Разбей мое сердце

Вечеринка, на которую Чонгук, похоже, собрал всю старшую параллель, проходила в особняке за городом. Только полчаса у нас ушло на дорогу, что уже начинало меня волновать. Слишком уж затяжно начинается этот вечер.

Толпа людей встречала нас сразу, как мы зашли на территорию огромного дома. Джен сказала, что это загородный особняк родителей Тэхена. Здесь то она однажды и совершила ужасную ошибку, связавшись с Кимом. Но сама брюнетка держалась крепко, даже скорее навеселе. Как только мы попали в главную гостиную, она сразу подала нам уже раздобытые красные стаканчики с пуншем и приказала расслабиться. Но каждая из нас знала: расслабиться не получиться всем четверым. Мы здесь не за этим.

- Я отойду. - кивает Ким и исчезает с нашего поля зрения в гуще толпы. Ей нужно уделить внимание трём своим собачками, которые являются неким щитом брюнетки вот уже полтора года.

Мы с Рокси и Лиззи переглянулись и в итоге просто прошли в дальний угол гостиной. Сейчас нужно сделать пару глотков слабого алкоголя, а уж потом начинать действовать. Мое раздражение внутри набирает обороты, поэтому следует предусмотреть, что если не расслабиться хоть чуть-чуть, то меня может ожидать срыв и провал.

Но как только мои губы коснулись кромки пластикового стаканчика, раздался знакомый баритон.

- Пришла. - расслабленно Чон шагает в мою сторону, даже не обращая внимания на Лиззи с Рокси, которые стоят рядом. Те же, заметив основную цель, тихонько кивают друг другу и скрываются точно также, как Дженни пару минут назад.

Ну замечательно. Я одна, трезва и до крайности раздражена. Ну и как вы прикажете мне сейчас заигрывать с главным существом моей ненависти?

- Как видишь. - выдыхаю, зачем-то оглядывая помещение, заполненное людьми.

- Мне стоит говорить, что ты выглядишь шикарно, или это и так очевидно. - он с жадностью проводит глазами по мне с головы до ног и внимательно смотрит на меня исподлобья.

- Естественно очевидно. - хмыкаю и ответно встречаю его пристальный взгляд.

- Я вот не понимаю, - с разочарованной усмешкой вдруг выдыхает он, - В чем проблема? - разводит руками, делая пол шага вперед, но оставаясь в метре от меня. - Твои односложные и грубые фразочки уже бесят. Скажи, что не так, ведь я не успокоюсь.

Смотрю внимательно в его карие омуты, которые превратились в два черных колодца и думаю о своем. Парень переводит взгляд на бретельку моего платья, что чуть съехала вниз, оголяя плечо, и его скулы напрягаются, а изо рта выходит тяжелый выдох. Что сейчас мне сделать? Может это именно тот верный момент, когда мне нужно начинать первые шаги «навстречу»? Или стоит подождать еще, ведь, как он сказал, он не сдастся? Решаю выбрать что-то между.

- А может мне это нравиться? - тихо шепчу я, подойдя вплотную, ему на ухо, и, пока тот замер и стоит на месте, подтягиваю бретельку и обхожу брюнета, легонько задевая его плечо и исчезая в глубине дома.

Следующие полчаса проходят в какой-то комнате среди целующихся парочек. Видеть Чона вновь я пока не готова, а искать меня в углу порно-местечка он не станет точно. Спокойно попиваю чай, которым заменила чертов пунш, осознав, что трезвость лучше, чем даже некая расслабленность. Помню историю Лиззи. Не хочу попасться на подобную удочку, а чай я сделала сама, так что волноваться не придется.

Выходя наконец из своего убежища, где мне порядком уже надоело, я сразу натыкаюсь на Джен, которая сбегает с лестницы.

- Что случилось? - спрашиваю спокойно, не хочу нагнетать и без того неприятную атмосферу.

- Все в порядке. Обсудим это позже, но все в порядке. Даже хорошо, наверное, - выдыхает она, проводя по лбу рукой. - А Лиз и Рокси?

- Без понятия. Мы разошлись практически сразу. - пожимаю плечами, и мы обе обводим помещение глазами.

- Вон, - кивает Ким, - они в дальней гостинице. - добавляет она, и мы идем в ту сторону. - Девочки, вы чего тут сидите?

