xlix
"Мое разбитое сердце теперь является частью искусства"
* * *
Александр стоял перед столом, глядя на яркий экран компьютера, стоящего на нем. Его нога нервно постукивала по полу, а волосы были непорядочно взъерошены, когда он провёл по ним рукой. У него было странное чувство; вроде, все шло по плану, но он постоянно думал, что что-то идёт не так. Это было слишком легко.
Мужчины, его друзья, скоро будут учавствовать в сделке, девочки. Он лишь надеялся, что Анжелина опомниться и подпишет проклятые бумаги, а после он может без проблем избавиться от неё. Гарри в тюрьме, а Итан мертв, и теперь никто не встанет у него на пути, и теперь никто не сможет спасти её.
Он послал Даниэля поговорить с ней и помочь с выбором, чтобы ей это легко далось. Анжелина была девушкой с добрым сердцем, и именно это и было её ошибкой — она слишком заботилась и доверяла людям. Она не позволила бы невиновным девушкам умереть из-за неё, она примет правильное решение.
Александр не мог думать о том, что она такая же, как и её мать, его любимая Вероника. Она была такой доброй, что из-за этого наделала много глупых ошибок: она вышла замуж за этого ублюдка Максвилла Старра и теперь она мертва. Если бы она выбрала его, вышла бы за него все было бы иначе. Он не позволил бы, чтобы с ней что-то случилось, она была бы изолирована от опасности, она была бы счастлива, и у него была бы настоящая семья. Это то, чего хотел бы Александр — семью. У него был шанс обрести её, но обе женщины, в которых он был по-настоящему влюблён, предали его.
Но это было в прошлом. Теперь он этого не хотел... Нет, он хотел денег, он хотел власти. И он скоро получит это. Сладкая Анжелина подпишет бумаги, а когда она это сделает, он передаст её Даниэлю, как обещал. Она больше ему не понадобиться. Зачем держать у себя сироту, которая напоминает ему о тех, кого он ненавидел? Она была для него болью; первый раз, когда он оставил её у себя, он уже тогда знал, что она заставит его чувствовать себя несчастливым. И она так и сделала. Каждый день ему приходилось наблюдать за её улыбкой, смехом, разговаривать о том, что ей нравиться, и спрашивать о её родителях. Он всегда злился, когда она смотрела на него с детской любовью, когда она считала его своим спасителем, её голубые глаза всегда сверкали, и они напоминали ему о Веронике. Он ненавидел это. Он ненавидел её. Он до сих пор помнил, как десять лет назад Анжелина ворвалась в его кабинет, широко распахнув глаза из-за кошмара, что ей приснился, и подбежала к нему, обняв настолько крепко, что у него перехватило дыхание. Её маленькие дрожащие руки сжали его рубашку, когда она, крича, рассказывала ему то, что до сегодняшнего дня преследовало её кошмары.
"Пожалуйста, дядя Александр, пообещай мне, что ты никогда не бросишь меня, как мама и папа. Я боюсь остаться в одиночестве"
"Я обещаю, мой милый Ангел"
Александр нахмурился и покачал головой от воспоминаний. Он не позволит этому помешать ему. Его голубые глаза просматривали кадры камер безопасности в Кукольном Доме, все, казалось, нормально. В этот момент дверь кабинета открывается и внутрь заходит озлобленный Даниэль. Глаза Александра расширились не только из-за грубого и неуважительного поведения парня, но ещё и ушиба на носу у него.
Что, черт возьми, случилось с ним? Александр удивился, внимательно рассматривая его лицо.
– Кем, черт возьми, Даниэль, ты себя возомнил, что так врываешься в мой офис? Думаю, ты забыл своё место, тебе напомнить? – сердито спросил юношу Александр, повысив голос.
Даниэль зловеще ухмыльнулся и сжал сумку, которую держал в руке.
– О, Александр, я думаю, это ты забыл, кто я, – ответил он, приближаясь к столу мужчины.
Александр сильно сжал челюсть, отчего мышца на его щеке начинает подрагивать. Он кидал злобный взгляд ему, словно кинжалы, но парень не боялся его, ведь знал, что имеет то, что нужно Александру — деньги.
