Одинокие сердца

Джейсон

Утром, мне звонит Ник и сообщает, что Брук рожает.

Черт. Я не был готов. Тем более когда так далеко.

Перелёт до Бостона больше десяти часов. Я купил билеты и вылет в одиннадцать утра. Будем поздно вечером. Брук уже наверное родит.

На самом деле мне не хочется присутствовать на родах. Она в последнее время психованая. Уверен вся больница стоит на ушах. Брук Талбот запомнят надолго.

Поэтому я даже рад, что все так вышло и меня не будет на родах.

Мы ночевали в отеле. Поэтому собравшись поехали в клинику. В моей жизни за полгода слишком много клиник.

Прибыв, мы снова получаем пропуск. Здесь очень строго с этим. После завтрака поедем в аэропорт. Но пока у нас есть ещё целый час.

Входим в столовую с Райдером и Майклом.

- Может мне тоже лечь сюда оздоровится? - присвистывает Майкл от обстановки.

Клиника действительна хорошая. Одна из лучших в мире. Здесь есть спа-салон, тренажёрный зал, лечебные процедуры, даже есть кинотеатр. И многое другое. В общем здесь не заскучаешь. 

- Ника тоже прихвати собой, - пошутил Райдер.

- Чтоб они перевернули эту клинику вверх дном? - в ответ шучу.

Прохожусь глазами по столикам и замечаю поднятую руку машущую нам.

- Доброе утро, - улыбнувшись, сажусь за стол. Райдер садится со мной, а Майкл рядом с Грином.

- Как спалось? - похлопал Майкл по плечу Грину.

- Как младенцу. Считаю овечек перед сном, - шутит намекая на овец, которые пасутся на швейцарских лугах.

Мы прилетели позавчера вечером и нам много не удалось поговорить. Ведь у них отбой в девять вечера. Но вчера мы пробыли весь день вместе. Я вижу, что Грину лучше. Но в его глазах все так же пусто.

Боюсь, что когда выпишут он долго не продержится и снова пойдёт по старой дорожке.

Парни о чем болтают и смеются. И в это лишь мгновение Грин искренне смеётся и та боль и одиночество притупляются. Но это лишь кратковременно.

Пообедав, мы выходим на террасу. Грин нас провожает.

- Так хочется курить, - и смотрит на Майкла. Ведь только он курит.

- Грин, у тебя предписание, - напоминаю ему.

Грину здесь приходится вести здоровый образ жизни. Даже курить нельзя.

Постояв ещё немного, обнимаемся на прощание. Совсем скоро его выпишут и снова будет с нами. Да, эта я настоял чтобы его госпитализировали, но мне все равно было беспокойно что он так далеко.

Подобрав свою дорожную сумку с земли, замечаю как Майкл незаметно передаёт Грину пачку сигарет. Они обнимаются на прощание и я вижу довольную улыбку Грина.

Закатив глаза, я промолчал.

Ладно, это сигареты. Ничего страшного.

- Хорошо долететь парни, - кричит на прощание нам. И когда мы отходим достаточно далеко, разворачиваюсь и вижу, что Грин не зашёл обратно, а его фигура скрылась за поворотом клиники, чтобы наверняка покурить.

***

Прилетев в Бостон, я сразу поехал в больницу.

Поднявшись в детские отделение. Я ещё  минут десять стоял и смотрел через стекло на своего новорождённого сына. Он родился четыре часа назад. И я никак не решался войти и взять его на руки.

На таблички прикреплённой к его кроватки выведена моя фамилия «Кроуфорд». Теперь наша фамилия.

Глубоко вдохнув, вошёл и прошёл к кроватке. Он не спал.

Протянул руку и взял его малюсенькую ручку в свою.

- Привет, - я нежно сымитировал рукопожатие зажав большим и указательным пальцем его ручку. Он сжал в ответ и затем заплакал.

Наклонившись над кроваткой, аккуратно беру его на руки. Благо, я уже нянчился с Итаном и знаю как держать младенцев.
Прижав его к себе я аккуратно его укачивал создавая иллюзию колыбельки своими руками.

