Глава 23
Не забывайте про звёздочки, мне будет очень приятно🫶💋Актив добавит мотивации на написание глав💗
Аврора сидела на старом диванчике в большом зале Порши вместе с отрядом. Большие крылья за её спиной были спокойны, не подавая ни капли сомнений.
Встретить ещё одного бессмертного было уже не так удивительно. А вот какой именно она была бессмертной...
Она точно потеряла доверие генерала, пусть он этого и не показывает. Что и понятно, они буквально представляли себя другими людьми,ну или не совсем людьми.
— Значит, ты лечишь людей? — сделала вывод Анна, но скорее, хотела подвести всё к практике.
— Не людей, — кивнул Ренато.
Анна чуть раздражённо закатила глаза, но кивнула, подсаживаюсь ближе к паре бессмертных.
— Покажешь, как делаешь это?
Он пожал плечами.
— Это моя сила, Анна, я Целитель. Дар небольшой, но тренировки дают своё.
— Покажешь? — слушать конечно было интересно, но собственная заинтересованность и увлеченность медициной, тянула её.
Ренато усмехнулся, взъерошивая волосы.
А вот Аврора подалась вперёд, вникая в их разговор, вытянула руку и впилась в неё ногтями, делая рваную рану.
Некоторые поморщились. Раздался голос Киры.
— Ты что творишь?!
Дмитрий нахмурился смотря на это, Порша вскинула брови, проверяя реакцию остальных, считывая, было ли это в качестве нормы?
Каин сжал челюсти, уставившись на девушку. Хотел подойти, но она осторожно, не приметно остановила его ладонью. Опустила руку, с которой текла кровь, капая на пол и протянула к ангелу.
Тот недобро смотрел на неё, хотя, за столько лет знакомства, нужно было понять, что это в порядке вещей.
— Не обязательно было, – тот закатил глаза, но раз уж она сделала, не оставлять же. Хотя, кто сказал, что её нельзя было проучить.
— Давай лечи меня, ангелочек, вдруг я умру, — она качнула головой, но глаза смеялись.
Компания всегда будет лучше одиночества. Аврора поняла это с детства. Когда осталась без родителей. Беспомощная и незащищённая. Тогда, вместе с шепфамалумом поняла, что чтобы не быть жертвой, нужно стать угрозой.
— Тебе не больно? — осторожно спросила Анна, закусывая губу.
Аврора качнула тёмной макушкой, смотря на шатенку своими разноцветными глазами, которые до сих пор приводили всех в восторг.
— Такую мелочь я уже не замечаю, не волнуйся, — она осторожно улыбнулась, понимая, что возможно перегнула, а у них это теперь из головы не выйдет.
Ренато подхватил руку брюнетки, удерживая за запястье, взглянул на Анну, хотя смотрел на них каждый. Он прижал ладонь к ране, сначала смотря на касание, а затем тихо прикрыл глаза.
— Что т.. – подала голос Кира, но метиска шикнула на девушку, создавая тишину.
А потом, свободной рукой приложила указательный палец к губам, призывая к молчанию.
Ренато чувствовал все. Что чувствует и протекает по ней, точно это было внутри него. Не касаясь, прощупал её ранение и сила, повинуясь хозяину, латала её кожу.
Анна видела, как кровь перестаёт капать, а видневшиеся царапины затягиваются. Поправила очки, и пожалела, что сейчас с ней не было её ежедневника.
Ренато распахнул глаза и откинулся на спинку, складывая руки на груди.
— Ну, вообще-то фокус так себе, потому что у меня еще и регенерация, — Брюнетка пожала плечами, натягивая рукав.
— Но людей ты можешь вылечить?
Ангел кивнул.
— А ты? — девушка перевела глаза на Аврору. — Ты умеешь что-то такое?
Бессмертная усмехнулась, складывая руки на груди.
— Убивать умею, как и все тут, — улыбнулась, но затем вздохнула.
— И всё таки, как ты выдержала четыре пули против бессмертных? – подал голос охотник.
Аврора подбирала слова, пока Ренато упрямо вперил в неё взгляд, он до сих пор ругал её за то, что она так подставилась. Глупый поступок. Всё таки, это яд.
— Да. На тебя он не действует? – научно отнеслась Анна. Ей хотелось узнать все лазейки.
