Глава 15
Его объятия были моим спасением.
Его поцелуи стали моим лекарством.
Андонис
Я резко сигналю барану, который решил проехать мимо, чуть подрезав меня. Понакупают же прав, придурки. Я уже выезжаю на главную дорогу, когда мой телефон издает сигнал, оповещающий о звонке.
- Дони, где ты? – голос Андро звучит взволнованно.
- Еду на встречу со Ставросом.
- Только не паникуй.
- Если ты так говоришь, значит, случилось какое-то дерьмо. Выкладывай.
Он тяжело вздыхает, и это заставляет меня сильнее напрячься. Андро всегда остается спокойным в любой ситуации, и если он так обеспокоен, то случилось что-то, что выведет меня из себя.
- Я был сегодня в пекарне Исавеллы и отдал ей твой подарок... - меня накрывает волна облегчения. Я хотел отдать его сам, но решил, что больше не могу откладывать встречу со Ставросом. Тот факт, что он почти напрямую угрожал Исавелле выбесил меня до чертиков. Он не должен был вмешивать в это ее. Поэтому сейчас я направляюсь на встречу с ним, сдерживая свой гнев из последних сил.
- И что она сказала? – вчера вечером, когда я собирался договориться со Ставросом о времени, на мои глаза попалась старая книга с мифами Древней Греции, и мне вспомнился один из наших разговоров с ней. В детстве я обожал эту книгу и с нетерпением дожидался ночи, когда мама почитает ее мне. Грустные мысли нахлынивают, когда я вспоминаю о маме, но я быстро отмахиваюсь от них. Это одна из немногих вещей, которая хранит память о ней. Не знаю, что нашло на меня в тот момент, но я хотел, чтобы эта книга была у Исавеллы. Я хотел этого больше, чем готов был признать. Мысль о том, что частичка моей жизни будет храниться у нее, грела мою душу, хоть я и отказывался в этом признаться. Я придавал этому куда большее значение, чем хотел бы признать.
- Это не все, - он вздыхает. – Ей пришла посылка от неизвестного. Ей угрожают, - и я хмурюсь и уже хочу сказать что-то, как он меня перебивает. – Прежде, чем ты что-то скажешь, я не думаю, что это Ставрос или его люди. Кто-то вышел на новый уровень.
- Что. Было. В посылке? – я крепче сжимаю руль. Желудок сжимается в беспокойстве, и я прекрасно понимаю, что там была не просто записка.
- Там... - медлит он.
- Ну?!
- Глова змеи, - он тяжело выдыхает.
Я расширяю глаза и резко давлю на тормоз. Машина позади меня сигналит, и я слышу, как водитель материт меня, объезжая, но я не обращаю на него внимания. Красная пелена ярости перекрывает мой глаза и все, о чем я могу думать, это как я сворачиваю шею Ставросу. Это переходит все границы. Сначала фотография, теперь это.
- Дони, послушай меня. Не злись...
- Не злиться?! Ты сейчас, блять, издеваешься?! Не злиться? Да я, твою мать, в ярости.
- Я говорю тебе, что не думаю, что это мог быть Ставрос. Какой в этом для него смысл?
- Кто еще, по-твоему, может угрожать ей?!
- Я понятия не имею. Но это не Ставрос. Ее явно угрожали убить, а Ставросу это ни к чему. Мы оба знаем, что это не его стиль. Он бы не стал угрожать исподтишка.
- Ты забываешь про фотографию.
- Скорее всего, это кто-то из его людей. Ставрос никогда так не действовал.
- Где она?
- Она дома, в безопасности. Мои люди рядом.
Я тяжело дышу и откидываю голову назад. Если ей угрожает кто-то еще, то все намного глубже и хуже, чем я представлял. Я начал верить, что она ни в чем невиновна, но это все меняет. Возможно, я ошибался. А возможно, она расплачивается за грехи Адама. Мне хочется в это верить, хотя несколько дней назад я готов был поспорить.
