Глава 26.
Хочу быть твоей возлюбленной
Все три часа Милана сидела, словно на иголках. Каждую минуту она смотрела на часы в надежде, что время покажет двенадцать. Но эти три часа шли, словно вечность.
Ангельская даже не слушала Мишу, который что-то увлечено рассказывал сестре, а затем обиделся, громко хлопнув дверью.
За эти три часа Милана успела приготовить еды на ближайшие два дня, переделать все уроки, что свои, что брата и убраться в комнатах. Как только часы стукнули двенадцать блондинка подбежала к телефону и открыла там чат с Кульгавой. Сердце начало бешено колотится. А вдруг Софья и не помнит о тех поцелуях? Или же помнит, но не хочет об этом говорить? Или... Жалеет?
Милана набрала воздух в легкие, прикрыла глаза на пару секунд, а затем напечатала лишь одно слово: «Увидимся?»
Блондинка, как только сообщение отправилось, выкинула свой телефон куда подальше и он рухнул на пол. Однако звук пришедшего уведомления пришел сразу же, как телефон приземлился на пол. Милана вздрогнула от этого звука и медленно встала. Не спеша она добралась до телефона и сила перед ним на корточках.
Взять или не взять?
Ангельская выдохнула и схватила телефон. Сообщение было и вправду от Сони.
Сонечка
У меня в 13:30
12:07
Моментально весь страх испарился, но ненадолго. Улыбка появилась на лице девушки. Милана ответила, что обязательно придет.
Милана еле заняла себя на час. Она сходила в душ, несколько раз стирала макияж, а затем снова наносила его и сменила несколько раз наряды. Сейчас Ангельская стояла напротив зеркала, разглядывая свое отражение.
Каким будет их разговор? Хорошим или плохим? Вдруг Софья вообще не хочет разговаривать? Или вообще не помнит? Вдруг оттолкнет её и скажет, что это ошибка? Вдруг скажет, что встречается давно с Викой?
Милана тяжело выдохнула и перевела взгляд на окно. День был холодным, но солнце озаряло все вокруг, что заставило блондинку слегка приподнять уголки губ.
Милана зажмурилась и отрицательно помахала головой. Нужно думать позитивно. Однако о позитивности девушка никогда не думала.
Ангельская еще раз сделала пару взмахов тушью, припудрила лицо и нанесла на губы обычный блеск.
***
Ангельская шагала к подъезду Соню, но с каждый шагом становилось все труднее и труднее передвигать ногами. Плохие мысли лезли в голову, не давая покоя. Тревога нарастала с каждой минутой все больше, что начала болеть голова. И плохое предчувствие было не зря, потому что девушка увидела, как из подъезда Кульгавой выходит брюнетка.
Вика.
Милана удивленно распахивает глаза и чувствует, как заболело сердце. Виктория улыбнулась Ангельской и подмигнула, а затем прошла мимо.
Нужно ли вообще идти к Соне, если она сейчас развлекалась с Викой?
Ангельская почувствовала, как защипали глаза, но она мигом подняла голову вверх, не давая слезам покатится по щекам. Все же, будет неправильным не прийти. Нужно все узнать, пусть даже, если Софья разобьет ей сердце, сказав, что они с Викой встречаются.
Милана уверенно зашла в подъезд и поднялась на нужный этаж. Не стучась она вошла в квартиру.
— Я пришла, — тихо сказала Ангельская, почувствовав, что вся уверенность мигом испарилась.
Из кухни выглянула Соня и кивнула блондинке. Милана насторожилась, но все же разулась и сняла куртку. Она одета в обычные черные джинсы палаццо и топ. Ангельская набрала воздух в легкие и зашла на кухню.
— Привет, — прошептала девушка.
— Привет, — ответила Соня, не поворачиваясь к девушке. Она стояла напротив окна, что-то разглядывая в нем.
Какое-то время девушки молчали, думая о своем, но на самом деле каждая подбирала слова.