— Действует. Но, боюсь, чтобы убить меня, вы все потратить огромные запасы этого средства, если конечно, я не опережу вас, — объясняла простыми словами, но было понятно, что всего люди и не поймут. Нужно было знать и слушать историю небес, чувствовать, что там происходит, чтобы в полной мере понять, кто именно Аврора. — У меня хорошая быстрая регенерация, стойкое тело и в принципе сопротивление силы, бла-бла.
— А тебя бы убили с одной? — она тут же вернула внимание на ангела.
— Одна? Точно нет. На сильных бессмертных надо потратить больше и успеть, пока вас не убьют первыми, – он кивнул на ангела, останавливаясь на нём карими глазами. — И вы же видели, его тоже не убило.
Его фигура не вызывала доверия или восхищения, но он, будто неосязаемо чувствовал его отношение к Авроре. Отмечал намного больше, чем эти двое показывали.
И был рад за брюнетку, находя её в том, что она нашла своё лекарство.
Аврора поднялась на ноги, привлекая внимание. Кровавые крылья едва коснулись Анны, что та засмотрелась на них. Эта девушка вселяла впечатление даже будучи человеком, и ей тут же хотелось и в полной мере понять её сущность.
— Ты – монстр, а здесь притворяешься всея защитницей, — выплюнул ей в спину Пилеон, что все затихли. — Хотя ничего не стоишь.
Глаза ангела вспыхнули красным.
Аврора остановилась и глубоко вздохнула. Это лишь пополняло её ненависть.Она медленно обернулась к демону, устало смотря на него. Эта вечная война, взявшаяся из ниоткуда – лишала её энергии. Она очень уставала от дурацких высказываний.
— Пилеон, я тебе не подружка с факультета, которая восхищается твоей дерзостью, поэтому слушать эту грязь не намерена, — они были на расстоянии, поэтому их слышали все. — Я видела намного больше тебя. Ты не заденешь меня глупыми высказываниями.
Но, кажется, темпераментный демон не собирался останавливаться. Дерзко сделал шаг вперёд, вперив красные глаза в девушку. Анхея хотела потянуть его назад, потому что не стоило выкидывать это в её сторону.
— Прибилась к жалким людишкам, чтобы чувствовать себя значимой?— он скрестил руки на груди, цедя это сквозь зубы. — Потому что на небесах к вам одна ненависть.
Её слова ни к чему его не привели. Даже жаль. Собственная боль и обида на весь мир закрывает ему глаза. У каждого она своя, но выливать её,через грязь,на других – не лучший выход.
— Ненависть мне не враг, — утвердила она, усмехаясь. — И я слышала слова грязнее от более высоких существ, твои ни капельки не раздражают, так что прекращай, потому что терпеть такое не буду, Пилеон. Воткну тот нож тебе в грудь, а ты будешь захлёбываться кровью, пока всё не регенерирует, — она кивнула в сторону приборов на столе Порши и развернулась, уходя мрачнее тучи.
Не убегала, нет. Вряд ли она бы убежала от такого. Но её уже тошнило от разговоров о прошлом, которых выдумал Шепфа. Что они такие плохие и ужасные, это же не так...
Ренато пожал плечами, разряжая обстановку, но не переставал смотреть на наглого демона.
— Не бери в голову, демонёнок, но она права. Ей ничего не стоит убить тебя, как ты сам говоришь. Так что будь умнее.
***
Аврора лежала на небольшой постели, после того, как приняла импровизированный душ в ванне у Порши.
Вода приятно холодила и так не тёплое тело, стекала по гладкой коже, позволяя опуститься девушке на дно мыслей. А думать она не могла, да и не хотела больше. Ей хотелось просто жить.Просто.
Но с линией своей жизни и её длиной, метиска уже была не против умереть. Не боялась смерти, как и брат.
Мальбонте говорил, что убить может только тот, кто не боится умереть. Смерть видит только тот, кто умирал.
Сквозняк пробежался по комнате, но не затронул женское тело, податливо лежащее на кровати. Каин проскользнул в комнату к девушке и остановился возле, возвышаясь над ней во весь рост. Был таким прекрасным, что напоминал статуи античных богов.
И ей было мало. Он был её. Только её.
А взаимный взгляд распалял её только сильнее. Взаимная одержимость делала их связь сильнее. Каждый хотел обладать, но не хотел делиться.
Каин замер, медленно рассматривая её всю, лаская каждый миллиметр её тела глазами. Метиска была невообразима. Своим существом и душой. Больной душой, которая тянулась к нему.