- Я знаю, о чем ты думаешь. Это не может быть она. Она не способна на такое. Мы говорим о лжи и покрывательстве. Эта девушка едва способна солгать не покраснев.
- Она может просто притворяться невинной, - говорю я, сам не веря в это.
- Довольно самообмана. Мы оба прекрасно знаем, что ты не веришь в эту чушь. Если бы она знала, где деньги, она бы давно засветилась.
Я знаю, что он прав. Поэтому отгоняю мысль о ее виновности прочь.
- Поезжай на встречу и не беспокойся об Исавелле. Мои люди присмотрят за ней.
- Хорошо.
- И прошу тебя, не выходи из себя. Я не хочу отскребать от пола твой труп.
- Я ведь все еще нужен Ставросу, так что можешь быть спокоен, - я раздраженно закатываю глаза.
- Дони, я прошу тебя. Помни, что я сказал, - я отключаюсь, ничего не ответив.
Я резко нажимаю на педаль газа, срываясь с места, и несусь к этому ублюдку.
Плевать, что там думает Андреас. Я не доверяю этому засранцу, который занимается своими грязными делами, прикрываясь законным бизнесом, который убивает десятки людей голыми руками и проворачивает аферы на миллионы долларов. Я виню себя в том, что так долго тянул со встречей. Но он перешел черту, вмешав в это Ису.
От него не было слышно весточки с того самого дня. Единственной причиной, по которой он так настойчиво пытается связаться со мной, может быть только наша сделка. Быть должным одному из самых влиятельных криминальных авторитетов Европы – не самая приятная вещь, но у меня не было другого выхода. Это казалось меньшим злом по сравнению с тем, что меня ждало. Поэтому я был вынужден принять его условия.
Пора отдавать долг.
***
Я доезжаю до дома Ставроса в рекордные сроки. Когда я захлопываю дверь машины, ко мне подходят охранники и проверяют на наличие оружия. Мне хочется разбить им морды, но я сдерживаю себя, прислушиваясь к совету Андреаса. Меня не должно быть здесь. Я должен быть рядом с Исой. Единственная мысль, которая меня успокаивает – она в безопасности. Чем скорее я разберусь, какого черта здесь происходит, тем скорее я отправлюсь к ней.
Как только я вижу ухмыляющуюся рожу Ставроса, я теряю весь контроль и впечатываю его в стену, держа за воротник. Я слышу звуки затвора, когда десятки охранников направляют на меня оружие.
Я тяжело дышу, ярость бушует в моих глазах, в то время как Ставрос не ведет бровью, лишь поднимая руку и давая знак опустить оружие.
- Все в порядке. Оставьте нас, - говорит он, не отводя от меня взгляд.
- Ты – чертов ублюдок, - выдаю я со злостью.
- Прежде всего, я знаю, что ты злишься из-за той фотографии с угрозой. Позволь мне объяснить. Присядем? – он говорит спокойным голосом. Мои ноздри раздуваются, когда я тяжело дышу, и, стиснув зубы, я отпускаю его воротник.
- Это была не моя затея. Я считаю, что угрожать беззащитной женщине – низкий поступок для мужчины. Алекс решил действовать без моего ведома... - он вздыхает, - и, прежде чем ты спросишь, он уже поплатился за свое своевольство. Никто не смеет перечить мне и идти против моих приказов.
- Говоришь, что угроза беззащитной женщине – низкий поступок, тогда что, по-твоему, произошло пару часов назад? – я сжимаю руки в кулаки, чтобы не наброситься на него снова.
- О чем ты? – он хмурится.
- Посылка, и угадай, что в ней было, - я притворно удивляюсь.
- Я не понимаю о чем ты, - говорит он с нажимом.
- Кто еще, кроме тебя, мог отправить голову змеи в коробке? – я поднимаю бровь. – Уж прости, но есть только один человек, которого я знаю, способный на такое.
- И ты решил, что это я? – он испускает смешок. – Мне даже обидно, Дони. Столько лет мы с тобой знакомы, и ты смеешь обвинять меня в таких дилетантских штучках. Ты сам прекрасно знаешь, что это не мой стиль. Я люблю сразу ловить жертву в свою ловушку, а не кормить ее пустыми угрозами.
