Глава 25
Это было нечто. Я никогда настолько сильно не хотела убить человека. Причем совершенно осознанно, у меня были адекватные мысли на этот счет.
- Марьяна, хочешь выпить? - интересуется Ваня, откинувшись на спинку мягкого кожаного сиденья в самолете. Еще даже не объявили о взлете, а этот напыщенный придурок привычным движением руки откупоривает корковую пробку и встряхивает жидкость в узком стеклянном сосуде. Он пытается залить свое горе или свою совесть? Если у него вообще есть совесть.
- Нет, не хочу.
- Ты многое теряешь, детка. - Ваня пожимает плечами, запрокидывает голову и приникает к прозрачному горлышку. Делает несколько небольших глотков, и я зачарованно наблюдаю, как его кадык подпрыгивает при каждом сглатывании. Парень облизывается, подбирая языком темно-бордовые капли, оставшиеся в уголках губ.
Закатываю глаза, облокачиваюсь на подлокотник кресла.
С этим человеком мне предстоит пятичасовой перелет. Пять. Часов. С пьяным Ваней. Будет забавно.
Я буду считать каждую минуту, и тогда время пройдет быстрее и интереснее. Наверное.
Ваня растегивает две верхние пуговицы рубашки, и край ворота откидывается в сторону, еще больше обнажая шею.
Пилот объявляет о взлете, и я облегченно выдыхаю. Хмурюсь, когда не могу пристегнуться. Ерзаю на сиденье, раздраженно переминая в руках ремень безопасности. Стискиваю зубы.
- О. - басом произносит Рудской, и некоторые пассажиры озираются на нас, а я грустно улыбаюсь. - Маленькая девочка не может разобраться со сложным.. устройством. - Ваня запинается и пьяно хихикает над своей же не смешной шуткой, а я как можно сильнее вжимаюсь в кресло и стискиваю руками подлокотники, когда Рудской наклоняется надо мной и пытается разобраться с ремнем. С моим ремнем, черт возьми. Парень запускает руку в волосы и что-то бормочет. Его пьяное неровное дыхание отдается в мои ключицы, заставляя все тело задрожать. Горячий поток вохдуха из его приоткрытых уст слегка приподнимает пряди моих распущенных волос.
Ну давай же.
Быстрее.
Наконец, я слышу щелчок, и Ваня отстраняется, снова плюхаясь на свое сиденье. Я все также не могу выйти из оцепенения и нервно стучу носком ботинка.
Время тянется отвратительно медленно.
Тик-так, тик-так.
Забавно.
Где-то плачет ребенок. Слышу возмущенный голос какого-то мужчины. На него пролили сок.
Тик-так, тик-так.
Ваня пьяно смеется. Боже. Он тянет мое имя на разные лады. Отвратительно. Ловлю сочувствующие взгляды людей. Черт возьми.
Кажется, сейчас я лишусь рассудка. Глубоко выдыхаю.
-Вань, посмотри на меня. Вань.
Одной рукой стискиваю колено, второй хватаю за подбородок и разворачиваю лицо к себе.
- Пожалуйста, хватит. Пожалуйста, успокойся. Пожалуйста
Вглядываюсь в его глаза. Говорю почти умоляюще.
Он кусает губы, взгляд становится осмысленным. Он проводит языком по внутренней стороне щеки. Медленно кивает.
Отстраняюсь, откидываюсь назад.
Тяжелая голова опускается на мое плечо.
Черт. Черт. Тебя. Дери. Ванины волосы приятно щекочут щеку. Плечо немеет, горячее дыхание на ключице заставляет покрыться кожу мурашками.
Юноша затихает. Хорошо, отлично, да.
Не хочу так. Не хочу.
Как бы там ни было, это все чертовски тяжело.
Я ни имею право на собственные решения. Мне всего семнадцать, а я уже замужем, лишенная какого-либо выбора.
Прикрываю глаза. Стараюсь не думать о том, как буду тащить по незнакомой стране почти безжизненное тело. Аккуратно забираю бутылку из Ваниных рук. Делаю глоток и закупориваю бутылку.