Он упал на место рядом с ней, пусть здесь все было и не такое большое.Обе пары крыльев едва умещались вместе. Перья касались друг друга, что она замерала от каждого касания. Эта тишина была другой. Как с Ренато. Не неловкой и непонятной, а приятной. Наоборот. Она была глубокой, позволяющей им плотнее ощущать свои связь. Белый бюстгальтер, поддерживающий грудь,контрастировал с её жгучими чёрными волосами, растекающимися по подушке и светлой коже, точно чернила, с её темно-алыми крыльями, которые манили ангела к себе. Их хотелось коснуться. Ощутить её полностью такой. Изменился лишь её внешний вид, но ангелу не терпелось приникнуть к ней, обводя каждую клеточку губами.
Он осторожно провёл пальцем по её животу, проводя невесомую линию, заставляя вздрагивать. Она следила за его движением, чувствуя, как влечение к бессмертному все увеличивается.
Нежная кожа влекла к себе, а его палец остановился у ложбинки, которую прикрывал лифчик. На губах ангела появилась улыбка, медленно расплывающаяся в сторону.
Он не знал, что можно ощущать такое. Не просто поверхностное соитие, а что-то настолько глубокое, заставляющее тебя трепетать внутри, изливая всё нутро.
Каин вдруг навис над своей девушкой, запуская одну руку в копну чёрных, как ночь за окном, волос.
— Они не заметят нашу пропажу, – брюнетка усмехнулась, прижимаясь к нему торосом ближе.
Его губ коснулась ухмылка. Горячее тело, подавающееся желанию, контрастировало её.
Он носом провёл по её ключицам, вызывая табун мурашек по холодной коже.
Тишина в комнате была густой и звенящей, будто само пространство затаило дыхание в ожидании их.Аврора лежала на простынях, её чёрные, как смоль, волосы раскинулись вокруг головы нимбом. Два бездонных глаза — один чёрный, как её волосы, другой холодный, как ледниковая голубизна — неотрывно следили за ангелом, стоявшим у кровати. В нём не было прежней осторожности, только голодное, хищное ожидание, зеркально отражавшее её собственное.
Он наклонился, и его губы впились в её тёмно-красные уста в поцелуе, который с первого мгновения не знал пощады. Это было не исследование, а захват. И она тут же ответила, утянув его глубже, в самую пучину, её язык встретился с его в яростном, сладком бою. Её пальцы вцепились в чёрный рашгард, обтягивавший его торс, и, не разрывая поцелуя, она стала стягивать ткань вверх. Ткань соскользнула, открыв бледную, идеальную кожу,рельефы, которые она жаждала ощутить.
Теперь он был над ней, его руки по бокам от её головы, а она, одетая лишь в белый кружевной лифчик и простые штаны, казалась ему самой желанной добычей. Его ладони, пылающие вечным внутренним огнём, прошлись по её бокам, и даже через ткань её бессмертная, прохладная кожа будто загоралась под его прикосновениями. Он жаждал утонуть в ней, забыть всё. Ловким движением застёжка лифчика расстегнулась, и он отбросил ничтожную преграду.
Его дыхание перехватило. Он склонился к её груди, и его поцелуи стали не просто лаской, а сладострастным поклонением. Горячие, влажные губы обхватывали один сосок, затем другой, лаская языком, слегка покусывая, пока она не застонала, вскинув голову и впиваясь пальцами в его белоснежные волосы, спутанные её же руками. Он позволил ей тянуть, боль была лишь ещё одной искрой в пожаре ощущений.
Затем его руки нашли её запястья. Сильно, но не грубо, он вытянул её руки над головой, прижав к простыням, зафиксировав её в этом подношении. Его взгляд, полный мрачной нежности, скользнул по её лицу, по изгибу губ, по двум разным безднам её глаз, которые смотрели на него без тени страха, только с вызовом и жаждой.
Одна его рука отпустила запястье, скользнула вниз по её животу, заставив мышцы подрагивать. Медленно, с невыносимым промедлением, он расстегнул пуговицу её штанов, а затем, помогая ей приподнять бёдра, стянул их по длинным ногам. ИзОна помогала ему, её движения были нетерпеливы, каждый мускул тянулся к нему, желая скорее стереть последние границы.