- Тише. Папа рядом, - сердце сжалось от непередаваемого чувства. Он такой кроха, что я боялся сделать ему больно или вовсе уронить.

Не верится, что я стал отцом. Родителем. Теперь у меня есть ребёнок. У меня большая ответственность.

- Все будет хорошо, сынок. Мы с твоей мамой не любим друг друга, но от этого ничего не изменится. Мы сделаем все чтобы ты был счастлив и любим. Я уже так тебя люблю, - малыш перестаёт плакать и я наклоняюсь и целую его в лобик.

Он стихает и сонно щурится и затем вовсе закрывает свои глазки.

Услышав позади открывающуюся дверь, разворачиваюсь. Внутрь входит Брук в больничной рубашке. Она держится за живот и выглядит устало.

- Зачем встала? Тебе нужен отдых.

- По мне как будто бульдозер проехался, - морщится когда возобновляет шаг в мою сторону. - Я хочу взглянуть на него.

- Разве ты его не видела?

- Нет. Он меня разорвал в буквальном смысле. Я не хотела его видеть, - она останавливается рядом и немного облокотившись на меня смотрит на малыша.

Я же прожигаю ее взглядом.

Ладно, возможно это нормальная реакция. Ведь и правда это чертовски сложно и больно родить человека на свет. Но все же...

- А он довольно симпатичный, - касается Брук его ручки.

- Ты уже думала о имени? - интересуюсь у неё и она отрицательно качает головой. И понимаю, что сам ни разу об этом не задумался.

Но долго не пришлось думать. Моего покойного дедушку по отцовской линии звали - Клейтон. Я его плохо помнил. Ведь он умер когда мне было лет семь-восемь. Но он был добрым и улыбчивым человеком по моей памяти. А по рассказам отца он был мудрым, любящим и хорошим человеком.

- Клейтон. Хочу чтобы мы назвали его в честь моего дедушки.

- Хорошо. А второе имя пусть будет Джейсон, - отвечает Брук и разворачивается и садится на стул.

- Серьезно? Больше фантазии не хватило? - немного грубо произнес я.

Она раздражённого цокнула.

- А что? Клейтон Джейсон Кроуфорд младший. Звучит красиво.

- Нет, - не согласился. - Выбери другое.

У меня второго имени нет. Как и у отца. И я как-то не интересовался никогда, почему мне дали одно имя.

- Да, Клейтон? Нам не нужно чтобы твоя жизнь была связана с моей судьбой, - я вовсе не верю в приметы. Но не хочу потом всю жизнь думать, что моего сына вселенная наградит теме же испытаниями моей судьбы.

- Ла-а-адно, - протянула Брук и замолкает на мгновение. - Тогда Аарон. Так звали моего отца. Он был... хорошим отцом, - Брук сгрустнула от воспоминаний. Насколько я помню он умер от инфаркта.

Я соглашаюсь и снова беру ручку сына, который уже видел пятый сон убаюканным на моих руках.

Добро пожаловать Клейтон Аарон Кроуфорд.

После того так Брук все же возвращается в палату по моим настояниям. Приезжает мой отец с Софией. Хоть я просил этого не делать. Все же было уже поздно и можно это было сделать завтра.

Тишину разрывает тихий щелчок открывающейся двери и я оборачиваюсь к отцу и Софии входящие внутрь.

- Где мой внук? - радостно улыбнулся папа, но говоря шёпотом.

Я подошёл с Клеем к папе и аккуратно переложил сына в его руки.

- Какой сладкий, - восторженно отозвалась София.

- Мы назвали его Клейтон Аарон, - наблюдая за отцом, он поднял на меня взгляд.

- В честь моего отца? - не веря спросил он и я кивнул. У отца заблестели глаза.

- Так, - произнес он моргнув и улыбнулся.
- Ты впервые довёл меня до слез.

Я весело хмыкнул.

- Мой сын стал отцом, - гордо произнес папа.

- Посмотрите на его взгляд, - обратила наше внимания София. Клей открыл глазки. Видимо мы громко разговаривали. Но он не плакал. Молча смотрел и шевелил губками. - Я до последнего думала, что Брук врала насчёт твоего отцовства...

