59
POV Т/и
— Он что? — Ким чуть не уронила трубочку из латте, уставившись на меня с недоверием.
— Пригласил. На ужин. К родителям, — повторила я, глядя то на неё, то на Тэхена, сидящего напротив и сосредоточенно мешающего сахар в чёрный кофе.
Мы сидели в углу кафетерия, у окна. За стеклом лениво текла университетская жизнь: кто-то спешил на пары, кто-то курил у входа, кто-то целовался у велопарковки. А внутри было уютно — шоколадный запах, приглушённые разговоры и легкий музыкальный фон.
— Это... вау, — выдохнула Ким, отставляя стакан и наклоняясь ближе. — Ты понимаешь, что это серьёзно?
— Понимаю. Вот как раз поэтому у меня в голове полный туман, — пробормотала я, крутя в руках салфетку. — Он сказал, что рассказал родителям о нас. Что они хотят познакомиться.
— И как ты себя чувствуешь? — вмешался Тэхен, впервые оторвав взгляд от своего кофе. Он смотрел внимательно. Без насмешки — просто ровно и по-доброму.
— Если честно, будто я — школьница на экзамене. — Я попыталась улыбнуться, но нервное напряжение всё ещё дрожало в голосе. — Мне приятно. Очень. Но и страшно.
Ким мягко усмехнулась.
— Добро пожаловать в клуб. Я когда впервые пришла домой к Тэхену, чуть не сгорела от смущения. А его мама такая внимательная, всё сразу поняла... — она мечтательно закатила глаза. — Но у тебя, кажется, и уровень стресса, и уровень серьёзности повыше.
— Почему ты так думаешь? — я подняла взгляд.
— Потому что Чонгук раньше даже не смотрел в сторону «серьёзных». Он жил в своём ритме: салон, учёба, редкие тусовки. А теперь — ужин с родителями, Т/и в его жизни официально. Это не шутка.
— Он ведь тебе тоже говорил, что раньше ни с кем по-настоящему не был? — уточнил Тэхен, глядя на меня поверх чашки.
— Да. И это… звучало очень искренне, — я кивнула. — Он не строит из себя героя. Он просто учится, как быть в этих чувствах. Со мной.
Ким присвистнула, сложив руки на столе.
— Слушай, ну ты же тоже изменилась. Если бы тебе в начале семестра кто-нибудь сказал, что ты будешь не просто флиртовать, а встречаться с самым нелюдимым тату-мастером университета — ты бы поверила?
Я рассмеялась.
— Ни за что.
— Но теперь вы в этом, — Ким подмигнула. — И ты должна пойти. Даже если будешь нервничать, даже если всё пойдёт не идеально. Ты ему важна — а это уже повод.
— А ещё, — вставил Тэхен, — я могу тебе точно сказать: его родители — нормальные. Без снобства, без странных обрядов. Мы с Чоном раньше гуляли, я бывал у него дома пару раз. Его мама спокойная, немного строгая, но честная. А отец — вообще золотой.
— Спасибо, — прошептала я. — Мне правда важно это слышать.
— Ты определилась с ответом? — Ким наклонилась ко мне с азартом. — Он уже знает, что ты согласна?
— Пока нет, — я чуть склонила голову. — Думаю, скажу ему, когда он вернётся. Лично. Хочу, чтобы это было... тёплым моментом.
— Ну тогда... — Ким хлопнула в ладони. — Пора выбрать, что наденешь. Я не шучу! Мы устроим модный консилиум! Это тебе не на пары идти, а знакомиться с его семьёй!
Тэхен рассмеялся:
— Только не давай ей слишком строгий образ. Это же Т/и, а не адвокат на собеседовании.
— Эй! — я рассмеялась вместе с ними. — Я вообще-то умею выглядеть достойно!
— Никто не спорит, — подмигнула Ким. — Но мы тебя подстрахуем.
