Пятьдесят оттенков Томаса

Проснувшись утром, я почувствовала приятное теплое дыхание на своих плечах и улыбнулась тому, что, наверное, впервые проснулась раньше Томаса. Его лицо было уставшим, а под глазами залегли почти незаметные синяки. Интересно, поздно ли любимый уснул?
Стараясь не разбудить его, вылезла из объятий и надела одну из немногих футболок Томаса, проходя на кухню. Да, когда я залезла в холодильник, там было не густо, но на завтрак там еды хватало.
Вспоминая вчерашний день, я радостно улыбнулась хорошо проведенному времени с сестрой Томаса. Она действительно очень добрая и милая, а так же настоящая душа компании и не даст загрустить. Никогда. Мы с Авой прошлись по огромному центру, рассматривая яркие и разноцветные витрины. Одежда разных фирм манила меня своими мягкими тканями и объемными юбками.

***

- Господи, ты в нем богиня! – Завизжала Ава, когда я вышла из примерочной в обтягивающем синем платье, которое подчеркивало фигуру. Любую фигуру, но только не мою.
- Да, оно симпатичное, - Согласилась я, повернувшись спиной к зеркалу и рассматривая вырез, украшенный множеством цепочек, - Не уверена, что у меня будут деньги на покупку этого платья.
Поправив мои собранные в хвост волосы, Ава фыркнула, махнув рукой:
- Насчет этого можешь не волноваться. Томас все подготовил. При мне имеется его кредитка, - Она подмигнула мне, - Я знаю все его пароли.
- Ава, - Я презрительно посмотрела на нее, - Я не буду тратить его деньги.
- Считай, что это его подарок тебе, Делайт. Не парься, - Она снова махнула рукой, вызвал у меня улыбку. Такой простой и девчачий жест, как делают это лучшие подружки – поддерживают друг друга. Так и Ава.
Мы обошли с ней множество магазинов, и она уломала меня на некоторые вещи. Мы даже зашли в магазин нижнего белья, где я купила себе еще один комплект белья специально для Томаса. Конечно, я рада, что Ава не задавала мне много вопросов, почему я выбрала именно тот белый комплект.
Это была моя идея фикс. Я хотела предстать перед Томасом в той же гамме, как вижу его все время. Белое, строгое и недосягаемое.
- Но я все равно вложусь в него, - Согласилась я и зашла обратно в примерочную, чтобы снять платье.
Мы с Авой отправились в следующий и следующий, и следующий магазин. В конце у меня ужасно болели ноги, а стопы ныли от усталости. Знала же: надо надеть кроссовки, на что мне сапоги? Но нет, Делайт-путешественница, должна была поимпровизировать.
- Кстати, Томас уже познакомил тебя с Генри? – Вдруг спросила Ава, когда мы присели на одну из лавочек, и я, наконец, смогла спокойно вздохнуть.
- Да, - Кивнула я, - Он очень милый, хотя первое время ужасно раздражал меня.
- О да! – Хихикнула она, облокотившись на пластиковую спинку лавочки, - Он все время был немного взбалмошным и резким. Наверное, поэтому он женился так рано! Хотя, кто его знает? Он все равно развелся через год с лишним...
Я нахмурилась, понимая, что этого мне Томас не рассказывал. О том, что у них было сложное детство, о том, что они много времени проводили вместе – да. Но... Женитьба? Кто же та дурочка, которая решила отшить этого парня? Или это было его «взбалмошное» решение?
- А на ком он женился? – Спросила я, перебросив ногу через ногу и нервно покачивая ей в воздухе.
- Томас тебе не говорил? – Удивилась Ава, раскрыв глаза, а потом ухмыльнулась, - Ну, конечно. Знаешь, мне было искренне жалко Генри. Он был мне, как брат, второй, конечно. Они все время проводили с малышом Томми вместе, а его дружок часто жил у нас, - Девушка наклонилась ко мне, понизив голос, - У него же проблемы в семье постоянно были. Он сваливал от них, когда только попадался удобный случай. Генри нравился мне, ну, как человек. Он добрый и очень-очень веселый.... А! Так вот! – Взбудоражилась она, понимая, что отошла от моего вопроса, - Эмили Стэн, кажется. Фу, противная штучка. Томас с ней некоторое время околачивался, но она бывала у нас нечасто. Слава богу, - Ава перекрестилась, посмотрев в потолок, - Что сейчас я ее вообще не встречаю. Жили-то по соседству.
