Псина

Простенькое чёрное платье задевало землю. Маленькие пятнышки грязи облюбовали весь подол. Утро навевало лишь одну атмосферу - траурную. Как минимум для меня. Часть моей души отрезали и оставили гнить на задворках мира. А вот и эта часть. Болезненно бледная, на еле гнущихся ногах, с запутанными локонами светло-рыжих волос, спускается по ступенькам. Одетта выглядела ещё хуже чем вчера. Больно смотреть на увядающий цветок, особенно когда нет возможности ему помочь. Ее карета уже была загружена парочкой небольших чемоданов. Там лишь необходимое, большего у сестры и не было. Вся семья собралась попрощаться с первой дочерью.

- Прощай, девочка моя. - холодно бросила мама. - Надеюсь, там ты станешь спокойнее. - держа дочь за локти, она последний раз взглянула ей в глаза и отстранилась.

- Не задерживайтесь. Быстрее прощайтесь. - отец даже не сказал прощальных слов на последок. Его голос доносился с самых верхних ступеней. Глянув на него лишь раз, хотелось взять маленький камушек и кинуть его прямо ему в голову. Увы, сделать этого нельзя, пришлось придерживаться манер. Стоявший рядом Альберт мялся с ноги на ногу. Я не решалась заговорить с ним о вчерашнем. Сегодня ему было особенно тяжело, не буду давить. Наступила его очередь.

- Одетта. Я хотел лишь пожелать удачи. - кулаки парня сжались.

- Спасибо, Альберт. - кротко обняв младшего брата Одетт взглянула на меня. Не произнося слов, я кинулась в объятия. Хрупкие руки легли на спину. Шопот раздался у моего уха.

- Береги себя. Не давай в обиду. - я кивнула. На удивление, сегодня сестра была адекватней чем когда-либо, исключая раннее детство. Несколько фраз, но таких осмысленных, действительно заставили меня думать, что ее недуг исчезнет с отъездом в монастырь. И все же такое не уходит без следа.

Под звуки удаляющийся кареты, мы поднимались в дом. Теперь нас осталось трое. Я, Альберт и маленький Клаус. Ноги предательски подрагивали. Сразу после отъезда Одетт наступило время завтрака. Нужно ли говорить насколько я ненавидела любой прием пищи? Родительское присутствие всегда давило, ощущалось как молния, что в любой момент поразит тебя. Аппетит стремительно пропадал. И тем не менее, ослушаться я не могла. Севший напротив меня Клаус слегка болтал ножками. Лениво толкая кусочек мяса вилкой, я думала о Хантере. Прошла неделя с тех пор как он сбежал. Но никто и не заговорил о мальчишке. Прогуливаясь в стенах имения, я старалась вслушаться в разговоры стражи, поваров и прачек. Ноль информации о Хантере, что странно, ведь юнец навел немало шороху своими громкими фразами в сторорну отца. Казалось, слежка за ним должна была быть достаточно пристальной.

- Благослови, Боже, эту еду и нас. Аминь. - зачитав короткую молитву, отец приступил к еде. За ним последовали остальные.

- Пап. - в тишине зала голос Альберта звучал неестествено громко. - Я хотел бы сходить на рынок. Мне необходимо купить новые перчатки.

- Хорошо. Ищи сопровождение и можешь идти. - мельком я заметила взгляд брата. Он смотрел на меня.

- Могу я взять с собой Верену? - тишина стала осязаемой, такой громкой.

"Чего ты хочешь? Не отпустит ведь."

- Верена под домашним арестом. - глава семьи взглянул исподлобья на сына.

- Я знаю, знаю. Но ведь ничего не случится пока она будет под моим присмотром. Тем более, Верене скоро тринадцать, молодой даме в ее возрасте стоит показываться...

- ... на балах, и в светских кругах. Но никак не на рыночной площади. Что ты удумал, Альберт?