– Это те деньги за Анжелину. Когда придут нужные люди и она подпишет бумаги, она моя.
Даниэль кинул сумку на стол, она с приглушённым шумом падает, и парень улыбнулся, когда заметил заинтересованный взгляд Александра. Он медленно расстегнул её и подтолкнул мужчине, позволив ему увидеть огромную сумму денег внутри. Уголок губ Александра потянулся вверх, и он посмотрел на Даниэля с явным удовольствием. Он ожидал не этого, он ожидал, что за Анжелину дадут большую сумму денег, но кто он такой, чтобы сейчас жаловаться? Он получил бы то, что ему предлагали.
– Сейчас, сейчас... Вот почему мне нравится с тобой иметь дело. Ты никогда не перестаёшь меня удивлять, конечно, – ответил он, посмеиваясь и закрывая сумку, – Ты говорил с ней? Она готова наконец сделать это?
Даниэль нахмурился, его лицо начинало краснеть он гнева. Он отрицательно покачал головой.
– Эта маленькая сука ударила меня головой. Посмотри на мой чертов нос! – воскликнул он, указывая на ушиб.
Александр рассмеялся. Он ожидал, что она не сразу сдаться.
– Она не плохо постаралась, – ответил мужчина, наполняя два стакана виски для них.
Он предложил Даниэлю, и тот сразу схватил стакан и опустошил его. Мальчик был очень зол.
– Скажи мне одно, Даниэль, почему ты так сильно её хочешь, когда она тебя раздражает? Я хочу сказать, что она тебя ненавидит. Почему ты так одержим ею? – спросил Александр, сузив глаза на молодого человека и сделав глоток своего напитка.
– Это именно то, что ты сказал — одержимость. У меня нет объяснений, я просто хочу её. Она красива, сексуальна, и я просто хочу её. Мысль о том, что я заберу эту красоту у Гарри, приносит мне необъяснимое удовлетворение, – ответил Даниэль, глядя на пустой стакан перед собой, – Это когда-нибудь случалось с тобой? Ты был кем-то настолько одержим?
Александр посмотрел ему в глаза. Его палец потёр маленький шрам над подбородком, а другой рукой он держал свой стакан. Это случалось с ним, его одержимостью была Вероника.
– Да, давным-давно, я не хочу говорить об этом. Скажи мне, что ты сделал с Анжелиной? – спросил Александр, быстро сменив тему для разговора.
– Я сделал то, о чем ты меня и просил. Я установил бомбу и сказал ей, что вернусь через полчаса. Надеюсь, это её напугает и она согласиться на наши условия, – Даниэль сжал губы и уставился на Александра, который одобрительно покачал головой.
– Она согласиться. Она хорошая девочка, – прошептал мужчина.
Его взгляд вновь метнулся к экрану компьютера и он нахмурился. Двое мужчин, которых он не видел раньше, появились в поле наблюдения камер. Они находиться в Кукольном Доме, возле сцены, где танцевали Куклы. Они выглядели слишком серьёзными, слишком подозрительными.
– Что случилось? – спросил Даниэль, но тот проигнорировал его.
Мужчины осмотрелись вокруг, словно ища что-то, словно ища кого-то. Внезапно один из мужчин повернул голову по направлению камеры и Александр увидел его лицо. Он сразу узнал его, будто что-то щёлкнуло внутри, он видео его раньше. В доме Гарри чертового Стайлса. Он сильно ударил кулаком по столу.
– Черт возьми! – выругался он, быстро поднимаясь.
Это были копы!
– Александр, что...
– Заткнись, Даниэль, – приказал он парню, хватая свой сотовый. Он звонил своим людям.
Это не могло произойти. Нет, нет, нет... Он не позволит им поймать его. Он Александр чертов Боуен, и он найдёт выход.
– Шон, похоже, у нас нежеланные гости. Подготовь остальных, похоже сегодня будет много крови.
Он не сдастся.
* * *
[Harry's POV]
– Мы все время проведём в машине? – раздраженно спрашиваю я двоих мужчин, глядя в окно.
