Часть 25
Джису рассматривала свое отражение в зеркале и с каждой минутой крепла в убеждении, что допускает серьезную ошибку. Огромную ошибку. Если бы не то, что произошло в библиотеке, она бы не раздумывая натянула «платье шлюхи», как про себя обозвала принесенный Абигель наряд. Да она бы быстрее всех прибежала на испытание рунами, уверенная, что оно станет для нее первым и последним.
Но после встречи с послом... Оставалось лишь надеяться, что он и все остальные действительно посчитают ее слишком доступной и переключат внимание на остальных. Потому что платье даже по ее меркам было «не в тему». И в то же время оно оказалось потрясающим. Черное. Без единого цветного пятнышка. Расшитое блестящей шелковой нитью такого же цвета. Ажурный лиф из тончайшей ткани скрывал все, и в то же время Джису чувствовала себя практически обнаженной. Приподнятую корсетом грудь подчеркивала вышивка в виде звезд и полумесяцев. Пышная юбка из нескольких слоев полупрозрачного тюля падала на пол угловатыми складками.
Абигель осторожно водрузила на ее голову массивную корону с острыми зубцами. Раз теперь княжна – она, то об этом должны помнить все. В том числе и посол...
Воспоминания о нем не давали покоя. Даже спустя несколько часов внутри все сжималось от возбуждения. И отвращения к себе. Какой-то урод лапал ее, а она позволяла. Стонала и хотела еще! Она притащила в спальню книги, чтобы хоть немного отвлечься. Но строчки плясали перед глазами, превращаясь в наглую жестокую ухмылку. Читала о кровавых ужасах и пытках, которые устраивали оборотни над ведьмами, но видела хищное лицо посла. Как он смотрел на нее, как горели его глаза. Ей все еще не верилось, что оборотни действительно существуют, но... Но этот мужчина не мог быть обычным человеком. В дверь тихо постучали, и вошел Чимин:
– Пора, княжна.
Джису кивнула своему отражения и пошла за стражником. На княжество опустилась ночь. Темная и тягучая. За несколько часов в компании книг Джису удалось немного успокоиться. Вместе с ее чувствами улеглась и гроза. Но владеть собой было все еще сложно.
Трольхар куда-то исчез, и она даже не могла никого расспросить о происходящем. Неизвестность пугала. Чтобы взять себя в руки, Джису твердила себе, что нужно продержаться совсем чуть-чуть. Час-два, и она свободна. Но как только в сопровождении своей маленькой свиты вышла из замка поняла, что явно переоценила свои силы. Это будет труднее, чем она думала. Намного. Возле высокой крепостной стены установили деревянную трибуну, затянутую всевозможными знаменами и стягами. На многих из них красовались волчьи морды. Князь Иштван с мерзавкой Раданой расположились в просторной ложе. «Сестра», бледная и изможденная сидела там же. По периметру площади были расставлены чаши, в которых ярко пылал огонь, освещая все вокруг и бросая на лица присутствующих жуткие тени.
В какой-то момент Джису и впрямь показалось, что она на шабаше. Придворные смотрели на нее и других невест, выстроившихся напротив ложи князя, с каким-то нездоровым предвкушением. Может, ожидают, что Невесты прямо сейчас вцепятся друг другу в глотки? Джису быстро взглянула на девушек. У некоторых и впрямь были довольно кровожадные лица. И все, как одна, в ярких платьях.
Большинство – в красных. Джису усмехнулась. Да уж, она выделяется среди них. Лишь бы ее план удался. Господи, дай ей сил пережить это испытание. Чертов папаша! И мерзкая дрянь Радана. Вот кому нужно выклевать глаза и подвергнуть всем мыслимым и немыслимым пыткам. И вдруг над площадью раздалось громкое злобное карканье. Три черные тени устремились к княжеской трибуне. Вороньи когти цеплялись за знамена. Изодрав несколько полотен, птицы зависли над Раданой. По толпе придворных пронесся удивленный выдох. Мачеха испуганно сжалась на своем троне, и только сейчас Джису заметила пустующие места. По левую руку от князя стояли два деревянных трона. Для кого они? Еще какие-то родственники, о которых она не знает? Вороны жалобно каркнули. Все три упали в центр площади. В каждой торчала стрела. Джису почувствовала, как в груди что-то болезненно сжимается. Она же не может быть связана с этими птицами?