— Сонь...
— Милан...
Одновременно начали девушки и улыбнулись друг другу.
— Пойдем в зал.
Ангельская зашла в зал и села на большой диван. Соня плюхнулась рядом. Они снова замолчали.
— Ты ведь все помнишь? — тихо спросила девушка, глядя на телевизор, стоящий напротив неё.
— Да... — прошептала Кульгавая.
— Почему Вика выходила из твоего подъезда? — не удерживалась Милана. Все же её сильно волновал этот вопрос.
Соня усмехнулась.
— Окончательно собрала свои вещи, — улыбнулась Соня, взглянув на нахмуренную девушку. — Ты ревнуешь.
Милана удивленно распахнула глаза и перевела взгляд на Софью.
— Чего? Нет! — воскликнула девушка.
— Вампирша, это очень видно, — произнесла мягко девушка. — Всегда было видно.
И внезапно Ангельская поняла, что чувствовала, когда она видела Вику и Соню вместе. Это чувство, оказывается, называется ревность.
— Мне некого ревновать, — прошептала девушка, пытаясь убедить себя в обратном.
— Оказалось, что есть, — усмехнулась Соня. — Неужели ты настолько ненавидишь себя?
Сердце неприятно кольнуло. С чего она это взяла?
— Почему?
— Ты ненавидишь всех людей, который любят свой пол, получается, ненавидишь и себя, — спокойно произнесла девушка.
Милана встала в ступор от слов Сони. Да с чего она взяла, что Милана любит её!
— Ты мне не нравишься, — дрожащим голосом ответила блондинка.
— Правда? — Соня посмотрела в на Милану, но она не решалась взглянуть на русоволосую.
Правда... Пожалуйста, пусть будет это правдой! Однако... Милана понимала, что она лжет. Нагло врет в лицо Кульгавой, но это ради ее же блага. Только почему Соня не верит?...
— Скажи мне это в глаза, Вампирша, — русоволосая аккуратно взяла блондинку за подбородок.
Сердце бешено застучалось, а воздуха стало катастрофически не хватать.
— Ты... — прошептала девушка.
Почему язык не поворачивается сказать это? Да что с ней?! Милана зажмурилась и отвернулась от Сони. Стало страшно. Что же Кульгавая сама чувствует? И чего добивается?
— Милан... — до ее плеча дотронулась чья-то горячая рука. — Я не хотела давить на тебя.
Ангельская продолжала сидеть спиной к девушке.
— Хочешь забудем это?
Сердце неприятно кольнуло. Забыть? Да как это забудешь? Соня издевается? Милана нахмурила брови. На смену страха пришла злость. Все время пытается что-то узнать у Миланы, а сама? Что сама чувствует?! Ведь блондинка ни разу не слышала от Сони, что та чувствует к ней.
— Чего? Да ты издеваешься, Кульгавая! — воскликнула она, вскочила с дивана. Девушка встала напротив Софьи. — Постоянно что-то хочешь от меня! А сама? Что сама чувствуешь?
Соня медленно встала с дивана и мгновенно расстояние между ними значительно уменьшилось.
— Хочешь забыть это? Остаться подругами, как ни в чем не бывало? — продолжала девушка.
Соня сделала еще один шаг вперед к Милане, а девушка сделала шаг назад. Софья повторила свои действия, а Ангельская попятилась назад, пока не уперлась в стену. Соня прижала девушку к стене, поставив руку чуть выше её головы, тем самым опираясь на неё. Кульгавая приблизилась еще сильнее из-за чего их губы находились в пару сантиметров друг от друга.
— Я не хочу быть твоей подругой, — прошептала Софья прямо в губы Миланы. — Хочу быть твоей возлюбленной.
Сердце сильно начало биться, а низ живота начал тянуть. Дыхание участилось, а щеки защипали.
В их сердцах так было много друг друга, что они едва могли называть его своим.
Кто хочет, чтобы Милана послала нахер Соню пиши я.