Гни на дне.

Шрамы заставили меня жить заново и сожалеть, что я встретила тебя когда-то.

—Девушка могу ли тебе помочь? Ты почему в такое позднее тут на скамейке валяешься? — Сохи поднимает голову, замерзшая и на щеках застывшие слезы, жалко выглядит, видит перед собой женщину, одетая не как здешние, более деловитый стиль, кажется чем-то напоминает мужской стиль, но есть женственность.
—Некуда идти. — Коротко отвечает, женщина хмыкает, садится рядом.
—А если я тебе предложу кое-что?
—Что же? — Сохи устало поднимает на нее взгляд, поднимает туловище и принимает сидячее положение
—Ты знаешь понятие «эскорт» ?
—Телом торговать?
—Нет. Красотой и своим мастерством, быть всегда самой желанной, ловить завистливые взгляды жен. Знаешь, я тебя тут час назад заприметила, наблюдала из машины, ты мне напоминаешь меня, он наигрался и выгнал тебя, да? — Сохи снова хочет заплакать, но слез уже нет.
—Он обвинил меня в предательстве, меня подставили, я бы хотела доказать свою...
—Оно того стоит? — Женщина нежно дотрагивается до оголенного плеча, затем указывает на синяки и покрасневшую щеку. — Он ведь с тобой это сделал? Оставил гнить тут на улице, в такой холод и в изысканном изодранном платье, разве оно того стоит? Я тоже любила, так сильно любила и поплатилась за это.
—Как же?
—Он дал волю своим тварям поиграть со мной
—Мне жаль, какой ужас...— Сохи сглотнула, стало больно за женщину, затем и за себя, Юнги практически так поступил, но сделал это сам. — Он меня сам изнасиловал.
—Не дал и слова сказать?
—Да.
—Вот видишь, оно того не стоит. Так пойдешь со мной? Я дам тебе жилье, сделаю самой желанной, ты будешь ходить только с богатыми мужчинами, получать лучшие подарки любовь, при условии, что будешь с ними спать и сопровождать. Ты красива, юна. Немного тебя натренировать и будешь нарасхват. Тебе ведь деваться некуда, я была на твоем месте, знаешь он отнял у меня вплоть до трусов, я документы даже восстанавливала, а не просила вернуть их.
—Разве эскорт лучше чем это? Я могу устроиться уборщицей, в эскорте мало возможно вернуться живой, вдруг мужчина окажется сумасшедшим или хуже...— чем, что со мной произошло.
—Мы не обычный эскорт, мы предлагаем сопровождение мужчин на мероприятиях, а уже после соглашения девушки - постель, никого не принуждаем. Знаешь, они даже сами дают соглашение, ведь получают взамен помимо любви и деньги, много денег.
—Я согласна,— решается девушка, помнит слова. «Жить, ты должна жить». —  меня Сохи зовут. Как вас зовут?
—Мэй, а тебя отныне будут звать Сакура, оно тебе больше подходит.

Четыре месяца спустя.
Предательство — это нарушение верности кому-либо, неисполнение перед кем-то долга, оставление друга, партнера в беде, а также супружеская или государственная измена.

Одинокий день одним за другим, пустота не заполняемая никем и ничем. Гребанная фотография, хранящаяся в сейфе и никак не может быть выброшена. Каждый раз, пытаясь выкинуть, вглядывается и пьет, не получается заполнить пустоту, не получается отпустить.