– О-о-о, какой он меткий... – Одна из Невест мечтательно смотрела в сторону княжеской трибуны и едва ли не облизывалась.
Сжимая лук, там стоял Чимин. Сурово поджав губы, он разглядывал мертвых ворон, а затем резко вскинул голову и посмотрел в глаза Джису. Она снова поразилась его красоте и стати. Но за всем этим чувствовалась какая-то тайна. Хоть бы у них с ведьмой ничего не было. Ворон быстро убрали, и князь поднялся с трона. Придворные затихли.
– Приветствую вас, жители Фьорира! Этой великой ночью вы станете свидетелями события, о котором будут слагать легенды. Мы начинаем Отбор невест!
Толпа разразилась восторженными криками и аплодисментами. Джису смотрела по сторонам и не понимала, чему все так радуются. Отбор – какое-то потрясающе интересное зрелище? Ей казалось, что некоторые сейчас начнут делать ставки, таким азартом горели их лица. Невесты тоже не остались равнодушны. С маниакальным вниманием смотрели на князя и ловили каждое его слово. Он не заставил долго ждать:
– Мне дарована огромная честь – объявить начало первого испытания. Испытания рунами! И снова уже знакомые возгласы толпы. Князь поднял руки, призывая к тишине:
– Но прежде, от лица всех жителей Фьорира, я приветствую Волчьих сыновей, оказавших нам честь своим присутствием. Его Величество, король Ким Нам Джун!
Невесты дружным хором вздохнули. Из высоких дверей вышел мужчина. Темно-синяя ткань подчеркивала ширину плеч и русые волосы. Он был настолько высок, что приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть черты его лица. Он прошел мимо Джису и остальных девушек, пренебрежительно мазнув по ним взглядом. В прищуре глаз, в изгибе губ читалось высокомерие. Как будто он ожидал большего, но слишком хорошо воспитан, чтобы сказать об этом.
– О, боги... Он великолепен... – Стоящая рядом с Джису Невеста закусила губу.
Ничего особенного в нем Джису не увидела. Да, он обладал исключительными внешними и физическими данными, но не более того. В одной из книг Джису прочла, что этот самый король победил четырех конкурентов в борьбе за престол. Каждому вырвал горло. И это при том, что был законным претендентом. Князь спустился вниз, чтобы лично приветствовать гостя, а Джису поежилась от холодного ветра. Ее платье сверкало и переливалось серебряными искрами, и в другой ситуации она бы чувствовала себя уверенно. Но не сейчас. Чимин продолжал сверлить ее взглядом.
Что ему надо? Джису стало неуютно под пристальным взглядом. И это было совсем не то чувство, которое испытывает женщина, когда на нее смотрит красивый мужчина. Нет... Внутри заворочался страх. Как будто у них с Чимином был один секрет на двоих, что-то такое, что связывало их крепкой нитью. И это совсем не безобидная вещь. Что произошло между ним и той проклятой ведьмой? Ей следует как можно скорее выяснить это. Но как? Не спрашивать же его напрямую?
Джису так погрузилась в свои страхи, что не заметила, как мимо прошли таких же высокие крепкие мужчины, как и сам король. Они расположились возле княжеской ложи, словно маленькая армия. Князь что-то тихо сказал волчьему королю, тот высокомерно кивнул и поднялся в ложу, заняв один из свободных тронов. Князь снова повысил голос:
– Сегодня вечером нам оказана двойная честь. На первом испытании будет присутствовать не только Его Величество, но и его брат. Фьорир приветствует героя Катона, доблестного защитника всего Дамгера. Храбрейшего из воинов. Его Высочество, принц Чонгук! В голове что-то щелкнуло. В виски застучала головная боль.
– О-о-о... Катонский палач...
– Неужели он?..
– Не может быть...
