1 Глава
Тусклый свет заходящего солнца лениво пробивался сквозь хмурые тучи. Те тяжелой черной стеной возвышались над мрачным поместьем, только добавляя чего-то устрашающего в высокие стрельчатые окна, обрамленные рамками. Они были сделаны из редкого, оттого и очень дорогого темного дерева. Немного потускневшее стекло, выполненное мозаикой, пропускало лучи, которые, отчаянно пробиваясь сквозь, прятались в складках громоздкой черной гардины. Потоки света укрывали в полутьме огромного, немного грубовато сделанного зала, мужчину. Он вальяжно сидел в кресле, подбитом красным шелком, и, как на первый взгляд могло показаться, вдумчиво читал книгу. Однако, присмотревшись получше, можно было увидеть, что взгляд его пугающих красных глаз был прикован к хрупкой, то и дело мельтешащей около высокого зеркала, словно проворная птичка, молодой девушке. Особа совсем не замечала направленного на нее тяжелого, совершенно нечитаемого взгляда.
Нельзя точно сказать, о чем в этот момент думал лорд, но явно эти мысли давили на него. Думы отражались в небольших, еле видимых морщинах, лучиками расходившихся от чуть прищуренных глаз.
«Как так получилось?» - рассеянно подумал лорд, в попытках вспомнить, когда же маленькая девочка с копной вечно непослушных светлых волос успела плющом въесться в его уже давно мертвое сердце. Когда же она так быстро выросла? Как он мог пропустить момент, когда совершенно нескладный ребенок, маленький, еще нераскрывшийся бутончик расцвел. Девочка превратилась в нежный цветок дивной красоты, что каждого поражал своим великолепием.
Казалось, что совсем недавно его жизнь была размеренной. Ничего, никаких эмоций или же чувств лишь муторная работа и только.
«Что же... - с горькой улыбкой на губах подумал лорд, - правильно говорят, что все когда-нибудь заканчивается».
Несколько лет назад
Одним теплым вечером, именно в то время, когда последние лучи солнца освещают край небосвода яркими и причудливыми красками, подле особняка лорда послышалось фырканье лошадей да громкие высказывания кучера в пользу слишком разбитых дорог. Что было неудивительно. «Обитель» мужчины гордо стояла в самой гуще древнего леса, особо не славившегося популярностью.
Уже спускаясь по ступеням к входным дверям, лорд услышал скрип открывающейся дверцы кареты, в которой и приехал нежданный гость. Раздраженный мужчина в два шага преодолел расстояние, разделявшее ступени от главной двери. С силой толкнув одну из створок, вышел на улицу, недовольно складывая руки на широкой груди.
Лорд не любил незваных гостей.
Но какого же было удивление лорда, когда гостем оказался его брат. Даже не взглянув на удивленно застывшего мужчину, гость что-то тихо говорил второй персоне, которая пока что сидела в карете. Заинтересованный лорд подался вперед в попытке рассмотреть второго прибывшего. Он не заставил долго себя ждать.
В проходе появилась маленькая фигурка. Девочка, неуверенно взглянув на отца из-под пышных ресниц, вложила ладошку в большую, крепкую руку. Неловко спрыгнув со ступени, она беглым взглядом окинула непроницаемое, какое-то хмурое лицо лорда и тут же потупила взгляд, прижимаясь к ноге отца, видимо, испугавшись столь неприветливого вампира. Недоверчиво выглядывая из-за ноги отца, девочка нервно комкала его штанину. В это миг мужчина с нежностью посмотрел на дочь и мягко огладил ее спутавшиеся волосы, безмолвно показывая, что незнакомца не стоит бояться.
Лорд удивленно перевел взгляд на брата - высокого мужчину преклонных лет с яркими живыми глазами, что казались неестественными с тем суровым образом, который представляет собой этот вампир. Темные волосы, приглаженные в незамысловатую прическу, уже покрылись легкой сединой; высокий лоб, на котором появлялись уже заметные морщины; да глубоко запавшие глаза, во взгляде которых, не угасая, плескался огонек жизни; а плотно сжатые губы сейчас растянулись в такой редкой, но счастливой улыбке, обнажая острые клыки. Эта улыбка была лишь для любимой дочери, которая сейчас, все же, неуверенно шла по дорожке уже заинтересованно. Девочка с легкой настороженностью смотрела на хмурого мужчину своими большими карими глазами, чем-то напоминая лорду расплавленный карамель.
- Здравствуй, братец, - раздался немного грубоватый голос брата. Он так и не смог пожать руку в приветствии: девочка вцепилась в руку отца мертвой хваткой, и, как можно было догадаться, совсем не собиралась отпускать. В совершенно незнакомой обстановке маленькая девочка искала защиту у любимого отца, который, точно, в обиду её никому не даст.
- Здравствуй, Говард, - кивнул лорд, немного недовольно поджимая губы.
Брат не приехал просто так, это мужчина знал точно. Причин было немного, тем более, главная нахохлившимся воробьем, стояла напротив него, то и дело теребя свободной рукой уже совсем помятое голубое платьице. Невольно лорд улыбнулся. Девочка была столь чистой и забавной, что сдержать улыбку было и впрямь сложно, даже такому хмурому и «сухому» вампиру. Хмыкнув, он вновь перевел взгляд на брата. Тот ловко присел на корточки, почти сравнявшись ростом с девочкой, и мягко проговорил:
- Милая, познакомься со своим дядей - лордом Эдгаром де Тревьер, - не поведя и бровью, лорд заинтересованно посмотрел на девочку. Блондинка сначала удивленно посмотрела на отца широко раскрытыми наивными глазами, а потом и на лорда. Совсем неожиданно неуверенно улыбнулась, обнажая еще не прорезавшиеся клыки и нелепо присев в неумелом книксене, тихо и скромно, детским, ещё ломающимся голоском поздоровалась:
- Добрый вечер, лорд Эдхакхд де Ткхевьех, - первое «р» у девочки получилось выговорить, но полное заковыристое имя лорда, все же она не смогла осилить. Потому сейчас недовольно сморщила маленький носик, от чего оба мужчины задорно улыбнулись. В этот момент и впрямь можно было узнать, в двух стоявших перед девочкой мужчин - братьев. Их улыбки будто отражали друг друга.
