23. Мне больно
Кэтрин
Находясь уже в номере, еле сдерживая свои слезы, я спешно начала собирать вещи, не имея никакого желания оставаться тут. Я не знаю, как Том так быстро переметнулся к ней, хотя меня это мало меня удивляло. Я хотела с ним все обсудить, но не видела в этом какого-либо смысла. Поездка в этот город полностью разочаровала меня, и я просто хотела вернуться...
Вернуться куда, Кэтрин?! - проговорила я вслух, я даже не знала, куда мне себя девать...
- Кэтрин... - голос Тома прозвучал за моей спиной, от чего мое тело бросило в жар.
- Том, я просто уеду тихо, молча, прошу, пусть обойдется без монологов...
- Дай это сюда, - Том выхватил из моих рук вещи и швырнул сумку.
- Что ты делаешь? - со злостью спросила я.
- Ты серьезно? Ты, даже не попрощавшись со мной, так просто решила уехать? Ты называешь это любовью? Ты даже не попыталась спросить с меня. Черт возьми, лучше накричи на меня, даже если это необоснованно, но вот так после всего взять и молча уехать, не попытавшись разобраться ни в чем, - говорил Том, крича.
- Необоснованно? Любовь? Что ты несешь? В чем я должна разобраться?
- Я не думал, что ты такая глупая... - уже тихо сказал Том с полным разочарованием.
- Что? Ты смеешь еще... - не договорив, я взяла лишь свою маленькую сумочку, в которой, благо, уже лежал бумажник, паспорт и телефон, большего мне в принципе и не надо было, и я поспешила к выходу.
Я дожидалась лифта, как вдруг подле меня оказался Георг.
- Ты куда собралась? Ладно, не буду делать вид, что не слышал ваших криков...
- Ну тогда тебе известно, куда я направляюсь.
- Кэт, давай поговорим, - решительно сказал Георг.
- Георг, прошу, ну о чем нам говорить?
- Дай мне пару минут, я свое скажу, потом сбегай, если так решила, - на что я одобрительно кивнула.
- Кэтрин, в том, что случилось, на самом деле виновата ты, - как вдруг я хотела возмутиться, - дай мне договорить, выслушай! Том мне как брат, и я искренне хочу, чтобы он был счастлив, и ты мне понравилась, правда, Том счастлив с тобой... То, что случилось, тебе правда стоило поговорить с ним, он ненавидит, когда, не выслушав, его в чем-то винят, ты должна была бы знать, что, общаясь с таким человеком, надо быть готовой к тому, что о нем будет написано много бреда. Так же, как и с этой, как ее... Да неважно. Том правда не виноват, мы сидели в баре чисто нашей компанией, как из ниоткуда взялась она, поверь, Том даже не сразу вспомнил ее, пока она опять не начала запаривать ее, когда мы уже выходили, она накинулась на него с объятиями, и это не упустила мимо себя папарацци, хотя то, как он ее оттолкнул, нигде не было, есть мысль, что это было заказное папарацци и сделали так, как она хотела, чтобы все увидела, уж тем более ты, чтобы убрать тебя с дороги. Поверь, Кэтрин, Том правда ни в чем не виноват, он очень сильно тебя любит, поверь тому, кто знает его как свои пять пальцев.
Его слова заставили меня глубоко задуматься, и я не знала, как быть, сказал ли это Георг лишь бы спасти Тома, либо он сказал правду, и я натворила такие глупости.
- Георг, что я натворила, - сказала я, расплакавшись. Тотчас я оказалась в объятиях Георга.
- Перестань, просто вернись и поговори с ним, он поймет тебя.
- Я не знаю, как после такого просто взять и вернуться, мне лучше уйти вправду.
Как вдруг мы оба дернулись от шума того, что что-то разбилось и резко хлопнула дверь. Разъяренный Том вышел с номера, но удивился, увидя нас с Георгом.
- Я пойду... Мне надо... Надо, - попытался что-то придумать Георг и ушел, дав нам остаться наедине. Том подошел ко мне ближе и словно попытался что-то сказать, но, кажется, не смог подобрать нужных слов и просто сунул руки в карманы, смотря прямо мне в глаза.
- Том... - выдавила я из себя в слезах, не зная, как попросить прощения, я злилась на себя за то, что, правда, не выслушав, устроила скандал, а сейчас вот так просто сказать «извини» я не могла.
- Мне больно. - сказал Том, продолжая смотреть мне в глаза, сказал. После чего я не сдержалась и заключила его в свои объятия, обвив его шею своими руками, стоя на носочках, Том всё так же держал руки в карманах.
- Прости меня, ты прав, я и правда глупая, - прошептала я.
