°•*Тараканы*•°

Вечером, когда все уже вовсю наслаждались праздничным ужином (и, судя по всему, количеством выпитого), Анкоку внезапно заявил, что есть не намерен. Он попрощался с гостями и, по своему обыкновению, направился прямиком на крышу особняка.

Т/И, почувствовав неладное, поспешила за ним. Каково же было её удивление (и, возможно, лёгкий испуг), когда она обнаружила Анкоку… где бы вы думали? Он лежал на самом краю крыши, держась ногами за перила, и, казалось, вот-вот собирался совершить акт свободного падения. (Видимо, свежий воздух для него был важнее, чем праздничный торт.)

— Анко? — осторожно позвала Т/И, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё уже колотилось от волнения.

Анкоку, слегка приподнявшись, облокотился на локоть и, сияя своей фирменной улыбкой, ответил:

— О, красавица, привет. Что делаешь?

— Да так… Хотела тебя ещё раз поздравить. — ответила Т/И, подходя ближе, готовая к чему угодно.

Анкоку, ничуть не смутившись, тут же выпалил:

— Залезай ко мне на спину.

Т/И, немного ошарашенная, но, зная Анкоку как облупленного, покорно взобралась ему на спину. И… он, недолго думая, сиганул вниз! (Ну а что, скучно же!)

Сделав эффектный кувырок в воздухе (на радость пролетавшим мимо птицам), он приземлился прямо в саду, как ни в чём не бывало. Т/И, крепко обхватив его шею, залилась смехом.

— Вот и прибыли! — торжественно объявил Анкоку, ставя Т/И на траву. (Как говорится, с ветерком прокатились.)

— Что ты делаешь? — спросила Т/И, оглядываясь по сторонам. (Вдруг, где-то рядом затаилась полиция.)

— Что-то! — загадочно ответил Анкоку, уже собирая цветы и травы, чтобы смастерить венок. (Видимо, цветы для него были важнее, чем чья-то нервная система.)

Но, как ни старался Анкоку, его попытки сплести венок терпели крах. Трава путалась, цветы ломались, а сам венок больше напоминал пародию на головной убор. Т/И, наблюдая за этими мучениями, не смогла сдержать смеха. Она, взяв дело в свои руки, быстро смастерила ему красивый венок, и водрузила его на голову Анкоку.

— Вот тебе мой подарок! — произнесла Т/И, любуясь своим творением.

Анкоку, лукаво улыбнувшись, снял венок и достал из-за пазухи белоснежный цветок. Он аккуратно прикрепил его к волосам Т/И.

— Это получается, от меня. — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. (И, судя по всему, забыв про весь этот хаос с крышей.)

— Ты такой смешной! — Т/И рассмеялась.

***