XXXIII
И они все поехали на тинг. Они были так роскошно одеты, что не было равных им на тинге и люди выбегали из каждой землянки, чтобы подивиться на них. Гуннар поселился в землянке, людей с Кривой Реки, своих родичей. Много людей приходило повидать Гуннара и узнать от него новости. Он был со всеми приветлив и весел и рассказывал им, сколько они хотели.
Случилось однажды, что, идя от Скалы Закона, Гуннар проходил мимо землянки людей с Мшистой Горы. Он увидел там нарядно одетых женщин, которые шли ему навстречу. Впереди шла женщина, которая была всех нарядней. Когда они встретились, она обратилась к нему с приветом. Он учтиво ответил и спросил, кто она такая. Она назвалась Халльгерд и сказала, что она дочь Хёскульда, сына Колля из Долин. Она без стеснения обратилась к нему и попросила рассказать о его странствиях, а он ответил, что не откажет в ее просьбе. Они уселись вдвоем и стали беседовать. На ней было красное платье, а на платье богатые украшения. Сверху на ней была пурпурная накидка, донизу отороченная кружевом. Волосы падали ей на грудь, и они были густые и красивые. Гуннар был в одеянии, подаренном ему конунгом Харальдом, сыном Горма. На руке у него было золотое запястье, подарок ярла Хакона. Так они разговаривали громко долгое время. Наконец Гуннар спросил, замужем ли она. Она ответила, что нет.
— Да и немного найдется таких, кто решился бы жениться на мне, — сказала она.
— Что ж, нет достойных тебя? — спросил он.
— Не в том дело, — сказала она, — но я бы не за всякого пошла.
— А что бы ты сказала мне, если бы я стал тебя сватать?
— Это тебе и в голову не придет, — сказала она.
— Ошибаешься, — ответил он.
— Если ты в самом деле хочешь этого, то пойди поговори с моим отцом.
На этом их разговор кончился. Гуннар тотчас же отправился к землянке людей из Долии и, встретив перед землянкой людей, спросил их, в землянке ли Хескульд. Те ответили, что в землянке. Гуннар вошел туда. Хескульд и Хрут встретили его с распростертыми объятиями. Он сел между ними, и в их разговоре ничто не напоминало об их былой вражде. Наконец Гуннар спросил, что бы сказали ему братья, если бы он посватался к Халльгерд.
— Мы не отказали бы, — ответил Хескульд, — если только ты в самом деле решил жениться на ней.
Гуннар подтвердил, что это так.
— Но мы с тобой так расстались в свое время, — добавил Хескульд, — что люди не поверят в возможность сговора между нами. Как ты смотришь на этот брак, брат мой Хрут?
Хрут ответил:
— Мне он не кажется равным.
— Почему? — спросил Гуннар.
— Я скажу тебе правду, — ответил Хрут. — Ты человек доблестный и достойный, а она человек ненадежный. Я не хочу ни в чем тебя обманывать.
— Спасибо тебе за это, — сказал Гуннар, — но мне все же кажется, что вы не позабыли старой вражды, если отвергаете мое сватовство.
— Нисколько, — сказал Хрут. — Однако я вижу, что ты не можешь совладать с собой. Но мы бы хотели остаться твоими друзьями и в том случае, если бы не заключили этой сделки.
— Я разговаривал с нею, — сказал Гуннар, — она согласна выйти за меня.
Хрут сказал:
— Я так и думал, что для вас обоих это безрассудный брак по страсти. Но тем больше вы и рискуете при этом.
И Хрут рассказал Гуннару о нраве Халльгерд и открыл ему глаза на многие ее недостатки. Дело все же кончилось тем, что они заключили брачную сделку. Затем послали за Халльгерд и все обсудили при ней. Как и в прошлый раз, она сама помолвила себя. Решили справлять свадьбу на этот раз в Конце Склона и до поры до времени хранить все в тайне. Но получилось так, что все узнали о сговоре.
Воротившись с тинга домой, Гуннар поехал на Бергторов Пригорок и рассказал Ньялю о сговоре. Тот принял новость очень неодобрительно. Гуннар спросил его, почему он так не одобряет сговора.
— От нее пойдет все зло, если она приедет сюда, на восток, — сказал Ньяль.
— Ей не удастся расстроить нашу дружбу, — сказал Гуннар.
— Близко будет к тому, — сказал Ньяль, — что ей удастся ее расстроить, но ты будешь каждый раз расплачиваться за жену.
Гуннар пригласил на свадьбу Ньяля и всех, кого бы он ни пожелал взять с собой. Ньяль обещал приехать. Затем Гуннар поехал домой и объехал всю округу, приглашая людей.