- А что нам еще делать? - вздыхает Рокс, - Честно говоря, это место мне уже порядком надоело. Может лучше свалить?

- Вам скучно, милые дамы? - заходит Чимин, и мы с Лиззи вздрагиваем, так как стояли спиной к выходу. - Прошу со мной, и скучно не будет. - лукаво улыбается, и я вижу эту фальшивость.

- Зачем вы нам сдались? - шикаю, бросая небрежный взгляд на блондина.

- Я наслышан о тебе, новенькая, - еще шире улыбается он, и его глаза загораются, - Любишь подерзить?

- Пак? - заходит Чон, проталкивая друга вперед и вставая на его место в проеме. - Что вы тут шушукаетесь? - он переводит глаза с меня на своего компаньона и обратно.

- Ничего, - невинно пожимает плечами Чим, - Просто решил позвать девочек поиграть.

- Поиграть? Слушай, почему из твоих уст все звучит так извращенно? - грубо ухмыляюсь, смотря на блондина, - Пойдем девочки. Вы правы, лучше свалить отсюда. - делаю шаг вперед, но фигура Чона резко вырастает передо мной.

- А и вправду, почему бы не сыграть. - лыбится он, - Зови хенов сюда. - кивает он Чиму, - Как на счет «Когда я»?

Конечно, можно было сделать очевидный вывод, что все пошло инче, чем по нашему плану. Но мы вчетвером прекрасно понимали, что это, возможно, наилучший исход. Ни одна из нас не пила настолько, чтобы сказать лишнее, а уж тем более сделать, значит нас ожидает успех. Теперь главное действовать постепенно.

- Крути, Хос, - кивает Чим, когда все расселись на полу на красном ковре в небольшой круг.

Устроившись около стеллажа с книгами, чувствую, как бретелька снова сползает вниз. Вот же черт, стоило подшить их еще в магазине, чтобы не испытывать это неудобство. Но Чонгуку, сидящему напротив, это даже нравиться. Он потемневшими глазами следит за движением моей руки, что подтягивает полоску ткани обратно на плечо и сглатывает. Вот засранец хренов. Но если судить по плану, то все продвигается идеально.

Когда бутылочка указала на Лиззи, я заметила на ее лице мимолётную и незаметную усмешку. Чувствую, она даже худшая стерва, чем Дженни. Мне это нравиться. Мне нравиться каждая из этих девчонок.

- Когда тебе подсыпят наркоту, - выдает резко, ухмыляясь, Хосок, и я незаметно сглатываю. На лице Лиз ни эмоции. Она с насмешкой смотрит, приподняв голову чуть выше обычного и выдает:

- Трахнусь с кем-нибудь получше, чем в прошлый раз, а то было не очень, - через секунду молчания раздаются восторженные клики парней, всех кроме Чимина. Тот, чуть улыбнувшись и прищурившись, смотрит на девушку, что уже беззаботно делает глоток чая из моего стакана.

- Давай, крути, - говорит Пак, но та так и не удосуживает его и взглядом. Молча крутит бутылочку, которая позже останавливается на Дженни.

- Когда ты исполнишь свое главное желание, - мы все ухмыляемся, переглядываясь и понимая, что только трое знают, о чем говорит Лиз.

- Свалю отсюда. - выдает брюнетка. - Вообще из страны.

- И чего вам девушкам так нравиться иммигрировать. - говорит Хос, очевидно имея ввиду меня. Ну нет дорогой, не объединяй. Моя б воля, в жизни сюда не вернулась.

Когда Джен крутит стекляшку вновь, я замечаю, как пристально Тэ смотрит на нее. Облизывает губы, когда та перекладывает волосы на одну сторону, оголяя шею. Похоже Ким двигается в нужном русле куда быстрее меня. Отрываюсь от своих мыслей, когда раздается голос Ким вновь.

- Когда ты наконец-то увидишь свою сестру, - говорит Дженни, ухмыляясь, и повисает тишина.

Не знала, что у Гука есть сестра. Не знала, что этот вопрос вызовет на его лице грозную мину и неприязнь. Огненные искры так и летят на Ким со стороны брюнета, но та будто и не замечая, продолжает упорно ждать ответа.

- Отправлю твои пикантные фото во все университеты мира, - шикает Гук, и энтузиазм той тухнет. Дженни замолкает, сжимает губы и переводит глаза на зеленую бутылку посередине.