- Эмили Стэн? – Удивленно переспросила я, - Рыжая такая, карие глаза и высокая? Еще похожа на стервозную лису?
Ава рассмеялась, приложив руку к груди:
- Да, я вижу, ты, Делайт, уже познакомилась с ней. Добро пожаловать в мир стерв, шляющихся рядом с моим братишкой. Привыкнешь в будущем, - Она подмигнула мне.
Я улыбнулась, понимая, что другого выхода у меня и не будет наверняка. Кто даст мне бросить моего маленького актера? Я сама буду ненавидеть себя за это.
- Надеюсь.

***

Я не заметила, как теплые и немного шершавые руки обняли меня, а губы прикоснулись к волосам.
- Ты сегодня ранняя пташка, - Заметил знакомый голос, вызывающий внутри меня нежность и любовь только к нему одному.
Боже, а как я вообще могу говорить, что не люблю его, когда живу только для того, чтобы быть рядом с ним? Томас – это мой свет, мой яркий лучик солнца, который с каждым днем горит все ярче. Он доверил мне свои страхи и позволил разгадать загадки, которые больше не будут его бременем. Теперь Томас свободен. Мой любимый может жить спокойно и не волноваться о прошлом. Мы забудем его вместе.
- Знаешь ли, тяжело спать рядом с таким мужчиной, - Повернувшись к нему и показав грязные в муки руки, заметила я и улыбнулась, когда увидела его благоговейное выражение лица. Выдохнула, снова ощущая близость между нами, к которой так и не привыкла.
Где та девушка, которая боялась его и думала над следующими действиями? Где та Делайт, которая веяла мыслью увидеть и услышать его? Где прежняя я? Правильно, она потерялась в Томасе и его коридорах, осталась там жить и больше никогда не хочет выбраться из них.
На его лице вдруг спала улыбка, глаза посмотрели в пустоту, а брови нахмурились. Я увидела, что его что-то мучает, но что? Может, ему что-то не понравилось прошлой ночью? Но я не буду терзать его сейчас. Нет, если дело действительно важное, то пусть он сам мне это расскажет. Быть может, это как-то связанно с его вчерашней встречей, о которой парень ничего мне не рассказал? Я должна потребовать разъяснений, но в этот раз дам ему время на обдумывание ответа. Мы много раз сталкивались с подобным, но теперь пришел его черед самостоятельно рассказывать мне. Это было одним из условий моего возвращения.
- Как насчет оладушек? – Спросила я, стараясь разогнать хмурую гримасу на его лице, и кончиком испачканного мукой пальца слегка стукнула его по носику, - Томас?
- Да, конечно, - Он закачал головой, возвращая свое внимание мне, и улыбнулся - Жутко голоден, - Он сел за круглый стол на кухне, - Ты меня чертовски изматываешь по ночам.
Я широко улыбнулась, положив руку тыльной стороной, чтобы не испачкаться, на бедро:
- Ну, конечно. Надо же как-то растрясти твой жирок, а то уже трындец. Потерял форму, чувак.
Мы перекинулись еще парочкой фраз, в которых откровенно намекали на прошедшую ночь и все остальные совместные ночи, а потом я продолжила готовить оладушки.
Через некоторое время они уже были готовы. Ароматные, горячие и золотистые, прямо как волосы Томаса. Он с удовольствием попробовал первый, а потом положил в свою тарелку еще несколько штук и запил чаем. Я с радостью смотрела на то, как он есть и наслаждается приготовленной мною едой. Вот я и показала ему, что готовлю совсем не хуже.
- Напомни мне, что я больше никогда не буду готовить, чтобы почаще поедать твою стряпню. Хочу видеть тебя на моей кухне у плиты абсолютно голой и в одном фартуке. М-м-м... - Простонал он, доев и встав из-за стола, чтобы помыть тарелку.
Я запротестовала, но он остановил меня рукой:
- Нет, ангел. Ты готовила, а я убираюсь, - Любимый пожал плечами, - Все честно.
- Ох, какой ты правильный, - Сморщила рожицу я, - Так и хочется испортить.
- Я предоставляю тебе такую возможность в любое время, мой ангел. Только свистни, и я буду рядом для всех твоих фантазий.
- Мужики, - Вздохнула я, - Только об одном и думаете.