Сдавшись на милость ребенку, лорд Эдгар тут же приветственно улыбнулся, приседая на одно колено. Он осторожно взял маленькую ладошку в свою изящную руку и поймал на себе испуганный взгляд девочки. Доверительно посмотрев ей в глаза и сделав самое серьезное лицо, на которое только мог быть способен, он нарочито важно проговорил:
- Добрый вечер, миледи, - наклонившись к её маленькое ручке, лорд запечатлел на её почти прозрачной коже бережный поцелуй. - И как же зовут столь прекрасную юную леди? - он лукаво сверкнул бардовыми глазами. Девочка, донельзя смутившись, и, по привычке немного вжимая голову в плечи, тихо произнесла:
- Кайла...
От столь милого ребенка лорд не смог сдержать улыбки.
- Приятно познакомиться, Кайла. - На что девочка ответила широкой улыбкой, понемногу теряя страх. А лорд, легко поднявшись, тут же серьезно посмотрел на брата, что будто специально затягивал с разговором.
Только вампир намеревался пригласить пройти в кабинет и обговорить цель неожиданного визита, как Говард перебил, виновато глядя из-под густых бровей.
- Прости, но, к сожалению, у меня нет времени остаться здесь, чтобы объяснить всю ситуацию. Считай, что у тебя нет выбора. Надеюсь, ты поймешь, так как сейчас положение довольно... затруднительное, - немного помявшись ответил брат, тут же переводя взгляд на дочку.
- Кайла должна какое-то время побыть у тебя, - твердо закончил Говард, уже с совершенно серьезным и даже грозным видом смотря на брата. Эдгар удивленно приподнял брови от резкой смены настроения.
Лорд знал, что причины для отъезда у брата очень серьёзные: ничего больше не могло сподвигнуть его на столь необдуманный и глупый поступок - оставить ребенка у нелюдимого и холодного дяди, что отродясь не общался с детьми.
Но выбора не было. Потому он, недовольно передернув плечами, холодно сказал:
- Думаю, отказывать бессмысленно, так что надеюсь, у тебя уважительная причина для отъезда, - тяжело вздохнув, Говард вновь перевел рассеянный, даже немного виноватый взгляд на Кайлу и, наклонившись, мягко поцеловал в светлую макушку.
- Я постараюсь приехать как можно скорее, хорошо? - Говард грустно взглянул дочери в глаза, и Кайла еле сдержала слезы. Она, шмыгнув носом, доверительно прижалась к отцу, что-то невнятно бормоча. Обняв в ответ любимую дочь, мужчина бросил беглый, извиняющийся взгляд на лорда и быстро развернулся, открывая вид на свою широкую спину, что с каждым быстрым шагом удалялась все дальше к карете.
Захлопнулась дверь. Воздух разрезал громкий свист плети, а за ним раздалось ржание лошадей. Экипаж помчался прочь, удаляясь в глубь леса, только бы подальше от неприветливого замка.
А маленькая девочка смотрела на уменьшающуюся карету огромными печальными глазами, в глубине которых плескалась необъяснимая растерянность. Почему отец уехал так срочно, куда он уехал, надолго ли? Кайлу съедала тревога, но она пообещала отцу, что будет сильной и сможет влиться в новые, непривычные для нее условия.
Отважно расправив маленькие хрупкие плечики, от чего еще больше напомнила прыткого воробушка, девочка перевела растерянный взгляд на своего дядю.
Он же задумчиво смотрел в ответ, пытаясь понять, что же делать дальше. Мужчина растерянно оглянулся, будто ища поддержки.
Оставшись наедине с ребенком, он растерял всю былую уверенность, а неловкость почти полностью поглотила его. Лорд был сам по себе нелюдим, слишком уж хмур и прямолинеен. Просто не умел он находить общий язык с кем-либо, оттого люди не считали общение с вампиром приятным. Старались сторониться немного пугающего лорда.
Что же, мужчину это не удручало... до этого момента. Сейчас он, совсем растерявшись из-за того, что остался с ребенком наедине, не понимал, как следует вести себя с Кайлой. Девочка наивно смотрела на него своими большими удивительными глазами.
Вампир не смог выдержать прямого, ничем неприкрытого любопытного детского взгляда и, не найдя ничего лучше, как показать ей комнату, мигом взял немногочисленный багаж девочки и бросил сухое:
- Пойдем, - прошествовал мимо, не удостоив и взглядом.
Кайла, растерявшись и потратив последние попытки настроить себя на временный, но все же дом, рассеяно поспешила за дядей. Но, как бы девочка ни старалась угнаться за широким шагом Эдгара, у нее не получалось. Услышав сзади себя тихое пыхтение не успевающей Кайлы, что еле удержалась на маленьких ножках из-за мешающего ей платьица, лорд на секунду остановился. Недовольно передернув плечами, тут же пошел дальше, только уже намного медленнее.
Спохватившись, Кайла поправила непослушные юбки и поравнялась с дядей, исподтишка рассматривая хмурое лицо мужчины, да не слишком привлекательный и уютный интерьер особняка, в котором ей придется остановиться на неопределенное время...
Как же теперь забавляло лорда то, как неуклюже он обращался с Кайлой.