Я смотрела на них и вдруг ощутила, как тёплый комок внутри расплылся. Эти люди — моя опора. И, наверное, с такими рядом я смогу справиться со всеми «страшными» моментами.
И, может быть, ужин в доме Чонгука — это не пугающий рубеж, а просто ещё один шаг. Наш. Совместный.
---
Я уже почти расслабилась — между тёплым смехом Ким и спокойной рассудительностью Тэхена, вся тревога казалась не такой пугающей. Мы обсуждали платье — Ким с энтузиазмом перебирала варианты в голове, пока я пыталась поспевать за её скоростью слов.
— Только не в чёрном, — говорила она, указывая на мою кофту. — Это будет выглядеть так, будто ты на собеседовании в траурный комитет.
Я уже собралась ответить, но почувствовала какое-то странное движение за спиной. Повернулась — и сердце мгновенно нырнуло вниз.
— Какая милая сцена, — прозвучал голос, который я точно не хотела слышать в этот момент.
Тэя стояла рядом, облокотившись о край нашего столика, с чуть склонившейся головой и улыбкой, которую давно следовало вычеркнуть из моего поля зрения. Она держала бумажный стакан с кофе, но он казался скорее реквизитом, чем настоящей частью её образа.
— Не знала, что ты так быстро вольёшься в семейную жизнь, Т/и, — её голос был гладким, как зеркало. — Даже Чонгука уговорила? Браво. А я-то думала, он не любит сближаться.
— Мы ведём частную беседу, — спокойно сказал Тэхен, не отводя от неё взгляда. — Тебя никто не звал.
— Я просто услышала мимоходом. Случайно. Не надо так остро реагировать, Тэхен. Мы же все взрослые люди, верно?
Ким приподняла брови, но сдержалась.
— Ты подслушала и решила вмешаться. Опять. Тебе не кажется, что это нездоровая тенденция?
Тэя сделала глоток кофе, изображая безразличие, но глаза её блестели от чего-то затаённого.
— Я просто переживаю за своего друга. Всё-таки мы с Чоном были близки. И его родители... они не из тех, кто легко принимает чужих. Он может не осознавать, во что лезет.
Я стиснула пальцы под столом. Горло защемило, но я не позволила себе отвести взгляд.
— Если он делает шаг, значит, он готов. Это не тебе решать, Тэя, — сказала я ровно, может, даже чуть тише, чем хотела. — И не тебе быть его голосом.
— О, я-то думала, ты скажешь, что он сам тебе всё расскажет. Но ты не уверена, да? Вот и защищаешься. Мило. Очень.
— Прекрати, — резко сказал Тэхен, отодвигая стул. — Ты сорвалась уже дважды. Это третий. Веди себя уважительно или уходи.
— Не командуй мной, — её взгляд метнулся к нему, и в голосе мелькнуло раздражение. — Ты думаешь, я завидую? Нет. Я просто не люблю, когда люди делают глупости. Особенно те, кто не умеет отличать страсть от привязанности.
— А ты всё ещё не можешь отличить гордость от навязчивости, — вставила Ким, уже не скрывая ледяного тона. — И раз уж ты слышишь нас «случайно» — запомни: никто из нас не нуждается в твоём мнении.
Молчание повисло над столом, плотное, как дым.
Я медленно поднялась со стула.
— Уходи, Тэя, — сказала я спокойно. — Просто... уходи. Ты больше не часть этой истории.
Её губы дёрнулись, будто она хотела что-то сказать, но потом она развернулась и ушла — быстро, с прямой спиной, с оставленным недопитым кофе на столике за соседним рядом.
Мы молчали ещё минуту. Потом Ким хмыкнула:
— Вот теперь ты точно заслужила ужин в доме Чонгука. Со всеми аплодисментами.
Я тихо улыбнулась. Но внутри пульс ещё стучал в ушах — как напоминание, что прошлое иногда подкрадывается слишком близко.
Но теперь я знала: у меня есть голос. И я умею им пользоваться.