- Крути, - тихо говорит она.

На меня. Вот же веселуха. Ну как иначе? Если уж попадать в неприятности, то во всем и всегда, верно Хейзел.

- Когда ты влюбишься в меня, - недовольное настроение Чона тут же ушло, когда горлышко стекляшки указало на мою фигуру. Замечаю про себя, что это от части успех и чуть ли не смеюсь, слыша вопрос.

Влюблюсь? Ой, Чон, какой же ты наивный все-таки.

- Я думала мы говорим о более ли менее реальных событиях, - все же решаю ответить я.

- О, дорогая, это более чем реальное. - уверенно выдает Гук. - Ну так что?

- Разочаруюсь в себе, - признаюсь я, хоть он и не принимает это всерьез.

- Значит тебя ждет разочарование, детка. И очень скоро.

Мы молчим. Смотрим друг другу пристально в глаза, пока остальные продолжают игру.

- Убью тебя собственными руками, - выводит меня из транса Чонгуковских глаз жесткий ответ Дженни. Она подскакивает с места и спешит удалиться. 

Когда дверь хлопнула, я подскочила вслед за брюнеткой, а за мной и остальные.

- Чертовы придурки, - шипит Лиззи напоследок и разбивает бутылку о стеллаж.

До самых дверей наружу мы молчим. Подхватываем пальто в дальней комнате, где кинули их под кровать и выходим на улицу. Дженни стоит, уперевшись в каменный бортик небольшого фонтана, расположенного на территории особняка. Полупьяные и абсолютно набухавшиеся рожи мелькают на газоне, но большинство присутствующих уже сидит в доме. На улице еще сильней похолодало к ночи.

Спустя минуты две Рокси решается начать разговор.

- Конечный мудак. - шипит она. - Да как он вообще посмел?

- А что он сказал? - спрашиваю я, накидывая пальто и спуская его до локтей, ведь находясь в молчаливом зрительном диалоге с Чоном совершенно не услышала вопрос, который Тэ задал Дженни вместо меня. Да о чем там. Я даже не заметила, как сама же крутанула бутылочку.

- Когда я снова окажусь под ним. - всхлипывая, выдает Джен.

Следующие десять минут мы молча смотрим на золотистые трубы, образующие фонтан. Синеватые огоньки подсвечивают его дно, но воды нет. Зимой это сооружение замирает, прямо как я замерла в своей ненависти. Вот только фонтан ждет весны, а я мести.

Каждая из девочек думает о своем, но нас объединяет желание отомстить. Отомстить одним и тем же людям, совершившим чертовски ужасные поступки.

- Хейзи? - раздается голос за спиной, и я оборачиваюсь.

За мной поворачиваются и остальные, все кроме Джен. Чон стоит в трех метрах от нас, а на его лице ни тени самодовольства, хотя я думала без этого он жить не способен.

- Можно тебя на пару минут?

Я киваю. Не хочу ни язвить, ни грубить. Легче будет просто избавиться от него поскорее и отправиться в больницу. Уже без десяти двенадцать.

Подхожу к брюнету, ожидая начала диалога, но он молчит. Поворачивается и указывает мне на небольшую аллею за домом.

- Пройдемся?

Снова киваю и спокойно иду рядом с ним в сторону арки, покрытой плющом. Пройдя главную дорожку, мы останавливаемся около лавочки и садимся. Его молчаливость и некая серьезность даже пугают. Не привыкла видеть его таким, а значит и не уверенна как поступать теперь мне.

- Я тебя не понимаю, Хейз, - начинает он, а я резко его перебиваю.

- Хейзел. Или Хейзи. Не Хейз. - полугрубо заявляю я, но продолжаю смотреть на небольшое дерево перед собой. Он кивает.

- Я тебя не понимаю, - повторяет Чон и вздыхает, - Сначала ты говоришь, что тебе все это нравиться, а потом, что разочаруешься в себе, если влюбишься в меня.

- Возможно. Я сказала, что мне это возможно нравиться. Но я ничего не обещала тебе, Чон. - смотрю на него и различаю в его глазах недоумение.

- Ты влюбишься в меня, Хейзел Эллисон. По уши влюбишься.

- Почему ты так в этом уверен?

- Потому что все влюбляются. Какой бы гордой ты ни была, ты с ума сойдешь от любви ко мне. И вскоре ты и сама в этом убедишься.