Как издевка судьбы, для и так не умеющего общаться с детьми лорда выяснилось, что характер у девочки оказался скромным, даже немного замкнутым. К тому же, положение усугубляло и то, что первое время Кайла и вовсе побаивалась Эдгара, предпочитая прятаться в своей комнате. В то время совершенно потерянный лорд, разве что, не выл от отчаяния, так как не мог расположить ребенка к себе. Однако постепенно девочка оценила никудышные попытки нелюдимого дяди сблизиться и оттаяла, показывая свою истинную натуру - яркую и взбалмошную. Кайла не могла усидеть на месте и минуты, отчего Эдгар просто глаз с нее не спускал. Неугомонная девчонка могла наделать столько шуму и проблем, что не привыкшему к такой суете лорду, было намного спокойней, когда Кайла мирно сидела у него в кабинете, заваливая многочисленными вопросами по поводу всего, что окружало её: что она вычитала в книге или же услышала из уст немногочисленных работников в особняке. Этот непрерывный поток энергии совершенно не раздражал лорда, а только с каждым днем растапливал его сердце.
Дни плавно перетекали в месяцы. Эдгар нашел отдушину в маленькой девочке. Она теплым, пока что маленьким огоньком, тлела где-то глубокого в груди, согревая своим нежным, по-весеннему легким, теплом. Лорд уже настолько привык к взрывной Кайле, что когда приехал брат с целью забрать её, Эдгар был далеко не в восторге. Только появившееся счастье у него собирались бесцеремонно, но целиком оправданно, забрать, вновь оставляя мужчину тлеть в холодном одиночестве.
Стоило признать, что и девочка привыкла к угрюмому вампиру и уже не понимала, почему мужчину считают «сухарем». Ей нравилось видеть, как хмурое лицо лорда то удивленно вытягивается, когда она вновь выкидывает какую-нибудь шалость, гордясь своими успехами, то его губы расплываются в задорной улыбке, когда Кайла корчит смешную рожицу или же воинственно отстаивает свое мнение в небольшой дискуссии.
Однако, против воли отца не пойдешь, тем более, девочка соскучилась за папой.
Но все равно, уезжать из уже ставшему почти родным поместья было до боли обидно.
Расставание с Эдгаром было трудным и эмоциональным для маленькой девочки. Она крепко обнимала мужчину, который так обескураженно и застыл, не зная что ответить на такую ласку маленького лучика солнца.
Девчушка надеялась, что папа вновь привезет ее к любимому дяде.
А мужчина вновь стал привыкать к уже забывшемуся ему ритму жизни, если конечно его существование могло называться жизнью...
Пока глубоко в сердце лорда проник первый робкий, но оттого не менее теплый, лучик...
Отъезды отца Кайлы стали все более частой проблемой в их небольшой семье. Не собираясь бросать дочку на произвол судьбы, Говард нанял гувернантку для подрастающей девочки, что была не в особом восторге от действий отца. Вампирша переживала тяжелый период, когда девочка понемногу превращается в девушку. Она при любом случае показывала свое недовольство, если её что-то не устраивало. К сожалению, бедная гувернантка не входила в планы избалованной девчонки.
Как и ожидалось, как бы гувернантка стоически не выдерживала все капризы Кайлы. Все же она продержалась недолго, так как наглость Кайлы и ее совершенное неумение подчиняться чужим наставлениям просто выводили женщину из себя. Та со скандалом уволилась, проклиная всю семейку де Тревьер. После этого случая отец устроил выговор Кайле, мол, совсем уже распустилась. Девочка до сих пор с мурашками по коже вспоминала, как отец грубым и таким пугающим до дрожи голосом зло рычал, не понимая, чем не угодил избалованному подростку. Но, на радость Кайле, темперамент у Говарда был вспыльчив, потому как его негодование резко разгорелось в сердце, так же быстро оно и угасло. И отец тяжело вздохнув, тихо, с каким-то отчаянием спросил у Кайлы, чего же она хочет.
А девушка, будто и ожидала этого вопроса. Подобравшись, она расправила тоненькие плечи и важно подняла подбородок.
Мужчина со скепсисом уставился на дочь, что сейчас, так отчаянно пыталась походить на серьезную юную леди.
Но тут же сменился удивлением, когда Кайла неожиданно серьезно сказала:
- Мне не нужны никакие гувернантки для того, которые будут смотреть за мной.
Говард недоверчиво посмотрел на Кайлу и тяжело вздохнул.
За Кайлой нужен глаз да глаз, а оставлять её наедине со своими, не всегда хорошо заканчивающимися, идеями, было очень рискованно. Потому, уже собираясь отвергнуть до смешного глупое предложение Кайлы, Говард так ничего и не сказал, на секунду потеряв дар речи от неожиданной просьбы девочки.
- Мог бы... мог бы ты отправлять меня на время своего отъезда к дяде Эдгару? - проговорив это, Кайла совсем немного вжала голову в плечи. Все же детская привычка осталась. Изумленный, даже какой-то раздосадованный Говард, удивленно воскликнул:
- И все? Кайла, почему нельзя было сказать это раньше? Зачем устраивать весь этот фарс?!
Кайла неуверенно повела худенькими плечиками, немного прикусывая губы и пылко восклицая в уме:
«Да, потому что я не ожидала, что ты будешь так часто уезжать, папа!»
На деле же, девочка решила промолчать, не удостоив отца ответом. Впрочем, он и не требовался. Говард и так обо всем догадался, сейчас виновато глядя на дочку. Не зная что сказать в свое оправдание, мужчина лишь угрюмо промолчал. Собственная вина нещадно душила.
Кайла упрямо молчала в ответ, томясь в ожидании того, что же ответит отец. Говард не заставил себя ждать. В полной тишине, прерываемой лишь тихим потрескиванием бревен в старом камине, раздался его голос, целиком и полностью пропитанный привкусом горечи и всепоглощающей вины.
- Думаю, это неплохая идея.
Кайла перевела полный радости и благодарности взгляд на Говарда и тут же внутренне содрогнулась. Отец выглядел слишком уставшим и измотанным. Между густых бровей уже образовалась нервная складка, и так впавшие глаза из-за неестественной худобы казались еще более глубоко посаженными, скулы заострились сильней, придавая лицу более хищный вид, а в небольшой, немного отросшей бороде появилась первая седина.
Внезапно совесть начала грызть девушку изнутри. Теперь, посмотрев на замученного папу, Кайла винила себя за то, что лишний раз потрепала ему нервы своими капризами. Потому, виновато опустив голову, она неуверенно просеменила к отцу, крепко обнимая широкую, ссутулившуюся спину.