Томас домыл тарелку и поставил ее сушиться, а потом обернулся ко мне, облокачиваясь на кухонный столик:
- Ученые доказали, что женщины думают о сексе чаще, чем мужчины. Просто мужики любят шутить на эту тему, а женщины умалчиваются, - Он наклонился вперед и стал говорить чуть тише, - Давай, Делайт, скажи мне, что всегда представляешь меня в тебе, и тогда я соглашусь с тем, что женщины «СОВСЕМ НЕ ДУМАЮТ О СЕКСЕ».
Я затрясла головой, отрицая, но потом вспомнила, как сама первое время страдала тем, что представляла Томаса обнаженными. Худого, высокого, в меру мускулистого, с идеальной ровной кожей, от которой исходит божественный запах. Да, и это все мое.
Я встала из-за стола и, не оборачиваясь, поскакала в зал. Томас поспешил за мной, весело крикнув:
- Ты убегаешь от ответа!
- Да, капитан! – Провизжала я и завалилась на диван, закинув ноги на его спинку и сложив голову к изголовью.
Томас остановился в дверях, опираясь на косяк рукой. Его пшеничные волосы, как шелк, были взъерошены, а грудь слегка поднималась.
Только весь его вид был настойчив, а глаза сияли в темноте помещения. Как же не поддаваться соблазну раздевать его глазами? Когда единственная вещь, которая была надета на нем, были боксеры, уж точно не скрывающие от меня ничего.
Я поманила Томаса пальцем к себе, приглашая на свободное место на диване, а сама не меняла позы. Футболка съехала вниз, обнажая ноги и....
Взгляд Томаса потемнел, но оставался внимательным и четким, следящим за мной. Как и всегда он не спускал с меня глаз, наблюдая, исследуя, изучая и запоминая. Я сглотнула, когда парень присел рядом. Да, мы столько времени проводили вместе, а мне было мало, всегда мало Томаса. Я хотела и хочу большего. Хочу знать, что он мой и только мой, хочу, чтобы он владел мной.
- Я уже догадываюсь: о чем ты думаешь, смотря на меня такими глазами, - Сказал Томас, склонившись надо мной и поставив по бокам руки.
- Ты даже не догадываешься, насколько часто я могу думать о таком, - Прошептала я, обнимая его за шею и приманивая к себе.
Не знаю почему, но мне захотелось плакать. Плакать от счастья видеть его, от возможности касаться его и обнимать, слышать и любить.
- Томас, - Обратилась я к нему, посмотрев в чистые и добрые глаза любимого, - Эти выходные были самыми лучшими в моей жизни.
Он приподнялся на локтях, отстраняясь от меня, но не сводя глаз:
- Они еще не закончились, ангел, - Томас легко поцеловал меня, - Впереди еще много времени и веселья. Я так хочу показать тебе все, что здесь знаю. Хочу видеть тебя счастливой и понимать, что это благодаря мне.
- Ангел, - Повторяя за ним, выдохнула я, - Наверное, я никогда не привыкну.
- Привыкнешь, - Подмигнул он мне, - У тебя будет много времени.
Я ухмыльнулась, силой перевернув Томаса и оседлав сверху, нежно и с вожделением водя по голым плечам и мышцам руками:
- Насколько много?
Томас поднял на меня свои глаза, и в них я увидела гамму эмоций, но больше всего мне запомнились любовь, нежность и страсть.
- Больше, чем вечность.

***

- Через полчаса выходим!
Я расчесывала волосы в ванной, когда Томас объявил время выхода из нашей комнаты. Одетый в обычную выходную одежду, он представлялся мне самым прекрасным человеком на свете. Незатейливый, простой. Совсем не та звезда, которая известна всему миру. Не тот мальчик, который в свои годы выглядит младше. Нет, это был мой Томас, который любит готовить, путешествовать и быть рядом в нужный момент.
Когда я вышла из ванной с собранными наверх волосами, Томас уже был одет и стоял у окна, за которым все еще сияло яркое послеобеденное солнце. Его рубашка была небрежно и сексуально не заправлена в джинсы, а волосы нарочно взъерошены, напоминая о прошедшем свободном времени.
Первую половину дня мы провалялись на диване в зале, листая каналы телевизора и угадывая фразы из сериалов, идущих по ящику. Мне нравилось смотреть на Томаса, который вспоминал и рассказывал мне слова из сериалов, в которых снялся сам. Например, во время просмотра «Игры Престолов», где Томас говорил одновременно с собой и с той же интонацией. Наверное, у него просто невероятная память.