- София, - перебил ее мой отец.

- Ой, все так думали, - виновато глянула на меня София. Но я не обижался. Я сам долгое время так думал. - Но посмотрите на него. У него ваш серьёзный взгляд, - хихикнула София подстебывая нас с папой.

Мы рассмеялись.

- Как Сэм? - интересуется отец.

- Лучше, - достав телефон проверяю время. Уже пол первого ночи.

Черт.

- Сэм сильная девочка. Она совсем справится. Главное, будь рядом, - обращается София.

- Завтра заедем к Сэммик. София хочет завтра приготовить итальянские фрикадельки с пастой. А я пожарю просто божественный стейк. Накормим нашу невестку, - подмигнул отец.

То, как отец и София относятся к Сэм радует мое сердце.

***

Вхожу в больницу и поздоровавшись с медсестрой за стойкой. Быстро поднимаюсь на третий этаж и тихо проскальзываю в тёмную палату. И лишь дорожка от луна освещает эту тьму. Сняв куртку, свитер и оставшись в футболке, подхожу к кровати тихо сажусь. Глаза привыкают к темноте и я вижу, что Сэм лежит ко мне спиной свернувшись калачиком.

Подо мной прогнулся матрас когда я нагнулся над Сэм и поцеловал в плечо.
Она дёрнулась и напряглась.

- Это я Сэм, - прошептал успокаивая.

- Джейс, - в ее голосе слышно облегчение. Она переворачивается и садится. Ее голос хрипловатый и это явно не от сна.

Нахмурившись, касаюсь ее лица.

- Ты плакала?

- Нет, - не убедительно и тихо произнесла. Прошёл почти год с нашего знакомства и я научился различать, где она говорит правду, а где лжёт.

Обернувшись к прикроватной тумбочке, включаю ночник и снова возвращаю внимание к Сэм.

Щурясь и опустив голову прячет лицо под длинными волосами.

Взяв ее лицо в ладони, поднимаю и наши взгляды встречаются. Ее глаза красноватые, что говорит о том что я был прав.

- Ты расстроилась, что я не приехал раньше? - убираю ее волосы за уши.
- Прости, я потерял счёт времени.

- Нет, не извиняйся. Я понимаю. У тебя родился сын, ты должен быть рядом, - она не смотрит в мои глаза, что меня напрягает.

- И с тобой я должен быть рядом, - поглаживаю ее по волосам. - Как ты себя чувствуешь?

- Хорошо, - поднимает взгляд и мое сердце забилось чаще как в первый день нашей встречи.

- Я скучал, любовь моя, - после моих слов губы Сэм приподнимают в улыбке, а грусть в глазах испаряется.

- И я скучала, - в ее словах столько тоски и радости одновременно с нуждой во мне, что я больше не собираюсь никуда отлучаться на такое долгое время.

- Давай, ложишь. Тебе нужно поспать, - Сэм укладывается и я укрываю ее одеялом. Встав с кровати как слышу обеспокоенное:

- Ты не остаёшься? - Сэм привстала на локтях.

- Собирался. А ты не хочешь?

- Хочу, - она так мило ответила, что я улыбаюсь, а сердце в груди трепещет.

- Я переоденусь и вернусь в постель, - Сэм снова ложится, а я открыв свою сумку, которая здесь уже пол года, вынимаю чистую футболку и пижамные штаны снимаю джинсы и футболку и переодеваюсь. Боковым зрением чувствую на себе взгляд Сэм. Я уже второй раз замечаю, как она наблюдает за мной когда переодеваюсь.

Развернувшись к кровати, Сэм отводит взгляд и я ухмыльнулся, что я был прав. Выключив ночник, ложусь в нагретую постель. Аромат и тепло Сэм укутывает меня и затёкшие мышцы расслабляются.

Боже.

Как приятно.

Не сдерживая свои порывы, ближе ложусь и прижимаюсь к Сэм. Она лежит на спине и ее живот не мешает мне прижаться к ней. Обхватываю ее рукой над животом, а ноги сплетаю с ее. Сэм не возражает и ее тело тоже расслаблено. Целую ее в плечо и прикрываю глаза. Сэм такая уютная и комфортная. Что не важно, где мы. Если она рядом, я чувствую себя как дома.

