40.
Винни.
Любовь - странная штука. Она заставляет делать странные вещи. В моем случае она заставляет тебя убивать.
Все, что я делал в своей жизни, я делал потому, что так велел мне мой отец. А поскольку я любил его, то выполнял все его приказы без колебаний. Очень скоро моя жизнь стала для меня нормой.
Я жил, чтобы угодить ему. Я жил, чтобы сохранить семью. Я жил, чтобы радовать себя. Но теперь я уже не так уверен в этом. Защита семьи означает убийство ***, но, сделав это, я причиню боль единственной семье, которая у меня осталась. Моей жене.
Я смотрю через комнату туда, где лежит Дженнифер. Она лежит на боку и смотрит в пустоту. Из ее глаз текут мелкие слезы. Черт возьми, если она не выглядит красивой. Даже когда она плачет, она просто ангел. Она слегка фыркает и делает глубокий вдох, звук выходит дрожащим. Я не знаю, что делать, когда дело касается ее. Любой другой человек уже убил бы свою жену. А то, что она рассказала о моих делах и утечка этой информации привела к смерти не только капо, но и моего отца... Это преступление, которое хуже смерти. Она просто не понимает. Мир, в котором она живет, мужчина, за которым она замужем, - все это теперь другое.
Ее кузина - сука, раз поставила ее в такое положение. Она - коварная Троволи. Она питается наивностью Дженнифер и чуть не довела кузину до смерти. И если бы не я, за которым она замужем, она была бы мертва. Я вижу знание, которое скрывается за глазами Ребекки. Она знает больше, чем говорит, и специально скрывает это от Дженни, чтобы ее бедная кузина могла прийти к ней, неосознанно снабжая ее всевозможной информацией. Но в одном она права: Дженнифер не создана для этого мира. Она слишком мягкая. Слишком добрая. Она не похожа на грязную кровь, которая течет в ее жилах. Она другая.
Я оглядываюсь через всю комнату и вижу, что она уснула. Ее темные ресницы слегка касаются щек. Они такие длинные. Я встаю и подхожу к ней, чтобы получше рассмотреть. Ее губы слегка приоткрыты. Ей приходится дышать ртом, так как нос заложен от плача.
Я опешил, когда она попросила меня убить ее. И я чуть не убил ее. Ярость, охватившая меня при мысли о том, что она добровольно хочет умереть от моих рук, достаточна для того, чтобы привести меня в ярость. Но выражение ее лица, когда она произносит эти слова, было... душераздирающим. Многие женщины смотрели на меня таким взглядом - с болью, грустью, печалью - и я никогда не был поражен этим взглядом. Но когда Дженнифер смотрит на меня своими миндалевидными глазами, я вижу нечто такое, что заставляет меня остановиться. Заставляет меня, хоть раз в жизни, почувствовать жалость. Но это лишь на мгновение, потому что ярость мгновенно берет верх.
Я сажусь на кровать и откидываю ее волосы с лица. Они становятся все длиннее, и скоро она снова сможет прятаться от меня за ними.
—Что же мне с тобой делать? пробормотал я вслух.
Я люблю ее. В этом у меня нет никаких сомнений. Она идеальна. Она добрая, невинная и красивая. И чертовски наивна. Я почти хочу оградить ее от ужасов этого мира. Но я не знаю, как сказать ей об этом. Я не могу изменить себя. Для этого уже слишком поздно.
Но я могу сделать так, чтобы она не повторила моих ошибок и не столкнулась со мной из-за своей наивности.
Я встаю и тут же пишу Брайсу. Надеюсь, что встреча уже назначена, потому что с моим нынешним состоянием эмоций... что ж, это будет идеально.
***
Ребекка Троволи. Теперь Гудьерри. Она выдана замуж за Стефано Гудьерри ее отцом, чтобы еще больше укрепить связи на Юге. Несомненно, отец Дженнифер имеет к этому какое-то отношение. В восемнадцать лет ее выдали замуж за Стефано, и вот уже семь лет они "счастливы" вместе. Стефано настолько погружен в свои эмоции, что даже не замечает, как коварна его жена. Я вхожу в комнату для допросов и смотрю за одностороннее стекло. Он сидит спокойно, видимо, не понимая, что его мир вот-вот рухнет. Я вхожу в комнату, и он сразу же поднимает глаза. Он не улыбается, только кивает в знак уважения.
Полагаю, он все еще болен после нашей последней встречи. Я сажусь напротив него и кладу папку на стол между нами.