—Шеф, Кан Сохи нигде нет, может её нет в Кореи? Последний раз её видели четыре месяца назад, днём в магазине, а после нигде не было зафиксировано что-либо. — дает докладную секретарь.
—Как всегда. — Хмыкает Юнги. — Она точно не уехала. Её паспорт, все документы у меня, как она уедет? Восстановление? Мы бы уже давно узнали, у меня там тоже есть люди. Родители тоже ищут, они с потрохами мне её сдадут, такое ощущение, что она в игру решила сыграть своим исчезновением.
—Шеф, сейчас поважнее этого нечто... Кто-то уже долгое время сливает информацию.
—Ты мне только об этом говоришь? — Юнги напрягается. — Мы же устранили давно информатора, ты хочешь сказать, что после этого ещё один появился?
—Я хотел убедиться и собрать доказательства. Предатель я подозреваю не была Госпожа Сохи... Потому что слив не прекратился, я это понял после проведения неожиданной инспекции и оценки. Нам снизили стоимость акций, понимаете? Хотя на тот момент Госпожи Сохи уже нет, она и не могла знать, что мы в пакетах акций туда внесли и пустые акции.
—Значит у неё тут остался помощник. Есть подозрения кто это может быть?
—Точно тот, у кого есть доступ к составлению пакетов акций, кроме вас. — Юнги знает только одного человека. Господин Мин, сегодня в восемь приезжайте по этому адресу, я подслушал кое-кого, сами узнаете кого.
—Понял, можешь идти. — Юнги наблюдает за закрывающейся дверью и удаляющейся фигурой. Нет, он не хочет в это верить или думать, но догадки не оставляют его в покое. Честно, он устал уже.

Всё катится к чертям, Юнги на грани того, чтобы либо послать всё или снова пытаться собрать себя по крупицам.

—Выйди, выйди из моей головы. — Юнги уже готов умолять, Сохи в его голове снова, ему стало плохо, слова секретаря и ужасное чувство сожаления.

Сохи не была виновата, может она стала жертвой его войны?

Нет, она же виновата, он видел это, видел те папки с доказательствами, доступ был только у него, у Сохи и ...
—Невозможно, он не бы не мог, огонь и воду вместе прошли, более семи лет.

Юнги отбрасывает все мысли, смотрит на часы, шесть вечера, забирает свой пиджак и направляется к выходу, ему нужно передохнуть. А лучше развеяться и потеряться насовсем.

И лучшее место «ресторан Госпожи Мэй» - место, куда он частенько ходил два года назад, а после перестал совсем, причина - Сохи, была, а теперь нет. Решает навестить старый ресторан, с особым сервисом в виде девушек, подсаживающихся к нему за стол, разговор и секс на одну ночь.
Юнги приезжает по старому адресу, видит как с годами ресторан стал больше, намного презентабельнее и дороже.
—Мэй, тут? — спрашивает при входе.
—Мин Юнги, года летят, а ты всё тот же, Мэй да Мэй, когда уже Госпожой меня назовешь? — Встречает его сзади женщина, лет тридцати, ухоженная и молодо выглядит, по традиции приталенный костюм мужской, ушитый под её фигуру, из самого дорого велюра.
—Мэй, никогда. Ты для меня Мэй, та же Мэй, которая в первую ночь не умела ничего, а после открыла свой дом. — Юнги хмыкает, он был первым клиентом Мэй, шесть лет назад, когда ему было двадцать два.

Юнги сейчас 28 лет, много прошло времени, но Мэй не изменилась в его глазах, даже если одета дорого.