- Как Грин? - прерывает ее голос тишину.

Поднимаю голову и кладу подбородок на ее плечо.

- Неплохо. Даже хорошо. В середине декабря его уже выпишут.

- Отличная новость, - поворачивает голову и мы чуть не сталкиваемся носами. - Как Брук? - в ее голосе нет интереса, спрашивает лишь для приличия.

- Так же невыносима. Ничего не меняется. Хочешь знать как назвали малыша?

В комнате достаточно света за счёт луны, чтобы я увидел как она кивнула.

- Клейтон Аарон.

- Красивые именами. Надеюсь он будет похож на тебя, а не на Брук, - я рассмеялся от ее слов и снова поцеловал в плечо.

- Ты так и не ответила почему плакала?

— Мне страшно, — тихо произнесла она, и я, убрав руку, привстал и попытался разглядеть её лицо сквозь темноту.

— Почему тебе страшно, любимая? — спросил я.

Сэм несколько секунд молчала, видимо, собираясь с мыслями.

— Я боюсь, что ты начнёшь отдаляться от меня. Будешь больше времени проводить со своим малышом и Брук. Я совсем не против того, что ты любишь своего сына и хочешь видеть его как можно чаще. Но я боюсь, что ты полюбишь Брук. Будешь смотреть на меня и видеть лишь призрак, живого мертвеца, сломленную душу. И просто остынешь ко мне. Я не могу тебя в этом винить, — её голос охрип, и вот-вот прольются первые слёзы. — Мне лучше. Гораздо лучше. Но всё равно что-то во мне мёртво, и это никогда не даст мне жить, не оглядываясь по сторонам. Не даст жить ярко. Он потушил это во мне, Джейс.

Каждое её слово пропитано болью и отчаянием, которые передаются и мне. Я всегда чувствовал Сэм очень остро, все её эмоции.

— Мне страшно без тебя, Джейс. Я не смогу вернуться в общество без тебя, — она шмыгает носом.

— Сэм, ты никогда не будешь одна. Чтобы ты сейчас ни внушала себе из-за страха, это никогда не сбудется. Я всегда буду рядом. Как я могу разлюбить тебя и полюбить другую? Моё сердце принадлежит тебе. Я не смогу жить без тебя. Ведь ты и есть моя жизнь. И ты ни призрак, ни мертвец. И он не потушил тебя. Я снова разожгу в тебе пламя. Снова вдохну жизнь. Ты снова будешь сиять. Снова будешь счастлива. Так счастлива, что он перевернётся в могиле.

- Есть так много чего о чем я хочу тебе рассказать. Но я боюсь, что ты не поймёшь. Что больше не будешь смотреть на меня как раньше, - ее голос дрожит и я уверен, что ее щеки давно мокрые от слез.

Она явно говорит о том, что было во время похищения Брендоном. Меня это немного напрягает. Ведь я совсем ничего не знаю. До сих пор. Знает лишь ее психотерапевт.

- Чтобы ты не рассказала. Мои чувства не изменятся к тебе. Я знаю, что ты не готова поделиться со мной теми событиями. И я ни в коем случае не тороплю тебя или вовсе требую. Даже если ты решишь, что не хочешь чтобы я знал. Это нормально, Сэм. Чтобы тогда не случилось. Какими бы не были твои решения. Ты не виновата.

Сэм всхлипывает, и ее ладонь обвивает мою кисть. Я наклоняюсь и целую ее в мокрую солёную щеку. Она переворачивается на бок лицом ко мне, и я ложусь, притягивая ее к себе.

— Джейс, — вырывается у нее судорожный всхлип.

— Что, любимая? — спрашиваю я, убирая налипшие волосы с ее мокрых щек.

— Я люблю тебя, — слетает с ее губ.

От неожиданности я замираю. Я не слышал от Сэм слов любви уже полгода. Я видел и чувствовал ее любовь даже сквозь боль. Она не проявляла ее ярко, но я ощущал. И сейчас, когда она произнесла эти слова вслух, это словно надежда на то, что всё будет хорошо, и мы справимся.

