Глава 90. Спасение.
(Trevor Morris — Death)
Бездыханное тело Алисы располагалось гробу, находящемся в специальном отделении гостиной. Клаус уже долгое время не отходил от безжизненной дочери. Кожа её была дымчатого цвета, лишь в некоторых местах проблёскивали более тёмные тона на месте вен и сосудов.
Его состояние характеризовалось частыми выкриками и неспособностью сдерживать себя. Он и раньше терял много близких ему людей, но не настолько любимых, как своего ребёнка. Следуя стереотипам, отец должен любить своего сына больше, чем дочь. Но часто наследник превосходит истинного короля в своих успехах. Сыну можно завидовать, зато дочь всегда будет согревать его сердце и душу. Он верил, что есть способ вернуть её.
—Убираем пряники и достаём кнуты, Стюарт!—прокричал Клаус, когда почувствовал чьё-то присутствие сзади.
Кай нахмурил брови, и он был зол так, что в его глазах промелькнул красный след, но не от того что он в одной команде с самым могущественным Майклсоном, а из-за того, что кто-то в очередной раз покушался на жизнь Фей Майклсон.
—Не злись...—прошептал Клаус.
—Моя злоба — это инстинкт самосохранения!—воскликнул ведьмак.
Майклсон сначала задумался, а затем стал думать каким же предметом была убита Алиса. Никаких открытых ран, лишь отметины на шее. Разве неуловимая Фей могла умереть от классического удушья, имея силу и быстрый процесс регенерации? Глупо звучит. Клаус посчитал эту смерть недостойной.
—За многие годы множество плохих людей восставали против нашей семьи, и все они пали, и я собираюсь убить того, кто сотворил это!—с каждым словом его голос повышался на тон. Уровень децибел в комнате подскочил от грозности первородного гибрида. Шкафы чуть ли не тряслись, а стены дрожали.
Все предметы, находящиеся на журнальном столике, прямиком слетели вниз, кроме бутылки бурбона. Кай разложил на нём магическую карту и достал пузырек с кровью Фей. Клаус был явно недоволен тем, что Младшая Майклсон делилась с кем-то своей жидкостью, текущей по жилам. С уст Стюарта слетали некоторые отрывки заклинания, которые были едва слышны. Он ощутил напряжение в руках и сжал сосуд настолько сильно, что стекло дало первые трещины, а кровь стекала к рукавам. Его дыхание участилось. Впервые он почувствовал перегрузку магией. Но это и ничто другое его не останавливало. Намеренно совершая заклинание, он узнал и отследил колдовство, погубившее девушку. Его след тут же простыл.
Но не успел Никлаус ощутить одиночество, как оказался в компании племянника и его старшего брата, который насильно привёл его в дом Майклсонов.
Теснота в месте, где находилась Фей, будто проявляла ее клаустрофобию. Это был обычный ящик. Она узнала это, когда выбралась из него и попала в большой белый коридор. Она огляделась и не поняла, что с ней стало. Алиса заснула в одном месте, а проснулась в совершенно ином. Тот дом хоть был ей знаком, а это белоснежное пространство ничего не заполняло, кроме того ящика. Её каблуки начали цокать по керамической плитке. Другие даже не подозревают, какого это бегать на каблуках. Майклсон заметила блики в стене и некоторые проблески реальности. Поверив в магию платформ Гарри Поттера, она прошла сквозь эту стену.
Фей не могла поверить, что снова видела все бренное существование жалких людишек. Она двинулась в сторону собственного дома, где её ожидали гости. Она увидела разгневанного отца, держащего за воротник Дэниэла. Рядом с ним стоял Кай, и решил морально поиздеваться над братом.
—Как насчёт пытки под названием "Кровавый орёл"? Не слышал? А я много о ней знаю, даже практиковался пару раз...—оповестил Старший Стюарт.
Фей свела брови к переносице, и её глаза наполнились не только отчаянием...
—Неплохо...—похвалил Никлаус, предупреждая о дальнейших намерениях.
Это насторожило девушку, только она знала, что Дэниэл Стюарт не имел никакого отношения к ее смерти. Она искала множества способов достучаться до Кая и Клауса. Младшая Майклсон бестактно металась по всей гостиной в надежде быть услышанной. Когда она увидела, что её кузен уже находился без верхней одежды, не смогла сдержать свои чувства и эмоции. На удивление, она взяла бутылку бурбона с журнального столика и ударила о картину, которая так и осталась незаконченной.
—Я не хочу этого видеть!—закричала во всю мощь Фей. Слезы снова нахлынули.
Звуки бьющегося стекла и продырявленная картина заставили Клауса и Кая остановиться. Глаза Дэниэла расширились. Никто не понял, как это произошло.
—Тебе повезло, что она тебя любила...—прошептал Никлаус, обращаясь к племяннику. Он был уверен, что Фей где-то рядом, а не покинула его.
Это стало причиной возвращения человечности Дэну. Он был тронут тем, что девушка, которую он сам же и убил, спасла его.
Он явно хотел что-то вымолвить, но Кай представил перед ним указательный палец. Старший Стюарт почувствовал тяжесть в груди и сильно вздохнул.
—Просто скажи, как её вернуть...—отчаянно произнёс ведьмак.
—Фей действительно мертва, нет никакой возможности вернуть её,—опечалился парень.
—Что насчёт перемещения в мирах?—предположил Кай.
—У Майклсонов это невозможно. Мы сделали это, чтобы никто из нашей семьи, как Эстер или Финн, не могли бы выбраться оттуда,—оповестил Клаус.