Мы находились за Кукольным Домом, внутри светились огни и были видны силуэты танцующих девушек. Двое полицейских отправились внутрь, чтобы найти мою Анжелину, прежде чем мы все ворвёмся и устроим хаос. Александр не сдастся без боя, и я хочу убедиться, что Анжелина будет в безопасности.
– Напомни мне ещё раз, Луи, почему мы взяли его с собой? Он заноза в заднице, – спросил офицер Джонсон, глядя на меня со своего места впереди.
– Потому что он не заткнется о своей бесконечной любви к этой девушке, – ответил ему парень, и Джонсон усмехнулся, скрестив руки на груди. Я закатил глаза.
– Я никогда не говорил этого! – защищался я.
– Значит, ты не любишь её? – спросил он, глядя на меня через переднее зеркало. Мои губы слегка приоткрылись.
– Я... Я очень забочусь о ней, поэтому все задают мне этот чертов вопрос.
– Нет ничего плохого во влюблённости, парень. Если бы ты не любил её, тебя бы сейчас здесь не было, ты бы не рисковал своей жизнью ради её, – сказал офицер Джонсон.
Я глубоко вздохнул и вновь занял своё место. Я не хотел отвечать им, поэтому тишина охватила салон и я выглянул в окно. Это было чертовски смешно. Почему мы по-прежнему сидим здесь и где те двое, которые пошли первыми? Я вновь собрался задать им этот вопрос, но в этот момент двери Кукольного Дома широко распахиваются и оттуда выбегают те двое. Я видел как офицер Джонсон напрягся, а рука Лиама лежала рядом с его. Я нахмурился, передвигаясь вперёд, чтобы лучше все видеть. Один из них кричал и размахивал руками, приближаясь к нам. Лиам быстро открыл дверь и вышел наружу.
– Они знают, что мы здесь! – закричал человек, а затем разжался громкий выстрел, и я подскочил на месте.
Человек застонал от боли и рухнул на землю, другой подбежал к нему и схватил за руки, чтобы помочь. Мои глаза расширились, Лиам спрятался за открытой дверью машины и начал стрелять в Кукольный Домик. Огни погасли и раздались панические крики девушек, которые были внутри. Другие полицейские покинули свои машины и обступили нас. Мы с офицером Джонсоном так же вышли из машины.
– Он знает, у нас нет времени на поиски девушки. Мы должны войти, – крикнул Лиам, не сводя глаз с пустого входа в дом.
Мой взгляд потянулся к бездыханному телу человека, который был застрелен, он умирал.
– Хорошо, – согласился офицер Джонсон.
– Но мы должны разделится, мы должны окружить Кукольный Дом, чтобы никто не сбежал.
– Лиам и ты... – офицер Джонсон указала на парня позади меня, – Следуйте за мной внутрь.
Выбранные люди подошли к нему, а затем его глаза встретились со мной. Он вновь заговорил.
– Остальные, окружите по периметру, и ты остаёшься в машине, – указывает он на меня.
Что?
Нет.
– Ни за что, черт возьми! Я пойду с вами и Вы не сможете меня остановить. Я обещал остаться в машине, если Вы её найдёте. Вы этого не сделали, поэтому я пойду с вами, – я поднял голос, обходя машину.
Выражение его лица ожесточилось и он собирался вновь что-то сказать, но внезапно к моей груди было прижато ружье, что остановило наш не начавшийся спор.
– Возьми это. У нас нет времени, нам нужно попасть внутрь, офицер Джонсон, – сказал Лиам, первым направляясь вперёд. Джонсон неодобрительно покачал головой и направился за ним в Кукольный Дом.
Я слышал сильное сердцебиение у себя в груди, не знаю, слышал ли его ещё кто-то. Я был напуган, впервые после стольких лет я снова испугался, и мне это не нравилось. Однако, я не смог ничего с этим поделать; лишь мысль о том, что она может пострадать из-за этого ублюдка пугала меня.
Когда мы вошли внутрь, Лиам потянул меня за собой. Кукольный Дом пустовал, свет был выключен и сцена была пуста, не было не то что музыки, мы малейшего звука не могли услышать. Парни Александра спрятались и ждут, пока мы придём к ним.