Я подаюсь вперед, готовый схватить его за горло.
- Успокойся. Я уже сказал тебе, что я не стану опускаться до угроз ни в чем невинной женщине.
- Ты сам сказал: мы знакомы с тобой много лет, и ты никогда не был таким. С каких пор твои приоритеты сменились? Раньше ты был готов на все, ради того, чего ты желаешь.
- Это не твое дело, - выражение его лица меняется, но лишь на секунду. - Но спешу тебя заверить, я – все тот же я: если я чего-то хочу – я получу это.
- И ты захотел встречи со мной после стольких лет, чтобы сказать мне это? – он лишь усмехается.
- Во-первых, я хотел предупредить тебя. По старой дружбе.
- Мы никогда не были друзьями, - я резко прерываю его. Он притворно цокает.
- Да ладно тебе, Дони, мне помнится другое.
- Мне помнится, что ты был засранцем и сейчас совсем не изменился.
Он прищуривается и хищно ухмыляется.
- Другой на твоем месте уже лежал бы в луже своей крови на полу после этих слов.
- Мы оба знаем, что я не любой другой. Твои секреты в безопасности со мной, пока я не решу иначе, - он поднимает на меня свой тяжелый взгляд и хмыкает.
- Сегодня я добрый, но не стоит испытывать судьбу, Дони.
- Говори, что тебе нужно. У меня есть другие дела.
- Да, знаю, встреча со своей ненаглядной, - он ухмыляется. – Речь сейчас как раз пойдет именно о ней. Во-первых, можешь быть уверен, что я не стану угрожать Исавелле. У нее нет того, что мне нужно. Но, похоже, другие так не думают.
- Что ты имеешь в виду?
- Джонас Уайт, - это имя эхом отражается в ушах. Я сталкивался с ним, и он намного хуже Ставроса. – Человек, на которого работал Адам, и мой враг.
- И почему я не удивлен? – он лишь игнорирует мои слова.
- Он украл у меня кое-что очень ценное. Я хочу вернуть это. Думаю, это он отправил посылку Исавелле.
- Причем здесь она? Он никогда не встречался с ней.
- Адам. Я выяснил, что он украл деньги и кое-какие ценные бумаги. Джонас думает, что она замешана в этом и знает, где Адам спрятал их. До недавнего времени и я так думал, - как и я, хоть глубоко в душе всегда знал, что это не так.
- Что заставило тебя передумать?
- Скажем, интуиция. Я привык полагаться на свои инстинкты, и сейчас они мне говорят, что она здесь не причем.
- Вот так просто ты решил, что она невиновна? В чем подвох?
- Я знаю, что ты следил за ней все это время. Как и я. Мы оба знаем, что это не она, - это дает мне небольшое облегчение: знание того, что Ставрос не заинтересован в Исавелле.
- Это еще не все.
- Нет, не все. Во-вторых, я вызвал тебя, чтобы напомнить, что за тобой остался должок.
- Я прекрасно помню. Что тебе от меня нужно?
- Мне нужно, чтобы ты вернул мне кое-что. Среди этих украденных ценных бумаг была старинная шкатулка. Мне нужно, чтобы ты нашел ее и вернул мне. Остальное, деньги и бумаги, не волнуют меня.
- Что такого важного в этой шкатулке? – я с подозрением смотрю на него.
- Просто скажем, что это единственная вещь, оставшаяся от дорогого мне человека, - его лицо мрачнеет.
- Ты сказал, что Адам спрятал их. И единственная причина, по которой ты просишь сделать это меня, может быть лишь... нет.
- Да. Мне нужна помощь Исавелллы.
- Ни в коем случае, - я стискиваю челюсть. - Чем тебе так важна эта шкатулка?
- В ней хранится то, от чего зависит мое будущее, а значит и твое и твоей женщины, - говорит он, прищурив глаза. Моей женщины. То, как это звучит, понравилось мне больше, чем я хотел признавать. – Принеси мне эту шкатулку, и ни я, ни мои враги никогда не потревожат тебя или твоих близких.
