зависимы 2

Наступило лето. Жаркое, влажное, полное солнца и пыли, но при этом какое-то безжизненное для Даны. Прошел месяц с того момента, как она снова «вернулась» к Андрею, хотя по факту они были, как партнёры, которые называют друг друга любимыми, но не чувствуют этого ни телом, ни сердцем.

Она всё так же спала у себя. Всё так же уходила рано, возвращалась поздно. Андрей продолжал давить. Продолжал ревновать, особенно к тем, с кем она работала, особенно к мужчинам. Он делал это вроде бы «тихо» — полунамеками, выражением лица, случайными уколами в разговоре. Но Дана уже не реагировала.

Она устала спорить.

Устала объяснять.

Она просто жила, отключая чувства и делая ставку на работу. Её спасали только съёмки — настоящие, живые, сложные. В них она всё ещё горела. А значит — пока ещё держалась.

Прошёл чуть больше месяца с того самого вечера, когда Серафим выложил в Instagram фото от «самого талантливого фотографа». Фотография собрала сотни комментариев, тысячи лайков. И среди тех, кто её увидел — был Глеб.

Сначала он просто залип. Потом начал выпытывать.

— Кто это снимал? — спросил он у Серафима в студии. — Ну скажи, у неё есть инста? Или номер? Мне такие нужны кадры. Прям нужны.

Серафим покачал головой.

— У неё запись на полгода вперёд, Глеб. Не трать нервы ни её ни свои. Она сейчас вообще в другом городе, в Питере вроде.

— Да мне хотя бы посмотреть, — настаивал Глеб. — Имя, ник, что угодно. Я сам напишу, что-то придумаю.

— Не получится, брат. Забей. Серьёзно. Она... особенная. Не для всех.

Глеб сжимал телефон. Он не понимал, почему внутри у него всё вскипает от этого фото, от этих рук, от этого света. Было в этом снимке что-то такое... знакомое, родное, щемящее. И это бесило ещё сильнее.

Он листал ленту, искал похожие кадры. Даже пытался анализировать стиль. И ничего — всё не то.

А потом, однажды, сидя в студии один, усталый, с чашкой крепкого кофе и новой демкой на повторе, Глеб просто лениво листал ленту — и наткнулся на тизер клипа.

Странный артист. Незнакомый. Сложная картинка. Чувственная. Почти тревожная.

Глеб залип.

Он пересмотрел это видео раз пять, потом десять, потом двадцать.

В каждой детали — движение камеры, композиция, свет, эмоции — он видел то, чего давно не чувствовал. Его пробрало. До мурашек.

Когда он уже собирался перелистнуть — взгляд зацепился за маленькую строчку внизу:

«режиссёр — Dana Way».

Глеб застыл.

Он перечитал. Несколько раз. Режиссёр: Дана Вэй.

Он прищурился. Сердце словно подпрыгнуло. Пальцы начали стучать по экрану.
Он не мог не спросить.

— Слэм! — крикнул он через комнату. — Найди мне этого режиссёра. Срочно. Хочу клип на новый трек. Только с ней.

Слэм зашёл с бутылкой воды в руках, дернулся от неожиданности.

— Чё ты орёшь? Какой клип? С кем?

— С этой. Дана Вэй. Сейчас покажу.

Он протянул телефон, не сводя глаз с экрана.

Слэм уставился в дисплей, и... замер.

— Охуеть. — Он выдохнул. — Ты серьёзно?

— Да. А что? Ты её знаешь?

— Не совсем... — Слэм достал телефон. — Но есть один человек, который точно знает.

Он тут же написал Серафиму. Сообщение было коротким:

"Он её нашёл."

Ответ пришёл не сразу. Минут через десять. Только две строчки.

"Я знал. Слишком рано, конечно, но, наверное, судьба такая. Значит — пора."

Слэм выдохнул и посмотрел на Глеба.

— Это будет... непросто, — сказал он.

— Почему?

— Просто. Готовься, брат. Это не обычный режиссёр. Она... особенная.

Глеб вдруг почувствовал, как внутри всё сжимается. Будто где-то там, на краю его памяти, вдруг дрогнуло имя. «Дана.Дана Вэй».

Он не знал почему, но в груди вспыхнул огонёк. Маленький. Осторожный. Но живой.

Он улыбнулся краешком губ.

— Отлично, — сказал он. — Мне как раз сейчас нужна «необычная», а особенная. Мне нужна она.

Он ещё не знал, что будет, когда они снова встретятся.
Не знал, какую боль это поднимет.
И не знал, что даже имя, которое она теперь носит, не скроет от него глаза, которые он однажды полюбил насмерть.

Но всё уже было запущено.

Судьба, наконец, сделала ход.