13
Pov Дмитрий
Казалось бы, прекрасная обстановка, река, деревянные беседки, легкая музыка. Как будто и нет всех этих проблем. Но отворачиваясь от воды, видишь ничто иное, как беременного зятя, в обличии моего убийцы и его невесту, мою бывшую жену. От горя залпом выпиваю наливку, купленную уже за деньги моей новоиспеченной дочери Ксюши.
— Мама. — зверски произносит не прекрасная Ксюша, а Глеб. — Мама, налейте мне пять капель. — Глеб жестикулирует пальцами. — Пожалуйста. Я вас очень прошу.
— Говорю, тебе нельзя! — рычу на парня, который ведёт себя как конченый алкаш.
— Ну почему?
— Ты на сносях, ребёночек может родиться идиот. — наливаю ещё одну рюмку и с грохотом ставлю бутылку на стол.
— Мне плохо, мама. — Голубин вновь затягивает свою пластинку. Как же он задолбал меня! — Мне очень, очень плохо, мама. У меня болит голова. Мне жмут кеды, мама. Мама мне очень...
— На, только не ной! — пихаю свою рюмку в руки этом аферисту. Блондин быстро и залпом, словно дикий зверь выпивает рюмку, придерживая свою шляпку.
— Хорошо то как. — улыбается довольный Глеб, осматривая свою невесту. — Ещё.
— Сейчас тебя и развезёт ещё. — отнекиваюсь и наливаю себе новую рюмку.
— Развезёт? От клюковки? — удивляется паренёк. — Да нет, что вы, мама. Я после этого напитка, могу бегом до Москвы добежать. — Зять тянется за второй рюмкой, но я перехватываю его руку.
— Дай сюда. — отбираю рюмку.
— Давайте лучше попутку возьмём. — проговорила серьёзно Настя.
— Это опасно, там может быть папа. — упрекает он мою бывшую и я злюсь, как он смеет вообще её обижать? Мы ради него горы сворачиваем, а он возмущается.
— Но его там может и не быть! — отвечает Настя жуя салат. Вот так моя девочка! Покажи ему, кто тут главный.
— Самое главное, выбраться отсюда без хвоста, добраться до Москвы, сесть в самолёт.
— В какой самолёт? — резко смотрю на Глеба.
— До Мадрида. У меня недвижимость в Испании. — отвечает тот. — И счёт. Не очень крутой, но на время хватит.
— Какая Испания? — восклицаю от возмущения, он ещё и собирается увезти мою жену?! Ну и что, что бывшую! — Ты чё, рехнулся? — поворачиваюсь на Настю. — Насть, а как же я?
— Мама, вы эгоистичны в своей любви, мама. Отпустите девочку, дайте ей пожить самостоятельно. — Глеб тут же ринулся защищать мою дочь, которая с страхом уставилась на меня. Ей Богу, как же быстро меняются эмоции на этом милом личике.
— Ты сначала роди свою! А потом посмотрим, как ты её отпустишь! Настя, что ты молчишь? Что ты молчишь? Ты вот так вот, можешь бросить свою мать? — срываюсь на Настю.
— Отстаньте от меня, оба. — отвечает девушка и мы хором с Глебом отвечаем:
— Обе!
А затем телефон Глеба звонит и мы отвлекаемся от конфликта.
— Извините, мне надо поговорить! — Голубин резко встаёт со стола и уходит.
— Ксюша! Ксюша вернись! Ксюша вернись, Ксюша вернись, я кому сказала! Прошивка такая.
Pov Глеб
Я выходу из кафе, и оглядываясь пытаюсь позвонить по номеру, который звонил мне. Это был Илья. Краем глаза, опять заметил кстати надоедливо незнакомого мужика, что напугал девочек в лесу. Тоже меня раздражает. Мыслями возвращаюсь к звонку.
— Алло? Алло? Алло, вас не слышно, алло.
Pov Третье лицо.
— Он у тебя совсем идиот! — Дмитрий возмущается Насте.
— Он забыл! — Настя продолжает во что бы то не стало, защищать своего жениха.
— Как нормальный человек, может забыть о том, что он умер? И вот с этим тупым трупом, ты собралась в Испанию. — Дмитрий поднимает рюмку настойки и вновь пьёт.
В это время, нервный Глеб ходил туда сюда, и пытался в трубке услышать хоть что-то, пока уже знакомый всем мужчина в очках и с бородой на карете, с интересом наблюдал за беременной девушкой. Глеб поторопился уйти, зато мужчина много выводов сделал для себя, получая свою шаверму на вынос.
— Мама, мама. — Глеб приходит обратно к девочкам. — Мама, кто-то звонил и молчал.
— Да? Наверное это твой папа, сынок. — огорчился Дмитрий.
— Да? А я взял трубку.
— И он окончательно убедился в том, что ты в могиле. — мужчина сажает беременного на место. — Я не дам тебе в морду, только потому, что ты беременен! — злится Дима, пока Настя от стыда прикрывает лицо.
— Вы меня извините, мама. Но иногда, вы ведёте себя как мужик. — брякнул Глеб и Настя резко посмотрела на двоих, в её глазах уже был страх.
— Глеб прав, мама. — осторожно произносит она.
— Да?
— Да!
— Да потому, что он ведёт себя как баба! Кто-то из нас троих же, должен быть мужчиной.
— Мама, мама. — Глеб опять начинает плакать и падает на плечо мужчины. — Если бы вы знали, если бы я мог! Если бы я только мог достать этого дерьмового журналиста.
И вот тут бомба взорвалась, Дима схватил Голубина за голову.
— Что ты сказал?
— Чего? — Голубин пугается такого порыва от тёщи.
— Я говорил, что развезёт, говорил! — злиться журналист. — Идём теперь, идём.
— Ну мама!
Герои выходят из ресторана, отдых окончен.
— Ладно, нет худа без добра. — цедит Дмитрий, пока немного пьяный Глеб гладит лошадку у выхода, а Анастасия держит его под руки. — Если это звонил папа, то стало быть его тут точно нет.
— Почему же это? — спрашивает Анастасия.
— Ну ты видишь где-нибудь людей с телефонами? — герои оглядываются.
— Не-а.
— Значит мы можем взять попутку. — проговорил Дмитрий и уткнулся взглядом, на мужчину, которого так яро защищал от своей бывшей.
— Правда?
— Правда, а поехали на карете? — Дмитрий подходит к карете и смотрит на мужчину. Глеб и Настя запрыгивают в карету, а мужчина уже защищается от Димы.
— Женщина, ну вы что? — тот уже подставляет руки, чтобы защищаться. — Что вы опять? Я же ничего?
— Заработать хочешь? — проговорил мужчина.
— Ааа, бить не будете?
— Сегодня, нет.
— Прошу.
— Спасибо, трогай! — важно произносит Дмитрий, садясь на сидение. — Ну девочки, видите себя нормально! Ксюша убери руки! — бесится тёща, когда видит, как зять и дочь обнимает дочь и бывшую жену.
— Почему мама?
— Ты соображаешь, что делаешь?