– Оставайся позади меня, – прошептал Лиам, посмотрев на меня своими карими глазами, и я кивнул, следуя каждому его приказу.
Офицер Джонсон посмотрел на Лиама и несколько секунд они обменивались странными взглядами, а после он указал пальцем на лестницу. Они последовали указанию и начали медленно продвигаться к лестнице, крепко сжав своё оружие. Я собирался последовать их примеру, но после заметил странное движение по левую сторону от себя, и остановился.
Что это было? Может быть, это Александр?
Я взглянул на мужчин, что уже скрылись на втором этаже и снова обратил внимание на то, что попалось мне в поле зрения. Лиам не видел, иду я за ним и нет, поэтому я могу проверить это место, а после вновь вернуться к ним. Я сузил глаза и поднял оружие, которое мне дал Лиам.
Войдя в комнату, мне показалось, что здесь прошёлся торнадо. На столах лежало разбитое стекло, некоторые стулья разбросаны, а сцена, где обычно танцуют Куклы, была залита кровью. Что, черт возьми, здесь случилось?
Парням из команды офицера удалось убить одного из мужчин Александра? Я сжал губы и прошёл дальше. Ничего.
– Это место вызывает озноб, – прошептал я про себя, глубоко вздохнув.
Может быть, я ошибся и, скорее всего, мне просто показалось. У меня разыгралась фантазия, ведь это все выглядело так жутко, я просто параноик. Я просто хочу найти её.
– Где ты, Ангел?
– Её здесь нет, зато есть я, – позади послышался чей-то грубый мужественный голос и, прежде чем я смог обернуться, почувствовал острую боль в спине, отчего я упал на пол.
Я застонал и поднял голову, глядя на человека, что обошёл моё тело и встал передо мной. Его пронзительные голубые глаза можно было увидеть сквозь темноту, и он ухмыльнулся, кидая на пол деревянную доску, которой меня ударил.
– Ты.
– Давно не виделись, Гарри, – мужчина выпрямился, и когда я попытался встать, он схватил меня за воротник и потащил к сцене.
Ушиб на спине все ещё болел, но я не позволю взять ему вверх надо мной. Мне нужно бороться.
– Что, черт возьми, ты здесь делаешь? Я думал, что избавился от тебя, но ты здесь, – сердито произнес он, снова ударив меня по груди, отчего моя голова сталкиваешься с бетоном.
Я зашипел и поднёс руку к голове, прежде чем посмотреть на свои пальцы, по которым стекала красная жидкость. Ублюдок! Я с гневом уставился на него, понимая, что пистолет выпал с рук. Должно быть, он упал, когда Александр ударил меня в первый раз. Мой взгляд метался по всей комнате и нашли предмет, лежащий у ног мужчины. Я должен его достать.
– У тебя есть та, которую я ищу, – сказал я, пытаясь перевести дыхание. Он неловко улыбнулся.
– И кто же это может быть? Это та девушка, которую я продал своим друзьям? Анжелина? – спросил он и я стиснул зубы. Я убью его.
Я быстро протянул руку к пистолету, но Александр, заметив это, не дал мне этого сделать, наступив на мою руку ногой.
– Это та, которую ты ищешь? – спросил он, сильнее давя на мои кости. Я вскрикнул от боли.
Бах...
Бах...
Выстрели прозвучали на втором этаже, а после этого начался полный хаос. Ещё выстрелы и последующие крики заполнили дом, глаза Александра расширились, теперь его внимание было сосредоточено не на мне. Полицейские нашли его людей. Я воспринял это как возможность освободиться и, недолго думая об этом, ударил мужчину ногой в живот, заставив его упасть. Глаза Александра потемнели и я быстро встал.
– Она здесь и я хочу её вернуть, Александр.
– Это все твоя чертова вина! – проворчал он, вставая на ноги.