Руки Тома обвили мою талию, и еще сильнее меня прижал к себе, его крепкие руки прижимали меня к своему вечно горячему телу, его манящий запах, наполненный феромонами, так и сводил с ума, с ним я ощущала себя живой, счастливой...лишь одно его прикосновение уносило меня в астрал. Внезапно Том забросил меня прямо на свои плечи и потащил в номер.
- Раздевайся, - приказал мне Том.
Я лишь посмотрела в недоумении и скинула с себя кеды и верхнюю одежду.
- Полностью, - дополнил Том.
- Что, прости?
- Я хочу смотреть, как ты снимаешь с себя всё, вплоть до нижнего белья, - приказал Том с абсолютно непринужденным лицом.
- Том... Я... Не понимаю...
Том подошел ко мне, страстно поцеловав меня в шею. «Я хочу тебя», - прошептал Том. - «Сделай, что я говорю».
Том разлегся на кровати, пристально наблюдая за мной, я же решила последовать его указаниям. Я была смущена, но все же сняла с себя в первую очередь обтягивающий меня лонг, после чего я спустила с себя джинсы, которые быстро с меня спали, так как были на два размера больше, стиль Тома и на меня повлиял. Я лишь осталась стоять в кружевном белье, в котором, можно сказать, не было и смысла, так как оно еле что прикрывало.
- Продолжай, - приказал Том, смотря на мое нижнее белье.
Мне было тяжело это делать, несмотря на то что он уже сколько раз видел меня обнаженной, но я еще ни разу не стояла перед ним вот так, без ничего, каждый раз он меня практически видел в темноте, к тому же раздевал сам и сразу закрывал меня своим телом, а сейчас я лишь чувствовала себя какой-то куклой, а что хуже - порноактрисой. Но все же я последовала его указанию и стянула с себя белье. Я чувствовала себя ужасно неловко, наверное, мое лицо горело, и видно было, что я ужасно красная. Как вдруг Том оказался прямо передо мной, проводя рукой по моему обнаженному телу.
- Ты так прекрасна - сказал Том проводя рукой по моей шее, спускаясь к моей груди, которую в ту же секунду сжал. - Ты знаешь, для чего эта повязка на моей голове?
Я лишь посмотрела в недоумении, что эта повязка может служить ему чем-то другим, кроме головного убора. Том потянулся к этой повязке и снял ее с себя, после чего он завязал этой повязкой мне глаза.
- Том?! - прошептала я, тяжело дыша.
- Не бойся - сказал Том, целуя меня нежно в губы.
Затем он уложил меня на кровать, и моё дыхание участилось. Я не понимала, что происходит, и мне было страшно. Я ощутила, как Том навис надо мной и начал медленно целовать мои губы. Его нежные поцелуи опускались к шее, груди, животу. Он покрывал моё тело поцелуями, которые с каждым мгновением становились всё более чувственными. И вдруг я почувствовала его мокрый поцелуй прямо между ног.
- Ах... Том... Что ты... - простонала я.
- Тише...расслабься, - с лаской прошептал Том.
Поцелуи Тома становились всё более страстными и настойчивыми, а мои стоны, казалось, заполняли весь отель. Каждое его прикосновение заставляло меня трепетать, заставляя выгибаться и сжимать простыню. Том почти довёл меня до пика, как вдруг остановился.
- Нет, Том, не останавливайся, - проговорила я.
Внезапно Том с силой раздвинул мои ноги и без промедления вошел в меня. Его резкое движение заставило меня закричать от боли и наслаждения. Его движения были резкими и грубыми, не такими, как раньше. Том схватил мои руки и прижал их к изголовью кровати, лишая меня возможности контролировать ситуацию. Его действия становились всё более интенсивными. Каждый его толчок вызывал у меня крики, но это была не боль, а невероятное удовольствие. Его член внутри меня пульсировал с такой силой, что вызывал у меня ещё более яркие эмоции.
--ах...Том...я сейчас...только не останавливайся- еле простонала я
Я была уже на пике, и это сводило меня с ума. Вдруг я почувствовала, как мое тело словно оказалось на облаке. Я смогла высвободиться из хватки Тома и обвила его крепче своими руками. Том в ответ прижал меня еще сильнее к себе, отчего его стоны участились. Кажется, мы оба были на пределе, и этот предел вышел с меня. Он крепко обнял меня, издав сладкий гортанный стон, и горячая жидкость проникла внутрь меня.
Когда мы достигли пика наслаждения одновременно, Том, обессиленный, упал на меня сняв повязку с моих глаз и, нежно поцеловав, прошептал: «Никогда больше не смей от меня уходить».