глава 55
Далеко на пляже резвилась компания маленьких детей с пластиковыми ведерками и лопатками. Они копали песок в поисках крабов.
Мы с Джером тоже этим занимались. Как‑то раз - кажется, мне было восемь, а Джеру, значит, девять - мы искали крабов весь день, и даже когда Конрад со Стивеном пришли за ним, он не ушел. Они сказали:
- Мы поедем в город за видеоигрой, если ты не поедешь с нами, то не будешь играть вечером.
- Ты можешь идти, если хочешь, - сказала я, чувствуя себя подавленной, потому что я знала, что он выберет ребят. Кто бы выбрал ловлю крабов вместо того, чтобы играть в видеоигры?
Он смутился, но затем сказал:
- Мне все равно. - И остался со мной.
Я чувствовала себя виноватой, но чувство триумфа из‑за того, что Джереми выбрал меня, было сильнее. Я была достойна того, чтобы кто‑то выбирал меня.
Мы играли на улице, пока не стемнело. Мы собрали наших крабов в пластиковое ведро, а затем отпустили их. Мы смотрели, как они зарываются в песок. Они выглядели так, словно абсолютно точно знали, куда направляются. Для них цель была предельно ясна. Они направлялись домой.
Тем вечером Конрад и Стивен играли в новую игру. А Джереми просто смотрел. Он даже не просил поиграть с ними, хотя я видела, как ему хотелось.
В моей памяти он навсегда останется золотым мальчиком.
Кто‑то постучал в дверь.
- Тейлор, мне нужна еще минута, - сказала я, оборачиваясь.
Это была не Тейлор. Это был Конрад. Он выглядел изнуренно. Его белая рубашка была помята, как и шорты. Когда я присмотрелась получше, то заметила, что его глаза были красными, а на щеке назревал синяк.
Я подбежала к нему.
- Что случилось? Вы подрались?
Он покачал головой.
- Тебе не следует здесь находиться, - сказала я, отходя назад. - Джереми придет с минуты на минуту.
- Я знаю. Мне надо кое‑что сказать тебе.
Я вернулась к окну.
- Ты уже достаточно сказал. Просто уйди.
Я услышала, как он поворачивает дверную ручку, а затем дверь закрылась. Я думала, что он ушел, пока не услышала, как он сказал:
- Ты помнишь понятие бесконечности?
Я медленно повернулась к нему.
- О чем ты?
Подкинув что‑то мне, он сказал:
- Лови.
Я поймала. Это был серебряный кулон. Я внимательно посмотрела на него. Знак бесконечности. Он уже не сиял, как раньше. Теперь кулон выглядел слегка потертым. Но я узнала его. Конечно же я узнала его.
- Что это? - спросила я.
- Ты прекрасно знаешь.
Я пожала плечами.
- Нет, извини.
Мои слова задели и разозлили его.
- Что ж, раз ты не помнишь, я напомню тебе. Я купил этот кулон тебе на день рождения.
Мой день рождения.
Должно быть, это было мое шестнадцатилетие. В тот год он забыл купить мне подарок. Это было последнее лето, которое мы провели вместе в пляжном домике, пока Сюзанна была еще жива. На следующее лето Конрад пропал, и мы с Джереми отправились его искать. Тогда я нашла этот кулон в его столе. Я забрала его, потому что знала, что он был для меня. И сейчас его признание в том, что это был мой подарок, тронули меня в самое сердце.
Я взяла его руку и положила кулон ему в ладонь.
- Мне жаль.
Конрад протянул его обратно.
- Он принадлежит тебе, всегда принадлежал. Я испугался и не подарил его тебе тогда. Считай, что я заранее делаю тебе подарок на этот день рождения. Можешь делать с ним что хочешь. Я просто... не могу его больше хранить.
Я кивнула и взяла кулон.
- Мне жаль, что я все испортил. Я снова причинил тебе боль. Прости меня. Я не хочу больше этого делать. Так что... Меня не будет на свадьбе. Я уеду сейчас. Мы не скоро увидимся вновь. Возможно, это к лучшему. Мне больно находиться рядом с тобой. И Джер... - Конрад прочистил горло и сделал шаг назад, увеличивая дистанцию между нами. - Ты нужна ему.
Я закусила губу, чтобы не заплакать.
- Я хочу, чтобы ты знала, - прохрипел он, - что, несмотря ни на что, я ни о чем не жалею. Быть с тобой, любить тебя - оно того стоило. Я вам обоим желаю счастья. Позаботьтесь друг о друге.
Я едва поборола желание прикоснуться к назревающему на его левой скуле синяку. Конраду не понравилось бы это. Я хорошо его знала.
Он подошел и поцеловал меня в лоб. Я закрыла глаза и изо всех сил постаралась запомнить этот момент. Я хотела запомнить его таким, хотела запомнить, как выделялись его загорелые руки на фоне белой рубашки, хотела запомнить его короткостриженые волосы. Даже синяк на щеке, который он получил из‑за меня.
Затем он ушел.
На мгновение мысль о том, что мы можем больше никогда не увидеться... показалась хуже смерти. Я хотела побежать за ним. Сказать ему все. Не уходи. Пожалуйста, никогда не оставляй меня. Будь всегда рядом, чтобы я могла хотя бы видеть тебя.
Потому что я понимала, что это конец. Я всегда верила, что мы сможем найти дорогу друг к другу, где бы мы ни находились. Несмотря ни на что, мы были связаны - нашей историей, нашим домом. Но в этот раз я чувствовала, что это конец. Словно я больше никогда его не увижу, а если мы и встретимся, то будем уже другими людьми, между нами будет огромная пропасть.
Я всем нутром чувствовала это. Это был конец. Я сделала свой выбор, а он - свой. Он отпустил меня. Как я и ожидала, я испытала облегчение. Но чего я никак не могла предвидеть, так это огромного горя, которое охватило меня, когда он ушел.
Прощай, пташка.