Книга фанфиков.

Заказ от: @NastyaDanielyan
Всем приятного чтения! ❤️

1979 год. Она лишь простая, скромная медсестра. А он — старший лейтенант, впечатлительный поручик. Их встречи столкнулись непредумышленно, когда он заработал свое значительное первое ранение. В славные, нежные, женские руки выпал новый тяжелый труд. Тогда не только храбрые силы встретились с грязными бесполезными ранениями, но и непроизвольные очи, которые с минутой залились нежданной страстью.

В кабинете никого. Кроме двух особей. Кроме тусклого теплого света от недорогого советского светильника в пределах семи-девяти рубля.

— Вы тогда спасли мою жизнь, мисс т/и. — уверенно улыбнулся статный молодой мужчина лет двадцати пяти. Его зубы засияли на комнатном свете.

— Да что там...Это вовсе не составило труда для меня, все-таки...это моя работа! Причем, я ее очень ценю. — отвела девушка в белом халате свои прекрасные глаза и улыбчивые губы с виду высокого лейтенанта.

Молодой человек подправил свою военную фуражку цвета хаки. Его лицо сменилось в серьезности, но застывшая улыбка ни на секунду не сходила с лица. Углы губ содрогались, будто что-то вымолвить хотят важное, но секундой они замирали на ровном месте.

— Почему Вы так взираете на меня, товарищ лейтенант? Простите за стол глупый и бестактный вопрос, пожалуйста... — юная медсестра оперлась кистями рук об небольшой белый рабочий стол, на котором аккуратно были уложены куча медицинских карт и странных листов с жирным текстом. Видно, только женская ответственная рука туда касалась.

— Называйте меня просто Сынмин, мисс т/и, — мужчина сделал шаг вперед, при этом шаг его был не мал. — Просто, понимаете, мисс т/и, у Вас весьма очаровательные глаза. Невозможно свести взгляда от них, ведь они манят невероятно.

Блестящий лоб девушки неистово покраснел. Яркая краска позже разлилась по всему лицу, а после по мудрому телу.

— Я Вас загнал в краску, не так ли?

— Вы совершенно правы, товарищ лейтенант. Извините, вернее, Сынмин. — исправила свою речь медсестра. Она не возразила вновь смущающим словам лейтенанта.

Мужчина слегка выдохнул, устойчиво приподнял бровь. Теперь он вновь повторил свой предыдущий шаг, однако сделал он его вдвойне больше. Восторженно приподняв свою голову, он невольно махнул рукой, и сию секунду фигура широкая практически тесно связалась с женским «белым» очертанием.

— Вы, мисс т/и, простите меня, ради Бога. Не хочу обесценивать Ваш труд. Однако имею большое желание отметить, что в тот раз, когда я пришел к Вам, будучи раненным, вылечили меня не только Ваши умелые руки. В том числе был Ваш обворожительный взгляд, — неистово помотав головой, нервно моргнул элегантный лейтенант. — Извольте к нему, пожалуйста, притронуться, дорогая т/и.

— Нет! — поворачивает свою головушку она, но вновь с внимательностью присмотрелась у глубоким глазам старшего лейтенанта. — Тогда...Уж лучше сразу поцелуйте меня!

Хитрая улыбка на глазах расплылась, словно свирепое цунами по невинной земле.

И мягкие ткани губ в одну секунду прижались вплотную, словно стены во время катастрофы. Глаза кристаллом покрылись и засияли. Но тут же слабые веки опустились и широкие зрачки остались под ними. Это не был спонтанный поцелуй простой молодежи этой поры. Здесь оказалось совсем иначе: языки грубо вплелись, зубы тесно соприкасались, десна вероломно ныли.

Аккуратные военные руки мужчины без сомнений остановились у щуплой девичьей талии. А так хочется перейти все границы и развязать шнурок на белом медицинском халате, наполовину раздев стеснительную девушку, которая не отпускала широкие плечи из своих обвивших рук.

— Что Вы делаете со мной, Сынмин? — без желания решила оторваться от поцелуя девица, как только почувствовала, как сильные руки потянулись за наиболее сокровенным.

Не хотя останавливаться, старший лейтенант неспешно игнорирует риторический вопрос медсестры и снова охватывает ее манящие, аккуратные, тонкие губы в зазывную оскуляцию, не смея отрывать руки от непристойного поведения, после усаживает ее на твердый стол.

Кажется, юная леди также начинает вливаться в чувство — ее миловидные ладони освободили мужчину от плотного костюма. Но лейтенант должен быть главным в этом процессе, поэтому откидывая назад руки медсестры, он берет всю ответственность на свои силы: правой рукой он начал неторопливо отстегивать аккуратные пуговицы на белоснежной рубахе, а другой, левой, постепенно стал избавляться от бежевой блузки и теплых брюк на женском теле.

— Ваше тело изумительно смотрится. По Вам не скажешь, что Вы целыми днями мучаетесь с больными пациентами, милая т/и.

— Молчите... — шепчет она, смотрим ему в черные очи и игриво улыбается.

— Она коварно завораживает меня... — мысли затуманились у лейтенанта.

Пулей освободился прикованный ремень. Низ живота стал чувствовать себя удобней. Но удобнее и свободней себя начнёт чувствовать то, что немного еще ниже живота.

Старший лейтенант не смеет себя сдерживать. Ни самого себя, ни свои разгоряченные эмоции, ни свои сдержанные силы. Мигом ширинка спустилась вниз, пуговка отлетела, брюки освободились дважды. Мужчина с легкостью передвинул сидящее девичье тело ближе к своему облику и приблизил свой голый пах к маленькой щелочке между упругих женских ног.

— Тс-с, а теперь, дорогая т/и, будьте любезны, постарайтесь не выдавать громких звуков и слов. — он ласково целует ее мягкие щеки, область ушей.

Девушка улыбчиво кивнула и, словно любимую мягкую игрушку, всплошную притеснила мужчину к себе.

И она почувствовала, как единовременно и нерасторопно в нее погружается широкий и твердый прибор. Тяжелый вздохи первичного удовольствия раздались по тесному кабинету. Лейтенант еще ближе притянул к себе щуплые бедра девушки. Девица прогнулась в пояснице и еле не разрыдалась на месте от приязни. Она лишь сдавленно застонала. Девушка опустила свою голову и тотчас увидела перед своими искренними очами невероятно красивую картину происходящего. Она шире расставила свои ножки.

Мужчина не спешил разгоняться. Но его толчки давали знать о себе. Мысли весьма помешаны и смешаны. А приятные чувства игрались с неконтролируемым нутром и телом.

Эти первые ощущения в жизни наполняли эмоции эйфорией. Эти действия точно останутся самыми приятными личными воспоминаниями.

                                      ***
Спустя 25 лет.
— Какие молодые мы были тогда, да ведь, милая? — они вместе лежат в кровати после бурной ночи, и Сынмин крепко укутывает ее тело тесными объятиями.

— Так точно, товарищ лейтенант! — скромно засмеявшись, та же медсестра заулыбалась выразительными глазами. Она страстно целует его засохшие губы, ладонями щупая его все то же нежное мужественное лицо.