Чонгук
Чонгук никогда не любил домашних животных, особенно кошек. До встречи с тобой.
Это было полгода назад в осенний дождливый день. На улице шёл ливень, прогоняя и пугая всех. Люди разбегались, пытаясь спрятаться от бушующей стихии. Лишь один человек не обращал внимание на дождь. По дороге, медленно меряя шаги, шел парень с промокшими волосами и одеждой. Люди спешили домой, изредка задевая Чона плечами, надеясь скрыться от дождя и называя парня сумасшедшим...
Солнце спряталось за серыми тучами, не в силах пропустить своё тепло сквозь них, и от этого похолодало. Парень всё также шел, не оглядываясь на людей. Он опять забыл зонтик, и это ни капельки его не волновало. Ему было наплевать на то, что может заболеть, простудиться.
Чонгук пошел в неизвестном направлении, чтобы никого не видеть, не слышать, ни с кем не говорить. Остановившись, он сел на грязную землю, не боясь испачкать ни одежду, ни себя. Это волновало его меньше всего. Он вцепился руками в волосы, издавая душераздирающие крики-вопли. Он устал от всего, от родителей-алкашей, которые готовы пойти на любое преступление, дабы купить алкоголь, даже на то, чтобы избить и забрать заработанные деньги собственного сына.
Это было давно, сейчас Чон ушел из дома, а родители подумали, что он умер. Парень не грустил, не переживал из-за их предположений, это лишь было на руку юноше. Они потребовали деньги за смерть сына, которого они «очень любили», говорили, что помнят день, когда Чон Чонгук появился на свет, когда сказал первое слово, сделал первые самостоятельные шаги, говорили, что каждая вещь напоминала о нем, требовали деньги за моральный ущерб. Что во всем виновато правительство.
— Мяу, —воспоминания о далеком прошлом прервало жалобное мяуканье. маленький промокший котенок с белой шерсткой, которая была испачкана грязью. Кошка головой потерлась об ногу парня, мурча, — Мяу.
— Отвали! – вскрикивает Чонгук, словно выплевывая всю желчь, пинает котенка, тот отлетает и, хромая, вновь подходит в парню, терясь об его ногу и мурлыча, — Я сказал, отвали!
— Мяяу, — зверек поднимает голову и жалобно смотрит на него. Чон осторожно, боясь испугать его, навредить ему все же подносит руку к его мордашке, — Мяу.
— Голодный, наверное, — он вздыхает и встает. Одежда грязная и промокшая, волосы прилипли ко лбу, он снимает с себя куртку, заворачивает в нее котенка и идет домой.
Сколько Чонгук помнит, его родители не всегда были такими. У матери был собственный кафетерий, а отец был садовником. Всё было хорошо в их семье: маленький собственный домик, жили они не богато, да и не бедно. До того момента, пока отец не потерял работу, а кафетерий не лишился посетителей. Денег не было, аренду платить нечем. Родители парня пытались найти работу, а после, поняв, что их занятие бесполезное, забросили это. А после трех смертей их близких и знакомых подряд они и вовсе спились.
Тогда Чонгуку было лишь двенадцать-тринадцать лет. Совсем маленький. Он считал себя ненужным, родители били, одноклассники унижали. У Чонгука была бабушка, которая любила внука, забирала иногда к себе в деревню, Чон считал ее самым дорогим человеком, он не мог представить жизнь без неё, без её теплых, морщинистых рук, без её доброй улыбки, которая редко украшала ее лицо. Когда она улыбалась, мальчик забывал обо всем плохом, переносясь с розовый мирок счастья. Всё было хорошо, как считал он, пока бабушка не умерла от старости. Чонгук много плакал на ее похоронах, винил во всем этот мир. С тех пор уже прошло 4 года, Чонгуку девятнадцать, он снял квартирку и живет там один. Днем учится на экономиста, вечером и ночью подрабатывает.
Придя домой, Чонгук снял с себя испачканную одежду, а котенка отвел в ванную. Он дрожал, забившись в угол, а парень в то время наполнял ванну горячей водой. Грязную одежду он кинул в машинку. Посмотрев в сторону котенка, парень вышел из ванной комнаты за одеждой, и для того, чтобы поставить чайник.
— Сейчас будем мыться, — он возвращается в ванную с одеждой и двумя полотенцами, слегка улыбаясь, а после, увидев, что на месте котенка сидит миниатюрная слегка испачканная девушка с белыми ушками на голове, поджавшими губами и пушистым хвостом. Без одежды, — т-ты кто?!
Он вскрикивает, роняя всё, что держал, судорожно глотая воздух и со страхом смотря на девушку. Та, в свою очередь прикрывает интимные места, краснеет и вжимается в стенку сильнее.
— Ты же была..., — он потупил взгляд, смотря в пол, смущаясь.
— Котёнком, — на секунду они встречаются взглядами и сразу же краснеют еще сильнее, — и стала человеком. Все верно.
— На, оденешься потом, — его голос охрип, Чонгук бросает в нее одежду с полотенцем и, хлопнув дверью, уходит.
Прошло полчаса. Чонгук сидел на диване, ожидая девушку и уснул. Девушка медленно натянула на себя футболку парня, которая еле прикрывала ее ягодицы, и так вышла к Чону. Посмотрев на Чонгука, она выдохнула и улыбнулась, медленно подошла к нему и, улёгшись возле него, обняла парня и прижалась к нему.