17 глава. Скотти
Билл жил у Тома уже пятый месяц и учился заново выполнять домашние дела, ходить в магазин, общаться с посторонними людьми. Но, честно говоря, в плане общения младший Каулитц всячески пытался схалтурить. С друзьями Тома и преподавателями он худо-бедно контактировать научился, а вот взаимодействие с посторонними давалось ему с огромным трудом. Тяжёлый стресс и неудачный коллектив приюта, который только усугубил состояние, не прошли даром. Билл старался отделываться максимально короткими фразами или вообще мимикой. В ближайших лавках возле их дома его уже знали, в громадном супермаркете Билл расплачивался на кассе самообслуживания, а в школе больше требовали работы, чем болтовни. Однако предел его молчанию всё же наступил. И, как ни странно, разрушителем этой оболочки стал щенок Скотти, которого Билл подобрал в Рождество возле пекарни.
А всё началось обычным зимним днём, когда Билл вернулся из школы и отправился со Скотти гулять.
На улице было пасмурно. Короткий зимний день уже клонился к закату, буквально через час станет темно, и слабый дневной свет сменится выжжено-белыми пронзительными фонарями. Билл вошёл в квартиру, отправил рюкзак пинком вдаль коридора, прицепил поводок и вышел на улицу. Ему и в голову не пришло, что сегодня Скотти натворит дел.
Как и обычно, щенок шустро управился со своими делишками и принялся носиться по площадке словно сумасшедший. Пока братья были на занятиях, он откровенно засиделся в квартире и теперь с удовольствием разминал лапы, то подкатываясь к Биллу словно мохнатый шарик, то оглашая тихое пространство улицы звонким лаем. Он всячески приглашал мальчишку поиграть в догонялки, подбадривая того нетерпеливым повизгиванием. Билл же неспешно прогуливался вдоль живой изгороди и мысленно перебирал фрагменты той картины, которую начал сегодня на занятиях. Билл начал писать именно их улицу. Ту самую, где они сейчас гуляли. Милый и тихий уголок со старинными домами и старым фонтаном. Пейзаж был достаточно сложным, с большим количеством деталей, но Билл планировал завершить картину во что бы то ни стало и потом подарить Тому. Брата хотелось и задобрить, и порадовать одновременно, и Билл откровенно размечтался, как Том примет его подарок и обязательно повесит у себя в комнате. Он задумался и прозевал тот момент, когда Скотти неожиданно перемахнул через низкие ровные кустики и, волоча за собой поводок, рванул по улице.
В первое мгновение Билл растерялся и замер, ожидая, что Скотти сделает круг и вернётся обратно. Но пёсель стремительно удалялся и вскоре исчез из поля зрения. Билл рванулся за ним, больно ободрав руки о колючий кустарник и потеряв шапку.
Мальчишка выбежал на середину улицы, невольно радуясь тому, что машины здесь почти не бывают. Скотти нигде не было. Куда его понесло? Что случилось?
Билл побежал в ту сторону, куда удрал непослушный щенок. Вскоре их небольшая боковая улочка закончилась, и он очутился на проспекте с интенсивным движением.
Ежесекундно озираясь и боясь услышать визг тормозов и глухой удар, Билл растерянно замер. Почему Скотти убежал? Куда его понесло? И главное, в какую сторону?
Он беспомощно замер, чувствуя, как тревожно колотится сердце. Народу на проспекте было много, но Билл почувствовал, что внутри разворачивается колючий комок паники. Он просто не представлял, как подойдёт к совершенно незнакомому человеку, как начнёт с ним разговор и станет задавать свои глупые детские вопросы. Его начало трясти. По спине побежал ручеёк ледяного пота. Во рту пересохло. Ведь за долгие годы, когда он попал в психиатрический приют, Билл ни разу не действовал самостоятельно. Не принимал решения и не ликвидировал проблемы. Он даже не обращался ко взрослым первым.
И теперь он должен преодолеть свой страх. Должен к кому-то подойти. Спросить. Что-то сделать. Принять решение. Иначе со Скотти может случиться непоправимое, вплоть до трагедии. Билл живо представил себе окровавленное тельце щенка, его мутнеющий взор и громко разрыдался на всю улицу.
Однако ему удалось взять себя в руки, и, размазывая тут же подмерзающие слёзы, Билл нерешительно подошёл к полицейской машине.
Эти ребята дежурили на интенсивном перекрёстке регулярно, и Билл видел их довольно часто. Двое крепких парней, по возрасту немного старше Тома.
— Герр, извините, — пролепетал Билл, всё ещё всхлипывая и заикаясь:
— Вы не видели моего щенка?
— Что случилось, мальчик? — переспросил полицейский, — почему ты плачешь?
Воодушевлённый таким началом, Билл ещё раз размазал слёзы и пояснил уже более толково:
— У меня убежал щенок. Я гулял с ним на площадке, и он внезапно удрал.
Билл произнёс необычайно длинную для себя тираду и с мольбой уставился на полицейских.
— Как он выглядит, твой щенок?
— Маленький, мохнатый и ещё с усами.
— Подожди, буквально минуту назад здесь пронёсся щенок с красным поводком, — парень, что сидел за рулём, слегка улыбнулся, — он пронёсся, как метеор.
— Да, точно, — подхватил второй. — Он побежал в сторону супермаркета.
— Да. Спасибо.
