11.
—Т/и—
Мой разум был как в тумане. Единственное, что казалось важным, – это отомстить Кену. Отомстить по-настоящему. Я не могла думать ни о чем другом, кроме как об этом отвратительном поцелуе. Я была ослеплена болью и ненавистью.
В моей комнате на кровати сидел парень, которого я знала всего два часа. Он ждал, пока я переодевалась за стенкой в гардеробной. Не могла же я поехать на гонки в вечернем платье, не говоря уже о высоченных каблуках. Я надела короткие,чёрный джинсовые шорты, черный облегающий топ без бретель и кроссовки. Собрала свои блондинистые волосы в хвост.
В моей голове прокручивалась картинка: я целуюсь с самым отъявленным сорвиголовой в городе. Так я буду чувствовать себя отомщенной. Хотя в глубине души я знала, что ничто не поможет склеить разбитое сердце.
Интересно, рассказала ли Бэт Кену мои секреты и тайны, которыми я с ней делилась. Смеялись ли они надо мной? Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
Выйдя из гардеробной, я увидела, как глаза Марио расширились от восхищения.
– Ты прекрасно выглядишь, – сказал он, улыбаясь.
– Спасибо, – ответила я, взяв сумку с кровати, и направилась к двери.
Мы вышли из дома и сели в его машину.
Через полчаса Марио свернул на объездную дорогу, окруженную иссушенными полями красно-оранжевого песка. По мере того, как мы отъезжали все дальше от шоссе, ритмичная музыка слышалась все громче.
– Ты когда-нибудь бывала на подобных мероприятиях? – спросил меня Марио, держа одну руку на руле, а другую удобно расположив на спинке моего сиденья.
– Я бывала на гонках много раз, – ответила я сухим тоном.
Он наблюдал за мной несколько секунд, а потом снова сосредоточился на дороге. Вдалеке показалась толпа людей и неоновые огни. Автомобили были припаркованы хаотично на большом пустыре.
Оглушительная музыка ревела на всю округу. Когда мы подъехали совсем близко, я увидела скопище беснующейся молодежи. Они пили, танцевали и вели себя так неистово, будто это была последняя вечеринка в их жизни.
– Куда ты меня привез?
Он рассмеялся.
– Не волнуйся, это зрители. Остальные – вон там, – сказал он, указывая налево, где большая группа парней и девушек стояла, прислонившись к капотам роскошных тонированных машин. Из багажников автомобилей доносилась ужасающая музыка.
Я заметила, что все были во флуоресцентной одежде. От света фар она светилась в темноте ночи. У многих девушек даже тела и лица были разрисованы люминесцентными красками.
– Ты все предусмотрела, не так ли? – сказал Марио.
Я посмотрела на него непонимающим взглядом.
Он кивнул на мое тело. Средство, которым мама обрызгала мне руки, шею и волосы, теперь проявилось, как тысяча светящихся точек на моей светлой коже. Я выглядела глупо.
– Я не собиралась этого делать, уверяю тебя, – пролепетала я.
Марио засмеялся.
– Хорошо, что ты это сделала. Не смущайся, ты выглядишь скромнее остальных,но это тебе так идёт, – сказал он, глядя на мои шорты и топ.
Действительно, я была сама скромность! Вокруг девушки были практически голыми, не считая ультракоротких мини-юбок и топов от бикини.
– В таких местах всегда есть банды и группировки. Твоя сестра является лидером одной из них, и сегодня для всех очень важно, чтобы она выиграла у Ронни, – сообщил мне Марио, когда мы приблизились к месту, где стояли ребята у дорогих машин.
Билли была лидером банды? Это было неожиданно, хотя и неудивительно. Я знала о ней совсем немного, но все же не думала, что она была вовлечена в подобные игры. Она была жестокой, резкой и грубой, но она с удивительной легкостью скрывала это, находясь в окружении своих близких. Ведь она была из очень богатой семьи, в её мире таких вещей быть не должно.Девушка, отец которой был одним из самых известных адвокатов в стране, предводительствовала в банде.
Марио остановился рядом с устрашающего вида парнями. Одеты они были в свободную одежду, руки покрыты татуировками, на шеях висели распятия на толстых золотых и серебряных цепях. Девушки рядом с ними тоже были одеты очень провокационно, но не так вызывающе, как те, которых мы видели среди зрителей.