- А почему ты так уверен, что я влюблюсь в тебя, а не ты в меня? - чуть приподнимаю уголок губ, заметив его замешательство.

- Я никогда не влюбляюсь. - хрипло и понизив голос до полушепота отвечает Чон.

Тут синенькая бретелька снова падает с плеча, что расположено ближе к парню, и я ликую в душе, ведь это самый удачный момент. Гук переводит взгляд на оголенный участок моего тела и напрягается пуще прежнего. Он облизывает губы и тянется рукой. Его холодные пальцы обжигают мою кожу и приподнимают тонкую полоску шелка, возвращая, а место, но глаз от плеч брюнет не убирает.

- Посмотрим, засранец, - открыто ухмыляюсь, видя его горящий и полный интереса взгляд. Ох, черт. Да я просто мастер.

Тут в кармане моего пальто раздается звонок. Мелодия песни Джастина Бибера разноситься по пустынной аллее, и я чуть вздрагиваю от неожиданности. Смотрю на контакт. «Мама».

- Мамочка потеряла? - откашливается и возвращает свое обычное насмешливое лицо Гук, а я закатываю глаза и отвечаю на телефон.

- Хейз, доченька, - плач на той стороне трубки, как в тот день, когда она сообщила, что Бетти попала в больницу.

- Мам? Что такое? - пальцем убавляю громкость, чтобы Чон вдруг не услышал лишнего.

- Бетти. - всхлипывает она, - Она пришла в себя.

Я подскакиваю с места. Не желая задавать ей дальнейших вопросов, звоню Тиму. Чон в недоумении поднимается следом и делает шаг ко мне, но я вытягиваю руку вперед, останавливая.

- Тим? Ты уже там? Можешь приехать и забрать меня?

При упоминании имени парня я замечаю, как напрягаются плечи брюнета напротив, но мне сейчас точно не до него. Когда кузен подруги соглашается и спрашивает адрес, я задаю этот вопрос Гуку.

- Куда тебе нужно? Я тебя довезу. - тут же выдает он, разводя руками.

- Нет, Чон. - чуть повышая голос, грубо говорю я, -Просто скажи мне чертов адрес.

- Да тебе от города ехать больше получаса, потом еще столько же на обратный путь. Ты серьезно думаешь, что так лучше, чем со мной? - так же настаивает он.

- Приеду через полчаса. - говорю Тиму на другом конце трубки и отключаюсь.

Чон довозит меня до самой больницы. Хитрить и придумывать план, чтобы не позволить ему узнать хоть часть из моей истинной цели пребывания в Корее, у меня не было ни сил, ни желания, поэтому я просто назвала ему адрес клиники, где лежала Бет. За время в пути Гук лишь раз попытался узнать, что случилось, но, получив мое грубой «не твое дело», замолк до конца поездки.

До города мы доехали в два раза быстрее, чем с Дженни до того несчастного особняка, но жуткая скорость, с которой похоже привык ездить Чон, меня совершенно не восторгала. Сами девочки уехали следом за мной. Джен немного успокоилась, но вот мои внутренности вот-вот вывернуться из-за напряжения и волнения.

Из машины я выскочила, даже не попрощавшись с брюнетом. Мне было противно от одной только мысли, что я приехала к Бетти на машине человека, виноватого в случившемся с ней. Тим встретил меня у регистратуры, сообщив, что Бетти в порядке. Ему дали на разговор не больше минуты, но он уверен, что она рада тому, что осталась жива.

В палату меня пустили практически сразу. Тетя сидела около кровати подруги и плача сжимала ее руку, а сама Бет отчаянно улыбалась. Заметив меня в дверях, она округлила глаза и счастливо просияла.

- Хейз, - выдохнула она. 

- Бетти.

Пять минут нам удалось поговорить с Бетти наедине. После главный врач сказал о необходимости отдыха больной. Все те пять минут мы плакали, но я не смела сказать и слова о Чонгуке, о школе и обо всем произошедшем. Лишь утешала себя и ее, что вскоре все наладится, что мы отпразднуем новый год и больше никогда не допустим ничего подобного.

Эту ночь я впервые спала спокойно. Думаю, проснусь я ближе к обеду, ведь наступили каникулы. Сейчас в моей голове нет никаких мыслей или переживаний. Бетти пришла в себя, она жива, а значит все наладится.