—Какими судьбами? Ах да, я больше никого не обслуживаю.
—Видно. Мне нужна самая лучшая в своем деле, меньше слов и больше действий.
—Есть у меня тут одна,но сейчас она занята другим, так что...
—Я заплачу двойную цену, приведи мне её. Я буду за тем столиком, если понравится сегодня же заберу и заплачу двойную сумму за каждую минуту. Без слов и быстро желательно. — Юнги садится за столик, ожидая девушку. У Мэй всегда сначала идет знакомство за столиком, после оговор условий и уже сам процесс у клиента дома.
Юнги делает заказа виски и стейк прожаренный на средне. К нему подходит девушка вместе с Мэй.
—Сакура. — называет её имя Мэй. — Я оставлю вас. — Сохи почти землю из под ног теряет, она видит Юнги перед собой, её любезная улыбка стирается с лица, Юнги застывает, нет ему мерещится.
—Здравствуйте. — Сохи садится за стол напротив него. Юнги же злится, ему стало ещё хуже.
Сохи не та Сохи, которая на фотографии мило обнимала его спящего. Нет, эта Сохи - Сакура, одетая в короткое белое платье с вырезом на спине и боках, яркая помада, макияж... Его прежняя Сохи не любила такое обилие, она была нежностью.
—Со многими уже успела потрахаться? — единственное, что смог сказать.
—С вип-клиентами, их у меня только два. Постоянные и богатые. — Сакура улыбается, подзывает официанта и делает заказ. — Мидии и красное вино.
—Хорошо Госпожа. — он уходит.
—Дотрахалась ранга Госпожа?
—Ранга «дамы сердца моего» Господина Пак Чанеля и «искусной наездницы» Господина Ким Тэхена. — Сохи видит его реакцию, не скрывает улыбки. Да, здесь нечем гордиться, но есть за тем, что можно наблюдать.
—Сколько ты стоишь?
—Уж точно больше чем твое нынешнее состояние. — Юнги хмыкает, а у Сохи в горле пересыхает. Она скучала по нему, по его ухмылке, аромату, да по всему его. Но нет, уже поздно. — Я слышала от Господина Пак Чанеля, что он выкупил у тебя часть фирмы за бесценку.
—Не думал, что у него есть болезнь делиться слишком умной информацией со шлюхами. — Официант приносит им заказ, наливает им алкоголь. Сохи отпивает вино.
—Наверное и не думал, что у него намного больше член. — Юнги залпом выпивает виски и даже не морщится.
—Тебе не идет быть сукой, слишком переигрываешь, не думаешь? За слова ведь придется отвечать.
—У шлюх тоже есть права, условия я тоже могу ставить, в твоем то положении Мин Юнги, я бы рекомендовала не по ресторанам шляться, а выход искать, как я узнала Ким Намджун скоро станет новым владельцем и ты останешься ни с чем.
—Это тебя не касается.
—1:1. Тебя тоже не касается число моих клиентов.
—Грязь тебе к лицу.
—Ты был прав, дно из меня не вытащить. — Сохи горько улыбается, затем приступает кушать мидии.

Я был не прав. Я ли стал причиной твоего поведения? — вертится на языке Юнги.

Юнги подзывает Мэй.
—Мы с ней договаривались, ночью она приедет ко мне. Да ещё, отныне я главный клиент её. Надо будет - втройне буду платить.
—Учти Юнги, у нее сегодня должна была быть встреча с самим Пак Чанелем, а из-за тебя сорвалась.
—Я возмещу.
—Плюс сам же ему потом скажешь при встрече, я не могу из-за тебя потерпеть минус в своей репутации.
—Можешь сказать, что я тебе угрожал и вынудил.
—Отлично. Пришли мне чек. — Юнги встает со стола и направляется к выходу. Ему душно находится тут.

В голове одно лишь вертится - я ли стал причиной?
Сохи стала такой, что ему отвратительно думать и представлять. Она спала с другими, она продает свое тело за деньги. Он ли вынудил на такой грязный шаг?

Нет. Сохи изначально была такой грязной, она ведь предала его, он просто не разглядел её сущность...

Юнги приезжает в назначенное место, это ресторан тоже, хмурится. Время ближе к восьми, как было сказано его секретарем. Ждет и рассматривает всех, замечает за соседним столиком Намджуна, раздражительная физиономия.
—Ну что друг мой, победа? — к нему подсаживается Чимин.

Друг мой. Победа? — Юнги этого точно не ожидал. Он бы никогда не поверил, даже с доказательствами как тогда с Сохи, если бы не видел всё своими глазами.

—Ещё есть, нужно добить его. — Ухмыляется Намджун.
—Добьем, сначала надо избавиться от его секретаря, хвостиком за мной ходит.
—Оставь это на меня. Знаешь, я вчера видел Сохи, в ресторане Мэй, — Чимин смеется. — смейся, смейся. Но она дороже всех стоит, с ней один поход на мероприятие почти целое состояние.
—Ну хоть у неё дела в гору пошли. — иронично подчеркивает Чимин.
—Грех победу не отпраздновать будет ею, я приглашу ее и наслажусь ею. Не зря я тогда убрал её из рук Юнги и Мэй подослал к ней тогда ночью, мне сказали, она стала настоящей искусницей.
—Надеюсь поделишься, я бы тоже попробовал. — Облизывает губу Чимин.
—Я для это состояние целое отдам, но поделюсь. Я же не Мин Юнги.

Юнги встает со стола и тихо уходит, пока оставаясь незамеченным.

Тихо на устах остается фраза: «И ты туда же, брат мой»...

Теперь очередь Юнги дать ответный удар, но сначала Сохи. Его невинная Сохи, погрязшая на дне из-за него.