Марио направился прямо к ним. Они приветствовали друг друга сжатыми кулаками, дружески похлопывая друг друга по спине и смеясь. Я была удивлена такому духу товарищества. На руке или в волосах у всех были повязаны желтые флуоресцентные ленты. Я догадалась, что все они были членами одной группировки, группировки Билли.
Как только закончились приветствия, парни обратили внимание на меня.
– Кто эта прелестная девочка? – выкрикнул один, а все остальные засмеялись, наблюдая за мной.
Меня нисколько не позабавило это замечание. Я смотрела недружелюбно. Марио немедленно пришел мне на помощь:
– Вы не поверите, она сводная сестра Билли.
Мне не хотелось, чтобы это стало известно.В тот вечер я намеревалась свободно и весело провести время, не волоча за собой шлейф сводной сестры Билли.
Народ вокруг снова засмеялся. Девушки смотрели на меня с большим интересом.
– Принесите нашей новой подруге выпить! – закричал афроамериканский парнишка, держащий в одной руке красный бокал, а второй обнимая за талию очень красивую девушку. Она повернулась, налила что-то в стакан и подошла ко мне. Остальные продолжали разговаривать друг с другом и танцевать под громкую музыку.
– Так ты новая пассия нашей дорогой подруги? – спросила она, оглядывая меня сверху донизу. Я сделала то же самое. Если она была наглой, то я тоже буду такой. Она была чернокожей, высокой и очень стройной. Черные волосы, заплетенные в тысячу маленьких косичек, доходили до талии. На ней были белые шорты и темно-синяя футболка какой-то известной марки.
– Сводная сестра, – поправила я ее, взяв пластиковый стаканчик и с опаской рассматривая его содержимое.
Я с недоверием взглянула на нее:
– Ты ведь ничего в него не подлила?
Я не доверяла этим людям. Достаточно того, что меня накачали наркотиками накануне вечером.
– За кого ты меня принимаешь? – ответила она обиженно. – Это пиво, а если ты хочешь чего-нибудь полегче, то ты ошиблась адресом, – она раздраженно отвернулась, так что ее взлетевшие косы чуть не ударили меня по лицу, и отошла, соблазнительно покачивая бедрами.
Марио весело взглянул на меня.
– Ты здесь всего полчаса, а народ уже делает ставки, – сообщил он со смехом.
Я посмотрела на него исподлобья:
– Ставки на что?
– На то, через сколько времени ты бросишь свой бокал пива и побежишь домой, – сказал он, выразительно подняв брови.
Ага, вот значит как!
Я окинула всех взглядом и, запрокинув голову, выпила все содержимое стакана.
У меня немного закружилась голова и захотелось прокашляться. Все захлопали в ладоши и радостно закричали.
С самодовольной улыбкой я подняла пустой стакан.
– Кто мне нальет еще? – спросила я, почувствовав необыкновенную легкость.
Парни снова засмеялись, и та же самая девушка, которая налила мне пиво, подошла ко мне, улыбаясь.
– Я Квенлин, – представилась она, протягивая еще один бокал. – Если ты действительно хочешь завоевать этих парней или девушек, распусти волосы, выпей и поцелуйся с кем-нибудь, кто посимпатичнее. Именно в таком порядке.
Я не могла не рассмеяться. Неужели она серьезно? Впрочем, моя цель – отомстить Кену и Бэт. Если я потеряю голову этой ночью и весело проведу время, кому от этого будет плохо?
– Поверю тебе на слово, – сказала я, стаскивая резинку с волос и распуская локоны по плечам. Я глотнула из стакана. На этот раз в нем было что-то намного крепче пива.
Квенлин весело смотрела на меня, потягивая из стакана и пританцовывая. Освещения почти не было. Лишь тусклый свет фар и люминесцентные желтые ленты.
– Кстати, я Т/и, – представилась я, когда поняла, что до сих пор этого не сделала.
Она улыбнулась, и я про себя отметила, что она очень мила. Вдруг все пришли в движение. Парни, сидящие на капотах машин, повскакивали и направились к машине, которую я тут же узнала. Это был внедорожник Билли.
– О, грядет мечта и кошмар любой девушки, – объявила Квенлин.
Я видела, как она закатила глаза.Билли, действительно, была очень хороша собой, но как только она открывала рот, то сразу же хотелось сбежать.
Я видела, как ее большая машина остановилась и они с Одессой вышли. Все ребята ринулись поприветствовать Билли. Они хлопали её по спине,жали руку.
