Фанфики Чонгук

      Я иду через коридоры, мимо бегает стафф, носятся гримеры и работники зала. Матерясь мимо проносится звукач, кричит о том, что накрылся один из динамиков и уносится прочь. Всего лишь секунда и он исчезает за поворотом. Захожу в гримёрку и, как всегда, в воздухе витает запах секса и неудовлетворённых девиц. 

      Закатываю глаза, наблюдая, как Ким Тэхён прыгает на месте и сладострастно облизывает губы, смотря сверху вниз на пухленькую, не особо привлекательную работницу стаффа. Бедная девочка трясущимися руками пытается завязать чертёнку галстук и избегает взгляда на его пухлые, влажные от слюны губы, которые парень провокационно облизывает. 

      Но у неё плохо получается.

      Паршивец мелкий. Вечно издевается над стаффом. Любит поиграть с чужими нервами.

      Я усмехаюсь себе в губы и фыркаю. 

      Всего лишь второй месяц работы из менеджером и я уже знаю каждого, как раскрытую брошюру со всякими интересными рассказами, какие дают, к примеру, в турагентствах. Смотришь на обложку - и всё понятно. Смотришь внутрь - и всё становится ещё более очевидно. Как два пальца об асфальт. А всё потому, что старого менеджера уволили в подозрении в насилии над парнями. Хотя, я-то знаю, что он просто не сдержался и прилюдно дал леща офонаревшему Чонгуку. Парни обладали ещё тем характером. А я, работая пару лет назад с Winner, была тут же вызвана на должность их нового менеджера. Ох и зря. Зарплата, конечно, супер. Но нервишки мои уже все поседели, да поредели.

      Слышу, как Чимин возмущается и прикрикивает на девчушку визажиста, которая уже в третий раз портит ему линию подводки. Вижу глаза у парня уже красные от трения. Он психует и видит меня, когда я подхожу к бедняжке, что чуть ли не плачет. 

      Приобнимаю девчушку за плечи и говорю успокаивающие слова. Достаю жвачку из кармана даю ей и советую пойти выпить воды. Бедняжка утирает слезу и, бросив полный обиды взгляд на Пака, быстро удаляется. 

— Нуна, привет, — растягивается в улыбке мелкий. Сегодня только десять утра. В такую рань уже начинается подготовка к концерту. Ужас. Не помню, когда последний раз спала нормально. 

— Привет, малышня. Чего девчонку до слёз доводишь? — скрещиваю руки на руках и вопросительно поднимаю бровь.

— Да потому, что она тупица. У меня уже глаза болят все, от того, как она неумело рисует и вытирает подводку. Видишь? Даже круги появились! — возмущается мелкий и я фыркаю, беру в руки эмульсию для глаз и и достаю из мини холодильника кубик льда. 

      Работать с 18 лет стаффом. А в 20 начать работать менеджером. К 23 уметь всё, стало моей повседневной рутиной.

      Даже не смотря на то, что в Корее я с 17 лет. Меня всегда забавляло, как здесь считают возраст. Взять, к примеру, Чонгука, которому по-хорошему 19 лет. Но по их законам мелкому, конечно, 20. Мне, в мои 23, ставят 24. 

      Забавно-забавно. Даже старшие называют Нуной. А я лишь всё время фыркаю, знаю, что они не особо младше меня.

      Наклоняюсь над Паком, убираю остатки макияжа и затем провожу кубиком льда под глазами. Чимин шипит от холода и хватает меня за запястье.

— Нуна!

— Чимин, мы же договаривались. Хватать за руки нельзя, — устало и укоризненно говорю я. Что за привычка такая в Корее всех баб за руки хватать. — Потерпи, ты же мужчина. И ты делаешь мне больно.

      Пак кивает и, сжав зубы, терпит холод льда, стекающий водой по его лицу от глаз. Вытираю парню лицо салфеткой. Убираю воду с шею и ключиц. Паршивец закусывает губу и пытается соблазнительно смотреть на меня.

      Малыш. Расслабься. Не выйдет.