Игнорируя ушиб на затылке, я ударил его левой рукой, отчего мужчина пошатнулся назад, но не упал. Он повернулся ко мне лицом, гнев овладел его телом и единственное, чего он жаждал — принести мне боль. Ему все-таки удалось попасть мне по губе, отчего та начала кровоточить. Я начинал уставать, боль в спине и груди замедляли меня. Я старался остановить его, защищая себя от ударов, но он схватил меня за жилет и толкнул на стол, отчего все, что было на нем, разбилось и осколки полетели в разные стороны. Я вздрогнул.
– И ты заплатишь за это, – пригрозил Александр.
Он подошёл к моему телу и я, собрав всю силу в кулак, ударил его ногой в нос. Александр опустил голову в приступе боли, а я в это время быстро встал на ноги.
Мне нужно достать пистолет.
Пистолет.
Я собирался взять его, но Александр, оправившись от удара, помешал мне. Из его носа текла кровь, он вытер его рукавом своей рубашки, на которой после образовалось огромное красное пятно. Затем он стал наносить удары. Я мог чувствовать на себе его гнев, он явно хотел моей смерти, но я ему не позволю это сделать. Я так же хочу убить его. Я поставил перед собой руки, блокируя его удары, а после со всей силы ударил мужчину в грудь. Александр начинает задыхаться и я, не теряя времени, ударяю его кулаком в челюсть. Раздается отвратительный трескающий звук и его тело падает рядом со мной.
Я тяжело дышал; грудь быстро поднималась и опускалась, мне казалось, что я не могу наполнить лёгкие кислородом и вот-вот задохнусь. Но теперь я не мог отступить, я слишком близко к ней. Я застонал и обернулся, возвышаясь над Александром, который выглядел таким же измученным, как и я. Я схватил его за воротник и поднял его голову, прежде чем вновь зарядить ему кулаком по кровавой щеке.
– Где она? – сердито спросил его я. Я вновь ударил его. Он не ответил, только усмехнулся.
Снова удар.
– Где?
Ничего.
Удар.
Ничего.
Я мог чувствовать вкус собственной крови и пота, стекающего с моего лба, и я сплюнул это на пол, прежде чем вновь посмотреть на Александра. Он не собирается мне отвечать, это я мог сказать по самодовольному взгляду на его лице. Он был повержен, но по виду он словно все ещё боролся. Я схватил пистолет, лежавший рядом, и нацелил его на мужчину.
– Я больше не буду играть в твои игры, Александр. Ты ответишь или умрешь, – говорю я, обернув палец вокруг спускового крючка, – Александр!
– Отец, – прошептал он так, что я едва ли услышал его. Я нахмурился. Что он сказал?
– Что?
– Не Александр, а отец. Я твой отец, Гарри, – сказал мужчина, повышая голос. Мои губы приоткрылись; я почувствовал, как содрогнулось сердце, когда услышал его слова.
– Ты лжёшь! – закричал я сквозь шум.
Александр покачал головой, откидывая голову назад. Он засмеялся.
– Я хотел бы, что бы это было ложью. Ты правда мой сын, Гарри. Ты сын Паулины. Ты ублюдок, которого я не признал своим отпрыском, – сообщил он мне, его голос был пропитан отвращением, когда он говорил о моей матери.
Он знал её, он знал мою мать. Я сделал шаг назад, пытаясь обработать всю полученную информацию. Однажды я встретил свою настоящую мать, я отлично помню тот день. Это было через неделю после похорон отца. Она пыталась объяснить все, она говорила как ей было тяжело уходить, но она никогда не упоминала имя моего настоящего отца. Только одно имя случайно выскользнуло с её губ... Алекс.
Нет, нет, нет.
Этого не может быть!
– Я изнасиловал её и бросил беременную тобой. Она ненавидела тебя, она не любила тебя, поэтому и ушла. Ты напоминал ей о боли, ты напоминал ей обо мне, – продолжил говорить Александр.
Я больше не мог этого терпеть. Мои глаза горели от нежелательных слез, но я не плакал. Этот человек не заслужил моих слез, он ничего не заслужил от меня. Он причинил столько боли, он не мой отец. Мой настоящий отец мертв, и он останется таким. Рука, которая держала пистолет, начала дрожать. Я не мог заставить себя нажать на курок, и когда я посмотрел в его глаза, мне показалось, что я смотрю на себя. Я не хотел быть таким, как он. Несчастливый, нелюбимый, трусливый человек.