- Ты думаешь, что Исавелла знает, где шкатулка?
- Нет, скорее всего Адам оставил подсказки, и только она может нам помочь. Или же... я могу обратиться к ней самой, - на его лице появляется намек на ухмылку.
Я подаюсь вперед.
- Только попробуй, - шиплю я сквозь стиснутую челюсть. – Ты и близко к ней не подойдешь.
- Значит, мы договорились, - говорит он с торжествующей улыбкой на лице.
Я закрываю глаза и тяжело выдыхаю. Мы оба знаем, что мне от этого не отвязаться.
- Если вы с Джонасом что-то не поделили, то это твои проблемы. Исавелла здесь не причем. Сделай так, чтобы он и его люди держались подальше от нее.
- С твоей ненаглядной ничего не случится, - он издает смешок. – Даю тебе слово, - он кивает в подтверждении своих слов.
- Я верну тебе твою шкатулку, и надеюсь, что никогда больше не увижу тебя, - говорю я, поднимаясь с кресла и направляясь к выходу.
- Как знать. У судьбы странное чувство юмора, - я бросаю на него последний взгляд и выхожу из его кабинета.
По пути к машине я проверяю телефон и вижу одно сообщение от моего секретаря, предупреждающее о завтрашней встрече с партнерами. Я игнорирую его и завожу двигатель.
Меньше чем через полчаса я стою перед домом Исавеллы. Я сомневаюсь, перед тем как войти. Проще было бы избегать ее и постараться подобрать идеальный момент, чтобы рассказать ей все, но надоедливый внутренний голос так и шепчет, что я не смогу держаться от нее подальше. Только не сейчас, когда она так близко.
Возле входа в комплекс стоит машина, на пассажирском сидении которой я узнаю Эрика, охранника Андреаса, и киваю ему.
Я стою перед дверью ее квартиры, не решаясь постучать. Я боюсь, что потеряю ее, не успев заполучить.
Исавелла
Я дергаюсь во сне и резко просыпаюсь от звука сирен. Секунду я не понимаю, где нахожусь, когда воспоминания сегодняшнего дня нахлынивают на меня волной. Книга Дони все еще у меня в руках. Я даже не заметила, как уснула с ней на руках.
Я беру телефон и смотрю на время. 18:51. Я проспала чуть больше часа. Держа телефон в руках, я подумываю написать Дони. Андреас сказал, что он скоро приедет за мной, как только разберется со всем, что бы это ни значило.
Я ищу его номер и пишу ему сообщение, пока не успела передумать.
Мои пальцы застывают над клавиатурой, когда я пытаюсь придумать текст. «Привет, как дела?» Это кажется мне неуместным, если учитывать то, что ему рассказал Андреас, а я уверена, что он уже сообщил ему. Ощущение, словно эти мужчины что-то проворачивают за моей спиной и знают больше, чем говорят, не покидает меня, потому что Андреас почти не удивился тому, что было в посылке, и сделал вид, что все в порядке перед другими.
Пока я пытаюсь придумать текст, не замечаю, что в дверь стучат. Только, когда стук становится громче, я подскакиваю с дивана.
Я осторожно подхожу к двери, боясь, что это могут быть те, кто отправил мне посылку.
Дрожь проходит по моей спине, и я вздрагиваю, когда в дверь стучат снова.
Я тихо подхожу к входной двери и заглядываю в глазок. За дверью двигается черная шевелюра, и я вздыхаю с облегчением, когда вижу лицо гостя. Дони.
Я взволнованно открываю дверь и, не дав ему сказать ни слова, крепко обнимаю его за шею. Долю секунды он стоит в ступоре от неожиданности, после чего обнимает меня еще крепче. От этого на глаза наворачиваются слезы, и все, чего я хочу – чтобы он не никогда не отпускал меня.
Я чувствую его губы, когда он нежно целует меня в висок. Несколько слезинок все же вырываются наружу, но я никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как в его объятиях.