Мне казалось, что через вибрацию стола чувствуется как бьется сердце брата и мое. Склонив голову обратно к тарелке, он промычал извенения и замолчал.

- Ладно. Но если кто-нибудь из вас вытворит что-нибудь из ряда вон - под арест сядут оба. Всем ясно? Верена для тебя это шанс исправиться.

"Разрешил? Правда? Неужели его так обрадовал отъезд первой дочери?"

- Верена? - отец ждал ответа.

- Да. Конечно. Я буду вести себя хорошо. - трясущиеся руки сильнее схватили вилку. Аппетит понемногу просыпался.

- Надеюсь. - недовольная гримаса выражала отвращение.

Завтрак подошел к концу, и пора была собираться. Бросая косые взгляды на Альберта, я двинулась к своей комнате. Черное платье сменилось на фиолетовое, такое уютное и просторное в отличие от парадных, которые туго стягивали корсетом. Темные, слегка потертые башмачки делали ножки кукольными. На улице стояла прохладная погода, потому было решено накинуть бархатную накидку. В недоумении от предложения брата, я собиралась не спеша. Из поместья меня вывели рыцари. Подготовленная карета уже стояла на входе.

- Верена! Садись скорее. - нежно схватив мою ручку он помог забраться в карету. Минута молчания и наконец брат подал голос. - Давай прикупим тебе украшений? Или может быть платье закажем? - так безобидно он пытался начать диалог. Но меня интересовало не это.

- Прекрати, Аль. Зачем ты взял меня с собой? Внезапно сменил гнев на милость?

- Я хотел дать тебе возможность развеяться... - звонкий голос потух.

- Это не похоже на тебя. Прогуляться я всегда не прочь. Но твоя просьба совершенно неожиданна. Даже отец это заметил. Да и много раз ты предлагал выйти с тобой куда-либо, не считая семейных прогулок?

- Мне просто хотелось поговорить с тобой. - согнувшись в спине, его глаза стали одного уровня с моими.

- Нам не о чем разговаривать.

- Как раз-таки есть о чем. Ты знаешь, что скоро я определюсь с невестой. Отец отойдет от некоторых дел, даст больше свободы. Возможно, дорогие папа и мама уедут с этого поместья, поселевшись у дяди Фауста. - тревожность от его слов в груди нарастала.

- Ты не можешь знать наверняка, у отца множество обязанностей.

- Именно. Он следующий в очереди наследования престола. Король предложил после моей свадьбы переехать во дворец. Но это означает, что уедешь и ты вместе с Клаусом. Папа еще думает, но сама перспектива сдать мне дела поместья его в некотором смысле обрадовала.

- Представляю. Бедный папа так напрягается. - очевидный сарказм Альберт предпочел пропустить.

- Я смогу поменять наш дом. Смогу создать семью.

- Не тяни, братец. К чему ты ведешь?

- Мне кажется, тебе стоит дебютировать раньше. Через два месяца тебе тринадцать, мы можем представить тебя на балу у Миссис Ховзбург.

- Ты предлагаешь мне найти жениха сейчас? Альберт, ты спятил? - сгорая от злобы, я держалась из последних сил, чтобы не дать брату пощечину.

- Верена, я о тебе забочусь. Представь сколько свсободы ты получишь: ты сможешь уехать отсюда, заниматься домашними делами, устраивать приемы. Ты будешь свободна. - набожное поведение Альберта бесило. Словно маленький ребенок, он с воодушевление рассуждал о том, как я будучи замужней дамой смогу вдохнуть полной грудью. Но жизнь сурова и будет благоволить она только если будущий муж не будет похож на моего отца. В ином случае к побоям прибавиться и обязательства супружеского долга. Тогда я и прочувствую все прелести ада.

- Ты забываешь о главном. Я должна буду родить детей столько сколько захочет мой благоверный. - мне казалось, этой фразой я завершила наш разговор, заставив Альберта задуматься хоть на минуту. Даже тон моего голоса был язвительно-неприятным.