Я стояла, не отрывая глаз от Билли. Интересно, когда она подойдет ко мне? Она же должна меня заметить и наорать как следует. Но она этого не сделала. Она не обращала на меня внимания. Что ж, зато я могла наслаждаться обществом Квенлин.
– Я хочу познакомить тебя с моим другом, – сказала она.
Мы протиснулись в самую толпу. Другом Квенлин, видимо, был парень, с которым я видела ее, когда приехала. В этот момент он разговаривал с Билли.
Я немного занервничала, когда мы подошли к ним. Они стояли чуть в стороне от всех.
– Лион! – закричала Квенлин, бросилась ему на спину и поцеловала в щеку. И Лион, и Билли повернулись к нам.Билли уставилась на меня своим холодным взглядом.
– Я хочу познакомить тебя с Т/и, – сказала она, повернув Лиона в мою сторону. Это был атлетически сложенный афроамериканец, с ярко-зелеными глазами цвета лайма и с накачанными мускулами.
Повезло Квенлин.
– Как поживаешь,Т/и? – ответил он, дружелюбно улыбаясь, но исподволь поглядывая на Билли.
– Приятно познакомиться, – сказала я, улыбаясь в ответ. Мне очень нравилась Квенлин, и я не хотела, чтобы ее парень относился ко мне предвзято из-за того, что Билли, должно быть, уже порассказала обо мне.
– Оказывается, ты можешь быть милой, – сказала она, хмуро глядя на меня. Я расправила плечи, готовясь к очередному раунду.
Мне не хотелось вступать с ней в перепалку, поэтому я показала ей средний палец и отвернулась.
Через мгновение она схватила меня за руку и потянула в угол между двумя дорогими машинами.Квенлин и ее парень сначала наблюдали за нами, а потом стали целоваться. Сердце мое сжалось, ведь еще недавно и у меня был парень.
– Чего тебе надо? – спросила я её, выплескивая на неё всю злость. Она толкнула меня, так что я оказалась зажата между машинами.
Она успела переодеться. На ней были джинсы, из-под которых виднелись края нижнего белья, и черная свободная футболка, которая чуть была облегающей и обтягивающей в районе груди(все мы знаем почему).
Она не ответила. Просто наблюдала за мной несколько минут, потом достала мой айфон из кармана джинсов и показала фотографию, которая несколько часов назад разбила мне сердце.
– Кто это? – спросила она так, как будто ей была интересна моя личная жизнь.
Я протянула руку, намереваясь забрать свой мобильный, но она отстранила ее, продолжая внимательно за мной наблюдать.
– А тебе какое дело? – ответила я презрительно.
– Мне? – спокойно сказала она, – мне плевать, но предполагаю, что это твой парень или был твоим. Вы, девушки, все одинаковые, я уверена, что ты здесь, потому что собираешься отомстить этому козлу, – добавила она, заставив меня умолкнуть.
Откуда она узнала? Неужели мои намерения поквитаться с этим гадом были так очевидны?
– Итак, я выступаю доброволицей. Я поцелую тебя, и мы сделаем сто тысяч фотографий, при условии, что потом ты уберешься отсюда и поедешь домой.
Её слова ошеломили меня.
– Я не хочу, чтобы ты была здесь,Т/и, – заключила она, глядя на то, что происходило за моей спиной.
Её предложение меня поразило. Но целоваться с этой идиоткой!?Да никогда! Хотя... Она была очень хороша собой. Мне было наплевать на её внешность, но я точно знала, какое впечатление это произведет на идиота Кена. Он был самовлюбленным, считал себя самым красивым парнем в школе. Ничто не раздражало его больше, чем девушка, превосходящая его внешней привлекательностью и наверняка силой.
– Хорошо, – ответила я.
Билли посмотрела на меня растерянно и удивленно. Очевидно, она не ожидала такого ответа.
– Я хочу, чтобы это ничтожество почувствовало себя самым большим дерьмом в мире. Пусть даже мне придется для этого тебя поцеловать, – сказала я. – Но я не собираюсь никуда уходить, мне здесь весело. Так что договоренность будет такой: ты предоставляешь мне себя, чтобы я отомстила своему бывшему парню и бывшей лучшей подруге, а я обещаю больше никогда не появляться на твоих сборищах, – сказала я, пристально глядя Билли в глаза.
Он смотрел напряженно, как будто старался вникнуть в смысл моих слов.