Подойдя к нему, я мягко поцеловала Томаса в подбородок, наслаждаясь гладкостью его бархатной кожи, и расчесала волосы расческой, укладывая их на привычную сторону.
- Вот теперь ты идеален, - Улыбнулась я.
Парень обнял меня за талию, приманивая к себе. Уголки его губ вздернулись, а глаза оглядели меня:
- Уверен, что, когда ты все-таки оденешься и не будешь расхаживать голышом по квартире, то станешь еще идеальнее меня, ангел. Поспеши, - Мягко напомнил он, - У нас мало времени.
- Ты не успеешь моргнуть, как я буду одета, - Уверила я и высвободилась из его мягких оков, направляясь к готовой и развешенной на стуле одежде.
Томас стоял молча и наблюдая за мной, а скорее за тем, как я пытаюсь натянуть на себя джинсы, которые настойчиво не хотели налезать, и футболку, которая почему-то стала мала в области груди. Я, что, потолстела?
- Ангел, мы в таких темпах скорее останемся дома, потому что я не выдержу смотреть на то, как ты одеваешься, и захочу поскорее раздеть тебя.
Томас оказался позади меня и мягко провел руками по бедрам, поправляя низ футболки. Его губы коснулись голой кожи между шеей и тканью одежды, и все мое тело покрылось мурашками.
- И куда же мы направимся в этот раз? – Нетерпеливо спросила я, накрывая его ладони своими и обвивая вокруг своей талии, чтобы Томас оказался ближе ко мне.
Он прижался грудью к моей спине и сам крепче сжал объятия, тяжело дыша рядом с ухом. Казалось, словно мы оба волнуемся. Оба боимся. Но чего? Нормального свидания, которого не было в начале наших отношений? Возможно.
- Туда, - Томас поцеловал меня в макушку и заботливо положил руки на плечи, - Где тебе очень понравится.
- Мне кажется, что это нечестно, - Я повернулась к нему лицом, - Почему все крутиться вокруг меня? Хочу, чтобы и ты мог получать от этого удовольствие. Не надо все время заботиться обо мне. Это наше совместное время. Мы должны наслаждаться им вместе. Никто и ничто этому не помешает.
Его взгляд стал серьезнее и решительнее, но резко отрешенным. Его глаза помутнели, а руки сильнее сжали меня, заставляя вены на бледных руках вздыматься. В тишине комнаты, мне показалось, что я могла услышать, как вдруг бешено забилось его сердце. Черт, что так раздражало его? Что заставляло волноваться и возможно бояться?
- Томас? – Спросила я, отстраняясь, - Что-то случилось?
- Нет, - Кратко и резко ответил парень, заставляя меня сильнее услышать настоящий ответ на вопрос.
- Не могу быть уверена в этом, - Скрестив руки на груди, парировала я.
Сделав шаг назад, я отошла от него еще дальше и, наконец, увидела прозрение в его глазах. Он удивился, даже испугался моего поведения. Неужели он боялся, что все мои движения, устраняющие меня от него, будут обязательно последними и покидающими? Любимый думал, что я уйду от него? Нет, ни за что.
- Не понимаю, о чем ты говоришь, ангел, - Все в том же тоне ответил Томас, и даже мягкое произношение моего имени его ровным детским голосом не позволило мне полностью быть уверенной в спокойствии парня.
- Вот опять, Томас! – Взвилась я, - Опять ты молчишь! Я же вижу, что что-то происходит внутри тебя. Да, утром я пообещала себе не заставлять тебя говорить мне, но уже второй день ты ходишь каким-то отстраненным, что иногда мне кажется, словно я одна в помещении. О чем ты опять не хочешь говорить мне? Разве я не добилась у тебя доверия?
Злость и обида буквально захлестнули меня. Твою мать, почему я никогда не могу держать язык за зубами и спокойно реагировать на ситуации? Что за ходячий ПМС во мне все время пробуждается?
- Делайт, ты как всегда в своем репертуаре, - Томас нервно провел рукой по волосам, - Не надо на все так эмоционально реагировать. Ты оделась? Пошли!
- Да, я как всегда. И ты как всегда. И никто из нас не изменился. Прекрасно!
Я развернулась и зашагала в коридор, придумывая на ходу следующие действия.
- Куда ты собралась? – Рассержено спросил парень, направляясь за мной и хватая меня за запястье, - Мы выходим сейчас же, иначе мне придется наказать тебя здесь. Выбирай.