- Прости, пап, - раздосадованно пробубнила Кайла. Едва слышно, но все же, Говард услышал бессмысленные извинения. это он должен извиняться перед дочкой, которой не смог уделять столько внимания, сколько должен был.
Устало прикрыв глаза, мужчина пригладил растрепавшиеся золотистые локоны Кайлы и позволил себе улыбнуться. Впервые за долгое время.
- Тем более, Эдгару нужна встряска, а то уже, смотри, зачахнет в своей работе.
Прыснув от смеха, Кайла крепче прижалась к отцу и тут же отстранилась. Посмотрев в глаза мужчины, она благодарно улыбнулась.
С тех пор Кайла практически прижилась не только в особняке лорда, но и в его сердце. Она росла на глазах, радуя Эдгара успехами в учебе, а также желанием научиться играть на скрипке. Немногие знали, но лорд был ценителем такого изящного музыкального инструмента, как скрипка. Что уж говорить, вампир и сам мог время от времени дать себе немного отдохнуть, экспериментируя с новыми аккордами. Потому интерес Кайлы вызвал у лорда самую настоящую радость. Он потратил достаточно много времени, чтобы привить Кайле любовь к инструменту. И стоило признать, у него это получилось. Кайла довольно быстро научилась играть, а спустя время и вовсе с удовольствием исполняла небольшие отрывки из старой музыки, радуя своими успехами Эдгара. Тот с радостью и даже каким-то спокойствием слушал пылкую игру Кайлы, с удовольствием попивая из хрустального бокала яркую темно-бордовую кровь.
Казалось, ничего не может расторгнуть столь уютную семейную идиллию, но в какой-то совершенно неуловимый миг, все кардинально изменилось. Сколько корил себя лорд, как же он ненавидел себя за это, но ничего не мог поделать с этим постыдным чувством. Оно пожирало его изнутри, и кто бы знал, как трудно было держать себя в руках.
***
- Как я выгляжу? - звонкий, тоненький девичий голосок прервал все мысли лорда, заставляя сосредоточиться лишь на нотках, приятно ласкающих уши. Подняв немного затуманенный взгляд на уже повзрослевшую Кайлу, лорд непроницаемо осмотрел простенькое платье девушки.
В это время вампирша наивно пыталась понять ход мыслей дяди, немного склонив голову набок, отчего лямка легкого платья немного соскользнула с острого плечика, приоткрывая вид на изящную ключицу.
Тяжело глотнув, лорд глухо ответил:
- Вполне... хорошо, - и сразу же уставился в книгу. Надо ли говорить, что видел он там лишь пустой лист?
Все мысли разом выветрились из головы, стоило только услышать звонкий и невинный голосок, только посмотреть на нее, заглянуть в светящийся от задора глаза цвета карамели, как тут же лорд слепо утонул, даже не надеясь на спасение...
А девушка, не подозревая, что же тяготит немногословного лорда, легким движением руки перебросила через плечо пышную косу, заправила за ухо выбившуюся прядку вечно непослушных волос цвета золота.
Кайла пристально осмотрела свой двойник, отражающийся в высоком зеркале и напоследок скорчила забавную рожицу, передразнивая дядю. Девушка не удивлялась столь неприветливому тону Эдгара, потому проворно повернулась к сидящему в кресле дяде, что увлеченно, даже слишком увлеченно, читал совершено незнакомую Кайле книгу. Встряхнув плечиками, она быстро просеменила к Эдгару, тут же становясь у него за спиной. Заинтересованно заглянула в книгу в намерении узнать что же такое интересное там напечатано. Но каково же было удивление Кайлы, когда, бросив взгляд на книгу, она увидела, что лорд читал её вверх тормашками. Изумленно приподняв светлые брови, Кайла закусила губу, пытаясь сдержать так и рвавшийся наружу смех.
Девушка, со свойственным ей легкомыслием, решила не заострять на этом внимание, а лишь поближе нагнулась к лорду. Не замечая, как судорожно мужчина сжал бедный корешок книги, которая уже из последних сил держалась, чтобы не разорваться на две части, и, сделав голос, как можно более просящим, жалобно проговорила:
- Может... может, я сегодня подольше погуляю? - и с хитрой улыбкой на губах девушка застыла, мгновенно строя серьезное лицо, в уме проговаривая немногословное:
- Нет.
«Чего и следовало ожидать», - задорно подумала Кайла, нисколько не обидевшись на дядю.
Девушка хихикнула и нежно поцеловала лорда в колючую, щетинистую скулу, весело прощебетав:
- До вечера, дядюшка!
Раздались тихие, подскакивающие шаги Кайлы, а через секунду за ней с грохотом захлопнулась дверь, оставляя тонкий шлейф полевых цветов и теплого лета.
А словно обезумевший лорд нервно сжал книгу, в отчаянной попытке хватаясь за нее и надеясь, что это спасет его.
Бедный том, жалобно треснул, разрываясь на две части и красиво опал оборванными листами на холодный мраморный пол...
Дикая ненависть и омерзение к самому себе затопило все тело лорда, заставляя внутренне содрогаться от нереальности происходящего. Неверие, отрицание, гнев, ненависть, стыд и... желание - все это смешалось в душе Эдгара, вихрем снося все здравые мысли. Мужчина отчаянно цеплялся за долю здравого смысла. Ему казалось, что он мучительно умирал, просто утопая в постыдном грехе. Тяжело простонав, лорд рывком поднялся из кресла, с настоящей ненавистью, к дьяволу откидывая бедные обрывки книги, понимая, что это его последняя капля.