Билл отошёл от полицейской машины и, немного ободрившись прояснившейся ситуацией, развернулся в сторону магазина. Как бы ему ни было трудно и страшно, как бы не хотелось вступать в контакт и разговаривать, ситуация требовала действий. Скотти надо было спасать.
Билл торопливо двинулся по улице, поминутно заглядывая во все возможные закоулки: кусты, афишная тумба, терминал велопарковки. Ощущение ответственности за другое существо охватило его впервые. Билл буквально вырвался из кокона привычной холодности и равнодушия, отлично понимая, что он единственный, кто сейчас может помочь щенку. А ещё он опасался реакции Тома, боязни его разочаровать, раз сам клятвенно пообещал ухаживать за Скотти.
Тем временем он почти подошёл к огромному белоснежному супермаркету, когда его нагнала уже знакомая полицейская машина.
— Мальчик, садись. Мы сейчас сделаем небольшой объезд квартала и постараемся найти твою собаку.
Честно признаться, полицейских Билл побаивался, особенно после истории с запрещёнными веществами, в которую вплёлся Том. И хотя в приюте им настойчиво внушали, что полицейский — лучший друг гражданина, он инстинктивно старался не попадать в их поле зрения. А тут ещё приглашают сесть в чужую незнакомую машину. Но другого варианта у него просто не было. Вряд ли Билл сможет изловить щенка, бегая по улице в гордом одиночестве.
— Садись, — повторил полицейский и приоткрыл заднюю дверь.
Билл уже занёс ногу, чтобы сесть, как почувствовал на заднем сидении какое-то большое объёмное тепло и мерное глубокое дыхание. На улице начало смеркаться, и ему пришлось приглядеться, чтобы рассмотреть огромную полицейскую овчарку с высунутым алым языком. Пёс был такой здоровый, что Билл еле втиснулся рядом. Он примостился на самом краешке сидения, замерев от страха. Таких больших собак Билл откровенно боялся. Не день, а какой-то квест с испытаниями. Он даже пошевелиться боялся, хотя псина лизнула его в щёку громадным мокрым языком.
— Возьми, — и один из парней протянул Биллу упаковку бумажных платков:
— Не плачь, твоего щенка мы обязательно найдём. Кстати, как его зовут? А тебя?
Новых знакомых звали Клаус и Паскаль, а овчарку Фрам, и Билл даже немного успокоился, хотя продолжал с тревогой вглядываться в тёмную улицу.
Скотти они заметили действительно около продуктового магазина. Этот маленький паразит словно почувствовал, что за ним погоня, и мгновенно нырнул под ворота, куда обычно подъезжали фуры, гружёные продуктами. Билл бросился к въезду, но вокруг было пусто, а под сами ворота едва ли проходила рука. Он в отчаяньи тряхнул ворота и уже хотел было зареветь с новой силой, как из небольшой будки на въезде вышел настоящий монстр. Дядька, наверное, выше двух метров ростом. Такой высокий и мощный, что Биллу пришлось задрать голову. Возможно, это был мясник, таккак исполин держал в руке чудовищных размеров топор. Он оглядел мальчишку с ног до головы ледяным, недобрым взглядом.
— Эй, ты чего балуешь? — раскатистым басом поинтересовалось чудовище. — Быстро уходи отсюда.
От ужаса Билл едва не присел. Он даже забыл о том, что позади него два полицейских с оружием и собакой.
Мясник выглядел настолько угрожающим, что Билл на несколько мгновений лишился дара речи.
— Дяденька, — прошептал Билл, чувствуя, что во рту всё пересохло, — у меня убежал щенок. Он нырнул под ваши ворота.
Возможно, на чудовище подействовало присутствие полиции, а может, добрых людей действительно было больше, но дядька вытащил рацию, которая в его руке смотрелась нелепой игрушкой, и сделал несколько распоряжений. Билла пропустили внутрь.
Скотти он заприметил почти сразу, и щенка принялись ловить всем ангаром. Сотрудников здесь было много, а энергичная игра понравилась Скотти чрезвычайно. Он ловко шнырял между контейнеров и коробок, опрокинул какой-то поднос и в конце концов был накрыт чьей-то курткой.
Весь мокрый и запыхавшийся Билл потащил Скотти на выход. Теперь он чувствовал себя настоящим героем. Оказывается, это не так и страшно — общаться с незнакомыми людьми, тем более что все они оказались чрезвычайно отзывчивыми. Напоследок он столкнулся с милой девушкой, которая работала в магазине на кассе.
— О, это и есть виновник переполоха? — весело поинтересовалась она. — Какой милый. У меня точно такая же собака. Это жёсткошёрстная такса. Они ужасные непоседы.
— А я и не знал, — ответил Билл и неожиданно для самого себя поинтересовался:
— У вас мальчик или девочка?
— Девочка, — похвасталась кассирша. — Её зовут Глэдис. Кстати, у нас поступили отличные мясные наборы для собак, обязательно приходи.
— Спасибо. Приду. И Билл перехватил Скотти покрепче.
До дома его подвезли Клаус и Паскаль. Высадили возле дома и просили больше никого не терять.
Билл начал искать по карманам ключи, невольно представляя, как сейчас рассердится Том и будет ворчать из-за того, что он гулял до темноты и ничего не сделал дома. Тем не менее его сердечко невольно наполнилось радостью от того, что всё закончилось благополучно, что он познакомился сразу со столькими хорошими людьми и, главное, неожиданно смог преодолеть свой главный страх.