- Пусти! – Крикнула я в приказном тоне, - Хватит запугивать меня своими сексуальными домогательствами! Не хочу никуда идти, пока не пойму, что так тревожит тебя! И мне все равно, что я пропущу. Я желаю знать от тебя всю правду и не ломать каждый раз между нами стены, которые все время выстраиваешь ты. Прикосновения.... Молчание... блокнот, который только помог мне тогда понять человека внутри тебя.... Почему же на этот раз я должна опять молчать и ждать, пока ты созреешь? Что ты, блин, опять таишь внутри себя?! – Тяжело вздохнула, ощущая приливающие слезы. Опять слезы. Я же никогда не плакала при людях, пока в моей жизни не появился Томас, - Вижу, как каждый раз ты ломаешься, когда таишь что-то от меня. Мне больно видеть тебя таким! Потому что я чувствую то же самое, что и ты. Между нами есть связь, которая никогда не нарушается. Если тебе плохо, то и мне плохо, и наоборот. Так почему ты не хочешь лишить хотя бы меня этой боли в сердце, если совсем не думаешь о себе?
Его взгляд смягчился, а рука на моем запястье расслабилась. Я увидела горечь в его глазах, которые пристально смотрели в мои, заливающиеся слезами. Господи, с ним я совсем растекалась и хотела, чтобы рядом со мной была защита. Щит, который будет охранять меня от опасностей.
- Я же забочусь о тебе, - Вытерев тыльной стороной свободной руки слезу, стекающую по щеке, выдавила я, - Хочу, чтобы ты тоже заботился о себе. Не желаю видеть тебя таким каждый раз...,когда ты пробуешь спрятать меня от своих бед. Я же взрослая, Томас, - Я подняла на него глаза, моля взглядом, - Так помоги мне расти быстрее, если считаешь меня маленькой.
- Ангел, - Выдохнул парень, отпуская меня и прижимая к себе.
Он стиснул меня в своих крепких мужских объятиях, извиняясь и любя одновременно. Томас стих, шепча что-то невнятное в мою голову, прислонив к ней свои губы. Да, все было очень просто. Я любила его больше себя, он любил меня так же, поэтому мы оба были несчастны и счастливы в равной доле.
- Ты же хотел, чтобы я укрывала тебя своими крыльями, - Пролепетала я в его грудь сквозь плотную ткань футболки, - Позволь мне помочь тебе не сломаться в трудные моменты. Я же вижу тебя настоящим даже за сотней масок безразличия. Они больше не действуют на меня.
- Тебе не понравится то, что я знаю, - Сжав руки вокруг меня сильнее, предупредил Томас, - Ангел, поэтому я и не хочу расстраивать тебя.
- Ты больше расстроишь меня, если промолчишь и в этот раз, - Парировала я, отстраняясь от него.
Любимый тяжело вздохнул, отпуская меня. Но отпуская не всегда, а на некоторое расстояние, чтобы обеспечить свободу. Физическую и духовную.
- Хорошо, - Кивнул тот, протерев глаза ладонью.
Я мысленно обрадовалась этому, понимая, что в конечном итоге смогу сломать в нем эту скрытность. Когда-нибудь смогу, наверное.
- Только после прогулки. Мы и так сильно задержались сейчас.
- Что? – В недоумении спросила я, осознания полного провала плана и потери решимости.
Томас добро усмехнулся и приблизился ко мне, кончиками нежных, но немного шершавых пальцев касаясь щек и вытирая следы слез:
- Не хочу пропустить задуманный мной сюрприз: я же говорил, что он тебе понравится, - Его губы дрогнули в благодарной моему утиханию улыбке, - Пожалуйста, ангел, ты все узнаешь, - Голос Томаса перешел почти на шепот, и я понимала, что он никогда и никого не просил о чем-либо так, как меня, - Пойдем?
Весь гнев и раздражение, как рукой сняло. Томас остался нежен со мной и терпелив, не обращая внимание на постоянные срывы. За это я его и любила: за понимание.
Я обняла его, прижимаясь ухом к груди:
- Я люблю тебя, Томас. И ты ничего не сможешь с этим сделать и со всем остальным. Вместе с моим телом на тебя свалилась еще и любопытная, вредная, злая, укоризненная и т.д. Делайт. Просто не забывай о том, что я могу и хочу помочь тебе, и тогда все будет хорошо. Как старых добрых диснеевских мультфильмах....
- Вот туда мы и направимся, кстати.