part 27
Эмили
Он не очень хорошо скрывал свою способность быть больше монстром, чем человеком.
Из рассказов я знала, что Гриффина делал это немного лучше, а Пэй скрывал это лучше всех.
Но во всех их взглядах, когда они смотрели в камеру, было эхо тьмы.
Даже Кьяра, которая была настолько красивой и итальянкой, что выглядела как модель из 1950-х годов. Ее волосы были убраны назад косынкой, но темные пряди щекотали ее обнаженные плечи, когда она слегка наклонилась, обнимая Пэйтона. У них были одинаковые черные волосы и темные глаза, небольшая впадина на крепком подбородке. Серебряная цепочка, которую Пэй теперь носил, виднелась на ее шее, исчезая в черном платье, которое она надела на свою стройную фигуру.
Великолепная семья, пока не присмотришься.
Я сглотнула, прежде чем двинуться дальше, чувствуя себя немного навязчивой, хотя фотографии были выставлены на всеобщее обозрение.
Я уже собиралась пройти на кухню, когда заметила последний снимок полароид, вставленный в простую черную рамку. Он был выцветшим, будто его слишком часто обрабатывали, подвергая воздействию жаркого итальянского солнца. Но я могла разглядеть женщину, сидящую на краю дамбы в Неаполитанском заливе, потому что я провела большую часть своей жизни, глядя на нее.
Мама.
Она была так молода, так красива, почти идентична Райли, но с пышным изгибом тела Эрики. Ее улыбка была шире, чем я когда-либо видела, голова откинута назад к солнечному небу, волосы каскадом спускались по спине, когда она наслаждалась радостью, которую ей только что подарили. Такая беззаботная, какой мне никогда не доводилось видеть Каприс.
Я знала, что у Торе была история с нашей семьей, но всегда полагала, что это больше связано с мафией и Симусом, чем с мамой.
Теперь я не была так уверена.
Рядом с ней висела большая фотография Пэйтона, Торе и Ри. Моя сестра расположилась посредине между двумя мужчинами, они обхватили ее руками и прижались к ней своими большими телами, словно защищали ее и одновременно демонстрировали ее. В их улыбках не было тьмы, только чистый, сияющий свет. После всего, через что Райли прошла, когда Симус продал ее в сексуальное рабство, она заслуживала этого счастья, защиты и ласки этих двух мужчин.
Тем не менее, злой голос в глубине сознания шипел на меня, напоминая, что я не первая Роджер в этом мире, что Райли и даже мама были до меня. Я старалась не подавать виду, что чувствую себя особенной, когда меня представляют как женщину Пэйтона, как его донну, но одиночество просачивалось за края моей вынужденной убежденности.
Моя старая знакомая меланхолия снова поселилась в моем нутре.
Я почувствовала себя внезапно и ужасно одинокой, стоя в этом длинном, пустом зале в доме воспоминаний, в котором я не участвовала и не понимала, потому что я еще не так много знала о прошлом Пэйтона.
Я долго смотрела на фотографии, разворачивая запутанные теории, пока не запуталась в путанице нитей.
Как будто вызванный моими мыслями, телефон в моей сумочке начал вибрировать.
Всю поездку он был включен в авиарежиме, и когда я переключила данные, высветились сообщения от мамы, Себастьяна,Райли, Авани, Бо и даже Даниеля.
Дэниель: Я получил сообщение от Пэйтона Мурмаера. Просто проверяю, все ли у тебя в порядке, Эмили.
Я смотрела на смс и пыталась решить, остались ли в моем переполненном сердце какие-то чувства к нему.
В этом все еще была горечь предательства, которая, как я сомневалась, когда-нибудь полностью пройдет, и отголосок моего собственного стыда за то, что я не дала ему должного шанса объяснить мне свою сексуальность. В том, что наши отношения не сложились, была как моя, так и его вина, но я все равно хотела бы, чтобы он не влюблялся в мою младшую сестру.
В этот момент я желала им всего наилучшего, действительно желала, потому что они явно делали друг друга счастливыми, и я хотела этого для них обоих.
Но даже будучи влюбленной в Пэйтона, с каждым днем все больше и больше, я не знала, буду ли я когда-нибудь снова близка с кем-то из них.
Я не знала, хватит ли у меня сил противостоять демонам, которых они оба представляли как личности, и я в том числе.
Телефон снова зазвонил в моей руке, на экране высветилось мамино имя.
Я колебалась.
Мама была моим доверенным лицом так же, как и Бо. Она поддерживала меня на протяжении всего романа Даниеля и Эрики . Но я понимала, особенно глядя на ее полароид на стене Торе, что я не была для нее таким же доверенным лицом.
Мне хотелось хранить от нее свои собственные секреты.
Это было злобно и нездорово, но таков мой инстинкт.
Только голос Себастьяна в моей голове, говорящий о расстоянии, которое все наши секреты вызвали между членами нашей семьи, заставил меня ответить на ее звонок.
— Мама, — пробормотала я, выходя из прихожей на кухню.
Это было великолепное помещение в деревенском стиле, но я не стала задерживаться. Массивные стеклянные двери во внутренний дворик были открыты, и я прошла через них в теплый, пахнущий цитрусовыми воздух заднего сада.
Аромат напомнил мне о Пэйтоне и это заставило меня улыбнуться .
мой боец, — тепло сказала мама. — Я прочитала в газете, что Пэйтон сбежал. Все плохо, не так ли?
если вам понравилось,поставьте звездочку пожалуйста 🙏❤️