И вдруг она улыбнулась. Я смотрела на него и не могла понять, что смешного я сказала?
– Ты ненормальная, ты знаешь это? – сказала она, неодобрительно покачивая головой.
– Мне сейчас очень хреново, и все, что я хочу, – чтобы этот придурок страдал так же сильно, как я, – ответила я с болью в голосе.
Конечно, я понимала, что алкоголь, которым я накачалась, сильно повлиял на мое решение, но сейчас меня это не волновало.
– Так ты собираешься меня целовать или нет? – с раздражением спросила я.
Билли покачала головой и продолжала странно улыбаться.
Это меня задело. И тут я сделала то, что хотела сделать с той минуты, как встретила её: подняла ногу и пнула её в голень. Она вскрикнула больше от удивления, чем от боли.
– Хватит прикалываться! – воскликнула я возмущенно. – Здесь куча парней и девушек. Я найду кого-нибудь.
Билли внезапно стала очень серьезной.
– Не вздумай, – грубо рявкнула она. – Я хочу, чтобы ты как можно скорее убралась с глаз моих. Так что давай! – приказала она, толкнув меня к передней части машины.
Здесь нас никто не видел, и я мысленно поблагодарила её за это. Через мгновение я оказалась на капоте.Билли рассматривала меня с ног до головы, пока её взгляд не остановился на моем лице.
– Должно быть, ты очень зла, раз решилась на такое, – сказала она, доставая свой телефон и настраивая камеру.
– А ты действительно так жаждешь, чтобы я убралась отсюда? – спросила я, глядя на неё безо всякого волнения. Я едва выносила её, я её презирала. Именно поэтому мне было приятно думать, что я использую её в своих интересах.
Она ничего не ответила. Положила мне руку на одно колено, а другую – на другое, развела мои ноги и встала между ними. Одной рукой она гладил мои бедра, лаская обнаженную кожу, а другой держала телефон. Вопреки моим мыслям и чувствам, мое тело отвечало на её прикосновения.
– Ну, давай уже, – резко сказала я, и её глаза засверкали от раздражения. Левой рукой она крепко схватила меня за затылок и приникла своими губами к моим.
Я почувствовала щекотание в животе.Её губы были мягкими. Она целовала меня яростно, как будто мстила за все наши стычки. И тут я поняла, что она не фотографировала нас.
Изо всех сил я оттолкнула её.
– Как насчет фотографий? – воскликнула я.
Она приблизилась снова. Я еще ни разу не видела её так близко. У неё были ясные глаза и длинные ресницы. Она была действительно очень красива. Более того, она заставила меня трепетать.
– Как насчет того, чтобы ты открыла рот для чего-нибудь другого, кроме этих дурацких разговоров? Да и покончим уже с этим, – сказала она, и я почувствовала, как все мое тело задрожало.
Она подняла телефон на уровень наших голов.
Я смотрела на неё, невольно облизнув нижнюю губу.
Билли притянула меня к себе. Когда она целовала меня, я услышала щелчок камеры. Я почувствовала ее язык у себя во рту, эти ласки вызывали у меня трепет.
Фотографии были сделаны, но наши губы не размыкались.
Мне нравилось то, что я испытывала. Все мое тело горело от желания. Я наслаждалась поцелуем. К черту бывшего!
Её руки снова оказались на моих ногах, она ласкала мои бедра, заставляя меня дрожать. Это была грубая похоть. Похоть и ненависть друг к другу.
Потом она прикусила мою нижнюю губу, и я сомлев от восторга, подняла руки и запустила их в её тёмно-каштановые волосы. К черту здравый смысл.
– Не останавливайся, – приказала я ей, когда ее руки оказались на уровне моей талии. Я хотела, чтобы она продолжала, я хотела, чтобы она заставила меня забыть все на свете, я хотела...
И вдруг она отстранилась.
Я широко распахнула глаза.
– Вот тебе твоя фотография, – сказала она, держа телефон в руке. Я смотрела на неё, дыхание мое прерывалось. Я была возмущена тем, что она остановилась, что она все испортила. Я не выношу ее, ненавижу!
– И это всё? – спросила я с раздражением. Я чувствовала, как горят мои щеки, как мое тело жаждет её прикосновений.
– Постарайся больше не попадаться мне на глаза этой ночью, – предупредила она, глядя на меня с неподдельным презрением.
Что произошло? Что мы натворили?
Я смотрела, как она уходит.