#28
Голова гудела, как старая труба, в которую кто-то дует изнутри. Свет из окна бил прямо в глаза — серый, мутный, как вода в лужах после ночного дождя. Вика зажмурилась и перевернулась на бок. Вкус во рту был таким, будто она всю ночь жевала пыль.
Пахло чем-то знакомым — подушкой, пеплом и дешёвой жвачкой. Всё казалось чужим, хотя это была её комната. Плед соскользнул на пол. На ноге — размазанная чёрная полоска маркера. Она присмотрелась: что-то вроде круга. Или буквы. Ничего не понятно.
Рядом на полу валялась куртка. Вроде её. А может, не её.
Телефон молчал. Экран — треснутый, как лёд. Несколько пропущенных. Ничего важного. Её лицо в селфи-камере — помятое, с тенью под глазами. Волосы спутаны. На шее след . Откуда?
Она медленно села на кровати. Всё тело ломило, как после падения. Внутри — тихая пустота. Не тревога, не страх. Просто... тишина.
Вспомнилась музыка. Танец. Лицо парня — то ли знакомое, то ли нет. Поцелуй? Был? Или приснился?
На руке осталась неоновая краска. Синие пятна. Вика провела по ним пальцем, как будто могла стереть вечер. Но краска осталась.
Она вздохнула. Посмотрела в окно. Где-то вдали шёл снег. В ноябре.
Дверь резко открылась — без стука, как всегда. Свет из коридора хлынул внутрь резким, злым пятном.
- Вика, ты совсем с ума сошла?! - голос матери резанул по голове, как ржавый нож. - Где ты была? Почему на телефон не отвечала? И почему ты вся в... этом?
Вика зажмурилась, схватилась за виски. Голова гудела. Каждый звук — как молотком по черепу. Она попыталась что-то сказать, но изо рта вырвался только сиплый:
- М-м...
Мать стояла у двери с уже готовым лицом — таким, как бывает перед скандалом. В руках — чашка, судя по запаху, с крепким кофе. Но Вике от одного только аромата стало хуже.
- Посмотри на себя! Это ты так домой возвращаешься? В три утра?! Вся чёрная, как... как с кладбища! - она замолчала, увидев следы неоновой краски. - Это что вообще такое? Вика, ты...
- Мам, не ори, пожалуйста... - прошептала Вика и прикрыла глаза рукой.
- Не ори?! Ты хоть знаешь, как я волновалась?! Что мне теперь думать, когда ты уходишь и не отвечаешь? А если бы...
- Да что ты говоришь...
Голова раскалывалась. Слова матери сливались в один длинный звук, как радио между станциями. Вика смотрела на свои руки — всё ещё с синим следом на запястье. Пульс в пальцах бил слишком сильно. Она не могла сосредоточиться. Всё как в тумане.
-...и вообще, с кем ты была? Снова с этой... Анжелой? Или с тем странным типом в чёрной куртке, которого я видела в прошлый раз?
Это имя - «Анжела»- отозвалось как будто где-то издалека. Было похоже, что она там была. Но как-то слишком быстро. Слишком неясно. Как вспышка камеры — свет, звук, тишина.
- Я не помню... - сказала Вика и сразу поняла, что сказала это вслух.
Мать на секунду замолчала. Потом тяжело вздохнула и вышла, хлопнув дверью.
- Встань. Умойся. Приду домой - поговорим.
Дверь снова захлопнулась. И осталась только тишина. И снег за окном. Всё ещё ноябрь.
Вика ещё пару минут просто сидела на краю кровати, уставившись в пол. Потом медленно поднялась. Тело будто принадлежало не ей — всё тянуло вниз, как будто кто-то ночью подвесил на кости гири.
В ванной вода была ледяной. Вика включила кран, набрала ладони и плеснула в лицо. От холодной воды стало легче — ненадолго. Смывая с лица остатки туши и неона, она смотрела на себя в зеркало: серое отражение, пустой взгляд. Под глазами — тени, как будто она неделю не спала.
На щеке - лёгкий след. Не фингал, не синяк. Просто пятно. Она дотронулась - кожа чуть саднила. Что это?
Она быстро переоделась - в толстовку, старые джинсы. Телефон в руке был липким, кнопки будто не слушались. Контакт «Егор» был первым в списке последних вызовов. Она нажала, приложила телефон к уху.
Три гудка.
Гудки были долгими, будто время растягивалось между ними.
- Алло? - голос сонный, хриплый.
- Привет...
- Вика?.. Ты что, уже не спишь?
- Я... проснулась. С похмельем и дырой в голове.
- Видимо вечеринка прошла замечательно.- Егора посмеялся.
- Вроде. - Она выдохнула, села на подоконник.
На том конце повисла пауза.
- Ты не помнишь?
- Помню отрывками. Танец. Тот парень...
Она замолчала на секунду, собираясь с мыслями.
- Какой парень?
- Ты ведь вчера не был с нами?
- Нет. Я же с Кисой ушел тогда.
- Просто... Я не помню, как вернулась. Всё как в тумане. Голова гудит, во рту как пыль.
- Ты где была?
- Ну там и была. На вечеринке.
- И ты там одна была?
- Да. Потом кто-то появился... парень. Я танцевала с ним. Кажется, мы... -она замялась, - кажется, он меня поцеловал. А потом - провал. Я проснулась у себя.
Егор долго молчал.
- Какой парень?
- Не знаю. Ну.. точнее не помню. Как будто из ниоткуда.
- Ты же понимаешь, как это звучит?
- Да, - сказала она и провела пальцем по следу на руке. - У меня на запястье круг какой-то. Нарисован маркером. Я ничего не помню.
- Стоп, подожди. Ты точно дома проснулась?
- Ну я не настолько не в себе. Конечно дома. Мать орёт как обычно, телефон на месте... вроде все норм. Только херово.
Друзья несколько минут ничего не говорили. Они лишь слышали дыхание друг друга.
- Ладно, - сказал Егор.- Хочешь, я приеду?
- Давай лучше встретимся. Через час. В парке наше место. Помнишь?
- Конечно помню. Оденься теплее. Ты звучишь как человек, который заболеет в ту же секунду , как только выйдет из дома.
- В точку, - тихо сказала она.
Сигнал пропал. Вика положила телефон и долго смотрела в окно. Снег почти растаял, но в воздухе всё ещё висел холод. Как будто зима просто прячется — где-то под кожей.