1 часть
- Дим, ну ты серьёзно?.. Какие блин прятки? На улице жара, даже из дома
вылезать желания нет... Да и вообще, ты не предупреждал, даже не планировал
их снимать вроде. - паренёк лениво тянется и зевает, утомлённый видно
максимумом произнесённых за день слов.
По ту сторону провода слышится раздражённый вздох и голос:
- Так, Эмиль, не морочь мне голову. Во-первых, съёмки ночью, не поджаришься. И во-вторых, у меня график съёмок до июля прописан, я не могу отменить видео только потому, что тебе жарко. В-третьих, я не виноват в том, что мне подогнали локацию недалеко от Москвы. Я банально не успел предупредить. Ты едешь в конце концов или нет?
- Еду, еду...
Эмиль кладёт трубку не дожидаясь ответа. Когда Диму прерывают короткие и до жути неприятные гудки, он морщится:
- Т-с-с... Засранец мелкий. - Дима блокирует экран и крутит телефон между пальцев.
В полной мере злится на Эмиля он конечно не может, всё понимает. Но
проводить без него съёмки нельзя. Как минимум команда должна быть в полном
сборе. Да и представить только, как разорвутся комментарии под роликом без него? Зрители-то его любят, ой как любят. Дима не пересекается с Эмилем уже почти две недели. Тот, как нарочно, не приезжает в студию, постоянно находит отговорки и причины остаться дома или где-то вне поля зрения Масленникова. Но завтра нужно осматривать локацию. Они точно увидятся. Дима улыбается, оставляет телефон на столе и идёт в душ.
Стоя под тёплыми струями воды он всё думает, думает, и никак не может
собрать мысли воедино. Все они крутятся вокруг Иманова, отрывками приходят воспоминания и отголоски тепла мимолётных касаний. Наряду с другими, в памяти всплывает недавняя ситуация.
Вся команда Дмитрия Масленникова уже глубокой ночью возвращалась со
съёмок. Дима тогда слишком вымотался, поэтому в порядке исключения
попросил Артёма сесть за руль. Сам же удобно устроился на заднем сидении и
почти сразу задремал. Грубое нарушение личного пространства заставило его открыть глаза. Когда Дима проморгался, привыкая к темноте салона, взгляду предстала картина: на его плече лежала кудрявая голова спящего Эмиля, а рука его и вообще покоилась на бедре Димы, в непозволительно опасной от паха близости. Стало понятно, какой частью умоляющего о сне организма были посланы звоночки тревоги. Дима тогда аккуратно накрыл ладонь Эмиля своей и передвинул её ближе к колену. Так и не выпуская руку, он опять закрыл глаза. Эмиль тихо вздохнул и тоже продолжил спать. Надо знать, как тогда ржали ребята и краснели они с Эмилем, в попытках
списать всё на усталость. Сам же Дима не почувствовал абсолютно никакого
отвращения. Даже наоборот, было какое-то чувство умиротворения и покоя. Или нет? Он почти спал, детали не запомнились. А вот сейчас, представляя ситуацию заново, Дима вообще почувствовал лёгкое возбуждение. Такое проскальзывает, когда рядом проходит дама с глубоким декольте, посещает ненавязчивая фантазия или воспоминание бурной ночи. А тут с другом... Дима быстро выключает воду и, на ходу вытираясь, выходит из душа.
Ещё пару часов он сидит в телефоне и пересматривает ролики, снятые на
вечеринках или в путешествиях с командой. Смеётся, видя и вспоминая
забавные моменты.
***
Дима приезжает в студию рано утром. Ребята, как он и просил, уже собираются.
- Всем привет. - он разувается и проходит в комнату. Ему отвечают приветствиями. Здесь уже сидят два оператора и Артём с Даником. Ребята играют в какую-то игру на телефоне, операторы уничтожают запасы чипсов и болтают о своём. Дима садится на диван.
- Дим, будешь с нами в танчики играть? - оборачивается Артём, перезапуская
игру.
- Ты прикалываешься? Ничего умнее не придумали?
- Ну всё равно ждём, а игрушка интересная.... Эй, блять, мой красный, не
трогай! - Дима только тихо смеётся на возмущения Даника и утыкается в
телефон. Когда команда и операторы наконец в сборе, а на часах шесть утра, все садятся по машинам. По дороге Сударь ещё ворчит, мол, какого хрена его не свет ни заря из дома вытащили.
Дима уже в который раз терпеливо объясняет:
- Нам нужно осмотреть всё и вернуться до начала бешеной жары. Как раз
сейчас за городом плюс-минус двадцать градусов. А потом возвращаемся на
студию и живём уже с кондиционерами. Жариться же никто не хочет?
Эмиль чуть смущённо улыбается. Из-за него же Дима начал так париться по
поводу жары? Неловко конечно...
Вот и место съёмок. «Экстремальные прятки» на этот раз будут проходить в
заброшенном отеле Подмосковья.