Ее слова о любви звучат так же, как и тогда, когда она впервые призналась мне. И я хочу расцеловать ее всю.

Мои губы растягиваются в улыбке, а сердце начинает биться быстрее.

— И я люблю тебя, Сэм, — говорю я, наклоняясь и целуя ее в щеку, затем в лоб и притягивая к своей груди.

Саманта

Прошли ещё две недели и уже конец ноября.

На прошлой неделе было день рождения Кристал. Девочки и Мэтт приходили ко мне. Я поздравила Кристал. Мы посидели. Но все равно было не так. Я бы хотела сделать торт и повеселиться. Но мое состояние это не позволяет сейчас. На следующий год надо сделать просто огромный торт который будет говорить о всей моей любви и благодарности. Она такая замечательная подруга.

С самого раннего утра льёт дождь, а небо заволокло грозовые тучи. С каждым днём настроение все депрессивнее и хочется лишь укататься тёплым пледом и есть что-то сладкое, чтобы обмануть организм и выработался хоть какой-то гормон счастья.

Расчесывая волосы у зеркала я никак не могла отделаться беспокойством и виной.
За эти две недели я начала снова обвинять ребёнка внутри себя. Затем и вовсе перестала с ним разговаривать. И вот уже за три дня он ни разу не шевельнулся.

Вздохнув, я убрала волосы в пучок. Все хорошо. Если он и сегодня не пошевелится, то схожу на узи. Я просто накручиваю себя. У меня даже шестой месяц не закончились. Он не может постоянно шевелится. Вот когда буду на девятом, там будут постоянные шевеления и толчки.

Поднявшись, накидываю на себя тёплый кардиган, который подарила мне Хлои месяц назад. Я почти его не снимаю. Он тёплый, свободный и почти до колен.

У меня приём в двенадцать у психотерапевта и ещё есть полчаса. Хочу спустится в оранжерею и погулять там.

Выхожу из палаты и развернувшись охаю, когда мимо пролетает как ураган девушка и случайно задевает мой живот.

- Боже, простите меня, пожалуйста! - на ходу извиняется, на ее глазах слёзы и она дальше бежит по коридору.

Прижавшись к двери своей палаты, слышу как в ушах гулко стучит мое сердце и я опускаю глаза вниз. Мои ладони находятся на животе. Впервые я дотронулась до него.

Удар куда влетела девушка немного болит. Губы дрожат как и мои руки. Меня накрывает страхом.

- Ты в порядке? - дрожащим голосом спрашиваю. И когда вспоминаю, что он уже третий день не подаёт никаких признаков, на глаза наворачиваются слёзы.

Не убирая рук с живота защищая его от ещё внезапных «налетов», как можно быстрее иду в кабинет к своему врачу.

- Пожалуйста, будь в порядке. Я не переживу, если с тобой что-то случится. Я разговариваю с тобой. Я снова разговариваю с тобой. Слышишь? Пошевелись же! - слёзы застекляют видимость, но я не отрываю рук от живота ни на дюйм, чтобы вытереть слёзы. Казалось, если я это сделаю произойдёт непоправимое.

Когда достигаю нужного мне кабинета, врываюсь внутрь.

- Пожалуйста, сделайте узи. Он не шевелится! Меня ещё сейчас случайно задели в коридоре, - чуть не рыдая, прошу я акушера. И к счастью это оказывается мой акушер.

- Так, Сэм, спокойно. Для начала успокойся. Пойдём со мной, - следую за женщиной и ложусь в кресло.

Обнажаю живот и только сейчас когда оторвала руки от живота, вытираю лицо. Мне наносят гель и я поворачиваю голову к монитору.

Женщина несколько секунд водит уз-датчиком по моему животу.

- Все хорошо, Сэм. Ребёнок в порядке.

- Тогда почему он не шевелится уже третий день? - обеспокоено спрашиваю.

- Нет поводов для беспокойства. Он шевелится постоянно, просто ты не чувствуешь всех движений. Хочешь узнать пол?

Ещё две недели назад я могла узнать пол, но я не захотела.