—Как дела, Стефано? Понравился ли тебе полет? - спрашиваю я. Голос у меня ровный, а взгляд пристальный.
Ему уже не по себе, и он даже не подозревает, что сейчас произойдет.
—Все хорошо, Капо. Спасибо. Полет прошел нормально.
Я насмехаюсь вслух. —Скажи мне вот что, ты знаешь, за кем ты замужем?
Это привлекает его внимание, и он поднимает на меня тревожный взгляд.
—Э-э... простите, сэр?
-Твоя жена, Ребекка. Ты действительно знаешь, кто она?
—Да, конечно, сэр.
Он говорит так, как будто я идиот, раз задал этот вопрос.
Я придвигаю папку к столу и предлагаю ему открыть ее и прочитать содержимое. Я терпеливо жду и с удовольствием наблюдаю за тем, как рушится вся его стена безопасности и комфорта, когда перед ним предстает доказательство того, кем на самом деле является его жена. Я наклоняюсь вперед в своем кресле на столе, сложив руки перед собой.
—У меня есть небольшая проблема с вредителями на юге, от которых я хотел бы избавиться. И при твоем содействии, думаю, я смогу это сделать.
Он все еще в шоке, смотрит на папку.
—Где вы все это взяли?
Его голос дрожит.
—Записи. Отчеты. И последние несколько месяцев за ней кто-то следил. Помогает ещё то, что у меня под крылом есть несколько знакомых в системе правосудия.
В папке собрано все, во что была вовлечена Ребекка за то время, что она была замужем за Стефано. Вся причина их брака в том, что она может иметь свободный доступ к неограниченной информации обо всем, о чем угодно, и сообщать ее отцу, который, в свою очередь, докладывает своему брату, капо Юга. Несомненно, это блестящий план. Отличный способ использовать своих дочерей. Идти на поводу у мужской слабости, не выходя из дома.
Гудьерри - преступная семья, известная своей хитростью. Благодаря информации, которую они собирают, имея связи во всех юридических департаментах США, они практически неприкасаемы для федералов. Именно поэтому отец Дженнифер хотел использовать ее в своих целях. В базе данных Стефано есть доказательства того, что информация была украдена не кем иным, как его женой. Сохраненная на флешке.
И теперь, когда его жена предала его, стала причиной смерти моего отца и помогла моей жене сбежать, Стефано теперь у меня в долгу, и это прекрасная возможность.
—Я хочу сделать тебе предложение. Ты станешь новым главой Юга.
Он испуганно поднимает глаза.
—Да, это так. Но ты должен помочь мне решить одну маленькую проблему.
Он сужает глаза, и я продолжаю.
—Я хочу уничтожить Троволи с лица земли.
Его глаза на мгновение расширяются, а затем он вытирает лицо от эмоций.
-Что значит уничтожить?
—Убить. Всех. Ты, как никто другой, должен знать все, что они сделали и причинили нам боли. Я не хочу иметь с ними ничего общего.
—Включая твою жену? - спросил он.
Мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы не задушить его. —Нет. Я хочу, чтобы моя жена была жива. Что ты решишь делать со своей - это твое дело. Я не буду вмешиваться.
—Я тоже хочу, чтобы она была жива, - тихо произносит он. Слабый дурак.
—Хорошо. Надеюсь, ты понимаешь, что твоя жена стоит за смертью моего отца? Судя по его реакции, нет. — Люди, которые стреляли в него, были ее родственниками. Разделяют одну и ту же грязную родословную. Она рассказала им правду о смерти отца Дженни и заказала убийство моего отца. Они должны были расправиться и со мной, но Дженнифер встала у них на пути в самый последний момент.
Я сжимаю кулаки, когда в моей голове проносятся воспоминания о той ужасной ночи. Я встаю и отодвигаю стул от стола, глядя Стефано прямо в глаза, надеясь, что он меня слышит и сила моих слов его переубедит.
—Если бы не Дженни, ты и твоя жена были бы мертвы. Единственная причина, по которой я сейчас даю вам выбор,
- это она. Хотя твоя жена заслуживает того, чтобы пострадать за все, через что она заставила пройти Дженнифер. Ты можешь быть капо Юга, но приказы ты будешь получать от меня. Твои решения будут моими решениями. И Юг теперь принадлежит мне. Ты понял?
Он смотрит на меня мгновение, прежде чем склонить голову в знак уважения. —Да, капо.
—Хорошо. Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но останавливаюсь в дверях, вспомнив кое-что. —Я свяжусь с тобой с планом, как избавиться от них всех.