Фанфики Чонгук

Я медленным размеренным шагом направлялась прямиком в мое излюбленное в этом районе местечко – клуб, именуемый «Адская страсть». Поначалу название вызвало у меня ассоциации с какой-то забегаловкой, где отстойная музыка, люди, персонал и, соответственно, напитки. Но мое мнение изменилось в лучшую сторону после того, как один человек уговорил меня сходить туда.

И вот я снова здесь. Музыка орет так, что закладывает уши, пол дрожит, но я привыкла, как никак, постоянный клиент. Куча людей, большинство из которых пляшут на танцполе, точнее дрыгаются под музыку, вторые бухают, а третьи стоят в сторонке и наблюдают.

К сожалению, я обещала Чонгуку завязать с подобными заведениями, несмотря на то, что он меня привел сюда впервые. Но, зная о его «активном» образе жизни, плюнула на это обещание. Атмосфера здесь действительно шикарная, если и хочется отвлечься, то сюда прямая дорога. 

- Никки, снова здесь? Случилось что? – не успела я сесть за барную стойку, как меня засыпала вопросами Мика, работающая здесь уже лет пять или четыре. Не помню, если честно.

- Да, снова здесь. Нет, ничего не случилось. Просто хочу расслабиться, - я сладко потянулась и опустила руки на идеально чистый столик, который Мика минуту назад протерла до блеска. – Мне как обычно.

- Что, Чонгук больше не помогает тебе расслабиться? – она подмигнула мне и хихикнула. Я поморщилась, так как у нас действительно с Чонгуком дела идут не ахти. Мы снова поссорились из-за его вечных гулянок. Не раз заставала его в компании каких-то баб, что меня выводит из себя, но он меня не слушает, а я, глупая, терплю. Почему я собственно не решаюсь с ним расстаться? Потому что влюблена по уши? И, кажется, что без него не смогу дышать? Влюбленная идиотка.

Но ему, видимо, плевать на мои чувства, как и на все остальное вообще. К сожалению, я зависима от него.

Наконец я получила свой напиток, позабыв, из чего он там намешан, главное, что бы напрочь вышибало все из башки. Чертовы переживания, где он, с кем он, все ли с ним хорошо, думает ли обо мне, когда вернется и вернется ли вообще. Чувствую себя полоумной дурой, которая ведется на каждую его фразочку, доверчивая, неспособная отстоять свои права дура.

Шел уже примерно пятый стакан, голова постепенно переставала соображать и начала сильно кружиться, речь стала несвязной, я практически не разбирала того, что говорила мне Мика, которая активно трясла меня за плечо, а на лице ее читалось то ли волнение, то ли страх, то ли еще хрен знает что.

- Никки! Твою ж мать, Никки! Чонгук здесь, очнись! – ее попытки доложить мне эту новость и привести мою пьяную персону в чувства не увенчались успехом, потому что объект моего обожания уже стоял возле барной стойки и смотрел на мою макушку, ибо я опустила голову на руки, не желая ничего и никого видеть.

- Поднимайся, - тихим, пока еще спокойным голосом сказал он, не предпринимая никаких попыток заставить меня смотреть ему прямо в глаза, как он любит. Я же, ничего не слыша из-за громкой музыки, продолжала находиться все в таком же полулежащем положении, не желая совершать каких-либо действий, да и толком не понимая, что за мной кто-то стоит.

Мика нервно оглядывалась по сторонам и протирала стаканы слегка дрожащими руками, не зная, чего ожидать от моего пока еще парня, который в любой момент может слететь с катушек и ударить меня. Такое даже бывало пару раз. А я как тупая терплю все его выходки. Я уже говорила, что я идиотка, да?

- Не заставляй меня повторять дважды, - в его голосе чувствовались нотки злобы, его эта ситуация начинает раздражать. Видите ли, не любит, когда его слова пропускают мимо ушей, тоже мне, деловой. Чонгук положил свою руку мне на плечо, я еле заметно вздрогнула, но голову не подняла, не желая подчиняться этому мудаку. Надо еще выпить стакана два и высказать ему все, что я думаю. И, если получится, расстаться, наконец. Ибо я не считаю наши отношения, как таковыми.

- Налей мне еще, - делая вид, что не замечаю его, я подвергаю себя риску, ибо он непредсказуем. Но плевать, раз начала, надобно закончить. Мика испуганно смотрит то на меня, то на Гука, но все же наливает алкоголь в стакан и протягивает мне. Чонгук не реагирует, я подношу стакан к губам, и он просто выхватывает его у меня из рук и кидает в стену. Я снова вздрагиваю, сердце заколотилось, мне действительно на мгновение стало страшно, но, взяв себя в руки, я, пьяная до одури, поднимаюсь со стула и выбегаю из бара на улицу. 