О нем Джису тоже прочла. Несколько лет назад великое Катонское княжество было захвачено ведьмами. Что они там только не творили, издеваясь над жителями. Заставляли матерей пытать собственных детей, вырезали на телах мужчин заклинания. Однажды собрали самых красивых девушек и много часов подряд забрасывали их горящими углями. От описаний всех этих мерзостей Джису даже замутило. Освобождение княжества выглядело невероятно. Волчий принц в одиночку сумел пробраться за крепостные стены. Несколько дней подряд он методично выслеживал и убивал ведьму за ведьмой.
Самых главных оставил напоследок. Когда по княжеству потекли реки ведьминой крови, он захватил оставшихся. На виду у измученных местных он устроил ведьмам пытки, после которых они сами молили его о смерти. Но принц останавливал пытки на той тонкой грани, когда организм еще держится. Он давал ведьмам отдых, а затем снова начинал истязать. И так длилось столько дней, сколько они удерживали княжество в ужасе. На последний день принц запер их в железной клетке и сжег. С тех пор его называют «Герой Катона». Но, видимо, только в исторических хрониках.
Когда Джису дочитала эту историю до конца, ее трясло. Зато смогла выкинуть из головы посла и его непристойные ласки.
– Он тоже здесь?.. – Неужели будет искать невесту?..
Джису краем уха вслушивалась в возбужденный шепот Невест, пытаясь разглядеть появившуюся в дверях фигуру. Сердце забилось быстрее, ускоряясь почти до невозможности. Кажется, сейчас разорвется. Ладони вспотели, а в животе все скрутилось в тугой узел. Пульс отдавался в ушах барабанной дробью. Принц вышел из тени и уверенно шагнул в полосу света.
Толпа потрясенно выдохнула. Несколько Невест застонали то ли от страха, то ли от восхищения. А у Джису перед глазами поплыло.
– Это он... Это же он...
– Не могу поверить...
Джису тоже не могла. Не хотела верить. Но отчетливо слышала, как где-то рядом отсчитывает последние секунды ее жизни часовой механизм бомбы. Теперь она понимала и Джисуиду, которая поспешила убежать отсюда, и трольхара, который жаждал творить «темные дела». Ей придется стать ведьмой. Чтобы постоять за себя.
Чтобы защититься. Потому что огонь и яркая луна освещали совершенное лицо посла, который еще несколько часов назад так горячо целовал ее в читальне.
Джису с трудом устояла. Колени дрожали, а ноги подкашивались. Чем ближе он подходил, тем тяжелее она дышала. Джису начала бить крупная дрожь. Но хуже всего оказалось то, что она вновь ощущала проклятое возбуждение. Будь оно неладно!
Принц шел быстро и уверенно, не глядя по
сторонам. Его тяжелый взгляд был устремлен в пространство. Волосы все также заплетены в косы и собраны в хвост. Радужки горят бирюзовым. Плечи широки. Он снова был в черном. Надвигающаяся темнота и кара за все грехи. Джису вцепилась пальцами в юбку, молясь, чтобы он прошел мимо. Но боги всех миров сегодня оказались к ней глухи. Принц остановился напротив нее и пронзил горячим взглядом. Бирюзовые глаза сверкнули и практически загорелись. Его красивые, идеальной формы, губы сложились в кривую ухмылку. Ноздри расширились, как будто он принюхивался, и на лбу вдруг вздулась вена. От царапин, оставленных ее ногтями на его лице, остались едва заметные следы.
Джису тяжело сглотнула вязкую слюну. Взгляд принца прошелся по ней сверху вниз и обратно, скользнул на ее горло, переместился на грудь, едва скрытую вышивкой и полупрозрачной тканью. Лицо едва заметно ожесточилось. Он догадался... Он понял, что она ведьма...
Джису готова была разрыдаться от паники, но каким-то чудом продолжала стоять. Только почему-то ее тело реагировало совсем не так, как разум. Под действием жуткой бирюзы соски набухли и отвердели. Грудь начала ныть, затянутая в тиски корсета. Кажется, соски будут видны даже через корсет. Внизу разгорался настоящий пожар. Джису даже пальцы на ногах поджала, не в силах совладать с возбуждением. Она чувствовала, как становится влажной. Боже, помоги... Может, это какая-то болезнь? Ну не может она возбуждаться от взгляда мужчины, который убивает таких, как она. Это ненормально! Не здраво!