      Обратно привожу его лицо в норму и рисую идеальную линию подводки одним махом. Опыт и ещё раз опыт. Пак смотрит в зеркало и самодовольно щурит глаза.

— Нуна, ты, как всегда, нечто, — лисий взгляд прожигает меня. Я хмыкаю и ерошу парню волосы на макушке, как мальчишке. Всех мой этот жест всегда доводит до белого каления. Ведь он им так явно показывает, что не более, чем за детей я их не держу.

— Нуна! Я голоден и хочу спать, — хрипит мне в ухо Юнги, толкнув меня макушкой в плечо. Поворачиваю голову и вижу его лицо слишком близко. Они думают, что могут меня смутить. 

      Какие же наивные. 

      Беру его лицо в ладони и начинаю вертеть его головой из бока в бок.

— Тогда пойди и закажи себе еды. А диванчик свободен. Пару часов подремать у тебя ещё есть.

— Перестань, — рычит парень и берёт мои ладони в свои руки, с силой сжимает. Вот опять. Хватание за руки. Перемещает свои ладони и обхватывают мои кисти. Хмурится.

— Сделай мне кимбпап, — скрипит своим коронным голосом, думая, что я растекусь. Я снова хмыкаю, высвобождаю свои руки и ерошу и ему волосы. Тот недовольно шипит. Разворачиваюсь к выходу, напрягая одну из стаффа сделать Шугарю еды. Та благоговейно кивает и выбегает за продуктами. Выхожу из гримёрки и иду к сцене через коридорчики. 

      Иду минут пять, как меня дёргают за локоть. Опять. И втаскивают в какую-то пустую комнатушку.

— Чон Чонгук! — слегка испугавшись, прикрикиваю я.

— Нуна! — улыбаясь своей фирменной кроличьей улыбкой, выдыхает парень. Ох и проблемы у меня вечно с этим ребёнком. 

— Что тебе, малышня? — недовольно хмурюсь и поправляю одежду. Чонгук тут же суровеет. Ненавидит, когда его так называю. Вижу, как на челюсти шевелятся желваки.

— Нуна, я устал. Пойдём выпьем кофе, — Чон пытается расслабить раздраженное выражение и принять миролюбивый вид. Я снова скрещиваю руки на груди.

— Попроси стафф, тебе принесут любой кофе.

— Нет, Нуна. Пошли вместе, — буркает Чон и копирует мою позу. Вот же маленький наглец. Знает, что кофейня в двух шагах. Устало выдыхаю. 

— Ладно. Но потом ты перестанешь прятаться и будешь готовиться к репетиции. 

— Конечно, Нуна, — расцветает в улыбке парень и открывает передо мной дверь. Я фыркаю. Тяжелая работа менеджера во всём им угождать. Поправляю густую копну тёмных волос и выхожу с парнем через чёрный ход. Тот предусмотрительно натягивает на лицо маску, очки и надевает кепку. 

      Заходим в кофейню. Выбираем самый дальний столик. Раннее утро и людей почти нет. Всего пару человек в кафешке. Я тянусь оплатить свой карамельный латте, как меня обрывает мускулистая рука Гука и платит за меня и за себя. Закатываю серые глаза и иду к столику. 

      Сразу же захожу в сеть, смотреть последние новости о группе и мнение нетизенов.
На диспатче всё вроде нормально и по всем официалкам никаких скандалов нет. Чон садится напротив и хмурит брови, наблюдая меня в телефоне.

— Нуна, парню пишешь? — как бы невзначай спрашивает, смотря на меня из под кепки. Я снова фыркаю.

— Чон, какой парень, если у меня уже их семеро. 

      Тот ошарашенно таращит глаза.

— Как семеро. Нуна, у тебя семь парней?

— Ох, дитё. Вы — моя головная боль. Я вас имею ввиду, глупыш, — закатываю глаза и скалюсь в улыбке. Парень кажется облегченно вздыхает. Странный он. 

      Вдруг в кафешку заходит ещё один персонаж и сразу же направляется к нам. Парень резко приземляется возле меня и закидывает руку на спинку диванчика позади моей спины. Вижу хитрые глаза.