Уже в седле, под бешеный галоп коня, вампир думал о том, как же он омерзителен. Когда, когда он утонул в ней? Как он мог не заметить этого? Лорд не знал. Он мог сказать только одно: просто в какой-то момент, как только Кайле исполнилось семнадцать лет, спустя неопределенное время, он все чаще стал ловить себя на мысли о том, что он относится к Кайле совершенно не как к родной племяннице. Мужчина всячески откидывал эти мысли, ссылаясь на то, что просто давно не чувствовал тепло женского тела. Как же отчаянно он пытался заглушить все мысли о Кайле в объятиях других женщин, пытаясь не думать, что все они были почти один в один похожи на девушку.
Надо ли говорить, что лорд ошибался?
Ничего не смогло заглушить те теплые чувства, что он испытывал к Кайле, к такой светлой и вечно непоседливой девчонке, что только своей радостной, открытой улыбкой могла зажечь в сердце лорда эти чувства, о которых он раньше и не подозревал.
Вспомнив счастливые, такие наивные и чистые глаза Кайлы, лорд тихо зарычал. Совесть мучила его, так как нежная и непорочная Кайла не должна вообще присутствовать в подобных грязных мыслях лорда.
Мужчина подгонял коня, сгорая со жгучего стыда и острого желания.
По приезде в «Отель» лорд, спешился, дал медяк мальчонке, что тут же подбежал к скакуну, и прошел в теплое помещение. Теплый свет отбрасываемый множеством свечей был немного приглушен. Деревянные столики стояли настолько близко друг к другу, что почти соприкасались. Гомон и ругань разных существ давила на уши.
В помещении было грязно во всех смыслах, но лорд не чувствовал отвращения: такая же «грязь» находилась и у него в сердце.
Не успел вампир сделать и шага, как к нему прильнула девушка. Её немного заостренные уши, красивая, словно у куклы, фарфоровая кожа и высокий рост выдавали в ней эльфийку.
Она соблазнительно улыбнулась.
От одной улыбки эльфийки всякий мужчина мог потерять голову, что было неудивительно - девушка была невероятно красива: тонкий стан, пышная грудь и длинные стройные ноги. Все это дарование выгодно подчеркивало немного вульгарное, но очень сексуальное платье, выставляя все прелести на показ.
- Ах, Эдгар! Как же я скучала, - томно проговорила эльфийка, прижимаясь к лорду все сильнее. Он был вынужден рефлекторно приобнять тонкую талию куртизанки. На что она обвила его шею руками, звонко чмокая в щеку.
- А ты все такой же грозный, - обиженно продолжила девушка, демонстративно надувая пухлые губки. Однако тут же приподнялась на носочки, чтобы жарко прошептать на ухо:
- От того и такой горячий.
Лорд мгновенно прижал стройное тело к себе, мокро целуя в губы довольно застонавшую девушку. Эльфийка разорвала страстный поцелуй лишь для того, чтобы, взяв руку, повести в небольшую комнатушку через всех посетителей «Отеля», что так и продолжали громко орать в пьяном угаре.
Только закрылась дверь, отстраняя пару от того шума, что творился в помещении, как девушка припала к лорду и немного дрожащими от предвкушения пальцами пыталась расстегнуть ворот камзола мужчины. А лорд, отдался порочной страсти, с диким стыдом представляя на месте эльфийки совершенно иную девушку...
***
Веселый, ничем неприкрытый, задорный смех трех подростков разносился по всей площади. Кайла, весело хохоча, мирно шла в окружении своих подруг и во все глаза восхищенно разглядывала выложенные продавцами на столики для торговли разные безделушки.
Ярмарка в их краях была не таким уж и редким событием, но именно в этот день, в день кровавого затмения, каждый уважающий себя продавец приходил на главную площадь, выставляя напоказ или же на продажу безделушки, что по преданиям должны были принести удачу, любовь, счастье.
Кайла просто не могла дождаться вечера, ей не терпелось прочувствовать атмосферу праздника и веселья, которой была пронизана эта ночь. Девушка томилась в ожидании всепоглощающей радости, потому, хоть как-то пытаясь отвлечься, она слушала щебетание своих подружек. Те никак не могли выбрать что же купить себе в виде сувенира или талисмана. Девушки были ведьмами, оттого они очень трепетно относились ко всем камням, пристально разглядывая плетение талисмана. Так как знали, что талисманы бывают как приносящие удачу и счастье, так и горе и страдания. Девушки наперебой спорили с продавцом, что выставил на продажу обычный камушек, утверждая, что это артефакт. Ведьмочки не потерпели такой вопиющей несправедливости и решили вступиться за всех в будущем обманутых посетителей. Кайла с улыбкой наблюдала за недовольными подругами.
Блондинка заинтересовано осмотрела небольшую лавку, в которой, как ей казалось, присутствовало всё.
Переводя взгляд с одной безделушки на другую, девушка зацепилась за небольшую, видимо, детскую красивую скрипку. Она была изящной, невооруженным глазом было видно, что сделана вручную, и сколько в неё было вложено сил и души.
В ясных, немного сверкающих от переполняющей радости глазах Кайлы, мелькнула искорка грусти и обиды. Она вспоминала, как дядя с таким рвением пытался научить её игре на скрипке, и как маленькая девочка пыталась вызвать на лице лорда восторженную улыбку, что озаряла не только её игру на скрипке, но и душу Кайлы. Девушка до сих пор хранила в памяти те драгоценные моменты, что принадлежали лишь им. Ей нравилось то, как иногда мужчина мог быть скуп на эмоции и лишь в глазах могла рассмотреть отклик тепла, который не каждый способен был увидеть.
Однако сейчас Кайла не чувствовала ту ласку, что вампир дарил ей несколько лет назад. Оттого её это жутко расстраивало и подавляло, так как она не знала, что же она сделала не так.
Девушка печально смотрела на изящную скрипку, что предательски все больше и больше навевала прошлые, такие недавние, эпизоды их жизни.
Какой-то щелчок, что резко прозвучал у нее в голове, отрезвил, принося на ум идею о том, что подарить любимому дяде. Мысль была довольно заманчива, да что уж говорить, для воодушевившейся Кайлы она казалась просто гениальной!