Вылетая из прокуренного и жутко пахнущего алкоголем помещения, я, не замечая ничего и никого вокруг, врезаюсь в компанию каких-то парней, судя по виду и запаху таких же бухих как и «кое-кто» еще.

- Какая милашка, да еще и не кореянка, - заплетавшимся языком выпалил чувак, стоящий в центре с сигаретой в руке и затянулся, после чего выдохнул мне прямо в лицо едкий дым, от которого я поморщилась и отшатнулась назад.

- Вот с кем мы проведем вечер, - заявил второй и, покачиваясь, направился прямиком ко мне. Несмотря на его неловкие движения, он резко схватил меня за руки и потащил на себя. Я сопротивлялась как могла в своем состоянии. Холодные руки парня забрались мне под черную кофту и начала блуждать по телу, вызывая табун мурашек. Я всхлипнула и попыталась оттолкнуть его, но меня прижали к стене.

- Отошел от нее, - послышался до боли знакомый, желаемый и в тоже время ненавистный голос. Вот сейчас Чон как никогда вовремя. Правда алкаш, увлекшийся моей шеей, не реагировал никак на это и продолжал свои деяния, я еле слышно позвала Чона по имени.

Как Чонгук подошел, я не видела, но внезапно парень, прижимавший меня к стене минуту назад, полетел куда-то в сторону, но это еще цветочки. Далее следовали ягодки. Гук подошел, присел на корточки, чтобы их глаза находились на одном уровне, схватил за волосы и поднял его голову вверх.

- Я неясно выразился? – холодным тоном произнес он, а потом голова парня соприкоснулась с кирпичной стеной, послышался довольно неприятный звук, после чего этот чувак, как я поняла, отрубился. «Друзья» же этого алкаша давно смотались, еще, как только увидели Чонгука, который, разобравшись с одной проблемой, направился ко второй, то бишь ко мне.

Вот тут-то мне стало действительно страшно. Несмотря на то, что моя голова совершенно не соображала, ослу было понятно, что парень зол и может сделать со мной что угодно. Ударить, изнасиловать, убить даже. Ведь из-за меня ему пришлось пачкать руки о какого-то придурка, не способного за себя постоять.

- Что-то ты сегодня молчаливая, - начал Гук, постепенно сокращая расстояние между нами, на устах появилась ухмылка, от которой у меня в горле пересохло. Я попятилась в сторону, желая избежать неизбежного разговора. – Стоять, - командным тоном рявкнул он, я замерла на месте, опустив голову, и продолжала молчать.

- Что это еще за выходки такие? – сквозь зубы процедил Чонгук, резко придвинувшись ко мне и схватив за щеки рукой, повернул голову, заставляя смотреть в глаза. Я нервно сглотнула, не зная, что ответить, чтобы не вызвать еще большей агрессии с его стороны.

Эх, Никки, куда подевалась твоя пьяная храбрость. Тряпка. Я готова на месте провалиться. Нет, не то чтобы я жалею о сделанном, скорее наоборот, ведь сделанного не воротишь, да и продолжать так жить я не хочу. Надоело.

- Отпусти меня, - мои попытки что-то сказать не увенчались успехом, так как мне прилетела звонкая пощечина, от которой я пошатнулась. Щека горела, а на глаза выступили слезы, которые еле удавалось сдерживать, но, предательская влага все же покатилась по щеке, вызывая со стороны обидчика и ненавистника смешок.

- Отпустить? Хочешь вернуться к алкашам-насильникам? Могу тебя им отдать, но за определенную плату. Потому что отдавать что-то свое бесплатно я не намерен.

- Я тебе вещь? Игрушка?! Мудак, ненавижу тебя! Какого черта вообще начала с тобой встречаться! Подлая мразь, все, я ухожу. Прошу, не ищи меня, все равно у тебя таких, как я, миллион, так какого черта этот спектакль? - слезы, неконтролируемым бурным потоком полились по щекам, у меня началась истерика. Так напрямик заявить, что я ничто, какая-то подстилка, рабыня чертова, пустышка! Внутри все сжалось в комок, такое ощущение, словно мне перекрыли доступ кислорода.

К сожалению, я не контролировала не только слезы, но и руки, потому что так вышло, что я отвесила Чонгуку ответную пощечину, которой он совсем не ожидал. В глазах читалось искреннее удивление, но потом оно сменилось злобой. Я попыталась рвануться с места, но меня буквально вдавили в стену, а руки держали над головой. Чонгук приблизился к моему лицу.

- Ты всегда будешь моей, - на выдохе выдал он и впился в мои губы, увлекая в страстный и грубый поцелуй.