— А ты чего вылез, Тэхён? — отпиваю кофе и щурю глаза. Тот хмыкает и снимает чёрную маску.

— А чего вы без меня ушли? Я тоже может развеяться хочу, — обиженно бурчит и берёт мой кофе. Отпивает в наглую. Вижу его хитрые глаза и как демонстративно облизывает губы.

— Айщ мелкий, прекрати. Бесишь меня, — натягиваю ему кепку по самый подбородок и шлепаю с легонца по макушке. 

— Мне эти ваши игры, — рычу и откидываюсь на спинку дивана. Тэ возмущённо ноет и поправляет кепку. Чон самодовольно хмыкает. Я кидаю на него взгляд мол" поведёшь себя так же — будешь следующим". Тот делает вид, что пьёт кофе и показательно смотрит в сторону. Фыркаю.

— Но, Нуна. Я же люблю тебя. Почему нельзя тебя соблазнять? — ноет Тэ. Ох уж мне его эти шуточки. Вечно выделывается.

— Ты всем говоришь что любишь их, кто на вас работает? — издевательски фыркаю и вопросительно смотрю на парня. Тот растягивается в улыбке. Вот же заноза. 

— Нет, Нуна, только тебе. Я же люблю тебя, — издевается и смотрит исподлобья.

— Люби свою правую руку. Я недостойна тебя, — бросаю мерзенькую шутку, вспоминая, как я и Намджун застигли Тэ, мастурбирующим в гримёрной. Парень тут же краснеет и злобно откидывается назад, мстит и выпивает мой кофе полностью, даже не смотря на меня. 

      Чон наблюдает эту картинку и почему-то злится. Резко подрывается и уходит к кассе. У парня видимо пубертат заиграл. 

      Но через пару минут Гук возвращается и ставит два кофе. Такой же карамельный, как был у меня, и капучино для Тэ. Тот удивлённо хмыкает и благодарит Гукича. Мы сидим молча, но потом Тэхён вдруг вспоминает об аниме, которое он мне советовал недавно и мы начинаем его бурно обсуждать, споря о смысле сюжета. Гук аниме, видимо, не смотрел и не вовлечённый в дискуссию погрузился в телефон, обиженно дуя губы. 

      Ещё через десять минут обсуждения всяких других тем я заметила, что Чон каким-то Макаром пропал. Видимо, вернулся в здание концерта. Обиделся?

      Пожимаю плечами и мы с Тэ возвращаемся на работу. Уже полдень и активность работников набрала обороты. Как назло, всё почему-то ломалось. Костюм Намджуна репнул на спине. И пришлось заказывать новый. Сок Джин обжегся горячим соусом, опрокинув тот себе на ладонь. Пришлось вызывать врача. Юнги как назло, сговорившись со всеми, ударился коленкой и теперь хромал. А я матерясь бегала по залам, то вызывая врача, то крича стаффу что делать, то споря с остальными работниками.

      К трём часам хаос набрал ещё большие обороты. Я, конечно, знала о способности Намджуна рушить всё вокруг, но зацепить ногой провод прожектора за сценой и упасть, сбив тот с крепления. И чуть не быть пришибленным самим. Такого ярого мата от работников, устанавливающих свет и аппаратуру я ещё не слышала. 

      Намджун очень расстроился и прятался остаток дня в гримёрке,то и дело будучи обсуждаемым и подкалываемым друзьями.

      Я даже пожалела его. Принесла ему утешительный кофе и сочувствующе поговорила, объясняя, что с каждым могло подобное произойти. Он же не виноват, что таким неловким родился. Парень, вроде, ободрился. 

      Но этот хаос был выше моих сил. Ещё почему-то Чон и Тэ то ли поссорились, то ли просто игнорировали друг друга. Я не понимала в чём дело. Чон ходил и бросал на меня обиженные и злые взгляды, если кто-то их других парней общался со мной или распускал руки, вешаясь мне на шею, как Чимин или Хосок. Тэ же, как спецом не отлипал. Ходил повсюду по пятам и вечно донимал вопросами. 