Но он не спешил. Его освободившаяся ладонь скользнула под оставшуюся тёмно-красную полоску трусиков, нашла то сокровенное, пылающее влажным жаром место. Методично, с дьявольской точностью зная каждую её реакцию, он начал свои ласки. Палец скользнул по чувствительным складкам, кружась вокруг клитора,прежде чем коснуться его напрямую. Она изогнулась под ним, тихий, прерывистый стон вырвался из её губ. Он не останавливался, наблюдая, как её тело, такое холодное и недоступное для других, плавится и извивается под его пальцами. Он распалял её, доводя до края, но не давая упасть, растягивая момент, пока её дыхание не стало сплошным прерывистым стоном.
— Каин... — выдохнула она, и её голос звучал хрипло, невыносимо сексуально, сводя его с ума.
Она вырвала руки из-под его слабеющей хватки, обвила его шею и с силой, которой позавидовал бы любой смертный, притянула его к себе. Её губы нашли его ухо, а горячее дыхание смешалось с шёпотом, полным разбитой неги и чистейшего требования:
— Возьми меня. Всю. Я хочу чувствовать тебя полностью. Сейчас.
Это был последний щелчок, сорвавший все предохранители в его разуме. В его глазах вспыхнуло что-то первобытное, ангельское и бесовское одновременно. Он рванул с неё последнюю тёмно-красную ткань, отбросил её. Его твёрдое достоинство скользнуло по её внутренней стороне бедра, наконец касаясь её.На миг он замер, глядя в её глаза — в чёрную и голубую бездны, полные такого же безумия.
И вошёл. Медленно, неумолимо, заполняя её до самых глубин, разрывая последние призраки дистанции между двумя бессмертными душами.
Они застонали в унисон — глухой, сдавленный звук у него в горле и высокий, дрожащий — у неё. Звук был негромким, они поглощали его друг в друге, в поцелуе, который возобновился с новой, яростной силой. Он вытянул её руки снова над головой, теперь сплетя свои пальцы с её, пригвоздив к постели. Его другая ладонь приковалась к её груди, сжимая, лаская, дразня чувствительную кожу.
Они двигались в безумном, отчаянном ритме, словно пытались вбить друг друга в матрас, стереть в пыль, растворить. Каждый толчок был глубоким, выверенным, достигающим самой сути. Её ноги обвили его спину, пятки впивались в его ягодицы, подтягивая его ещё глубже с каждым движением. Она царапала его шею, кусала губу в поцелуе, тянула его за волосы, а он лишь глухо мычал в ответ, ускоряя темп.
Комната наполнилась звуками их любви: приглушёнными стонами, шёпотом имён,влажным шорохом тел, скрипом кровати. Мир сжался до точки соприкосновения, до жара, который наконец сравнял температуру их кож, до взглядов, которые не могли разорваться друг от друга.
Чувствуя, как волна нарастает внизу её живота, сжимая её изнутри, она закричала, но крик поглотил его поцелуй. Её тело затряслось в мощных, неудержимых конвульсиях, белый свет взорвался за веками. И этого, наконец, было достаточно, чтобы сорвать и его с цепи. С последним, глубоким, рычащим стоном он погрузился в неё до предела, изливаясь пульсирующим жаром, который, казалось, прожигал её бессмертную суть насквозь.
Он рухнул на неё, его тяжесть была единственным якорем в уплывающей реальности.Они лежали, слившись воедино, их сердца колотились в унисон, дыхание постепенно выравнивалось. В тишине, нарушаемой только этим совместным дыханием, пахло кожей, сексом и чем-то металлическим — озоном после бури, знаком их столкнувшихся и навсегда переплетённых судеб. Никто из них не сомневался, что это — лишь одна из бесконечной череды ночей, где их одержимость будет вспыхивать вновь и вновь, сжигая всё на своём пути.
Его локоны коснулись её влажной от пота кожи на ключицах, мужчина приник головой к её груди, касаясь скулой нежной кожи бюста. Он обвил её, уже остывшее, тело. Её ладони запутались в его мокрых прядях.Пальцами, она осторожно скользила по носу мужчины, очерчивая идеальные черты.
— Грешница, — хрипло протянул Каин, оставляя поцелуй на её прохладной коже, от который исходила испарина.
Так они и уснули в объятиях друг друга, оттесняющих любое одиночество. Они дополняли друг друга точно и безоговорочно, а связь их становилась крепче с каждым взглядом.
________________________
Как вам такая глава, от Хелен? Ставьте звёздочки⭐, пишите комментарии, какие у вас эмоции🔥Надеюсь вам нравится🫦
Мой телеграм:
Романтичные Сплетницы👑