- И что с того? Разве ты была бы не рада собственным детям? Родишь двоих детей и дело с концом. - нет, сил сдерживаться больше нет. Размахнувшись ладонь летела прямиком к щеке брата. Секунды ожидания и мимолетный белый отпечаток окрасился в розовый.

- В начале я думала, что ты приобрел здравость ума, подобрел. Даже на секунду представила, что решишься предложить остаться с тобой и твоей невестой в поместье, у тебя есть это право и это тоже бы означало свободу. Но нет, ты все так же эгоистичен. Тебе лучше помолчать, Аль. Не опускайся в моих глазах еще ниже.

И Альберт действительно замолчал. Поникший и не понимающий где он ошибся, потирал горящую щеку. Хоть путь был и не долгим, остаток пути мы провели в молчании. В окошке уже виднелась площадь, заполненная людьми. В какафонии улиц можно было различить зазывания бойких торговцев, приглашающих к их прилавку, грохот множества карет, повозок и звонкие колокольчики магазинов, приветсвовавших своих новых покупателей. Рынок оживал на глазах. Ступив на брусчатку, до носа донесся запах ароматной выпечки. Хоть наша семья богата и может позволить выделить своим детям большие суммы на личные расходы, на деле же небольшое колличество карманных получает лишь Альберт. Считать ли это простой любовью к единственному взрослому сыну или же просто скверным характером - не знаю, но несправедливость ситуации уже не злит.

Проходя мимо прилавков, я заметила как много на улице детей. Некоторые были мне знакомы, тоже дети славящихся не пойми чем семей. Кажется в предверии различных балов и приемов родители старались как можно быстрее заказать чудесное одеяние своему отпрыску у портних. В размышлении я и не заметила как отстала от Альберта. Тот уже вел с кем-то светскую беседу.

- Ах, Альберт Дэрмуа. Надеюсь, вы помните меня, я Грита Мейер. Это моя дочь - София. - пышная женщина распиналась перед братом, демонстрируя собственную дочь. Конечно, все были в курсе, что старший сын в скором времени начнет выбирать невесту. От того и все разговоры казались не более чем хвастовством.

- Миссис Мейер, конечно помню. И вас, и прекрасную Софию. - от такой неприкрытой лести глаза невольно закатились.

В близи своей матушки, словно неприкаянная, стояла милая девушка. Русые волосы блистали на полуденном солнце. Тонкие красивые руки держали подолы нежно-розового платья.

- Вы стали только прелестней. - Альберт склонился и слегка коснулся губами руки. Девушка скромно улыбнулась.

- Альберт, вы обязаны присутсвовать на следующем балу. Говорят хозяева не поскупились на средства. Музыка, танцы, отличная компания. - Последние слова миссис Мейер выделила особенной интонацией.

- О, конечно. Я и моя сестра тоже будем там

- Как славно, я давно не видела леди Одетт. Надеюсь, она будет в добром здравии и сможет насладиться от души. - ком подступил к горлу.

- Эм, Одетт, к сожалению, не сможет присутсвовать. А вот моя младшая сестра Верена пойдет с большим удовольствием. - торопливо брат указал на меня.

- Миссис Мейер, мисс Мейер. - дамы присели в легком реверансе.

- Леди Верена, рады вас видеть. Простите, почему же мы не увидим Леди Одетт. - София тоненьким голоском задала вопрос. Ну вот и пригодились уроки Лионеля.

- Одетт не здоровиться, будет лучше если она останется отдыхать. - брат ожидал подобных слов. Лишняя суматоха ни к чему.

- Какой ужас! Желаем ей скорейшего выздоравления. - Миссис Мейер слегка прикрикнула.

- Мы будем молиться о здравии вашей сестры, леди Верена. - София взглянула на меня и кивнула.

- Спасибо. Думаю, нам пора, Альберт.