— Так, Ким Тэхён. Тебе заняться нечем? — рявкнула я, когда он отвлекал меня от разговора с звукачом. Тэ надул губы и продолжил молча стоять, пока я спорила с мужчиной о том, как быстро и у кого можно заменить колонку и прожектор. 

      Я ощутила, как мне тяжело смотрят в спину и снова увидела пронзающий взгляд Чонгука. Вот что с ним такое? Почему он себя так ведёт?

      Ещё через час, когда парни ушли репетировать на сцену я устало опустилась в кресло в гримёрке и зарылась руками в волосы.

— Господи, что за дети, - прохрипела я севшим от криков голосом.

— Это мы дети? — вдруг зашёл в гимерку Чонгук и я подняла на него тяжёлый взгляд. 

— Почему ты вечно называешь нас детьми, Нуна? — снова начал Гук. Я уже сто раз им объясняла, как в моём понимании и воспитании я вижу их возраст. Европейское летоисчисление. Но те упрямо следовали своим корейским понятиям. Ему всего 19, а он думает что ему уже 21.

— Но вы же правда ещё подростки, — устало выдохнула я, откинулась на спинку кресла, прикрыв ладонью пекущие глаза. 

— Нуна, мы не дети, а взрослые мужчины, — возразил глухо Гук, говоря, как мне показалось, сквозь зубы.

— Это ты так думаешь. Вот проживёшь с моё и поймёшь. С девушкой хотя бы повстречайся и тогда можешь звать себя взрослым мужчиной, — проконтстатировала я и услышала, как с треском сжалась в руке парня полупустая пластиковая бутылка с водой. Тот сжал её с такой силой, что костяшки побелели.

— Дура ты, Нуна, — прорычал парень и громко хлопнув дверью вышел из гримёрной. 

      Дурак мелкий. Я пнула стол и снова зарылась руками в волосы.

* * *

      Прошло ещё три дня работы над подготовкой к концерту. Все бегали заведённые. Парням, как всегда, удавалось довести меня до белого каления своими шутками, дурачеством и приставанием, как дети на каждом шагу. Только почему то Чонгук так себя больше не вёл. Он то упрямо меня игнорировал, то появлялся из ниоткуда делая за меня какие-то вещи. Отнести тяжёлый ящик, например. Приносил молча кофе и открывал передо мной дверь, как-будто постоянно наблюдая за всем, что я делала. Один раз я чуть даже не полетела лицом вниз по лестнице, зацепившись за провод, как Чонгук, непонятно откуда взявшийся, подхватил за руки и не дал упасть. Я думала, что распрощалась уже с целыми косточками. Но Гук лишь молча помог мне и злобно зыркнув, тут же ушёл.

      Вот же задира мелкий.

      На четвёртый день мне всё-таки не подвезло и в полночь, в последний час работы, идя к фургону, смертельно уставшая, я умудрилась споткнуться о камень и упасть на коленку, разбив её. Рана кровоточила и я захромала. Я отказалась от поездки в больницу и просто решила поехать домой, поспорив, конечно же, с парнями, что точно не нуждаюсь в помощи. 

      Уже, когда мы подъехали к общежитию и все вышли попрощавшись со мной из авто, я откинулась на всё заднее сидение. Фургон было уехал, как его дверь вдруг открылась и внутрь молча влез Чонгук. 

— Забыл что-то? - спросила я, развалившись на сидении. Гук молча кивнул и сказав что-то водителю, после чего тот тронулся. 

— Ты чего? Куда ты едешь? — удивлённо спросила я, на что парень молча поджал губы и втыкнул в телефон. Я фыркнула и закрыла глаза. 

      Когда мы подъехали к моему дому, Чон зачем-то надел мой рюкзак. 

— Чонгук, едь в общежитие, — сурово начала я, пытаясь забрать у парня рюкзак. Но с хромой ногой скакать вокруг качка было ой какой не простой задачей. 

— Нуна, прекрати прыгать. У тебя больная нога, — прошипел парень сквозь зубы, и схватил меня за запястья, не давая снять с него лямки моего рюкзака. 