- Да, - отвечаю я и чувство неправильности разгорается в груди.

Я узнаю пол, чтобы Джейс потом передал его приемным родителям. Они уже месяц назад интересовались.

- Это мальчик, - мягко произнесла женщина.

Я кивнула не открывая взгляд от монитора.

Вытерев живот от геля. Я получила снимки малыша и вышла из кабинета.

- Сэм? - подняв взгляд увидела в дверях своего психотерапевта.

- Здравствуйте, - поздоровавшись, я прошла в кабинет.

Я утроилась в кресле, а миссис Хьюз налила как обычно чай.

- Вы были на узи? - интересуется она и протягивает мне чашку чая.

- Да, я...- облизав пересохшие губы, принимаю чашку и замечаю как у меня до сих пор дрожат руки.

Миссис Хьюз это тоже замечает и забирает ее из моих рук.

- Сэм, что-то случилось? Почему вы дрожите? - обеспокоено спрашивает она.

Поднимаю глаза на доктора.

- Только что узнала пол малыша.

Она садится на своё место и удивленна моим ответом.

Мальчик.

Немного страшно. Если он будет таким же как Брендон.

- Малыша? Вы никогда до этого не обращались к нему как малыш. Что изменилось?

Я махнула головой, избавляюсь от плохих мыслей и перевела внимание на доктора.

- Я не говорила вам, но я разговаривала с ним. Сперва ненавидела, - нахмурившись, вспоминаю как назвала его монстром, созданием Брендона. Оно - как будто это какое-то существо, а не ребёнок.

Чувство вины гложет меня.

- Потом смягчилась. Читала даже ему книжки. Но осознав, что делаю, снова стала ненавидеть и прекратила с ним разговаривать. Он ведь начал шевелится. И вот уже три дня не шевелится. Недавно меня случайно задела девушка. Я перепугалась за его... жизнь.

Подняв взгляд от своего блокнота в который миссис Хьюз делает заметки, внимательно на меня смотрела и слушала.

- И что вы больше не испытывайте к ребёнку отрицательные эмоции?

Я задумалась и прислушалась к своим чувствам.

- Я не знаю, - неуверенно ответила я.

- Вы давно перестали ненавидеть ребёнка. Считая это неправильным чувствовать к нему что-то тёплое вы внушали и заставляли себя ненавидеть его.

- Нет, я...- у меня не было слов опровергнуть слова доктора.

Я тяжело сглотнула.

- Сэм, вы сами только что сказали, что перепугались за жизнь малыша. Если бы вы не испытывали к нему тёплые чувства вы бы не испугались, не плакали. Вы привязались к нему.

Все те чувства, что я скрывала даже от себя, вмиг обрушились на меня. 

Да, я привязалась к малышу.

***

Вечером, я сидела в общей комнате. Точнее эта была можно сказать гостиная. Здесь были стеллажи книг, телевизор и даже камин.

Я сидела у окна в кресле и смотрела как молнии сверкают а ночном небе. Недалеко от меня на столике стоял проигрыватель и играла музыка. Сегодня здесь никого нет и я наслаждаюсь спокойствием и музыкой. После разговора днём с миссис Хьюз мне стало свободнее дышать.

- А я везде тебя ищу, - послышался любимый голос и я повернулась к двери, где в проеме стоял Джейс и с улыбкой наблюдал за мной.  

- Привет, - улыбнулась я и встав направилась к нему навстречу.

- Как ты себя чувствуешь? - мы застыли посреди комнаты. Джейс взяв мое лицо в свои ладони и поцеловал в лоб.

- Хорошо, - с улыбкой ответила и обняв его, прижалась щекой к груди.

- А ты как? - поинтересовалась подняв голову и увидела его улыбку.

- Теперь когда я с тобой просто потрясающе, - ответил положив подбородок на мою макушку. Этими несколькими словами Джейс поднял мое настроение ещё выше.

Немного постояв в объятиях друг друга, я первая отстранилась, чтобы сказать новость.

- Сегодня была на узи. Это мальчик.

- Приемная семья хотела знать пол. Я им передам завтра.