Девушка, задумчиво нахмурив брови, пыталась вспомнить чем же можно «подкупить» лорда. Как ей хотелось порадовать вампира, в конце концов удивить его и сделать приятно. Она считала, что тот заслуживал подарка. Переменчивое настроение девушки вмиг подскочило до небес, и она уже с горящими от предвкушения глазами, поспешила, чтобы успеть подойти к каждой небольшой лавке, рассматривая все безделушки, выложенные на аккуратно застеленных торговых столиках.
Недолго воодушевленная Кайла ходила от лавки к лавке, с трудом протискиваясь сквозь гомонящих существ. Как неожиданно взгляд её карих глаза зацепился за перстень с красным камнем, что отдаленно напоминал рубин.
Драгоценность ярко сверкала на солнце, выделяясь среди множества других. Она явно бросалась в глаза, ослепляя своим чистым блеском. Было заметно, что перстень имел с богатую историю, это буквально чувствовалось в его особенной ауре. Девушку невидимой нитью будто тянуло к этому, как можно было догадаться, артефакту.
Эдгар был ярым любителем собирать всякие безделушки наподобие таких перстней. Помнится, как раньше в детстве маленькая Кайла могла долго рассматривать многочисленные перстни на длинных и утонченных пальцах дяди.
Будто под гипнозом, девушка завороженно шла к броской, слишком яркой, оттого и заметной лавке. За столом, доброжелательно улыбаясь, стоял грузный, небольшого роста и с большой, немного нескладной квадратной головой, гном.
Можно было заметить, как крепкий мужчинка стоит на небольшом табурете.
Подойдя к лавке, Кайла наконец подняла взгляд на продавца, который как-то подозрительно всмотрелся в бедную девушку, но тут же растянулся в приветственной улыбке, сверкая вставным золотым зубом. И настолько его улыбка была заразительной, что Кайла тут же тепло улыбнулась в ответ.
- Приветствую вас, юная леди. Вижу, что вас жутко заинтересовал этот перстень, - проговорил немного охрипшим голосом гном, указывая корявым пальцем на заветное кольцо. Девушка зачарованно кивнула, на что господин с самой лукавой улыбкой наклонился через столик к немного изумленной девушке, тихо проговаривая:
- А знаете ли вы, что этот перстень связан с историей двух страстно влюбленных сердец!
Блондинка заинтересованно подалась вперед, ожидая начала истории.
Её нежное девичье сердце трепетно замирало при всяком упоминании любви. Ещё невинная и неискушённая в таких делах Кайла могла с истинным восторгом читать или же слушать истории про настоящую любовь, лишь мечтая о том, чтобы и в её жизни появилась такая же.
Позабыв о приличиях, она тут же пылко попросила:
- Расскажите, пожалуйста.
На что продавец, довольно хмыкнув, не заставил бедную, томившуюся в предвкушении девушку ждать.
- Когда-то в самые древние времена, еще когда волшебные существа вели ожесточенную войну между собой, проливая кровь на священные волшебные земли, два существа, казалось, эльф и вампир - враги от рождения, но одна случайная ошибка зародила в их сердцах любовь. Сама затейница-судьба сплела их души воедино! Кто же мог знать, что солдат из отряда вампирской армии будет тяжело раненным, а по ту сторону баррикад одна, еще совсем молодая эльфийка, отважно порхала между своими соратниками, подлечивая отважных союзников. Её прекрасные глаза застилали слезы, не давая вздохнуть, они душили бедную девушку, но она отважно брала себя в руки, так как знала, что на войне нет места чувствам.
И вот, в который раз, убрав дрожащие руки от сделавшего последний вздох солдата, она, чуть пригнувшись, осмотрелась по сторонам в поисках раненных. Завидев, что пока таковых нет, она словно тонконогая лань побежала в сторону палатки, чтобы пополнить запасы зелий.
Однако тут на сцену и вступила простая, такая приевшаяся случайность.
Острое зрение эльфийки зацепилось за союзника, лежащего подле дерева, прямо у густого зеленого леса. Не сомневаясь ни секунды, отважная девушка опрометью бросилась к раненому. Но каков же был её ужас, когда с трудом перевернув его на спину, она увидела перед собой врага. Девушка испуганно отскочила назад, дрожащими руками доставая небольшой нож, подходящий как раз для болезненного, но тихого и скользкого, раздирающего болью изнутри, удара. Страх сковал её тело, но она медленно, даже как-то нерешительно, приблизилась к умиротворенному вампиру, занося дрожащие руки для сокрушительного удара. Закрыв полные печали и боли глаза, девушка задержала дыхание, поудобнее перехватила непослушными руками нож и... ничего не смогла сделать. Слезы стекали по её щекам, но она, отбросив нож, уже ставшими заученными движениями, стала плести заклинание. Руки отчаянно дрожали, слезы душили, не давая сделать и вдоха, а осознание, что сейчас она совершает предательство своей расы, наталкивало на то, что теперь, если их поймают, она не жилец.
Возможно, в будущем пожалеет об этом. Пожалеет, что не оставила его умирать, но в данный момент она точно знала, что хладнокровно забрать его жизнь не в силах.
Потому, закончив заклинание, девушка приложила ладошки к груди уже обмякшего вампира и вложила в заклинание всю силу, отчего враг мгновенно открыл глаза, резко подрываясь. Без всякого спасительного вздоха, он осел обратно, напоминая бедной, донельзя испуганной эльфийке ужасный факт - вампиры подобны мертвецам, потому и не нуждаются в кислороде. Изнутри они абсолютно мертвы. Это пугало эльфийку еще больше, потому она, затаив дыхание, пристально наблюдала за ожившим мертвецом. В свою очередь мужчина, до сих пор не замечавший ее, тяжело застонал и перевел красные глаза на застывшую от страха эльфийку и... пропал.
Прекрасные, как два самых ярких и чистых изумруда, глаза взирали на него с настоящим ужасом, а светлый, даже хрупкий образ никак не вязался с тем, что творилось на войне.