Ребята расходятся по локации, в поиске мест для будущих пряток. Сам Дима
осматривает вход в отель, выбирает локацию для снятия вступления в видео и прикидывает шансы ребят. Тут из здания выходит и подходит к Диме Эмиль.
- Чувак, прости за ту сцену вчера. - он забавно переминается с ноги на ногу и
смотрит на удивлённого Диму.
- Да ничего такого, из дома вылазить неохота, я понимаю. Не извиняйся ты.
- Ты же не злишься?
- Нет, Эмиль, нет. Иди локацию осматривай, в студии поговорим, если хочешь.
Эмиль кивает и испаряется так же быстро, как и появился. А Дима
усмехается нелепости ситуации. В его голове рисуется картина: пятнадцатилетний сын пришёл извиниться перед мамой за грубое отношение накануне, потому что нужно выпросить у неё денег. А Эмиль, в свои двадцать три, в глазах Масленникова всегда представлялся милым, рассеянным и грубоватым подростком. Но сказать, что Диме эта детская
и порой наивная сторона паренька не нравилась, было бы равно обману. Эмилю она даже безумно подходила. Да он вообще умудрялся одновременно быть и не совсем нашедшим себя подростком, и медийной личностью, и хорошим другом, и безумно сексуальном парнем одновременно. Почему Дима выделял и последнюю, совсем казалось бы, не предназначавшуюся для него сторону Эмиля? Этого он сам не мог и не хотел себе объяснять. Как только мысли
переходили через чёрту воспоминаний и представляли Эмиля в слишком уж
хорошем и красивом свете, Дима вообще гнал их прочь и забивал голову цифрами и датами из своего расписания. Ну не должен он думать о друге вот так. Через пару часов осмотра локации воодушевлённые завтрашней съёмкой
ребята отправились обратно в студию. По дороге все смеялись и стебали Диму
за то, что он может потерять целых пол ляма. Дима, отвечая на шуточки,
наконец почувствовал себя спокойно.
Когда ребята разошлись каждый по своим делам, к Диме в монтажёрку
заявился объект не здравого рассудка. Сам он уже успел забыть свои слова «В
студии поговорим, если хочешь» и был немало удивлён просунувшейся в дверь
взлохмаченной голове, которая смущённо спросила:
- Можно?
- Да, конечно, - Дима прикрывает ноутбук и поворачивается к Эмилю, -
заходи. Ты что-то хотел?
- Нет, просто поговорить. - Эмиль заходит и закрывает за собой дверь.
- А, да, точно. С головой всё плохо в последнее время, извини. - Дима
выдвигает из-за стола стул. - Садись, чего стоим?
Эмиль улыбается и садится на предложенный стул.
- Чем тут занимаешься? - Эмиль пододвигается ближе и прижимается к Диме, заглядывая в не до конца закрытый ноутбук.Дима улыбается и открывает экран полностью.
- Паранормальные места мира? Опять локацию для GhostBuster'а ищешь? -
Эмиль, улыбаясь, заглядывает в глаза Димы.
- Да нет, просто изучаю и конспектирую...
- А это что такое? - Эмиль тянется к ноутбуку, однако его руку перехватывают.
- Не надо, не трогай. - Спокойный, строгий голос Димы даже удивляет Эмиля.
- А что такого? Порнуху в офисе смотришь?
- Не, не надейся. Просто личное... - смеясь, Дима закрывает вкладку.
- Я всё равно же название прочитать успел. «Как преодолеть влечение... » К
кому же тебе влечение захотелось преодолеть?
- Эмиль. Не надо. - Маслеников только сейчас выпускает ладонь Эмиля и
тяжело вздыхает.
- Дим? У тебя проблемы? - Эмиль заботливо гладит Диму по спине, стараясь заглянуть ему в глаза.
- Нет, всё хорошо.
- Ну Дим... Ну я же не дурак.
- Я не хочу об этом говорить, ладно? - Дима сильнее прижимается к собеседнику, подсознательно ища у него поддержки.
- Ну ладно, ладно. В любом случае удачи.
Эмиль поправляет выбившуюся из чёлки прядь волос Димы и ловит на себе
его пристальный взгляд. Парни замирают в непозволительной близости друг от
друга. Дима сглатывает, Эмиль смущённо улыбается. Спустя несколько секунд
звенящего молчания Дима, удивляя сам себя, приближается ещё ближе. Когда
же между губами парней остаётся буквально пара сантиметров, раздаётся
громкий стук в дверь. Эмиля с Димой словно взрывной волной откидывает в
противоположные друг от друга стороны. Дима, краснея и бледнея одновременно, поспешно начинает что-то печатать, Эмиль, находясь не в лучшем состоянии, дрожащими пальцами достаёт из кармана телефон. Дверь открывается и в кабинет заходит Стас.
- Что за хуйня, почему на стук не откликаетесь?
- А, да я...
- А, да мы...
Парни начинают смеяться со своего одновременного отклика. Лицо Димы в одну секунду становится похоже на переспелый помидор.
