ВЕЛИКИЕ ИЗ БРОДЯЧИХ ПСОВ
Его руки касаются твоих бедер, плавно очерчивая их, рисуя пальцами тонкие, витиеватые узоры. Губы, обжигая кожу, покрывают шею горячими, сухими поцелуями, оставляя красные метки. Заметив, как ты покраснела, он усмехнулся.
- Т/и, - точно шепчет он, кусая ухо. – Не стоит так смущаться, доверься мне.
Он вжимает тебя в стену, снова укусив шею. Резкий томный вздох нарушил хрустальную тишину, царившую в комнате. Следом за ней послышался смешок юноши. Он забавляется, наблюдая за выражением твоего лица, за тем, как ты краснеешь, как прикусываешь губу, желая подавить стыдливые стоны. Его руки обводят плечи, а губы снова касаются шеи. Нежная точно шелк кожа, на язык остается вкус меда и корицы. Сладко-горькое томное сочетание. Ты прижимаешься сильнее к юноше, твои руки зарываются в мягкие курчавые волосы.
- Т/и, не делай так, это щекотно! – смеется Дазай, снова целуя тебя. Его губы прижимаются к шее, он кусает кожу, оставляя красные следы.
- Дазай, а что во мне тебе нравится больше всего? – вдруг спрашиваешь ты. Юноша лишь смеется, он утыкается своим лбом к твоему, и закрывает глаза.
- Глупо говорить «что», я люблю тебя... всю, без остатка и раздела, - он обнимает за талию, чувство страсти, столь сильное и мимолетное, как ни странно прошло, осталась только нежность.
- Но, тебе же нравится какая-то определенная часть моего тела, характера? – снова допытываешься ты, пытаясь заглянуть в глаза любимого, но те прикрыты.
Дазай молчит, не зная, что сказать тебе. Он долго размышляет и, наконец, произносит:
- Пожалуй, твоя шея. Мне так нравится прикосаться к ней, целовать. А еще плечи, - он проводит ладонью по ним, - стройные, покатые, гладкие. Такие плечи грех скрывать под одеждой.
- Значит, ты полюбил меня за плечи и шею, - улыбаешься ему, однако Дазай относится к твоему выводу серьезно. Он приподнимает тебя, прижав к себе, и падает на кровать вместе с тобой.
- Возможно. Ведь, в нашу первую встречу ты была в платье, с оголенными плечами. Я когда увидел, то подумал: какая нежная кожа у той девушки. Ее возлюбленный такой счастливчик!
- Ты хитришь, - снова краснеешь.
- ничего подобного!
-Вспомни: ты пролил на меня шампанское!- Вот видишь.
- Осаму смеется, - я тебе почти признался, а ты меня разу отвергла! Но даже в гневе ты такая милашка.
Вы молчите, лежа на кровати. Дазай прижимается к тебе, утыкаясь головой в плечо. Его руки крепко обнимают тебя за талию, а ноги сжимают твои. Ты тоже обнимаешь его в ответ, поглаживая по голове. Вдруг, юноша встает и тянет тебя.
- Куда мы идем? – спрашиваешь ты.
- Как куда! – он смешно округляет глаза, - я давно хотел принять ванну, к тому же – он хитро косится на тебя – есть, кому спинку потереть, а то я так устал!
Краснеешь от смущения, пока юноша заводит тебя в ванную комнату. Не замечаешь, как он закрывает дверь на шпингалет. Не замечаешь того, что его руки снимают с тебя майку. Единственное, что ты замечаешь, это его глаза, сияющие любовью и страстью, и губы, которые блуждают по твоей шее.