- Этот нежный цветок не должен находиться здесь, - было первой мыслью вампира, который так и не смог оторвать взора. Его уже совсем не заботило, что магические снаряды оглушают, не заботило и то, что он на вражеской территории - все это находилось как будто за какой-то пеленой. Оставался лишь светлый образ испуганной эльфийки.
- Спасибо, - попытался сказать вампир, но из его горла вновь вырвался лишь хрип. Однако, несмотря на это, эльфийка поняла, что он хотел произнести и неловко кивнула, принимая благодарность. Девушка пристально наблюдала за вампиром, и страх понемногу отступал. Ей казалось, что мужчина не сделает ничего плохого, потому она вопросительно посмотрела на него, безмолвно спрашивая:
«Можно ли помочь?»
Вампир, задумчиво, все же кивнул, продолжая пристально наблюдать за ней.
Пока эльфийка помогала своему врагу, то ни она занятая работой, ни вампир, наблюдавший за эльфийкой, не заметили, как рядом раздались тихие, шаркающие шаги. Остановившись, нежданный гость, удивленно раскрыл глаза, пытаясь сдержать отчаянный крик. Почувствовав чужого, вампир оглянулся, натыкаясь на полный ужаса взгляд незнакомой эльфийки, что застыла от страха не в силах и двинуться. Мужчина тут же напрягся, а девушка мгновенно обернулась, видя перед собой своего союзника. Бедную эльфийку внезапно накрыло осознание, что она труп. Девушка отчаянно пыталась остановить свою союзницу, но та уже бросилась к отряду. Эльфийка понимала, что сейчас решается ее судьба: или она останется и ее жестоко казнят на глазах у всех или же... она сбежит вместе с врагом. Выбор был очевиден. Потому эльфийка, оставив слезы на потом, не стала терять времени. Она смело подхватила врага, взвалив на одно плечо, и вместе с ним скрылась в чаще густого леса.
Шло время, враги, которые давно уже стали возлюбленными, жили в неприметном домике в самой чаще леса, скрываясь от своих сородичей. Они любили друг друга и жили душа в душу вдали ото всех проблем и предрассудков. Казалось, что их счастью ничего не может помешать. Но в один дождливый день под окнами их небольшого, полного счастья, маленького мира раздались крики обезумевших от ярости и предательства солдат, что явно пришли по души здесь живущих. Недолго думая, влюбленные опрометью бросились через лес к реке. Пару подгоняли крики и выстрелы, ветви нещадно хлестали по лицу, а ноги то и дело норовили поскользнуться на размякшей от дождя лесной тропинке. Но влюбленные держали друг друга крепко, не давая упасть. Так они не отпускали рук друг друга. Вплоть до того момента, когда, добежав до реки, сели в хлипкую лодку, что то и дело норовила развалиться под гнетом бурной стихии.
Отряд был уже близко, шанса на то, чтобы выжить почти не было. Потому, отвязав веревки, тем самым обрекая себя и свою возлюбленную на верную гибель, вампир со всей страстью и любовью прижал эльфийку к себе, последний раз наслаждаясь мягкостью её губ...
Наступила тишина. Гном довольно посматривал на Кайлу, а девушка ошарашенно стояла, не в силах принять, что концовка столь красивой истории любви настолько печальна.
В силу столь юного возраста Кайла не воспринимала того, что не всякая любовь способна разбить любые преграды.
Когда удивление отпустило изумлённую Кайлу, она возмущенно подалась вперёд, громко восклицая:
- Что?! А что дальше, что с ними случилось?! Неужели все закончилось так плохо? - спросила обескураженная и расстроенная Кайла. Повеселила она и так слишком уж взбудораженного гнома, тот только тешился со столь искренней и неподдельной реакции молодой девушки. Продавец решил немного поддразнить покупательницу и загадочно улыбнулся, пожимая широкими плечами.
- Что случилось с ними, никто не знает, но в тот же день, когда стихия успокоилась, река выбросила на берег этот перстень, что принадлежал древнему роду возлюбленного эльфийки и передавался из поколения в поколение. Однако, - гном театрально вздохнул, - род давно перестал существовать. - С легкой интригой закончил мужчинка, давая девушке прийти в себя. Кайла быстро перебирала в уме немногочисленные знания из уроков истории. Что же, девушка вспомнила, что война между существами была не менее нескольких тысячелетий назад.
Вампирша разочарованно вздохнула, все-таки она страстно надеялась на хороший финал. Но подбадривала себя, так как судя по истории и тому, что рассказал болтливый гном, можно было судить или, хотя бы, надеяться, что далее судьба влюбленных сложилась хорошо.
Кайла чуть улыбнулась, на что торговец поинтересовался:
- Будете брать? - она, задумчиво взглянув на притягательный перстень, все же уверенно кивнула, сразу доставая небольшой мешочек с монетками. Кайла отсчитала положенное и протянула монетки в грубую руку гнома. Тот, в свою очередь, приятно улыбнулся, принимая деньги.
- Всего хорошего, - мило улыбнулась Кайла, радостно прощаясь с таким хорошим и приветливым продавцом, который искренне пожелал девушке того же.
Она резко обернулась, радостная улыбка не сползала с губ гнома. Только блондинка сделала шаг в сторону, как тут же почувствовала на своих плечах, опустившиеся руки и громкие, немного писклявые голоски двух ведьмочек, что в унисон воскликнули:
- Где пропадала, подруга?
Кайла неловко улыбнулась, показывая перстень подругам, которые восхищённо уставились на столь редкую вещицу, заинтересованно задавая вопрос: «Кому же столь дорогой подарок?».
Кайла неуверенно повела плечами и открыто улыбнулась, рассказывая о том, что она решила преподнести подарок своему дяде. Подруги тут же замолчали, и, переглянувшись между собой, бросая на Кайлу только им понятные взгляды, лукаво протянули:
- Любимому дядюшке, говоришь?
Девушка озадаченно кивнула, не понимая резкой перемены настроения подруг. А ведьмы, со свойственной им легкомысленностью, уже переключились на небольшую толпу молодых парней, только завидев их в поле зрения.
