нагнулся
над шеей любимой, сперва робко
поцеловав ранимую часть, а после
горячо прикусив, вырвав из уст Юн тихий стон, из-за которого младшая шустро поменяла их местами, грубо прижав к стене и также переместив губы на мужскую шею, прикусывая
до выступивших каплей крови, что
блондинка собрала кончиком языка наслаждаясь великолепным вкусом, поразившим вкусовые рецепторы.

Сладко засмеявшись брюнет позволил светлой закинуть ногу
поверх собственное бедра, сжимая
его до появившихся отпечатков его пальцем, которые сразу же пропали благодаря регенерации, что затянула и укус на шее старшего.

Словно моментально обезумев
от дурмана друг друга, влюблённые начали фактически срывать одежду,
откидывая на холодный пол, словно ненужные тряпки.

Пылающие поцелуи проходящиеся
по каждому сантиметру трепещущих тел, чть несмотря на свою вампискую  натуру, буквально сгорали от страсти по отношению друг к другу, выпуская  клыки, какие не прекращали ставить небольшие, но такие обжигающие от яда укусы, которая разжигали их пыл
ещё сильнее.

Стоило тёмноволосому
подхватить блондинку под бедра,
как Хаюль свободно закинула ноги  ноги поверх его поясницы, позволяя Бану уложил её тело на стол, нависая сверху и продолжать покрывать тело вампирши желанными поцелуями и укусами, отчего Хаюль с силой сжала красную ткань, которой накрыт стол,  но Кристофер быстро забрал нежную руку в свою, соединяя в замке.

- Чан, - вырвалась тихая мольба
сильной девушки, которая рядом
с таким сильным мужчиной, как
Бан, непроизвольно стала безумно слабой.

И именно это чувство не казалось
чем-то беспомощным и жалким, так
как девушке было неописуемо тепло на душе от того, рядом есть мужчина, с которым не страшно показать свою слабость, зная, что всю силу он всегда возьмёт на себя, даже не спрашивая у неё об этом, ведь понимал любимую.

Подняв на светлую мутный
взгляд, вампир хитро улыбнулся
и снова впился в её грубо, совершая
плавный толчок, вырвавший из уст Юн тихий стон, с которым она грубо поцарапала спину, также вызывая у Бана довольное шипение, из-за чего мужская рука легла поверх хрупкой шеи, слегка сжимая её, доводя этим
Хаюль до предела своего безумства.

Каждое проникновение действие усиливало напряжённую дрожь и громкость стонов пары, которая не видела ничего больше, помимо друг друга, разрушая всё, что попадалось на глаза, вовсе оказавшись на полу,
лежа на ворсистом ковре.

Одним осторожным движением
усадив девушку на свои бедра, Чан
ласково впился в ароматную шею, в
то время как крепкая рука мужчины  провела вдоль обнажённой женской спины, что неестественно выгнулась,
после чего послышались сладостные стоны настигшей кульминационной эйфории, в порыве какой вскрикнули имена друг дружки, истощенно падая на пол.

Небрежно уложив голову поверх груди вампира, девушка погладила
гладкую щеку Бана, пока тот просто разглядывал светлую столь нежным
и боготворящим взглядом, что та не могла избавиться от чувства, словно она самая счастливая и до чёртиков
желанная девушка во всем мире. И
рядом с таким мужчиной, это было чистой и безоговорочной правдой.

- Знаешь... Рядом с тобой я впервые
смог почувствовать себя настолько
живым, Хаюль, - искренне кинул он,
что было значимым для Юн, так как  она знала, какое значение имело это чувство для Криса, какой временами
тосковал по человеческой жизни.

- Исходя из того, что я чувствую
тоже самое... тогда, может мы оба начали жить по-настоящему, Чан?! - едва слышно прошептала блондинка, отчего Чан нежно улыбнулся и чутко
потерся носом об её, сгорая от любви
к этой девушка, как и она от чувств к любимому мужчине.

- Я люблю тебя, - шепнул прямо
в губы Кристофер, поглаживая её
щёку, на что Хаюль тоже довольно улыбнулась и заключала его губы в ласковый поцелуй, углубив который
Чан слегка навис над ней и прикусил её за губу, из-за чего она рассмеялась.

- Жизненно необходима кровь
такой сильной вампирши, как я? - самодовольно уточнила блондинка,
на что мужчина засмеялся и кивнул ей.

- Не представляешь насколько, -
в смехе проговорил тёмноволосый
и снова заключил её губы в чутком поцелуе, пока девушка поглаживала масштабную спину, наслаждаясь тем самым чувством любви и защиты.

Пока сам Кристофер прекрасно понимал, что её кровь не являлась жизненно необходимой для такого сильного вампира, как он, но также знал, что она была необходимой для его души, которая жила только с ней, как и её с ним.

От автора:

Безумно эмоциональная работа,
которая надеюсь понравилась вам
и вызвала эмоции, поскольку автор приложила много усилий. И также прошу вас не судить нашу главную героиню за необдуманные поступки, ведь она заслуживает на понимание.
Надеюсь все персонажи этой истории
заняли места в ваших сердцах. Ведь я в восторге с невообразимой харизмы Ниннин.

Если вы хотите поддержать автора,
буду благодарна вам за комментарий, лайки или донат на карту. Однако всё зависит от вашего желания. 🤍

Карта приват банка для поддержки
автора:

5457082275932676

И немного прекрасного Чана,
чтобы закрепить убийственный эффект от истории.

Прекрасные дамы, дышим и трогаем траву.