В груди защемило. Сглотнув, я не решалась поднять глаза на Джейса и просто кивнула.

Мои руки снова задрожали. Я не знала как сказать Джейсу, что привязалась к малышу. Мне было страшно. Вдруг он не одобрит это?

Я сама была против. И я до сих пор не знаю, что мне делать с этими приобретёнными чувствами к малышу. Я не могла его оставить. Или могла? А как же та семья, что так ждёт ребёнка. Она раскроются. Или даже разозлятся. Ведь они уже полгода ждут, а тут на них обрушится новость о том, что они не станут родителями. Ведь я передумала.

- Сэм, ты в порядке? Как-то задумалась, - замечает Джейс.

- Все хорошо, - я улыбнулась и отложила эти мысли на полочку. Я сегодня очень перенервничала. Как говорится: утро вечера мудренее.

- Потанцуем? - предлагает Джейс и я улыбнувшись, кивнула.

Я положила руку на плечевой сгиб Джейса, а его рука легла мне на спину. Пальцы других рук мы сплели и не спеша двигались под аккорды песни.

- Я готова выписаться, - поднимаю глаза в темные наблюдающие.

Знаю, уже как-то я говорила что готова. Но тогда Джейс уезжал на три дня навестить Грина. И это желание отпало. Без Джейса в городе было как-то комфортнее остаться в клинике. Знаю, ребята бы меня приютили к себе. Но их тоже не хотелось тревожить. И так они многое делают для меня.

- Ты уверена? - все же переспрашивает Джейс.

- Да, - уверенная в своём решение, киваю и улыбаюсь.

- Тогда я завтра поговорю с твоим лечащим врачом, - целует меня в лоб и я киваю.

Мы продолжаем танцевать и песня сменяется на другую. И здесь я вслушиваюсь в слова певца.

Парень поёт о любви, в которой они оба страдают и не нужно пытаться все уладить. Но не смотря на это он все равно будет ее любить. И что они исцелятся и солнце взойдёт.

Сердце сжимается и я поднимаю голову и Джейс видимо тоже вслушивался в слова песни и наблюдал за мной.

Вспоминаю все те месяцы когда я была холодна к Джейсу и даже хотела его оттолкнуть от себя. Но даже когда мне было больно. Когда была депрессия и внушения, что Джейс разлюбит меня, я держалась за него. А Джейс не отпускал мою руку.

Наша любовь выстояла это испытание. Что может быть ещё хуже того ада? Мы справимся со всем.

- Наше солнце взойдёт, Сэм, - говорит словами из песни, и я улыбаюсь.

Джейс нежно касается моего виска и заправляет волосы за мое ухо.

- Мы любим друг другу, а значит, живы. Мы справимся со всем и будем счастливы, - в его темных глазах столько любви, нежности, надежды и уверенности.

Если бы не Джейс. Не его поддержка и забота с любовью. Я не знаю даже, что со мной было в итоге в таком шатком положении.

Его губы растягиваются в небольшой улыбке, и я задерживаю взгляд на них. Пульс ускоряется, и я сглатываю.

До меня только сейчас доходит, что мы не целовались больше полугода.

Боже. Это так долго.

Мои губы пересыхают.

Колени дрожат, словно мы впервые так близко.

Поднимаю взгляд и замечаю, как его глаза тоже бегают от моих глаз к губам.

Перемещаю руку выше на его плечо и плавно на шею. И затем потянула его на себя.

- Сэм, - выдыхает он в мои губы горячим шёпотом.

Мы встречаемся глазами лишь на миг, пока губы не соприкасаются. Сердце ухает вниз. Кожу пронзает молния и застревает в груди. Приятный трепет тепла расползается по всему моему телу.

Боже, я так скучала.

Приоткрываю рот, и наши губы не спеша сминают, пробуют заново.

Одна рука Джейса лежит на моем затылке, а вторая на талии. Когда мои обе сжимают его свитер из-за охвативших меня эмоций.

Песня заканчивается. Но мы продолжаем целоваться. За окном разбушевалась погода, и капли дождя тарабанят по окнам. А вдали звучит раскат грома. Но здесь, в этой комнате тепло и поют два сердца в унисон.