— Прекрати ты себя так вести. Едь домой, говорю. И отдай мне мой рюкзак, - зарычала я.

— Нет. Я сам его отнесу, — фургон тронулся с места и я разочарованно взвыла.

— Не веди себя как ребёнок, — рявкнула я, отчего Чон вдруг сжал кулаки и поднял меня на руки, стал тащить внутрь дома, направляясь к квартире. Я возмущённо завизжала.

— Ты что дурак? Пусти, - стала брыкаться и вопить я, на что Чон лишь сильнее сдавил меня в руках и молча поднялся на второй этаж, быстро подойдя к квартире.

      Чон отпустил меня и я, разъяренно на него глянув, открыла дверь. Парень прошёл след за мной внутрь просторной светлой квартиры, осматриваясь и с интересом ходя вокруг. Я сразу же пошла к аптечке и, взяв коробок с медикаментами, направилась в ванную. Нога разболелась и я забыла о парне в моей квартире. Я зашла в ванную комнату, сняв разорванные джинсы и натянула домашние шорты, села на бортик ванной. Стала промывать рану и завизжала так громко, что дверь распахнулась и я увидела встревоженного парня перед собой.

— Ты ещё тут? — сдавленно выдохнула я и зажмурила от боли глаза. Чон раздражённо выдохнул через нос и опустился на колени передо мной к моей ране.

— Ты всё же дура, Нуна, — процедил он.

— Сам ты дурак. Следи за языком, мелкий, - прошипела я в ответ, когда парень обхватил коленку сзади, промывая рану и на мою реплику сильно сжал ногу в руке. Я вскрикнула и ударила его по плечу. — Ай ты чего! 

— Хватит звать меня мелким или ребёнком. Я уже сто раз говорил тебе, Нуна. Я взрослый мужчина. — сухо проговорил парень. Я молча поджала губы, не желая спорить. Гук быстро обработал рану, намазал мазь и обмотал коленку бинтом. Я всё время наблюдала за его сосредоточенным и почему-то то ли обиженным, то ли разозлённым лицом.

— Ты чего дуешься, игнорируешь? Уже четвёртый день, — вдруг выдохнула я. Парень выпрямился и посмотрел на меня сверху вниз. Паршивец был выше на целую голову, а я, сидя на бортике ванной, дышала ему в грудь сейчас.

— Ты сама меня игнорируешь, — выплюнул обиженным голосом Чон и вышел из ванной. 

      В смысле. А. Он что серьёзно из-за этого так обиделся?

      Я вспомнила случай, когда я забыла про Чона и увлеклась спором с Тэ настолько, что и не заметила, как Гук ушёл из кофейни. Да. Должно быть я действительно поступила как плохой человек и сильно его этим обидела.

      Я вышла хромая в гостиную, увидела, что Чон вытянув ноги расселся на диванчике и втыкал в телефон.

      Надо извиниться.

      Я подошла к парню, но он продолжил меня игнорировать. Я закусила губу и стянула с него шапку на макушке, которую модно было носить даже в тёплую погоду. Попытка привлечь внимание не удалась и я сделала то, что всегда работало. Взъерошила парню волосы и он тут же перехватил моё запястье, поднимая на меня разозлённый взгляд.

— Отстань. Я обиделся на тебя, — шикнул парень.

— Но ты всё ещё у меня дома, — подняла я одну бровь. Чон вдруг раздражённо фыркнул и резко дёрнул меня на себя так, что я упала на него. Я выпрямилась, сидя на парне и впервые покраснела.

— Почему ты такая? — рыкнул Чонгук и выпустил мою кисть. 

— Ты чего? — буркнула я и попробовала встать, но руки парня удержали меня в положении сидя на нём сверху. Я ошарашенно уставилась на него. Тот сжал с силой мою талию, заставляя зашипеть от боли.

— Чонгук. Ты что.. — выдохнула я и зажмурилась. Но руки резко ослабили хватку. 

