Глава 4 - Воспоминания и тени
Вечер. 20:18. Немезида.
Тишина в коридорах была напряжённой — не мёртвой, а именно тревожной. Как будто сама база затаила дыхание.
Оптимус проснулся в чужой комнате. Несколько секунд он просто лежал, уставившись в потолок, не двигаясь. Он чувствовал, как чьё-то тепло всё ещё сохраняется рядом. Обернулся — Мегатрона уже не было.
Он сел. Медленно, будто тело было не его. Всё казалось каким-то нереальным. Он вспомнил всё: ссору, крик, обнимавшие его руки, спокойствие, которое он не испытывал уже много циклов.
Опт. (про себя): Что со мной?..
Он встал, прошёлся по комнате. Уголок губ невольно дёрнулся вверх, когда он увидел, как аккуратно был заправлен плед.
В этот момент дверь зашипела — открылась.
Мег.: Ты уже проснулся. — Его голос звучал спокойно, почти обыденно. В руках — кружка с горячим энергоновым напитком.
Опт.: Спасибо… — Оптимус не сразу понял, что сказал это вслух.
Мегатрон подошёл, поставил кружку на стол и присел напротив.
Мег.: Я подумал, ты заслуживаешь нормального сна... И не только сна.
Оптимус нахмурился, пытаясь понять, в чём смысл слов.
Опт.: Что ты имеешь в виду?
Мег.: То, что ты не обязан всё нести один. Ни войну, ни союз, ни этот проклятый "мир".
Повисла тишина. Густая, как расплавленный металл.
Опт.: Я не знаю, как... — начал Оптимус, но запнулся. — Всё слишком...
Мег.: Я тоже не знаю, — перебил Мегатрон, — но знаешь, что? — Он подался вперёд. — Я устал притворяться, что всё нормально. И ты устал. Мы оба выгорели.
Оптимус опустил взгляд.
Опт.: Я ненавидел тебя, Мегатрон.
Мег.: Я знаю. Я и сам себя ненавидел. Иногда — всё ещё.
Молчание. Только лёгкое гудение корабля напоминало о реальности.
Опт.: А теперь я не знаю, что чувствую.
Мег.: Это уже лучше, чем ничего.
И снова тишина. Спокойная. Мягкая.
Оптимус встал и медленно подошёл к Мегатрону. Посмотрел в его глаза — впервые за долгое время без злости, без напряжения. Просто смотрел.
Опт.: Мне всё ещё тяжело.
Мег.: Я не обещаю, что станет легче. Но… ты не один.
Они стояли в полумраке комнаты. И этого было достаточно. Не было объятий, не было прикосновений — только взаимное молчание, которое говорило громче слов.
Конец 4 главы
---
21:43.
Оптимус вышел в коридор. Он чувствовал себя легче. Не свободным, нет — просто живым.
И где-то в глубине системы — там, где у него раньше была только логика и долг — зарождалось странное чувство. Слабое, тёплое, как пробуждающийся огонь.