– Я не убью тебя, Александр. Не потому что я забочусь о тебе, мой отец, ты никогда не станешь им, а потому что я не хочу стать таким, как ты. Я не буду делать тех же ошибок, что и ты, я не подведу девушку, которую люблю, – сказал я и откинул пистолет, не взглянув на него.
Я отошёл от его тела; мне нужно найти Лиама и офицера Джонсона.
– Я действительно хочу, чтобы ты был, как я, Гарри. Тогда ты выживешь, – сказал Александр позади меня.
Я повернул голову в сторону и заметил, что он держит пистолет, который я несколько секунд назад выбросил. В его взгляде притаилась сама Смерть.
– Гарри, на пол! – услышал я крик Лиама, но у меня не было времени на это. Все произошло слишком быстро.
Бах...
Бах...
Бах...
– Гхм, – вылетело с меня, когда пуля пронзила кожу на ноге, и я упал на пол, вскрикивая от боли и ударяя кулаком по поверхности пола.
Кто-то подошёл ко мне сзади и поднял, помогая держаться. Как только моя пораненная нога коснулась пола, я почувствовал чрезмерную боль, которая быстро растеклась по телу, и я резко вздрогнул.
– Гарри, ты ранен, нам нужно добраться до машины, – сказал Лиам, но я покачал головой.
– Ты нашёл её? – спросил я, опираясь об его руку.
– Мужчины Александра повергнуты, наши поймали всех девушек, но среди них нету Анжелины, – правдиво ответил он, в его взгляде читались сочувственные блики. Я не хотел этого. Я хотел её.
Я оттолкнул парня, пытаясь идти самостоятельно, но боль заставляла меня хромать, и я едва мог держаться прямо. Лиам позвал меня, но я игнорировал его. Он действительно продал её своим друзьям?
– Гарри! – закричал Лиам, я ненадолго взглянул на него, но после заметил бессознательное тело Александра позади. Он не был мертв, он просто потерял сознание.
Он отдал её им.
– Я доберусь до машины, – прошептал я Лиаму. Я чувствовал себя проигравшим и беспомощным. Я потерял её, не успев даже извиниться. Я не успел сказать, что люблю её.
Я вышел из Кукольного Дома, низко опустив голову и придерживаясь за стены. Моя нога по-прежнему пульсировала от боли, но теперь я её практически не чувствовал. Я услышал какой-то шум позади себя и уже хотел накричать на Лиама, что он не даёт мне возможности побыть одному в такой момент, но застыл на месте, посмотрев на фигуру, стоящую у двери.
Анжелина.
Когда её глаза оторвались от земли и встретились с моими, они расширились и я заметил, как она вздохнула. Её лицо усыпано ушибами, щеки покрывали дорожки от слез, а глаза были налиты кровью. Она была разбита, как и я.
Она была здесь. Она стояла в нескольких футах от меня, и единственное, чего я хотел, это подбежать к ней, обнять и никогда не отпускать. Словно прочтя мои мысли, она избавилась от невидимых оков и кинула на землю нож, который держала. Она побежала ко мне, а я к ней, игнорируя боль в ноге. Затем она уткнулась в мою грудь, обернув руками мою шею; я старался держать её настолько близко, насколько это возможно. Мое лицо уткнулось ей в изгиб шеи и я вдохнул её запах. Она была в моих руках, моя любовь была в моих руках. И она была в безопасности.
– Гарри, я была так напугана, – всхлипнула она мне в грудь, обнимая меня.
Я взял её лицо в свои руки и заставил её взглянуть на меня.
– Ты со мной, детка, ты в безопасности. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, Анжелина, я... – прежде чем я смог закончить своё предложение, она заткнула меня, накрыв своими мягкими губами.
Её маленькие руки осторожно взяли моё окровавленное лицо, а затем медленно опустились на шею, когда она углубила поцелуй. Он был полон любви. Я чувствовал её страх в этом поцелуе; она целовала меня так, словно она больше никогда не увидит меня, словно она вновь потеряет меня. Но она не знала, что теперь я никуда не уйду.