      Я злобно глянула на парня и решила отомстить. Раз он играет в такие игры, то пусть не думает, что я не могу его смутить. Я пронзительно посмотрела в чёрные глаза своими серыми, цвета стали, и зарылась рукой в густую шевелюру его волос и резко сжала. Парень зашипел и возобновив сильную хватку на моей талии, резко притянул меня ближе.

      Засранец. Даже так. 

      Между нами оказалось несколько сантиметров. Я зарылась в его волосы второй рукой и, не зная зачем, опустилась руками к его лицу, погладив скулы и челюсть парня пальчиками. Тот судорожно выдохнул.

      Видишь. В этой игре я веду. И вдруг мне стало интересно. 

      А он вообще опытен в этом плане? 

      Я сардонически усмехнулась сама себе и решила ещё немного поиздеваться над мелким. Чон смотрел на меня безумными глазами, перебегая взглядом от лица к телу. Я сидела пятой точкой на его ремне, с коленками по обеим сторонам от его бёдер. Я двинулась на парне ближе к его торсу и толкнула его на мягкое быльце дивана. Чон ошарашенно смотрел на меня, не убирая руки с талии. 

      Я опустилась над парнем и взяв его ладони в свои запустила их себе под толстовку. А свои руки переместила ему на шею. Чон снова судорожно выдохнул и задрожал, когда его холодные с улицы руки, обхватили мою горячую кожу.

— Нуна, — выдохнул парень. Я снова злорадно усмехнулась.

— Всё? Хватит с себя? Детское время, домой пора, — хмыкнула я и парень впился ногтями в мягкую кожу. Я застонала от боли и ощутила, как что-то твёрдое упирается мне в пах. 

— Нуна, если ты скажешь ещё что-то подобное, я перестану держать себя в руках, — прорычал Чон и в подтверждение сильнее сжал мою талию.

      Чёртов мускулистый альфа самец.

      Ладно. Я тоже умею так играть.

      Я закусила губу и нагнулась над парнем, который выжидающе изучал моё лицо. Я опустилась к его шее и с силой укусила кожу, рядом с напряжённо выпирающей веной. Парень гулко застонал, плотно притягивая меня к своему торсу.

      То-то же, малыш. Я спустилась к ключице и, расстегнув две верхние пуговки, укусила ниже выпирающей ключицы. Парень зарычал и переместил руки на мою задницу с силой сжал ягодицы. Я глухо зашипела. 

— Смотри, доиграешься со мной во взрослых играх. Потом жалеть будешь, — прошипела я, не желая ему проигрывать в этой схватке.

— Ты меня совсем не понимаешь, Нуна, — прорычал парень в ответ и потянул на себя так, что наши лица оказались в паре сантиметров друг от друга. Я хмыкнула и облизнула свои пересохшие губы, наблюдая за реакцией парня. Того аж затрусило. 

      Ладно, малыш, смотри и учись.

      Я мягко поцеловала парня, сразу же укусив его за губу и ожидая, что он меня оттолкнёт, как и должно было быть. Но Чон, видимо, играл по-своим правилам. Он тихо зарычал мне в губы и резко перевернул меня на спину. Я охнула от неожиданности, но парень жадно впился в мои уста и стал рьяно целовать, тут же углубляя влажный, пошлый и грубый поцелуй. Он вдруг раздвинул мои колени и резко прижался пахом к моей киске. Я выгнулась от пронзающего, как ток толчка, и застонала парню в поцелуй. Тот переместил руки под толстовку, резко дёрнул бегунок змейки вниз и распахнул кофту. Я выдохнула. 

      Нет, это уже не игрушки.

— Чонгук, нет. Поигрались и хватит, — сдавленно прохрипела я. Чон посмотрел в мои глаза своими чернеющими и ехидно ухмыльнулся.

— Я же говорил тебе, что ты совсем меня не понимаешь, Нуна, — он вдруг опустился к моему телу и с силой стянул с меня кофту и майку через голову несмотря на мои попытки противиться. Следующим на пол полетел разорванный лёгкий лифчик. Я тут же покраснела и прикрыла грудь, но мои кисти были прижаты рукой Гука к дивану.