Кайла наивно перевела взгляд на юношей, что во все глаза таращились на застывших девушек.
- У меня все нормально... у меня все нормально?! - громким шёпотом тараторила запыхавшаяся Фаня, резво повернувшись к Але и Кайле, указывая на свое лицо. Девушки кивнули. Аля тут же взяла Фаню за плечи, резко разворачивая в сторону мимо проходящих парней. Девушки знали, что один из идущих там парней жутко нравился Фане, потому ведьмочка отчаянно продолжала строить глазки своему возлюбленному. Молодой человек в свою очередь задорно ей подмигнул. Фаня стоически выдержала этот жест от парня и, развернувшись к подругам, растаяла, влюблённо вздохнув.
- Вы видели, как он посмотрел на меня? - спросила Фаня, довольная реакцией парня, а Аля кивнула, с самым мудрым видом приговаривая:
- Конечно, как можно этого не заметит? - и немного помолчав, будто подсчитывая что-то в уме, продолжила:
- И, кстати, уже почти все пункты совпадают.
Фаня восторженно пискнула, явно пребывая где-то далеко в своих мечтах, а Кайла же не понимала о чем говорит ее подруга, и заинтересованно спросила:
- Что за пункты?
Аля и Фаня недоуменно переглянувшись между собой, в один голос сказали:
- Неужели мы тебе не рассказали?
Кайла отрицательно кивнула головой, показывая, что в первый раз слышит про подобное. Девушки воспряли духом. Натянув на лицо самое мудрое выражение, на которое были способны, наперебой проговаривали:
- Во-первых, парень смотрит на тебя, когда ты этого не видишь.
- Во-вторых, пытается дотронуться до тебя.
- В-третьих, демонстрация полного безразличия, - тут уже другая девушка с очень важным видом, немного поправила, - или же наоборот, слишком много внимания уделяет. Тут уже зависит от человека.
- В-четвёртых, часто поправляет одежду или же приглаживает волосы.
- Следующим пунктом вполне возможна ревность.
- И последний - всегда открыт с тобой.
Бедная Кайла просто не успевала воспринимать всю ту массу информации, что отчаянно хотели внушить ей ее подруги.
«Откуда они вообще все это знают?» - в полном непонимании думала Кайла, но тут же осознание доходило до нее. Все же ее подруги были немного опытнее в таких щепетильных делах. Кайла решила, что ей следует прислушаться к советам подруг, вдруг пригодится.
Только девушка хотела спросить у ведьмочек насчет всех этих пунктиков, как толпа стала сгущаться, а до слуха подруг начали долетать обрывки традиционной красивой музыки, от которой ноги сами пускались в пляс. Только они услышали прекрасную мелодию, как не сговариваясь поспешили к центру площади, надеясь успеть встать в большой хоровод. Празднование должно было с минут на минуты начаться! У Кайлы от нетерпения подрагивали коленки, а на лице сама собой расплылась предвкушающая улыбка, в преддверии великого праздника и безграничного веселья...
Девушка устало спешила домой, еле-еле переставляя уставшие от плясок ноги. Красная луна светила над головой, освещая небольшую тропинку. Высокие ворота особняка дяди были немного приоткрыты. Кайла устало, но счастливо улыбнулась. Праздник был настолько захватывающим, веселым и шумным, что опьяненная радостью девушка даже и не заметила, как быстро пролетело время, а на небе появилась большая кровавая луна. Потому сейчас она, с трудом переставляя ноги, быстро поднималась по грубым ступенькам, надеясь на то, что подарок в виде дорогого и такого редкого перстня улучшит настроение лорда. Когда вампир, завидев её, тут же водрузится большой стеной, угнетая лишь своим строгим взглядом.
Кайла тяжело вздохнула, нервно передёргивая плечами. Она осторожно приоткрыла дверь, пытаясь тихо пройти к винтовой лестнице. В доме стояла полная тишина, ни единого шороха или вздоха, потому Кайла до жути испугалась, когда, будто из ниоткуда, вышел дворецкий. Он был словно тень, подумала Кайла, пока мужчина будничным, абсолютно спокойным голосом прошелестел:
- Прошу извинить, но лорд попросил передать, что его не будет дома всю ночь.
Только застывшая Кайла хотела поблагодарить дворецкого, как тот уже вступил во тьму, уходя также устрашающе и внезапно, как и появился.
Кайла мигом поднялась в свою комнату, в совершенно растерянных чувствах, кладя перстень на трюмо. Вроде бы и хорошо, что дяди нет дома, но с другой стороны её расстраивало то, что сегодня она так и не может обрадовать мужчину неожиданным подарком. Тяжело вздохнув, Кайла быстро переоделась, тут же прыгая в мягкую постель.
Уставшая вампирша не смогла сдержать облегченного стона, как только все её тело расслабилось, раскинувшись на подушках. Ноги гудели, а голова была приятно опустошена. Девушка знала, что этот праздник она запомнит надолго. И только уставшая Кайла начала прокручивать многообразный денек, как не смогла сдержать громкого зевка.
Все же девушка была молодым вампиром и сон мог сморить её. Иногда Кайла даже немного завидовала дяде, так как ему подобное был просто ни к чему.
Вампирша резко подскочила, забирая с прикроватного столика небольшую книжечку - её любимый роман. Кто бы знал, как же Кайле не терпелось узнать что ждет главных героев дальше: останутся ли они вместе, несмотря на их тяжелую судьбу? Но все-таки усталость сморила юную девушку, и она, немного поборовшись, сладко уснула, не выпуская книги из рук.
А глубокой ночью, дверь приоткроется, и мужчина, бесшумно войдя в её комнату, остановится напротив ничего не подозревающей Кайлы. Трепетно взяв роман из нежных рук, он бесшумно положит его на прикроватную тумбочку. А потом медленно наклонится, оставляя на её макушке легкий, почти невесомый поцелуй.