Девушка медленно отстранилась, позволяя мне перевести дыхание, и прислонилась ко мне лбом. Улыбка озарила моё лицо, её взгляд блуждал по мне. Она не улыбнулась мне в ответ, вместо этого страх вновь завладел не чертами, и она отстранилась.
– Мы должны уходить отсюда, Гарри. Там бомба... Даниэль, он... Он здесь. У нас мало времени, – сообщила она мне, схватив за руку.
Я видел, как полицейские покидали Кукольный Дом и направлялись к своим автомобилям, держа в заложниках Александра и его мужчин. Мы с Анжелиной находились в задней части здания, где находился склад.
– Дай мне руку, идём, – она обняла меня за талию, чтобы помочь.
– Гарри, ты ранен. Что случилось? Это сделал Александр?
Девушка была такой хрупкой, ей было больно, она была сломана и физически, и эмоционально, и я хотел, чтобы Александр заплатил за это.
– Все в порядке, не волнуйся, детка. Это пустяк, – успокаивал я её.
Она остановилась.
– Это не так. Он подстрелил тебя, он мог убить тебя. О Боже, Гарри, – в панике воскликнула она.
Внезапно Анжелина отстранилась от меня и резко упала на землю. Крик сорвался с её губ, и я заметил подходящего ко мне Даниэля.
Черт! Только не он снова!
Может ли он дать мне небольшой гребанный перерыв?
– Ты не заберёшь то, что принадлежит мне, Гарри, – сказал он и ударил меня по ноге, прямо там, где была рана. Я упал на землю.
– Она, черт возьми, не твоя, – прошипел я, пытаясь встать, но он вновь ударил мне, удерживая на месте. У меня не было сил с ним драться.
– Помогите! Помогите нам! – закричала Анжелина, вырвавшись с хватки Даниэля, но он остановил её и ударил по лицу, – Бомба, Даниэль. Помогите!
Я так сильно хотел ей помочь, но я не мог. На этот раз полицейские её услышали, и вдалеке показался Лиам. Он заметил нас и стал приближаться, затем я почувствовал боль в челюсти и услышал голос Даниэля рядом с собой.
Он ударил меня.
– Слишком поздно. Если я не заполучу её, тогда никто не получит, – сказал парень, а после раздался пронзительный громкий звук.
Я ничего не мог видеть, лишь слышал страшный шум; все вокруг разлетелось, а какой-то неизвестный порыв откинул меня вперёд. Все кружилось перед глазами, я слышал её крик, но я не мог видеть её. Я не мог дышать, поэтому откашлялся.
Боль.
Кровь.
Сирены.
Я слышал сирены, они были достаточно громкими. Я думал, я умираю; мне так кажется. Я чувствую металического вкуса жидкость у себя на губах, и я попытался открыть глаза. Веки, казалось, налились свинцом, настолько они были тяжёлыми. Мне все ещё трудно было дышать, что-то тяжёлое навалилось сверху на меня. Я не знал, что это, да и мне было все равно.
Я увидел её.
Анжелина лежала рядом со мной, её глаза были закрыты, но, я думаю, она все ещё дышала. Я надеялся на это. Моя дрожащая рука потянулась к её и коснулась тёплой кожи; я хотел в последний раз чувствовать её.
– Я люблю тебя, Ангел. Ты стоила этого, – прошептал я, задыхаясь от собственных слов, а затем закрыл глаза. Я больше не мог это терпеть, боль была слишком сильна для меня.
Я не могу дышать. Я, наверное, умираю.
Но мне все равно. Я рад, что погибаю, встретив её и полюбив. Анжелина.
Все перед глазами потемнело и я погрузился в глубокий сон, думая только об одном.
Она стоила того. Любовь стоила этого.
-----
Что ж, мне так грусненько:( но впереди ещё эпилог, который я не успею опубликовать до отъезда. Но я постараюсь сделать это ночью в дороге.
Хочу сказать спасибо всем тем, кто был со мной от начала и остался до конца. ❤️ Я очень ценю это, правда. ❤️