— Ты всё время называла меня ребенком, хотя сама, как ребёнок, не замечала моих чувств к тебе. Глупая, глупая Нуна. Зачем ты позволяешь другим участникам группы прикасаться к тебе? Почему ты ничего не видишь, кроме своей работы? — рычал парень, пронзая меня взглядом. — Зачем ты нянчишься с Тэхёном. Ты что, не видишь его намерений? — парень снова толкнулся ко мне пахом и я тяжело заскулила.

      Пусть перестанет. 

— Чонгук. Ты же не серьёзно. Какие, к чёрту, чувства, — прохныкала я. Парень разъярённо рыкнул и сильно сжал в руке мои запястья. Я глухо заскулила от боли.

— Дурочка ты, Нуна, — парень хмыкнул и опустился к моей груди. Он томно и медленно стал облизывать и покусывать соски, ставить на груди багровые засосы. Сначала я брыкалась. Но Чон, подчиняя меня себе, кусал и вылизывал набухшие соски и толкался окаменевшим стояком в джинсах к моему паху, отчего каждый раз прошибало электрически разрядом, отбирая последние силы на сопротивление.

      Сделав так несколько раз, и ощутив, что я дала слабину, парень отпустил мои руки. Я зарылась в его густые волосы оттого, как тянуло внизу живота и как он вылизывал и кусал каждый миллиметр моей кожи. Кажется, завтра на ней не останется и живого месте. Я не выдержала и потянула парня на себя, желая снова поцеловать его. Мы стали рьяно терзать друг друга, до кровоподтеках на губах. Чон сминал в сильных руках, как обезумевший, моё тело, бедра, ягодицы и грудь, иногда хватая и сжимая тонкую белую шею. Я разорвала поцелуй и перевернула нас в обратное положение, где я была сверху. Я стянула с парня футболку, откинув ту куда подальше, и расстегнула ремень, зазвенев металлической пряжкой. Чон оглушёно и выжидающе смотрел на меня. Я стянула с парня джинсы опустив их вместе с боксерами к коленям и обнажила набухший толстый ствол длинного венистого члена. 

      Мысленно я присвистнула.

      Вот те на, подарочек. 

      Я обхватила член рукой и провела пальчиками вдоль всего ствола, заставляя парня возбуждённо застонать и прикрыть глаза. Я снова злорадно хмыкнула. Интересно, как много девушек у него было?

      Были ли вообще?

      Я опустилась грудью к парню и он тут же задрожал всем телом, ощущая прикосновение моей кожи на его. Я стала медленно целовать его шею, ключицы, пресс, ставя красные отметины и спускаясь ниже. Утром они пропадут, но сейчас их видно, как след моего триумфа. Через минуту я прошлась влажным языком вдоль твёрдого ствола, от чего парень глухо замычал и вцепился в мои волосы.

      Как я и думала. Кто-то девственник. 

      Я обхватила головку, истекающую смазкой и стала играть с ней языком, доводя парня до исступления. Видно было, как он старался не кончить, то и дело кусая губы и до боли хмуря тёмные брови. 

      Наигравшись, я решила показать ему, с кем он связался и обхватив губами толстый ствол члена, стала спускаться ниже, вбирая его в себя, и подыматься обратно вверх, медленно и томно сначала, но затем набирая скорость. Чонгук уже не стесняясь стонал на всю квартиру и с силой надавливал мне на затылок. 

      Даже так умеешь? Интересный. 

      Я снова про себя хмыкнула. Парень был близко к концу и резко остановил меня, дав облизать его член, соблазнительно проведя языком от основания до головки ствола. Чон смотрел на это помутневшими от похоти глазами. Он резко выпрямился и потянул меня на себя. Я же откинула его обратно на спину и встав, медленно под его несдержанный жадный взгляд стянула с себя шортики и трусики. Парень жадно сглотнул и облизнул губы.

      Красавец какой. 

      Я вернулась и села на парня, медленно погружая его в себя. Мои стенки тут же обхватили его, отчего я глухо застонала и закатила от удовольствия глаза. Чонгук несдержанно выдохнул.