- Эээ... Ладно, ребят, сделаем вид, что это не важно. - Стас удивлённо
переводит взгляд с Эмиля на Диму и обратно. - Дим, там камера одна похоже
из строя вышла. Надо чтобы ты разобрался.
- Хорошо, секунду, сейчас подойду. - Дима закрывает ноутбук и встаёт из-за
стола.
- А я... Я пожалуй домой пойду... - Эмиль смущённо улыбается и встаёт
следом.
***
Домой Дима возвращается через несколько часов. Этот день он легко может назвать разгрузочным: помимо осмотра локации для пряток, съёмок и дел запланировано не было. Единственной головной болью остаётся произошедшее в офисе. Он сам не может объяснить того влечения, которое испытал. Пидорские шуточки в сториз и в близкой компании - это одно, а когда
начинаешь испытывать реальную симпатию и привязанность к другу... Это уже другое, и это пугает. Хотя с другой стороны... Эмиль даже попытки отстраниться не предпринял. Или
просто не успел? А если бы они поцеловались, как в глаза-то друг другу после этого смотреть? Дима включает кондиционер и ложится чуть-чуть отдохнуть, предварительно отключив все гаджеты. Сам не замечает, как засыпает на несколько часов. Просыпается уже вечером. Встаёт, идёт на кухню. Наливает в стакан холодной воды и выпивает несколько глотков. Берёт в руки телефон. Пока просматривает чаты, на экране отображаются новые сообщения. Пишет Эмиль. Дима открывает чат.
«Дим, не спишь всё-таки?»
«Хотел написать, думал спишь, а ты онлайн»
«Привет.»
«Я как со студии приехал, уснул сразу.»
«А что написать-то хотел?»
«Ты уверен, что после происшедшего сегодня нам не о чем поговорить?»
«А... Ты про это.»
«Эмиль, прости пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло...»
«Да брось, тебе не за что извиняться»
«Ты меня правда поцеловать хотел?»
«Да, наверное.»
«Ещё и Стас увидел... Позор блять.»
«Ничего он не увидел»
«Странный ты, сначала сам лезешь, потом убиваешься :)»
«Ну я извинился уже. Говорю, не знаю, что на меня нашло.»
«Ладно, давай, спать дальше пойду.»
«Не опаздывай на съемки.»
«Спокойной ночи)»
Дима откладывает телефон и, подперев голову руками, начинает думать.
Ему не даёт покоя один вопрос: «Что со мной происходит?» Конечно, если бы
Дима был с собой честным, он бы мог сказать, что знает ответ на этот вопрос. Но он усиленно пытается найти отговорки. Какие могут быть отговорки?
Гормональный сбой, стресс, неверная расценка чувств? Дима перебирает в
голове все возможные варианты, но они один за другим отпадали, открывая
правду. Проходит минута за минутой, а он всё сидит и копается в своей голове.
Дичайшая гомофобия, рождённая и привитая ещё в раннем детстве не даёт
здраво расценить ситуацию. Ну не может парень нравиться парню, это неправильно, невозможно...
- Невозможно, сука, невозможно! - Дима ударяет кулаком по столу,
выплёскивая эмоции, в его глазах стоят слёзы. - Какого хуя, почему именно у меня появились эти чувства, что обо мне люди скажут? И это ведь сто процентов не взаимно, Эмиль нахуй пошлёт, ну ёбаный в рот...
Дима замолкает, но уже поздно. Он сам только что вслух заявил о своих
чувствах. По его щекам скатываются слёзы, губы тихо шепчут:
- Ладно, блять, я сдаюсь. Сдаюсь... Но что делать то теперь?..
Дима закрывает лицо руками. Он просто не может в полной мере понять и
осознать происходящее. Ломать выстроенное годами представление мира в одну ночь не представляется возможным. Злость, беспомощность и романтические чувства дают максимально странный и тяжёлый микс.
Долго Дима просто сидит, потеряв счёт времени, пытаясь понять происходящее и хоть немного разложить «по полочкам» переживания и желания. Всему этому мешает страх быть непонятым, не принятым... Да и сам себя так быстро он понять не может. Минуты складываются в часы, за окном уже медленно разгорается рассвет.
«Интересно, как там Эмиль... Спит наверное давно.» Вытирая слёзы после
очередного всплеска эмоций, Дима усмехается. Так или иначе, всё возвращается к этому засранцу.
***
Эмиль в эту ночь заснул не сразу. Он долго думал о произошедшем в офисе
Масленникова. Был ли у Димы секундный порыв к поцелую, вызванный как нельзя подходившим моментом, или же тот чувствует что-то к нему? Ответ был очевиден: конечно Дима просто поддался искушению. А такое вообще бывает? Не важно. Ну не могло быть у этого самого гетеросексуального гетеросексуала никаких других причин. Дима при каждой возможности заигрывает с девушками, на каждой вечеринке он окружён ими... Рассматривать Эмиля в романтическом или сексуальном контексте Дима просто не может. Однако надежда умирает последней. А Эмиль засыпает под красивые, ненавязчивые фантазии, в которых он, несмотря на всё, находится рядом с Димой.