— Блять. Нуна, ты нечто.

      Я усмехнулась. И стала медленно двигаться на нём, набирая скорость и с каждым разом насаживаясь сильнее. Парень впился ногтями в мои бёдра и уже сам подмахивал, входя до основания и вдалбливаясь внутрь истекающей киски. Пошлые стоны заполнили комнату. Чонгук, казалось, терял контроль с каждым толчком. Я ощущала приближении долгожданной разрядки и впилась парню ногтями в плечи, отчего тот зашипел и стал сильнее долбить. 

      Всё тело наполнило тепло, истома и удовольствие разлились в каждой клеточке. Чон глухо зарычал, и выйдя, перевернул меня на живот, резко вошёл сзади. Стоны и шипение снова заполнили квартиру, которая уже кажется насквозь пропахла сексом. 

      Парень долго и жестко вдалбливал моё тело в поверхность дивана, наматывая волосы на кулак и шлепая по ягодицам время от времени. Чон шептал о том, что он хочет сделать со мной, отчего сам заводился больше и заставлял меня исступленно стонать, выкрикивая его имя осипшим голосом.

      Эта ночь была особенно тяжёлой для меня. Казалось, энергии у парня хоть отбавляй. То и дело получая разрядку он валялся рядом обнимая меня, вдыхая запах волос и гладил кожу, казалось, не в силах налюбоваться голым женским телом, а затем, отдохнув, заново накидывался на меня. Всю ночь мы провели, занимаясь грязным сексом, и под утро я уснула в охапке парня, который всё никак не хотел отлипать от меня и уходить. 

      Какой же ребёнок всё-таки.

* * *

      Проспали до полудня, не услышав не единого звонка на обоих телефонах. 

      Ох и влетит нам потом. 

      Я проснулась и засмотрелась на парня, лежавшего напротив. Не сдержалась и погладила его по волосам, проведя рукой по скуле. Милый, когда спит.

— Нуна, — открыв глаза, не веря, что я и вправду перед ним, шепнул Чонгук. Он растянулся в улыбке и притянул меня к себе. — Ты такая красивая. 

— Мы опоздали везде, где только можно, — буркнула я, смущаясь и краснея.

— Ничего. Парни нас прикроют, — хмыкнул Чон. Я фыркнула в ответ. 

— Пусти. Я есть хочу, — я отстранилась от парня, но тот хитро улыбнувшись, навис сверху. 

— Я тоже, но сначала мы должный заняться другим утренним делом.

— В смысле? — не успела охнуть я, как парень уже с стоявшим колом членом вторгся внутрь моего тела. 

      Вот же засранец.

      После душа я пошла готовить чай. Не любила завтракать. Я думала парень молча уйдёт. Секс всего лишь. Ничего более. 

      И я стояла листая новостную ленту, как меня обхватили мужские руки и чей-то подбородок упёрся в плечо.

— Ты ещё здесь? — ровным тоном произнесла я.

— Нуна, ты грубиянка, — хмыкнул парень и повернул меня лицом к себе. — Не заигрывай больше с Тэхёном. И не давай другим тебя лапать. И будь только со мной. — серьёзным голосом вдруг сказал парень, прямо смотря мне в глаза. Я покраснела.

— Чонгук. Это же бред. Ты сам должен понимать...— начала я, но строгий голос меня перебил.

— Я всё сказал, Нуна. Если увижу тебя с другим парнем, то сломаю ему ноги, а тебя запру в общежитии в своей комнате. Поняла? И каких отговорок не принимаю. — Парень обнял меня и зарылся в волосы, поцеловал тонкую шею. Я ошарашенно обняла его в ответ. 

      Кто бы знал.

      Кто же знал, что невинная ночка, которая, как я думала, не затянутся больше одного раза, растянется в безумные, полные каждодневного сумасшествия отношения. Иногда то, чего не видишь, выплывает в то, чего не ожидаешь.

      Кто же знал, что через месяц таких безумств я по уши влюблюсь в паршивца Чон Чонгука. 

      А он всего лишь когда-то обиделся.